Цитаты из книги «Сад вечерних туманов», страница 3

Не так ли и все мы, рассуждаю я, направляем свои жизни, растолковывая молчание между произнесенными словами, дотошно исследуя возвраты эха нашей памяти, с тем чтобы составить «карту местности» нашей жизни, чтобы уяснить, что за мир нас окружает?

Память схожа с пятнами солнечного света в долине, небо над которой покрыто облаками: облака движутся, и пятна перемещаются. Иногда упадет свет на какую-то определенную точку во времени, высветит её ненадолго, прежде чем ветер затянет брешь и мир снова погрузится в тень…

- Они не смогли убить меня, когда между нами шла война. Они не смогли убить меня, когда я был в лагере, - выговорил он наконец сдавленным голосом. - Но держать в себе ненависть все сорок шесть лет... вот уж это наверняка убило б любого.

Я стала падающей звездой, тянущей за собой все вокруг, даже свет, в безостановочно раздающуюся пустоту.

Путь небес подобен отданию поклона, низведению высокого и вознесению низкого. Он отбирает у того, у кого имеется в излишке, и отдает, тому у кого ощущается недостаток. Путь человека противоположен.

Даже самая бледная краска переживёт память людей.

Пусть иссякло теченье воды, всё равно слышен нам её имени шепот.

Такое простое, элементарное действие: голыми руками притронуться к земле, по которой ходим, – а вот поди ж ты, я и не помнила, когда делала это в последний раз…

Стоит только потерять всякую способность контактировать с окружающим миром, как не останется ничего, кроме того, что я помню. Мои воспоминания уподобятся песчаной отмели, отрезанной от берега приливом. Со временем они уйдут под воду, станут недосягаемы для меня. Такая перспектива ужасает. Ведь что за личность без хранимого в памяти? Призрак, обречённый витать между мирами – не имеющий ни индивидуальности, ни будущего, ни прошлого.

... внезапно открывающийся вид воздействует куда сильнее, чем постоянно открытый.