Цитаты из книги «Сад вечерних туманов», страница 8

– Я тут всегда вспоминаю о неделе, которую я провел в Китае, в провинции Фуцзянь, – сказал Магнус. – Я побывал на горе Ли Ву. Там храм был, ему тысяча лет – так монахи говорили. Они свой чай выращивали, монахи эти. И рассказали мне, что самое первое чайное дерево там посадил сам бог, можешь себе представить? Храм был знаменит вкусом своего чая, такого букета нигде в мире больше было не найти.

– И что за вкус?

– Чтобы сохранить девственность чая, собирать его позволяли только монахам, не достигшим половой зрелости. И за месяц до начала сбора листьев этим мальчишкам не разрешалось есть острый перец или квашеную капусту, никакого чеснока или лука. Они не смели коснуться даже капли соевого соуса, иначе могли бы своим дыханием отравить листья. Мальчишки собирали чай на восходе солнца, вот примерно в это время. Работали они в перчатках, чтобы их пот не навредил вкусу чая. Собранный и уложенный чай тут же посылался как дань императору.

– Мой отец считал, что вы с ума сошли, занявшись выращиванием чая.

– Не он один так считал. – Магнус засмеялся, сорвал листочек с куста, растер его меж пальцев у себя под носом.

Я узнала краснолицего Кван Кунга, - бога войны ...

...- Он еще и бог торговли, - поведала я Аритомо. - Торгашеское дело - это война, говорил этот бог.

- А война, - в тон мне отозвался Аритомо, - это торгашеское дело.

Солнце выкатилось из прорехи в облаках. В отдалении птицы беззвучно слетели с дерева, словно листья, сметенные сильным порывом ветра.

От счастливых воспоминаний глаза его засияли, но несколько секунд спустя блеск угас, наверное, от осознания утраченного детства. В тот краткий миг я увидела мальчика, каким он когда-то был, а в воображении моем промелькнул старик, каким ему еще предстояло стать.