Комментарии, 178 отзывов

Не ведитесь, ох, не ведитесь на внешнее. «Школа для дураков» Саши Соколова – это вовсе не история об ученике таком-то с раздвоением личности и даже вовсе не история об учениках таких-то, это не простой поток сознания и не «Дом, в котором…» разлива семидесятых годов. Это роман-метаморфоза, роман-гармония. Если долго читать его, то появится ощущение движения по течению реки забвения, главное не высовывать руку и не пытаться зачерпнуть в ладонь немного воды Леты. На всякий случай. Прозу Саши Соколова называют поэтической. Соединение приемов потока сознания и ритмизации текста творят с читателем что-то невероятное, так что уже к середине первой главы чувствуешь, что умираешь; или что растворяешься; или что превращаешься во что-то иное; или что плывешь в другой мир – что, в сущности, одно и то же. Не покупайтесь на это сладкое ощущение раздвоенности и вненаходимости к любым оппозициям! Не зря главный герой все-таки ученик спецшколы. Не теряйтесь и не умирайте, продолжайте биться в сети словес. Тут же чего только не намешано: от Библии до гомеровского эпоса, от проблем Ветхого Завета до сталинских реалий. Это все кружит голову и в конце концов берет в плен.

В романе три мира: уродливый мир города, которому принадлежит все самое мерзкое (включая доктора Заузе, жесткого отца, ведьму Тинберген и спецшколу); переходный, промежуточный мир дачного поселка, где все немного иначе, но еще не до конца однозначно, где развозит почту Михеев (а может, Медведев), где так здорово ловить бабочек (особенно снежных); наконец, мир за пределами дач, абсолютный мир природы, жизни и смерти, бесконечного перерождения и языческого бытия. Там, за речкой, живет и учитель Савл – добрый, босоногий учитель географии, растворившийся в природе. Но это все условно: нет как такового пространства, как нет и времени; точнее, пространства и времени нет именно потому, что это, по сути, одно и то же. В «Школе для дураков» Саша Соколов вообще вышел за рамки времени, пространства, идеологии и всего остального. Потому что это все неважно. Важна суть.

Так вот о том, почему эта книга не об ученике таком-то (не об учениках таких-то). Всякое воспоминание раздваивает человека. Находясь в настоящем, он в то же время находится и в прошлом, и так ли легко разграничить, какое время реальнее, и существуют ли вообще время, реальность, человек? Ты существуешь? Я существую?

для тех кому видно и слышно, или для себя. ...о том как можно чувствовать и не вписываться в мою обыденность, и еще, каждый поймет, если прислушается к звукам внутри себя, то что не сказать никому она похожа на аквариум

О, как много на земле дел, мой юный товарищ, дел, которыми можно бы занять себя вместо дурацкой-дурацкой писанины в часы нашей словесности! С сожалением о невозможном и утраченном. С грустью. С лицом человека, которого никогда не было, нет и не будет. Но, ученик такой-то, боюсь, вам не избежать этих уроков, и вам придется с мучительной болью заучивать наизусть отрывки и обрывки произведений, называемых у нас литературой.

«Школа для дураков» — очень неоднозначная книга, и я не могу посоветовать её всем. Я сама, если честно, читала её очень долго, потому что ей безумно легко пресытиться, потому что появляется чувство, что ты ничего не понимаешь, что всё написанное абсурд что автор повелитель абсурда что абсурд терпкий и горький проникает в кровь заставляя пребывать в смешанных чувствах путаясь буквально во всём. «Школа для дураков» — это цельный текст, в котором сбивается лицо — и число, — от которого ведётся повествование, в котором одна сцена плавно перетекает в другую, а другая — в третью, а третья возвращается во вторую, чтобы перетечь в четвёртую, которая, в свою очередь, вернёт повествование в первую. В этих сплетениях легко запутаться. И на самом деле настоящее удовольствие от чтения можно начать получать, только когда удастся наплевать на стремление найти во всём этом логику, единый стержень. Конечно, таким стержнем можно назвать любовь главного героя — ученика спецшколы — к своей учительнице Вете Аркадьевне. Вот только «Школа для дураков» не рассказывает о его отношениях с Ветой. Только о чувствах. О мечтах. Или о реальности? где там мечты а где реальность когда всё это началось и когда кончилось что за чем идёт и в какую минуту всё происходит — происходило, будет происходить. В этой книге безумно много деталей. И эта поразительная детальность соседствует с неточностью (намеренной) в написании некоторых слов, в неспособности главного героя запомнить имена и какие-то факты. Всё повествование крутится вокруг мальчика с раздвоением личности и странным восприятием времени, воспитанника спецшколы, очень умного в некоторых делах, но безумно глупого в других. Самое главное при чтении этой книги — полностью погрузиться в её атмосферу в её безумие в её алогичность в её сердцевину услышать крик Козодоя и скирлы вдохнуть запах лета и дач воды и велосипедов почувствовать ветер только это единственно это поможет воспринимать всё как должное не чувствовать жгучий стыд за поведение мальчика который воспринимает всё не как обычные люди он сам же об этом стыде и не знает — не знал, не будет знать — потому что таков он потому что он воспитанник спецшколы который любит свою учительницу Вету который замечает каждую мелочь который умеет говорить обо всём странно детально и изысканно который говорил с мёртвым учителем — умер он до этого или после? Эта книга для тех, кто особое внимание при чтении уделяет стилю, кто готов продираться сквозь хитросплетения образов и сцен из разных временных промежутков, через потоки сознания (потрясающие куски без знаков препинания), для тех, кто готов заглянуть в — безумную, взрывающуюся фантазией — голову автора…

Дорогой автор, я назвал бы вашу книгу ШКОЛА ДЛЯ ДУРАКОВ…

…Или героя.

Очень необычное произведение. С самого начала сложно понять, от чьего же лица ведётся повествование. Кажется, что идёт какой-то диалог между разными людьми, которые что-то вспоминают. Сначала ничего необычного не заметно, разве что рассказчик частенько отвлекается от основной темы. Но чем дальше тем больше странностей: постоянные отвлечения на какие-то созвучные фразы, путаность и местами фантастичность. И становится понятно, что что-то здесь не так. Вот только начинает выстраиваться ровный образный рассказ, так внезапно снова куда-то уходит не туда.

Как такового сюжета тут не наблюдается. Больше похоже на лоскутное одеяло из того что происходило, что было где-то услышано или прочитано или даже явно стало плодом воображения. То истории о жителях, то притчи, даже что-то вроде стилизации под японскую литературу имеется. Времени тут будто не существует, как будто и прошлое, и настоящее, и будущее слились в одно. То ли школьник, то ли юноша, то ли уже мужчина. В чёткой поставленной и взрослой речи внезапно прорываются какие-то неправильные фразы, которые так свойственны детям, неправильно расслышавшим незнакомое слово. Но даже через эту мешанину проглядываются какие-то реальные моменты и события, так точно и без мишуры подмеченные.

Очень красивый язык и игра слов, особенно построенные на созвучии. Нет ничего удивительного, что Набокову так понравилось))

Приятное, наполненное приходящими образами чтение "Школы для дураков" без сомнения позволяет насладиться произведением. А постмодернистский характер и его исполнение доставляют особое удовольствие.

Я очень люблю поток сознания - кажется, что у автора просто нет времени серьезно обдумывать свои мысли и слова льются из сердца. Так и здесь. Я давно хотела прочитать "Школу для дураков", наверное лет 6 или 7 книга просто стояла у меня в шкафу. Как хорошо, что что-то приходит вовремя. Я очень ценю искренность, непосредственность и тонкость этой книги. Нет времени лгать, думать, увиливать, ухищряться, юлить и вилять. Ты просто пишешь (писал, будешь писать) от сердца, милый, трогательный мальчик (ученик, инженер), о том, что было (есть, будет), о том, что произошло (происходит, будет происходить) с тобой и твоими знакомыми и друзьями. Спасибо тебе за 250 страниц искренности и чистоты. Ты объяснил мне, что не только я думаю, что

Дорогая мама, я не знаю, можно ли быть инженером и школьником вместе, может, кому-то и нельзя, кто-то не может, кому-то не дано, но я, выбравший свободу, одну из ее форм, я волен поступать как хочу и являться кем угодно вместе и порознь, не ужели ты не понимаешь этого?

восхитительно, сумасшедше, бредово, шизофреничено и восхитительно. нежная и трогательная. собственно внесла сейчас, не перечитывая, только ради цитаты, самой попсовой из всей книги. ближайшее время перечитаю, чтобы найти наитрогательнейшее признание в любви.

Ну что сказать....великолепно. Читала еще в литературном журнале. Хотелось читать ее вслух и всем...чтобы люди прочувствовали ее так же как и я... Сейчас вновь хочу ее вспомнить в своем сознании...

Набоков благословил этот роман:"Это самая лучшая книга из современной советской прозы, которую Вы когда-либо опубликовали". Между модернизмом и постмодернизмом окажется читатель. Как зовут героя? От чего отказывается герой романа? Где сюжет? Сколько герою лет? А что со временем творится? Шизофреник герой? Открытый конец. Вы готовы не получить ответы на эти вопросы? Перед вами один из трёх романов русского Сэлинджера. И в этом романе хаос только начинает набирать обороты. Приятного прочтения. Для изучающих историю литературы произведение обязательно к прочтению.

В начале я думала, что у меня не сложится с этой книгой, я не могла пробраться сквозь поток сознания, как будто оказалась в тернистом кустарнике, слова как шипы цеплялись за меня... Да нет же, меня бросили в холодную воду и я забыла дышать. Для меня это книга-безнадега: разговор с самим собой, учителем, все перемешалось прошлое, настоящее, будущее, реальность и выдумка. Жизнь тридцатилетнего мальчика и мечты, которым не суждено осуществится. Запахи лета, дачи.... Голос мамы, первая любовь, искры сознания и провалы... Больно, потому что тема близка мне. Книга без начала и конца, можно открыть на любой странице и ты в теме. Умопомрачительный, необыкновенный язык автора, ты просто смакуешь слова, нанизываешь их как бусинки на леску. Обязательно вернусь к героям.