Читать книгу: «Сам пришёл»

*Instagram продукт Meta, организации, признанной экстремистской и запрещенной на территории РФ.

Выйдя как-то из магазина и направляясь через дорогу к дому, Сергей Петрович пошёл по мосткам, брошенным через пологую и неглубокую в общем-то яму, но которая весной и осенью так наполнялась водой, что делалась непроходимой. И вдруг что-то такое ощутил… непонятное – по тому, как отдались его шаги по грязным доскам. Что-то неправильное; будто бы дерево под ногами сначала привычно прогнулось, но вдруг обо что-то упёрлось и, разгибаясь, чуть-чуть залипло.

Он даже сошёл с мостков и попытался заглянуть под них. Однако ничего не увидел. Собственно, это были не мостки, а довольно длинная секция забора – коммунальщики не стали возиться с переходом, просто притащили кусок ограждения с недальней стройки. Какой-то скоробогач купил и снёс старый частный дом, а на его месте возводил нечто то ли двух-, то ли трёхэтажное.

Поэтому хорошо осмотреть пространство под мостом Сергею Петровичу не удалось. Лезть же в канаву, плотно забитую жёлтой глиной, остатками талого снега и обильным зимним мусором, он не захотел.

На следующий день он снова отправился в магазин, уже без особой надобности, и снова ощутил неправильную отдачу мостков. И вот тут-то в голове всплыло напугавшее его слово «труп». «Ладно сейчас температуры ещё минусовые, а там и запах пойдёт», – подумал он и решил, что надо поговорить с участковым. Не получилось: опорный пункт, располагавшийся в соседней пятиэтажке, оказался закрытым. А как позвонить в милицию, то есть, в полицию, Сергей Петрович не знал. Слышал, что вместо привычно хранящихся в памяти 02 называли какие-то другие цифры, но не помнил, какие именно. да и потом, вызовешь ментов, а там ничего не окажется, ещё и штрафануть могут. За ложный вызов.

Короче говоря, до участкового он добрался лишь на третий день.

***

Сидевшего в опорном пункте паренька Сергей Петрович видел впервые. Тот что-то сосредоточенно высматривал на экране громадного, как старый телевизор, компьютерного монитора. Чёрная кожаная куртка, круглая, стриженая почти под ноль голова, налитые покатые плечи (качается!) и неуловимый, ускользающий взгляд тёмных глаз. Никогда не подумаешь, что полицейский, с виду бандит бандитом.

– Что хотели, гражданин?

– Да вот, – начал Сергей Петрович и остановился, не зная, как сформулировать, – я тут… мне показалось…

– Что показалось? – нетерпеливо подогнал участковый.

– Там… мостки через яму, напротив магазина… Мне показалось, что под ними труп…

– Чей труп? – деловито осведомился участковый.

– Не знаю… Только мне показалось, что мостки эти… ну, как-то не так пружинят…

– Вы, гражданин, часом не того, не под мухой? – заржал полицейский. – Креститься надо, когда кажется, отец. Откуда там трупу взяться?

– Ну, это вам, ми… то есть, полиции лучше знать… – Сергей Петрович уже пожалел, что пришёл. Дурацкая ситуация.

– Знаешь, что, батя, – благодушно посоветовал участковый, – иди-ка ты домой, проспись. Не мешай органам работать.

В полировке стоявшего у стены шкафа явно виднелась часть компьютерного экрана – зелёное поле и пёстрые пятна разложенных карт.

Сергей Петрович повернулся к двери, но тут участковый вспомнил о деле.

– Постой, батя, я сейчас тебя в журнал обращений запишу, мне же потом отчёт составлять… Значит, так… какое сегодня?.. 13 февраля… Ф.И.О. своё назови. Как-как? Ага. Мальков… Сергей Петрович, адрес… Так. Тема обращения… подозрение на труп под мостками…

Тут он не выдержал и снова рассмеялся.

В дверях Сергей Петрович оглянулся и насмешливо спросил:

– Не сходится пасьянс?

– Что?! – звенящим строгим голосом сказал полицейский. – Вали давай отсюда, пока пизды не дали!

А когда дверь за посетителем закрылась, участковый, всё ещё злобно возбуждённый, написал в графе «Принятые меры»: «Проверено. Факт не подтвердился».

Затем, сердито сопя, убрал служившую ему журналом ученическую тетрадку в стол и вернулся к недоразложенной «косынке».

***

Через день Сергей Петрович отъехал «на севера», в Ноябрьск.

Строил он там вахтовым методом котельную и производственные корпуса механического завода для нужд нефтяников. Работа как работа, что здесь, что там; электрик он и в Африке электрик, а это как раз и была специальность Сергея Петровича. Только на северах была хоть какая-то стабильность, и платили чуть больше.

Перед отъездом, как обычно, сделал в квартире уборку – не хотелось, вернувшись через месяц, приходить в срач. Помылся в ванне (Валентина требовала, чтобы он прибывал к ней чистым).

Уходя, заглянул к соседке по площадке Ирине, которую знал сто лет, предупредил, чтобы присматривала за жилищем.

С её мужем Андрюхой он работал когда-то на приборном заводе, вокруг которого и был выстроен их посёлок, даже дружили семьями. Пока однажды он не застал Андрюху в своей постели со своей же супругой. На этом семейная жизнь Сергея Петровича завершилась; бывшая жена Вероника ушла, а теперь жила с бывшим начальником автоцеха их завода, тоже бывшего.

С Андрюхой всё получилось ещё круче – когда завод окончательно остановился, он стал ездить «челноком» в Китай, и однажды просто не вернулся. Ирина пыталась его искать, но менты ей не помогали совершенно, а как было женщине, одной, найти человека в творившемся тогда бардаке?! Так и стали куковать, иногда ходили друг к другу в гости, вместе праздновали 8 марта и 23 февраля, и даже интим у них время от времени случался, чисто по настроению, без фанатизма; возможно постепенно и сладилось бы как-то, но Ирина вдруг заболела, и именно по женской части. Интим отпал. Тёплые отношения, однако, сохранились. Даже праздники иногда отмечали по-прежнему. Ирина, хороший человек, всё понимала и не ревновала к женщинам, которые время от времени приходили к Сергею Петровичу, по опыту знала, что мужик он крепкий, ему нужно.

В поезде встретил своих, немного выпили.

А по прибытии чуть не бегом помчался в общежитие, где Валентина, которая всегда подъезжала на полдня раньше, уже накрыла стол привезёнными из дому деликатесами и постелила чистое бельё на двуспальную кровать.

***

Вальке он всё рассказал в первый же вечер, когда всё уже было позади – и хлопоты с оформлением, и первый ураганный секс, и последующий продолжительный и нежный, и вкусный ужин (в обед до еды так и не дошло) с хорошей водочкой. Они уже уютно пристроились, прижавшись друг к другу под одеялом, как бы насытившиеся, но и не прочь продолжить, во всяком случае Валька, которая была всегда готова, как пионер.

Сергей Петрович ощущал касание её мягкого тёплого бока и размышлял, что вот такие минуты – и есть счастье. На дне сумки припрятан подарок на 8 марта, которое приходилось нынче как раз на середину вахты, и он улыбался в предвкушении. Завтра предстоит работа, а сейчас сытый покой и почти семейное тепло. Он бы с удовольствием на Вальке женился, так бы вместе и кочевали со стройки на стройку, но Валька была давно и прочно замужем, и все заговаривания о разводе пресекала на корню.

В первый вечер она всегда вываливала на Сергея Петровича все накопившиеся за месяц семейные, бытовые и дачные новости, включая самые малозначительные и совершенно интимные, так что Сергей Петрович был в курсе всех самых тонких тонкостей жизни своей возлюбленной. Ну, и он, конечно, делился своими событиями, по сравнению с Валентиниными более чем скудными. На этот раз произошедшее с ним вполне тянуло на событие, достойное отдельного обсуждения.

В остальные вечера для разговоров хватало текущих поводов – неустройств на производстве было хоть отбавляй. Не повышал хвалёный капитализм организованности, привычная мать-перемать только и спасала.

– Слушай! – Валька неожиданно возбудилась, резко села в кровати, отчего тяжёло бултыхнулись её выдающиеся груди. – Сергуля, так ты, наверное, экстрасенс?

– Да ну, не болтай, какой там экстрасенс…

– Не, а вдруг там вправду труп обнаружится!

– А вдруг не обнаружится? – Сергей Петрович потянул её за руку снова под одеяло. – Да и кто там чего будет обнаруживать? Менты работать не любят…

– Нет, ты давай сознавайся – экстрасенс ты или не экстрасенс? Если да – давай лечи меня, у меня поджелудка что-то барахлит.

– Ну, не знаю про поджелудку, а вот кое-что я тебе сейчас точно полечу, – возбуждённый разговором и игривой вознёй, грозно пообещал Сергей Петрович.

– Ой-ой-ой, – испуганно запищал обрадованный пионер.