Читать книгу: «Жизнь сейчас или в прошлом?»

Пролог

Ровно в 8 утра автоматически раздвинулись шторы и включился экран в стене. Приятный женский голос произнес:

– Доброе утро, Олег. Сегодня 3 мая 2123 года, понедельник. На завтрак тебя ожидают блинчики на натуральном молоке, латте и свежевыжатый сок. За окном как обычно 22 градуса тепла. Дождь сегодня пройдёт…

– Заткнись, Наташа, – я приподнял голову с подушки и мутным взглядом осмотрел комнату. И зачем было вчера столько пить? Отмечали повышение… Чьё? Точно, моё. Теперь я глава отдела перспективных разработок. Не пристало руководителю опаздывать в первый же день.

Я встал с кровати и пошёл в душ. Как же здорово, что больше не отключают горячую воду в домах. Когда читал про такое в старых книгах – аж жутко становилось, и как они тогда жили? Освежившись, прошёл на кухню и сел завтракать. Очень удобно – заказал с вечера еду умной помощнице, и всё – дом сам всё приготовил, да ещё и докупил еду, если что-то закончилось. А раньше людям приходилось списки вести, в магазины ходить, а иногда – даже ездить. Господи, как же повезло родиться в наше время.

Пока завтракал – вывел на экран утренние новости. Всё же читать информацию мне нравится больше чем слушать, больше запоминаю. Итак, сегодня дождь пройдёт во Внуково, Солнцево и небольшой – в Бутово. Лет 40 назад все крупные города накрыли куполами погоды, и теперь у нас всегда одинаковая погода, и осадки по расписанию – есть даже районы, где не бывает дождя совсем – тот же Москва-Сити например, ибо негоже банкирам мокнуть при переходе из офиса в офис. Но есть и минусы – некоторые дети из не самых богатых семей не знают, что такое снег. Нет, они его конечно видели по голографу, или по телевизору (не знаю, есть ли в бедных семьях голографы, но телевизоры говорят еще используют), но вот вживую – точно нет. Нам то хорошо, кто побогаче – можно и в Сочи смотаться, там вообще красота – у моря всегда +25, а чуть в горы отъедешь – -6, и снежок такой мягкий – то что надо для сноуборда.

Так, что-то я отвлёкся. Давайте расскажу вам о себе. Меня зовут Олег, фамилия Майковский. Мне 37 лет, и я руководитель отдела в мировой корпорации. А вот до недавнего времени я был обычным ведущим специалистом, и не видать бы мне места руководителя, если бы не…

Раздался звонок голофона, и на экране появилось лицо моей невесты, Алёны. Она на две недели уехала к маме, подготовиться к свадьбе, и теперь каждое утро начинает со звонка мне. Не скажу, что я возмущаюсь, наоборот – эти звонки настраивают на позитивный день, но сегодня я выгляжу не самым лучшим образом.

– Привет, солнышко, – отвечаю я, движением руки прикрывая шторы, чтобы в комнате стало чуть темнее – мне кажется, что так синяки под глазами будут менее заметны.

– Привет, котик. Почему у тебя темно? Сегодня в Марьино разве должны быть осадки? – мою невесту не проведёшь.

Приходится рассказывать о вчерашнем «сборище непьющих друзей», которые пришли меня поздравлять. Алёна смеётся, когда я в красках описываю, в каком состоянии уезжали от меня друзья, что их даже таксист хотел снаружи машины отправить путешествовать.

– Я так скучаю по тебе, котик. – Она расстроенно смотрит мне в глаза, и мне так хочется её обнять в этот момент.

– Я тоже, малыш. Ещё три дня – и ты вернёшься, а потом свадьба, путешествие на орбиту, и месяц в космоотеле.

– Только это и поднимает настроение, – улыбается она, и рассказывает мне, как вчера её кот перепутал соседскую собаку с крыской, и таскал её по всему участку, пока бабушка-соседка гонялась за ним с веником. Даже и не думал, что где-то ещё используют такие «чудеса науки и техники». Впрочем, мама Алёны живёт в самой настоящей деревне, так что наверное это не так удивительно.

На самом деле в той деревне я бывал, правда всего пару раз – тяжело мне без новинок техники и умного дома. Но зато там живые курицы бегают по участку, и корова настоящая живёт в сарае. Никогда бы не подумал, что молоко прямо от коровы может быть вкуснее магазинного, но это и правда так. Получается, что старые книги не врут – и правда наши предки раньше жили без всех этих наворотов. Но я не могу, поэтому при первой же возможности сбегаю обратно в Москву.

– Пойду я маме помогать. А ты давай, собирайся в офис, а то тебя уволят с должности в первый же день. – Алёна отправляет мне воздушный поцелуй и завершает соединение.

Так о чём я рассказывал, когда она позвонила? Точно, не видать бы мне места руководителя, если бы не одно письмо. На самом деле случайно его заметил, автоматика определила его как спам, и оно ждало срок для полного удаления. Но взгляд мой случайно упал на заголовок «Жизнь сейчас или в прошлом? Что выбираешь ты?». Чем-то он меня зацепил, и я написал ответ автору письма. Потом мы договорились встретиться, он показал мне свои наработки, схемы и графики, и я почему-то ему поверил. Собрал все данные, посчитал прибыль и пошёл к генеральному. А дальше, сам не понимаю, что случилось. То ли я был настолько убедителен, то ли у генерального что-то щёлкнуло, но он практически расцеловал меня, сказал, что всю жизнь ждал, когда этот шанс настанет, в тот же день приказом создал новый отдел в компании и назначил меня в нём главным. Так что с сегодняшнего дня я начальник отдела перспективных разработок. Ну и что, что пока я в нём один? Зато начальник!

Позавтракав, я сложил посуду в раковину и нажал кнопку мойки. Тоже ещё одна удобная штука, которой мне так не хватало в деревне у Алёны. Там посуду за собой мыть надо, а то потом обедать не из чего будет. Вот ещё, лапки марать. Не для того я за собой слежу. Умный дом сам справится.

В комнате я активировал экран шкафа и в несколько движений выбрал себе костюм на сегодня. Белая, с небольшим оливковым оттенком, рубашка, классические чёрные брюки и пиджак. Ах да, галстук. С этим сложнее, никогда раньше их не носил, но теперь статус обязывает. Выбрал чёрный с фиолетовыми полосками – он показался мне идеально подходящим. Подождал несколько мгновений, пока шкаф подготовил выбранный мной костюм – всё аккуратно выстирано, поглажено и прямо таки пахнет свежестью утра. В коридоре выбрал подходящие ботинки, и стоя у зеркала – сделал скрин, отправив его Алёне. В ответ – ожидаемый лайк, и смайлик с поцелуем – скучает.

Запустив робота-пылесоса и охранную систему – вышел из квартиры. В последней особого смысла нет – у нас всё же довольно приличный жилой комплекс, с охраной, и даже лифтёром – но, как говорится, бережёного бог бережёт. Никогда не понимал, почему всех остальных он не бережёт, но спросить не у кого было – все знакомые как и я атеисты, а поискать в Сети информацию как-то не доходили руки. Спустился на лифте, встретился с консьержем: «Вы сегодня так презентабельно выглядите, господин Олег. Ой, ну что вы, не стоило, нам всё же платят за нашу работу». (Но купюру в карман спрятал.) И вышел во двор.

После того, как ввели дополнительный налог на владение, большая часть людей избавилась от личного транспорта, плюс за это ещё и доплачивало государство (мы же боремся за чистоту окружающей среды, ага) и пересели на общественный транспорт. Кто побогаче – мог позволить себе всё ещё перемещаться на личном. Вот я из их числа, спасибо маме с папой – имею неплохой флайцикл, с нуля до 100 в любом направлении – за 2 секунды. И когда я говорю в любом – я действительно имею в виду в любом, для меня нет преград – он одинаково хорош как на дорогах, так и над ними. А из-за того, что те, кто победнее, ездят на общественных электробусах – небо почти свободно.

До офиса я домчал за 15 минут – неслыханно много, обычно за 10 долетаю, надо будет сдать флай на осмотр, видать барахлит ускорение. Загнал транспорт в гараж (ещё один плюс быть начальником – парковочное место, а то в Сити они ну ОЧЕНЬ дорогие), и поднялся на лифте на наш сто семьдесят шестой этаж.

– Опаздываете, Олег Владимирович, – мило улыбается мне секретарша генерального. – Но я вас не выдам, проходите в свой кабинет скорее, а то Андрей Викторович уже поднимается в лифте, я по камерам видела его на парковке.

Быстро благодарю Марину (или Марию? Или Инессу? Чёрт её знает, у Викторыча секретарши постоянно меняются, спасибо его ревнивой жене, как увидит очередную красотку – так всё, пиши заявление) и заскакиваю в свой кабинет. Упасть в кресло, включить экран проектора и вывести на него графики по проекту – минута, и вот – я уже не опоздавший на рабочее место разгильдяй, а преуспевающий руководитель!

– Привет, Олег, – заглядывает в кабинет генеральный, – через пару минут зайди ко мне, обсудим планы на ближайший квартал, – и в сторону секретарши: – Инга, сделайте нам кофе, сахар не надо.

Точно, Инга. Даже не знаю, есть ли смысл запоминать, но на всякий случай отметку себе сделал. Скидываю графики на флеш, и иду в кабинет к Викторычу.

Глава 1. Пятилетку за квартал

– Ну что, Олег, как тебе новая должность, как кабинет? – генеральный улыбается, делает глоток кофе и ждёт ответа.

– Да пока не понятно, Андрей Викторо…

– Давай просто Андрей, всё же ты теперь тоже начальство, причём молодец, сам добился, без папкиной помощи.

– Давайте, Андрей, я не против. Кабинет мне нравится, а насчёт должности – я ж пока без подчинённых, даже не покомандовать никем.

– Ну ничего, дело наживное, мы с тобой сейчас ближайшие планы обсудим, бюджет по проекту обговорим, и пойдёшь искать себе ребят. Одно попрошу – постарайся выбрать сперва из компании кого-нибудь, всё же свои выращенные кадры – они всегда лояльнее и лучше чем кто-то со стороны.

Делаю глоток кофе (надо было всё же сказать Инге, чтобы мой сделала с сахаром, но сразу не сообразил, а теперь не хочу перед Викторычем выделываться), кладу флеш на накопитель, и графики по проекту повисают над столом.

– Напомни, в чём ключевая идея проекта, – спрашивает генеральный. – А то когда ты прошлый раз пришёл – я в такой эйфории был, понимаешь, жена с тёщей и детьми на месяц на Луну улетели, лечиться и отдыхать, а я на радостях, что отдохну от них – пообещал себе, что первого же кто придёт – повышу. А тут ты с этой идеей и обещаниями миллионных прибылей.

– Согласно теории, примерно шестьдесят шесть миллионов лет назад на Землю упал астероид, после его падения последовали масштабные извержения вулканов и изменение глобальной температуры, – улыбнувшись, пафосно, как по учебнику, начинаю я доклад. – В результате всё живое на планете вымерло, и жизнь начала развиваться в новом направлении, последствия которого мы наблюдаем сейчас. А так как современным людям тесно на Земле, и космос пока ещё не доступен для полноценного проживания, мы наблюдаем проблему перенаселения. Суть проекта – открытие Врат в тот период, когда на планете ещё царили динозавры, и постройка там части инфраструктуры, помогающей с нашими проблемами, а именно – защищённых городов для жизни, работы и отдыха людей.

– Ух, как грандиозно, – Андрей Викторович почти готов аплодировать мне, но сдерживается. – И сколько же нам будет стоить этот проект? А то что-то пока только затратами пахнет, а не прибылью.

– В том-то и дело, что затраты у нас будут только на создание Врат. А на постройку баз мы планируем привлекать инвесторов. Представьте, вам надо построить завод. В настоящем вам придётся собрать кучу разрешений, подписей, провести переговоры с жителями соседних районов, и это ещё даже сама стройка не началась. А в прошлом вы просто выкупаете у нас кусочек земли, и начинаете стройку. Всё равно астероид спустя какое-то время всё уничтожит, и никакого влияния на настоящее оказано не будет.

– И что, ты думаешь, найдутся желающие вкладывать в объекты, которые будут разрушены через несколько лет?

– А кто сказал лет? Согласно тому, что мне сказал автор идеи, он сможет приоткрывать так называемые «форточки», по которым мы сможем определить точное время падения метеорита, и окончательные врата мы откроем, ну допустим, на миллион лет раньше. А уж что там будет через миллион лет – никто и не будет задумываться. Он уже пробовал открывать, но в домашних условиях максимум на несколько недель в прошлое попадать удавалось, на большее не хватает энергии и ресурсов.

– А зачем людям платить нам деньги за эту землю? Кто нам даст право ей распоряжаться?

– Ну, знаете, мне вот бабушка рассказывала, что чуть больше ста лет назад нашлись люди, которые смогли взять в пользование земли на Луне, и продавали людям участки, и покупателей было столько, что земли на всех не хватало. А ведь они тогда ещё ни разу на ней не были, не считая исследовательских роботов. А сейчас? Попробуй только построить лунный модуль или базу, не спросив согласия собственника! Вот и с землями в прошлом будет также – мы первые их «прихватизируем», и сможем продавать или сдавать в аренду.

– Да, я тоже слышал про эти участки на Луне, но, к сожалению, моим родителям не удалось успеть купить такой участок, теперь приходится в лунотеле жить, когда летаем с женой на выходные. Кстати, вы с невестой уже решили, где проведёте медовый месяц?

– Да, сперва в “Точке Лагранжа” несколько дней повисим, полюбуемся красотами Земли из космоса, а потом в лунотель, там у Алёны дядя администратор, обещал прямо самый лучший номер с видом на Море Спокойствия дать.

– Красивое оно, море это.. Был там год назад, когда его только начали облагораживать – вид обалденный, смотришь, и понимаешь – вот где и правда не ступала нога человека.

Я встаю, подхожу к окну, разглядывая с высоты город под нами, а потом тихо произношу:

– Нога человека ещё не ступала в прошлом, и мы будем первыми, кто там окажется!

Генеральный с улыбкой смотрит на меня, а потом как будто вспомнив что-то – слегка бьёт себя по лбу:

– Слушай, Олег, я вот всё думал – а почему этот твой автор не пошёл с такой идеей в какие-нибудь крупные институты? Или к правительству? Почему ты? Ты же на тот момент был всего лишь ведущим специалистом, причём не самой крупной компании…

– Я его тоже про это спрашивал. Говорит, что пытался писать в институты, и в правительство – послали его с этой идеей, говорят мол «путешествия во времени – вымысел фантастов». Ну он и начал рассылать письма всем, чьи адреса смог достать из компаний первой сотни – авось кого зацепит идея.

– И получается, что нашёл тебя?

– Получается, – я снова подхожу к столу, присаживаюсь и допиваю кофе. – Когда мы начнём реализацию проекта?

Викторович смотрит на меня, потом на графики, и как-то задумчиво произносит:

– Ты про такую систему экономики как пятилетки что-то слышал?

– Да, что-то подобное было на уроках истории, но без особых подробностей, а что?

– Ну в общем и целом, если коротко, то раньше правительство ставило планы на 5 лет по всем отраслям, например, построить Байкало-Амурскую магистраль, и давало на это пять лет – отсюда слово «пятилетка». А потом тех, кто справлялся быстрее – награждали орденами и прочими почестями. Отсюда пошла фраза «Пятилетку за три года». А у нас с тобой будет всё ещё грандиознее. Первые результаты я хочу получить уже через квартал.

– Но, – я недоуменно смотрю на шефа, – три месяца для такого масштабного проекта – это же мало!

– Да я не прошу у тебя полноценный проход за это время сделать, хотя бы какие-то результаты, для инвесторов и акционеров.

– А… – пытаюсь я задать вопрос, но генеральный перебивает:

– Бюджет у тебя не ограничен, приказ я уже подписал. Действуй, Олег, будущее в твоих руках!

– Или прошлое, – думаю я, но вслух спрашиваю совершенно иное: – Разрешите идти?

– Иди, иди. И это, если секретарша нужна – забирай себе Ингу, а то через неделю жена возвращается, увольнять придётся, а человек она хороший, жалко её.

Глава 2. И зачем нам эта свадьба?

Домой в тот день я ехал в смешанных чувствах. С одной стороны – неограниченный бюджет, карт-бланш на набор сотрудников, а с другой… Хотя, три месяца – это же долго, авось что и выгорит. Уже подъезжая к дому, бросил взгляд наверх – в окнах квартиры горел свет. Но я же точно его выключал? Кого это принесло ко мне на ночь глядя? Вариантов было не то чтобы много, пароль от квартиры был только у Алёны и родителей. Но одна у мамы, а вторые без предупреждения вроде не приезжают…

Не стал дожидаться лифта, взбежал наверх по ступенькам. Ну, как взбежал… Хоть этаж всего третий, но наверх я поднялся, тяжело дыша. Наверное, всё же стоит хоть иногда посещать тренажёрный зал, на одних витаминах далеко не уедешь. Подошёл к квартире, и увидел, что дверь приоткрыта. Это было уже совсем странным – неужели воры? Да нет, бред какой-то, вон камера, она работает – то есть если бы были посторонние, тут бы уже наряд охраны стоял в полной боеготовности.

– Кто здесь? – спросил я, входя в квартиру.

– Олег, сын, привет, – из комнаты выглянул отец, – а я вот мимо проезжал, дай думаю заеду, поздравлю тебя с повышением, слышал сегодня в бизнес-выкладке.

– А ты чего не предупредил, что заедешь? Я бы хоть коньячка купил, отметили бы.. А то вчера всё с ребятами выпили, думал, новый алкоголь раньше свадьбы не понадобится. И дверь почему оставил открытой?

– Сюрприз тебе устроить хотел, да и проверить – вдруг ты тут шалишь, пока Алёнки нет. Смотри у меня, потеряешь эту девушку – уши надеру, слово даю! А дверь… Да вроде закрывал, может сквозняком открыло?

Я аж поперхнулся, услышав его ответ.

– То есть ты серьёзно приехал без предупреждения, в надежде застать как я тут, кхм, Алёне изменяю?

– Ну да. А что такого? Нам с мамой Алёнка очень нравится, а у тебя была довольно бурная молодость, вдруг ты за старое взялся?

– Папа!

– Олег!

– Пап, я серьёзно. Ещё раз так без предупреждения приедешь – сменю кодовые пароли.

– Я тоже серьёзно. Когда от тебя ушла Оля – нам собственно было безразлично, в восемнадцать лет – жизнь только начинается, попробовали, не получилось, с кем не бывает. Когда ушла Катя – уже немного напряглись, девочка-то вроде хорошая была. На Наташе, Ире и Марине даже внимание не успели остановить, настолько быстро вы расстались. Но тебе уже тридцать семь лет, да и Алёна очень хорошая, приличная девушка. Не упусти свой шанс, жалеть будешь.

– Пап, я очень люблю Алёнку, и я давно уже вырос из того возраста, когда мог за ночь поменять несколько девушек. Так что твои подозрения не обоснованы, у нас всё хорошо.

– Ну, тогда мы с мамой спокойны. А то она мне все уши уже прожужжала – как там Олежек, всё ли хорошо, а то так внуков понянчить хочется…

– Какие внуки? – моё изумление не знало границ. – Мы ещё даже не поженились, да и потом – Алёна хочет сперва карьеру сделать, я не собираюсь её останавливать. Внуки будут, но позже, и не вздумайте на свадьбе завести эту шарманку. Кстати, вы уже придумали, что подарите нам? Или нужно подсказывать?

– Не, подсказывать точно не нужно, есть у нас одна идея. Но, говорить не буду, хотим увидеть твою реакцию одновременно с Алёниной.

Мы ещё немного обсудили приближающуюся свадьбу, а потом решили выйти на улицу, прогуляться, заодно зайти в соседний ресторан, отметить моё повышение.

– Когда мы с тобой последний раз так гуляли, Олежек? – спросил меня добродушно отец, когда мы вышли из двора и пошли вдоль проспекта.

– Ну ты спросил тоже. Лет десять назад наверное, когда вы с мамой у меня были на новоселье, а обратно не захотели такси вызывать, решили пешком пройтись. До сих пор помню ту ночь, мы не догадались посмотреть прогноз осадков, и попали под такой ливень, что промокло всё, что могло и не могло.

– Да, знатный тогда дождик вышел, – смеётся отец. – А вот в моём детстве этих куполов ещё не было, и выходя утром из дома – ты не знал, попадёшь ли ты под дождь или под снег. Золотые времена были.

Беседуя, мы доходим до ресторана, но у нас нет желания сидеть в помещении, поэтому проходим мимо, и в ближайшем магазине берём бутылочку коньяка и сырную тарелку. Потом доходим до Марьинского пруда и устраиваемся на берегу. Звучат тосты за успешный старт, за отличного сына, за заботливых родителей. Когда коньяк заканчивается – мы прощаемся, отец вызывает такси, а я иду в сторону дома.

Подходя к дому – испытываю дежавю, так как в окнах снова горит свет! По привычке (ну как привычке, второй раз за день – привычка или нет?) взбираюсь по лестнице, в этот раз дверь закрыта. Ввожу пароль, открываю дверь и чуть не падаю на пол от прыжка на меня:

– Котик! – да, Алёна решила сделать мне сюрприз и вернулась от мамы на два дня раньше, запрыгнув на меня прямо в дверях. – А чем это от тебя пахнет? Ты опять с кем-то отмечал?!

– Да, отец приезжал, мы на прудах посидели с ним. Культурно! – предугадываю я реакцию невесты.

Она даёт мне договорить фразу, потом виснет у меня на шее и впивается в губы таким страстным поцелуем, что у меня напрочь сносит крышу. Я ногой захлопываю дверь, хорошо, что умный дом сразу блокирует замки, и несу её в спальню.

Я кладу Алёну на кровать и жестом руки меняю подсветку на «лёгкий романтик». Автоматически зажигаются свечи и включается музыка. Алёна лежит, закрыв глаза, и улыбается.

Я сажусь рядом, придвигаюсь ближе и целую её. Долго, нежно, как в первый раз. Она вздыхает, её руки скользят по моей спине.

– Я соскучилась, – шепчет она.

Я помогаю ей снять блузку, потом юбку. В свете свечей её кожа кажется золотистой. Я целую её плечи, ключицы, спускаюсь ниже. Она выгибается навстречу, тихо стонет.

– Не останавливайся, – просит она.

Я не останавливаюсь. Её дыхание сбивается, пальцы впиваются мне в плечи. Когда она наконец выдыхает – счастливая, расслабленная – я поднимаю голову и смотрю на неё.

– Я люблю тебя, – говорю я.

– Докажи, – улыбается она.

В ту ночь мы не спали долго. Говорили, смеялись, смотрели друг на друга. А когда свечи догорели – просто были рядом. Без слов. Без спешки.

Утром я смотрел на неё – растрёпанную, счастливую – и понимал, что ни за что не променял бы этот миг ни на какие блага будущего.

– Ты уверена в этом решении, малыш? – спросил я, когда мы лежали в обнимку.

– Абсолютно, – ответила она. – Я пока у мамы была – долго думала про это. Денег нам с тобой на жизнь хватит уже сейчас, а тебя к тому же ещё и повысили. А когда малыш подрастёт – я начну какое-нибудь своё дело, так что совсем домохозяйкой не стану, не надейся.

– Получается, мы немного с тобой не дождались до свадьбы, – смеюсь я.

– Когда ты меня три месяца назад соблазнял – ты про это не думал! – с ответной улыбкой грозным голосом укоряет меня Алёна.

– Думал! Но не про это, – мечтательно улыбаюсь я.

– А про что ты думал? – игривый голосок и рука, которая легла мне на ногу и медленно движется вверх, намекают, что моя невеста не насытилась.

– Ну, я не знаааааю, – тяну я, а её рука продолжает ласкать меня. – Эй, так нечестно, ты мне не даёшь подумать!

– А ты не думай, – произносит она и придвигается ближе.

«Господи, мою невесту подменили, — подумал я. — Раньше она соглашалась на близость только после долгих предисловий, а сейчас сама начинает. Нет, определённо стоило отпустить её в деревню, сплошные плюсы».

Мы целуемся снова, теряя счёт времени. А когда за окном начинает светать, я обнимаю её и шепчу:

– Как же я тебя люблю, малыш!

– Я тоже тебя очень люблю, котик! – она кладёт голову мне на плечо.

Засыпаем мы в тот вечер очень быстро, всё же сил на такой марафон ушло немало.

Утром я собираюсь на работу, а Алёна ходит по дому в чём мать родила, не давая сосредоточиться. И на все мои попытки либо одеть её, либо остаться с ней реагирует одинаково – убегает с криком «Тебе на работу надо, иди уже, деньги зарабатывай!».

Я с трудом одеваю брюки и еду в офис.

– Олег Владимирович, вы так хорошо сегодня выглядите! – Инга теперь моя секретарша, генеральный быстро сбагрил мне её, и теперь в моём отделе есть первый подчинённый. Ну, начало, как говорится, положено, будем искать дальше.

– Инга, э… – я понимаю, что не знаю её отчества.

– Можно просто Инга, – кокетливо улыбается девушка. – А то отчество меня сильно старит.

– Хорошо, эм, Инга, подготовьте мне список сотрудников, которые работают в нашей компании давно, но не могут получить повышение, потому что упёрлись в потолок должности. – Я захожу в свой кабинет и слышу выдох секретарши. «Мда, — подумал я, — только влюблённости мне не хватало».

До конца дня рассматриваю подготовленные личные дела, делаю пометки в файлах, и мысленно пытаюсь наметить план действий. Надо будет на завтра назначить встречу с Николаем, так зовут автора идеи, обсудить кандидатуры с ним, может быть, у него есть какие-то требования.

Уже под вечер вспоминаю, что так и не попросил у генерального отпуск на свадьбу, и иду к нему в кабинет. За столом секретаря у его двери сидит молодой человек, который грозно спрашивает меня, кто я и зачем мне к шефу.

– Дима, это наш руководитель отдела, и он может заходить ко мне в кабинет, когда я свободен, запомни это, – хорошо, что дверь в кабинет Андрей Викторовича была открыта, и он меня заметил. – Олег, заходи, чай, кофе будешь?

– Нет, Андрей, я на минутку, мне бы отпуск на свадьбу подписать.

– Так я уже давно распорядился, когда ты первый раз ещё сказал, что женишься наконец-то. В приказе всё готово, ты только даты скажи Диме, и он приказ проведёт сейчас же. Ты кстати так и не сказал, когда свадьба-то?

– Так в пятницу, потому и пришёл. А с понедельника я в отпуск тогда, надо только придумать, кого за себя оставить.

– Ну вот и придумай, три дня у тебя есть. И давай, без глупостей, чтобы отдохнул в отпуске, и вернулся к работе полным сил и идей!

После работы я заезжаю за Алёной, и пока мы мчимся по ночной Москве в театр – рассказываю ей, что отпуск уже подписан, билеты все куплены, и осталась только самая мелочь. На этих словах она ощутимо хватает меня под рёбра, и я понимаю, что для неё свадьба не мелочь. Она и для меня очень серьёзна, но я с детства привык шутить, и она это знает. Но синяки всё же останутся, как напоминание, про что шутить не стоит.

Глава 3. Начало проекта длиною в вечность

Утро начинается не с кофе. Утро начинается с мысли «надо было раньше ложиться вчера». Так я думал, когда прозвенел будильник. Кажется, только что легли спать, и уже пора ехать на работу. До шести утра гуляли по городу, обсуждая с Алёной проект, над которым я теперь буду работать, зато теперь у меня есть понимание, что я буду спрашивать у Николая на сегодняшней встрече.

Как будто почувствовав, что я его вспоминаю – звонок по голофону:

– Доброе утро, Олег. Не разбудил?

– Нет, я уже давно встал, собираюсь в офис – хорошо, что он звонит не с видеосвязью, можно немного и приукрасить свой «давний» подъём две минуты назад.

– О, чудесно. Я тоже собираюсь, через час буду у Вас в кабинете.

– Отлично, буду с нетерпением ждать.

Закончив обмениваться любезностями, нажимаю отбой связи. Теперь быстро есть и собираться на самом деле, а то можно и опоздать.

Алёнка ещё спит, не буду её трогать, пусть отдыхает после нашей ночной прогулки. Одеваюсь, спускаюсь в гараж и выезжаю на улицу. И только оказавшись там, понимаю, что чувствовали предки каких-то сто лет назад. Да-да, я попадаю под настоящий, мать его, ливень! И правда, Олег, кому нужны эти новости и прогнозы, да?!

Приходится возвращаться, переодеваться в новую одежду. По закону подлости лифт долго не приезжает, а когда оказывается на моём этаже – в нём нет мест, так как сверху едет на экскурсию мама с тремя детьми. «Чёрт, — подумал я, — только этого не хватало». Когда я наконец снова оказываюсь на флае – на улице светит солнце, и нет никаких следов прошедшего дождя. И почему я, спрашивается, не вышел минут на двадцать позже?

Известный закон гласит «если неприятность может случиться, она случается». И поэтому на въезде на подземный паркинг офиса я оказываюсь сразу за машиной генерального. Теперь точно не удастся выкрутиться с опозданием…

– Олег, доброе утро! А ты чего так поздно сегодня? Уже мысленно в отпуске?

Он ещё и издевается..

– Да под дождь попал, представляете? Впервые за десять лет не посмотрел прогноз, и именно сегодня дождь в нашем районе!

– Ну, с кем не бывает, ничего страшного. Привыкнешь, – очень странно произносит он, входя в лифт.

Отмечаю про себя эту странность, но тут же забываю, так как на первом этаже в лифт входит наше будущее светило науки, то есть Николай.

– Добрый день, – произносит он, и мы с Викторычем синхронно здороваемся в ответ.

– Олег, как только будет какой-то план – приходи, обсудим. – генеральный выходит на своём этаже, а мы с Николаем едем выше, на этаж перспективных разработок. А я разве не говорил, что у меня с сегодняшнего дня свой этаж? Ну забыл, с кем не бывает, как говорит шеф.

Инга уже сидит на своём месте, правда вместо рабочих программ у неё запущена какая-то прямая трансляция, ну да ладно, с этим мы потом ещё отдельно разберёмся.

– Николай, вы будете чай или кофе? – спрашиваю я, намекая секретарше, что надо оторваться от своих «важных» дел, и приступить к прямым обязанностям.

– Чай, и если можно – две ложечки сахара.

– Можно, конечно. – я киваю Инге, и добавляю: – А мне кофе, чёрный, крепкий.

Пока девушка накрывает нам столик – проходим к окну и любуемся на Сити с высоты.

– Красиво тут… – выдыхает Николай. – в моём Братеево конечно вид похуже, с третьего-то этажа…

– Так в чём же дело, выбирайте любой кабинет на этаже, он весь наш. И приезжайте хоть каждый день, любоваться, – с широкой барской руки говорю я, чем явно привожу своего собеседника в лёгкий шок.

– Да я собственно.. Ну ладно, давайте обсудим проект, а потом уже будем выбирать кабинеты.. – растерянно произносит он, и я понимаю, что слегка поторопился.

Мы садимся за стол, изобретатель кладёт на накопитель свой флеш, и на экране появляется заснеженная улица.

– Это снято вчера днём, в Братеево, из окна в моей квартире. – произносит он.

– Но позвольте, снега в городе не было с января… – неуверенно говорю я.

– Да-да, – перебивает меня Николай, – это январский день и есть.

– А-а-а, – до меня наконец доходит, – «Форточка»?

– Именно она, – улыбается мой собеседник. – К сожалению, в условиях квартиры четыре месяца – это максимум, которого мне удалось добиться. Но я очень рассчитываю на ваши мощности, и что вместе мы сможем достичь лучших результатов.

– А насколько по времени вы можете открывать свои окна? И самое главное – насколько с ними можно взаимодействовать? Я имею ввиду – можно ли сквозь такое окно на самом деле пройти в прошлое?

– На первый вопрос ответить очень легко, всё зависит от энергии, которая нам доступна, грубо говоря, при неограниченной энергии – окно можно держать открытым постоянно. Но говоря о неограниченной – я и правда имею ввиду неограниченную, это будет сравнимо со всей энергией, потребляемой небольшим городом типа Воронежа.

– Ух – восклицаю я, – не уверен, что такие масштабы потянем на постоянной основе.

– А на постоянной и не надо, мы же можем открывать это окно по необходимости. Самое главное, что нельзя открывать его в том же самом времени, в которое мы его уже открывали – иначе будет наслоение, и это может привести к катастрофе. Во всяком случае, по моим расчётам.

– Нет, катастроф нам точно не нужно – улыбаюсь я, – А что насчёт второго вопроса?

– Вчера днём я кинул со своего окна снежок, и попал им прямо перед старушками, которые сидели на лавочке. Крику было столько, что я побоялся, что оглохну, – смеётся Николай.

– Прям взяли снежок из окошка и кинули в настоящее? А как же законы времени, что ничего из прошлого не должно попадать в будущее?

– Ну вы скажете тоже. Это же всё придумано фантастами, и вообще, путешествий во времени не существует!

Николай с вызовом смотрит на меня, вероятно ожидая каких-то издёвок, после того как ведущие институты отфутболили его идеи именно с такой формулировкой.

– Ну что вы, мы вам верим. И даже вот, целый отдел под вашу идею открыли.

Изобретатель явно успокаивается, и мы переходим к просмотру анкет сотрудников для будущего отдела. Отбираем среди них несколько перспективных ребят и девчонок, и до конца дня успеваем со всеми побеседовать. И в итоге домой я еду, будучи гордым руководителем отдела из пяти человек. Да, включая меня, Ингу и Николая, но что мы, не люди разве?

Глава 4. Точка Лагранжа

Утро пятницы, 10 мая 2123 года, началось для меня с того, что Наташа включила поздравление ровно в восемь утра, как и положено умной помощнице в день свадьбы.

– Доброе утро, Олег! Сегодня ваш свадебный день. Желаю счастья, любви и долгих лет совместной жизни. Завтрак уже готов, флайцикл заправлен, костюм отглажен.

– Спасибо, Наташа, – я зевнул и посмотрел на Алёну. Она ещё спала, разметавшись по подушке. «Пусть выспится, — подумал я. — Сегодня главный день в её жизни. И в моей, если честно».

Я тихо встал, прошёл на кухню. Блинчики, свежевыжатый сок, латте – всё как я люблю. На экране – утренние новости. Сегодня дождь пройдёт в Ясенево, Тёплом Стане и небольшой – в Чертаново. Москва-Сити традиционно сухо.

«Погода по расписанию, — усмехнулся я. — А я ещё помню времена, когда люди смотрели на небо и гадали, брать зонт или нет. Дикари».

Ровно в девять утра проснулась Алёна. Она вышла из спальни в моей старой футболке, сонная, растрёпанная – и такая красивая, что у меня перехватило дыхание.

– Котик, – она потянулась и зевнула, – ты представляешь, мне приснился странный сон. Будто мы поженились в каком-то старом дворце, без голограмм, без автоматов, и регистраторша была живым человеком.

– Ну, регистраторша и сейчас живая, – улыбнулся я. – По крайней мере, я на это надеюсь.

– Ты понял, о чём я. В общем, всё было по-старинке. Даже платье у меня было не умное, а обычное – из ткани.

– Кошмар, – подыграл я. – И как ты такой ужас пережила?

Она шлёпнула меня подушкой. «Начало хорошего дня», — отметил я про себя.

Свадебная церемония проходила в Зале Перемен – модном месте в Москва-Сити, на сто пятом этаже. Когда мы с Алёной только выбирали площадку, она влюбилась в этот зал с первого взгляда: стеклянные стены, голографический потолок, который мог показывать что угодно – от звёздного неба до тропического ливня.

«И всё это за наши деньги, — подумал я. — Хорошо, что Викторыч дал премию».

Гости начали собираться к полудню. Отец, конечно, приехал первым и уже успел заказать себе двойной виски. «Он всегда так, — мысленно усмехнулся я. — На свадьбе сына можно и расслабиться». Мама носилась вокруг рассадочной голограммы, проверяя, всем ли хватит места. «Вечно она переживает. Как будто мы в театре, а не на регистрации».

Алёнина мама, Надежда Петровна, колдовала над «живым» столом – она привезла из своей деревни настоящие пирожки, соленья и даже маленький кусочек сала, чем привела в лёгкий ужас обслуживающий персонал.

– Оставь, мам, – смеялась Алёна. – Люди увидят, что еда может быть не из автомата, и потребуют скидку.

– А пусть требуют, – гордо ответила Надежда Петровна. – Мои пирожки стоят дороже любой синтезированной еды.

«Она, конечно, права, — подумал я, — но попробуй объясни это синтезатору».

Регистрация была почти мгновенной: мы с Алёной вставили свои идентификационные браслеты в специальный терминал, подтвердили согласие голосом и сканером сетчатки – и через десять секунд на голографическом потолке зажглась надпись: «Олег и Алёна – отныне одно целое».

Гости зааплодировали. Кто-то запустил в воздух умные конфетти – они кружились по залу, не падая на пол, и транслировали наши с Алёной голографические портреты.

– Традиции, – шепнул мне отец, подмигивая. – В моё время хотя бы бумажное свидетельство давали.

– Пап, у нас есть цифровое, – ответил я. – Его не потеряешь.

– И не поставишь в рамку на стену, – вздохнул он.

«Старая школа, — подумал я. — Им без бумажки — не жизнь».

Мы танцевали. Не вальс, конечно, а тот самый свадебный танец, который вошёл в моду лет двадцать назад: он генерировался нейросетью на лету, подстраиваясь под ритм движений. Наши шаги отображались на полу светящимися следами, и к концу танца эти следы сложились в сердечко. Алёна уткнулась носом мне в плечо и прошептала:

– Я так счастлива, Олег.

– Я тоже, — ответил я.

«И даже не вру, — добавил я про себя. — Хотя внутри что-то ёкнуло». Странное ощущение. Как будто кто-то смотрел на нас. Но вокруг были только гости, смех, музыка и бесконечные тосты.

«Показалось, — решил я. — Нервы».

Через три часа, когда голографический потолок сменил третью погоду (от солнечной до штормовой и обратно на звёздную), мы начали прощаться. Нас ждало путешествие.

– Не скучайте, – сказала Алёна маме, обнимая её. – Мы через неделю вернёмся.

– Через неделю, – повторила Надежда Петровна, вытирая слёзы. – А я уже скучаю.

Отец пожал мне руку. Крепко, по-мужски.

– Береги её, – сказал он тихо. – Алёнка — золото.

– Знаю, пап.

«И ты береги себя, — подумал я. — С твоим-то давлением и любовью к солёному».

Внуково-2 я знал плохо. Обычные рейсы отправлялись из Внуково-1, а оттуда – только на орбиту и дальше. Здание терминала напоминало огромный стеклянный куб, разрезанный пополам гравитационным тоннелем.

«Красиво, — подумал я, оглядываясь. — Но кому пришло в голову разрезать куб пополам? Архитекторы — странные люди».

Мы припарковали флай в зоне долгосрочного хранения (отец настоял на страховке «Метеорит», хотя я считал, что это перебор) и пошли регистрироваться.

– Билеты бизнес-класса, – объявила девушка за стойкой, сканируя наши браслеты. – Подъём на борт через двадцать минут. Приглашаю в зал ожидания «Люкс» — там есть свежий кофе, настоящие круассаны и кресла с функцией невесомости.

– Слышишь, Алёна? – я подмигнул жене. – Настоящие круассаны.

– Ты и так меня уже уговорил, – засмеялась она. – Я согласна лететь даже без них.

«Вот это женщина, — подумал я с уважением. — Ради меня — и без круассанов».

Зал ожидания оказался просторным, с панорамными окнами на взлётное поле. Там царил привычный для космопорта хаос: люди в одинаковых серебристых комбинезонах (служащие), пассажиры в цивильном, несколько роботов-носильщиков, бестолково кружащих вокруг одной и той же багажной сумки. Алёна заметила их первой.

– Смотри, – она ткнула меня локтем, – опять глючат.

– Да они всегда глючат, – отмахнулся я. – Ещё с прошлого года не могут апдейт нормальный выпустить.

«Вот вам и прогресс, — мысленно усмехнулся я. — Летаем в космос, а роботы сумки таскать не умеют».

Мы сели в кресла. Я заказал кофе (настоящий, не синтезированный — отличительная черта бизнес-класса), Алёна взяла зелёный чай. За огромным стеклом готовился к старту шаттл – белый, обтекаемый, с синими огнями по бортам. Как раз наш.

– Рейс 307 до «Точки Лагранжа» объявляется на посадку, – раздался голос из динамиков. – Приглашаются пассажиры бизнес-класса.

Мы пошли к выходу. Через гравитационный тоннель – длинную прозрачную трубу, внутри которой людей мягко тянуло вперёд – попали прямо в салон шаттла. Наши места были в передней части, кресла широкие, откидывающиеся почти в горизонтальное положение, с отдельными экранами и кнопкой вызова стюарда.

«Бизнес-класс, — подумал я с удовлетворением. — Мама будет гордиться».

– Олежек, смотри, – Алёна ткнула пальцем в иллюминатор. – Земля.

Я прильнул к стеклу. Мы уже поднялись – шаттл шёл на орбиту, и внизу, в прорехе между облаками, угадывались очертания знакомых городов. Москва, подсвеченная золотом куполов. Питер, утопающий в зелени парков. Где-то там остались наши родители, друзья, работа, проект.

– Красиво, – сказал я.

– Почему? – удивилась Алёна.

– Не знаю, — ответил я. — Высота, наверное.

Но я врал. Дело было не в высоте. «Мы летим в космос, — думал я. — В космос. А я ещё никогда не был в космосе. И, если честно, немного страшно».

Отель «Точка Лагранжа» встретил нас музыкой.

Не громкой, не навязчивой – просто фоном. «Космическая колыбельная, — подумал я. — Надеюсь, счёт за номер не будет таким же убаюкивающим».

Мы вышли из пересадочного модуля и попали в главный холл – огромную круглую комнату, вся стена которой была прозрачной. За ней медленно вращались звёзды, Земля где-то внизу, Луна – слева.

«Ничего себе, — мысленно присвистнул я. — А говорили, что в космосе скучно».

– Ваш номер, господа, – к нам подошёл служащий в белом мундире, – люкс «Маре». Это наш лучший номер для молодожёнов. Прошу за мной.

Мы пошли за ним по коридору, который плавно изгибался, повторяя форму отеля. Стены мягко светились, пол был тёплым – босиком было идти приятно.

«Тёплый пол в космосе, — подумал я. — Прогресс, чёрт возьми».

Коридор заканчивался дверью без ручки. Служащий приложил ладонь к сенсору, дверь бесшумно открылась.

– Круговой обзор, – объявил он, – климат-контроль, звукоизоляция, система «Умный космос». Завтрак подаётся в номер по вашему запросу. Управление – голосом или через браслет. Приятного отдыха.

Он поклонился и ушёл.

Мы остались одни.

Номер оказался именно таким, как обещали. Круглая кровать посередине (Алёна хихикнула, когда её увидела), мягкие кресла, столик с фруктами и бутылкой настоящего шампанского. И – главное – стены. Прозрачные.

«Круглая кровать, — подумал я. — Потому что обычная, квадратная, в космосе не работает? Или это дизайнер так пошутил?»

Алёна подошла к прозрачной стене, прижалась к ней ладонями.

– Это невероятно, — прошептала она.

– Невероятно, — согласился я, подходя ближе.

Мы стояли и смотрели на вселенскую красоту. Отель вращался, и картинка за окнами медленно менялась: сначала Земля, потом Луна, потом бесконечная чернота с редкими точками звёзд.

«Интересно, — подумал я, — сколько стоит этот номер в сутки? Хотя ладно, не будем портить момент».

И только одно показалось мне странным.

Когда мы вошли, на столике лежал букет цветов. Живых. С капельками воды на лепестках. Я спросил у служащего по голосовой связи, от кого подарок.

– Не указано, господин Майковский. Просто – доставлено для вас.

Алёна обрадовалась. «Наверное, родители постарались», — решила она и поставила букет в вазу.

Я не стал спорить.

Но я точно знал, что мама ненавидит живые цветы. Слишком много с ними возни.

«Странно, — подумал я. — Очень странно».

А вслух сказал:

– Ну что, жена? С медовым месяцем нас.

Алёна улыбнулась, подошла ко мне и поцеловала.

А я всё думал о букете.

Кто его прислал? И зачем?

Но тогда – в тот момент – я отогнал эти мысли. Потому что рядом была она. Мы были в космосе. И это была наша первая брачная ночь.

Остальное могло подождать.

Глава 5. Первая ночь в невесомости

Мы остались одни. Дверь за служащим закрылась с едва слышным щелчком, и в номере воцарилась тишина. Не та ватная, городская, с приглушённым гулом флайциклов и голофонов, а настоящая. Космическая.

«Так вот она какая, — подумал я. — Тишина, в которой слышно, как бьётся твоё собственное сердце».

Алёна стояла у прозрачной стены, глядя на медленно проплывающую Землю. Голубой шар висел в черноте, подсвеченный солнцем, и я поймал себя на мысли, что никогда раньше не видел её такой задумчивой.

– О чём думаешь? – спросил я, подходя ближе.

– О том, что мы теперь муж и жена, – она повернулась ко мне, и в её глазах танцевали звёздные блики. – И о том, что вокруг – целая вселенная, а я смотрю только на тебя.

Она сделала шаг ко мне, взяла за руку и потянула к кровати.

Кровать оказалась огромной. Круглой, мягкой, с простынями, которые переливались серебром при каждом движении. Алёна отпустила мою руку, отошла на шаг и начала расстёгивать блузку.

– Ты собираешься просто стоять и смотреть? – усмехнулась она.

– А что, можно? – я тоже усмехнулся, но в горле пересохло. «Спокойно, Майковский, — сказал я себе. — Ты взрослый мужчина. Ты динозавров не боишься. А тут просто женщина. Твоя жена. Которая раздевается. В космосе. Ничего особенного».

Она скинула блузку на пол, за ней последовала юбка. В свете звёзд, которые проникали через прозрачные стены, она была прекрасна.

– Тогда смотри, – шепнула она, подходя ко мне вплотную. – Смотри и запоминай.

Она запустила пальцы мне в волосы, притянула к себе и поцеловала. Долго, нежно, с лёгким прикусом нижней губы, от которого у меня всегда сносило крышу.

– Я люблю тебя, – прошептал я ей в губы.

– Докажи, – ответила она.

Мы опустились на кровать. Я целовал её плечи, руки, шею – каждый сантиметр её тела, который казался мне самым драгоценным в мире. Она отвечала, гладила мою спину, шептала что-то неразборчивое.

«Звёзды, — подумал я, отрываясь на секунду и глядя в прозрачный потолок. — Настоящие. Без голограмм, без куполов, без запрограммированных затмений. А я когда-то переживал, что во Внуково-2 закончились круассаны. Идиот».

В ту ночь мы не спали почти до утра. Говорили, смеялись, смотрели на звёзды за прозрачными стенами. А когда силы наконец оставили нас – просто лежали рядом, переплетя пальцы, и слушали тишину космоса.

– Знаешь, – сказала Алёна сонно, прижимаясь ко мне, – я не жалею, что согласилась на этот отель.

– А должна была жалеть?

– Нет. Просто… я боялась, что будет страшно. Тьма, пустота, всё такое. А оказалось – красиво. И очень спокойно.

Я поцеловал её в лоб.

– Спи, – сказал я. – Завтра у нас будет новый день.

Она улыбнулась и закрыла глаза. А я всё смотрел на звёзды и думал о том, что счастье – оно не в технологиях и не в космических отелях. Оно в этом моменте. В ней. В нас.

Я уже начал засыпать, когда над ухом раздался сигнал голофона.

«Кому взбредёт в голову звонить в пять утра по земному времени? — подумал я спросонья. — Только не говорите, что это Викторыч».

Сигнал повторился. И ещё раз.

Я осторожно, чтобы не разбудить Алёну, взял браслет и активировал соединение на минимальную громкость.

– Олег? – голос Андрей Викторовича звучал непривычно. Не было в нём той лёгкой, почти панибратской нотки, которая обычно сквозила при общении. – Ты меня слышишь?

– Да, Андрей, – прошептал я. – Что случилось?

– Слушай, я понимаю, что у тебя медовый месяц, но… – он замолчал на секунду. – Тебе нужно вернуться. Срочно. Прямо сегодня.

«Чёрт, — подумал я. — Только этого не хватало».

– Но как? – я сел на кровати, стараясь не разбудить Алёну. – У нас билеты только через неделю.

– Я уже распорядился. Из отеля отправят пересадочный модуль через два часа. На Земле вас встретят, доставят прямо в офис.

– Что стряслось? – я не скрывал тревоги.

Генеральный помолчал. Долго. Так долго, что я уже подумал – связь прервалась.

– Не по голофону, Олег, – голос его стал тихим, почти беззвучным. – Приезжай. И никому ничего не говори. Даже Алёне. Пока.

Соединение оборвалось.

Я сидел на кровати, глядя на спящую жену, и впервые за несколько дней чувствовал не счастье. А страх. Чистый, ледяной страх, от которого сводило зубы.

«Что там могло случиться? — вертелось в голове. — Проект? Николай? Конкуренты?»

Звёзды за стеклом смотрели равнодушно. Им не было до нас никакого дела.

Я лёг, обнял Алёну и закрыл глаза. Спать всё равно не получалось. Но хотя бы попытаться.