Цитаты из книги «Дурная кровь», страница 9

Лоусону: спросите о его подушечной фантазии. Вытяните

вот протестантизм – никогда. Рой, когда еще ухаживал

прежние годы. Их взаимная приязнь выдержала все трудности совместного ведения

кролика, чтобы самостоятельно разработать серию формализованных тестов. Насколько хорошо я мог двигаться и говорить при дозе в двадцать миллиграмм, тридцать миллиграмм… учитывал дезориентацию, сонливость, разницу побочных эффектов… – Какие именно препараты? – поинтересовался Страйк. – Амобарбитал, пентобарбитал, фенобарбитал, – отбарабанил Крид названия барбитуратов, которые были в ходу в начале семидеся

казус или скорее позабавил. – Сейчас отпустит, – негромко заверила она Страйка и Робин. – Сколько раз ей говорила: не зря же, наверно,

на серо-зеленое море и туманный горизонт. – Я тут слегка копнул, – сказал Штырь, – так вот: ты, Бунзен, никогда не узнаешь

как-то странно: двадцать девять. Не то

паб… с Сетчуэллом. Но из-за того… что в записке извинений… не было… я с ней не р-разговаривал. А на другой день… Я знаю, что случилось. Она любила гулять. Если бывала расстроена… гуляла подолгу. Она забыла про встречу с Уной… пошла пройтись… пыталась решить

что Джоан его не слушала и уже суетилась в кухне.

Неумолимый враг… и он зовется Время… Эдмунд Спенсер. Королева фей. Перевод В. Микушевича