Читать книгу: «Учитель»

Учитель.

У нас была в школе одна учительница. Невысокая женщина, уже давно справившая шестидесятилетие. Она была полной, с короткой стрижкой из реденьких волос светлого цвета, носила очки в квадратной оправе с желтоватыми, как мы думали, от старости линзами. Ее глубокие морщины, расползшиеся по лицу, говорили о большом опыте, что несла эта женщина и передавала его таким неблагодарным ученикам, какими мы являлись.

В школе она преподавала физику. Говорила тихо, лишь слегка открывая рот, не умела держать дисциплину. На ее уроках дети позволяли себе всё. Некоторые, что надо сказать, были самыми спокойными, сидели в телефоне, прикрываясь за учебниками или пеналами. Другие, на задних партах, смотрели видеоролики в интернете, выкрикивали непристойные фразы, от которых учительница покрывалась красными пятнами. Самые же буйные устраивали драки между рядами, кидались рюкзаками, швыряли стулья, разбивая окна.

Я, как бы мне ни хотелось показать себя в лучшем свете, был относительно, конечно же, других, спокойным. Исправно писал конспекты, иногда даже выходил к доске, когда задачки были совсем простыми. Но также не забывал сидеть в телефоне, разговаривать с соседом по парте. Делали мы это тихо, не привлекая к себе внимания, тем самым завоевали расположение женщины.

И вот однажды, когда я после скучного урока бежал в столовую, увидел ту самую учительницу. Она сидела за столом своего кабинета, прикрыв лицо руками. Никогда до этого не снимая очки, женщина отбросила их в сторону. Ее плечи опустились, а ноги, сложенные одна на другую, подрагивали.

Я невольно засмотрелся на эту картину, проводил взглядом уходящую за моей спиной дверь. Она осталась темным пятном в белых стенах коридора четвертого этажа. Я свернул налево и спустился по лестнице в подвальное помещение, где располагалась столовая.

После обеда я опаздывал на урок, но подумал, что музыка не так важна, петь-то ведь умею. Размеренно шагая по коридору, я снова, уже второй раз за день, увидел ту самую учительницу, она по-прежнему сидела за столом, будто видел ее секунду назад.

– С вами всё хорошо? – подойдя к двери в кабинет, спросил я.

– Д-да, – руками она смахнула мутные слезы, надела очки и, повернувшись ко мне, добавила – Ты что-то хотел?

– Наверное, – простое любопытство пришлось маскировать волнующим меня вопросом по физике – У нас же скоро должна быть контрольная, а я не понял последнюю тему, можете помочь?

Ложь. Чистая ложь. Никакой контрольной не планировалось, да и вообще учительница не любила их, а если приходилось проводить, то говорила об этом за несколько месяцев. Но ничего другого я не придумал.

– У нас не должно быть контрольной, – она поднялась со стула и, шаркая ногами, подошла ко мне – Но если ты правда не понял тему, давай пройдем ее еще раз».

– Хорошо, – быстро воскликнул я, уже отойдя от двери – тогда на уроке напомню вам про это.

– Подожди, – еще тише, чем обычно, проговорила она. – Если ты никуда не торопишься, могу тебе сейчас, в индивидуальном порядке, рассказать тему.

– У меня сейчас музыка, – я всеми силами пытался отвертеться от этой идеи, но она взяла быка за рога.

– Я договорюсь с Людмилой Олеговной, проходи – я медленно вошел в кабинет и сел на первую парту напротив ее стола.

Она еще несколько минут постояла около двери, после подошла к небольшому шкафчику рядом со входом, достала стопку учебников, несколько старых тетрадей, жестяную коробочку с мелками и вернулась к своему столу.

Индивидуальные занятия с ней у нас в школе считались унижением. Обычно с ней общались и ходили на индивидуальные уроки лишь страненькие ученики, эдакие белые вороны школы. Таких учеников, как и саму учительницу, высмеивали, только первых еще и били. Я надеялся, меня такая участь не настигнет, никто не заметит этого.

– Давай я начну заново рассказывать, а ты задавай вопросы, – завершив подготовку, сказала она, а после протянула мне двойной листочек – тут пиши конспект, потом вложишь его в тетрадь».

Тридцать минут я молча сидел, изредка оставляя записи самой важной информации. Когда ее рассказ, если его так можно назвать, закончился, мне был выдан небольшой тест, который она написала от руки. Решив его, вернул бумажку учительнице, ожидая результатов.

Она вдумчиво проверяла мои ответы, оставляла заметки возле моих слов, выделяла красной ручкой ошибки. Я без стыда рассматривал ее, морщась от вида старческой кожи.

– О чем думаешь? – она слегка улыбнулась, подняв взгляд на меня.

– О вечном… – так отвечать меня научила сестра, если делаешь что-то странное, всегда отвечай, что грезишь о вечном, а остальное само получается.

– А что тебя волнует? – окончательно подняв голову, спросила женщина.

– Почему вы решили стать учительницей? – мой рот работал отдельно от разума, говорил, что первое приходило в голову.

– Не знаю, с детства смотрела на своих педагогов, они действительно были моими наставниками, и мне хотелось быть кем-то похожим на них.

– А почему физика?

– Когда поступала в университет, на физику был меньший бал. – я ради уважений кивал на ее ответы, как будто меня действительно это интересовало, но теперь ей было это уже не важно, она продолжила свой рассказ.

– В эту школу отправили на практику, а после окончания учебы вернулась сюда, вот и сижу здесь уже двадцать пятый год – говорила она это с уважением, а меня правда тронуло.

– Вы никогда не думали уволиться? – внутри меня бились смешанные эмоции. Стадное чувство, иметь уважение среди одноклассников и парней постарше, боролось с уважением к этой женщине. Она не говорила ничего особенного, чего-то, что могло удивить.

– Я работаю здесь последний год.

Мои глаза округлились. В первую очередь я подумал, а кто будет вести у нас физику? Кто будет ставить высокие оценки просто так? Кто будет закрывать глаза на наши прогулы и хамское поведение на уроках? Но потом подумал, а почему?

– Что? Почему? Вы же работали здесь столько лет! – уже не прячась от любопытных глаз, что норовили заглянуть в кабинет, практически прокричал я.

– Я в прошлом году лежала в больнице, сильно заболела пневмонией и даже сейчас не могу справиться с последствиями, да, наверное, уже никогда не смогу, – она говорила шепотом. – С каждым днем мне все труднее проводить уроки, и я была уже готова уволиться…

– Что же вы тогда остались, если вам так тяжело? – с непонятно откуда взявшейся претензией спросил я.

– Мне стало вас жалко, – сглаз женщины упали слезы. – Я дала себе обещание довести вас до следующего класса и только потом увольняться.

С того дня я всегда здоровался с учительницей и призывал всех делать это. Желал ей хорошего дня(выходных, каникул), старался, как мог, держать дисциплину. Я хотел оставить приятные впечатление о школе, нас, а самое главное, от профессии учителя