Цитаты из книги «Вирус «Reamde»», страница 9

В этом, насколько она понимала, и состоял смысл религии, в которой она выросла: чтобы людям было легче переживать то ужасное, что с ними происходит. Ну и ещё в наборе церемоний, чтобы не просто улечься в койку или забросать покойника землёй, а прилично и по-людски.

Если не считать, что его племянница в заложниках, а сам он в плену у головорезов, Ричард переживал лучший отпуск за десять лет. Хотя на самом деле первый.

Вполне естественно, что из творческих специалистов первыми предстояло нанять писателей: именно они зададут направление художникам, композиторам и дизайнерам. Корпорация-9592 пригласила профессора Дональда Кэмерона, кембриджского дона и автора очень популярной фэнтези, набросать основные ориентиры. Но дон Дональд (или Дэ-Квадрат, как его очень скоро стали называть между собой) как раз в то время по договору с издательством дописывал тома с одиннадцатого по тринадцатый трилогии «Сказание о древних королях», а Ричард не мог ждать.

Для гиков клёвое сокращение важнее, чем то, что оно обозначает.

– Теперь на повестке ты, – вздохнув, признал Джонс и слегка повернулся, показывая правую руку, в которой держал полуавтоматический пистолет. Зула вздрогнула, и Джонс тут же поднял ствол. Ее исключительно хорошо приучили к тому, как надо себя вести рядом с оружием, и вид дула пугал ее куда сильнее, чем любого, кто не часто сталкивался с пистолетами. – Было крайне приятно познакомиться, – сказал Джонс так, словно провожал ее на поезд. – В самом деле приятно. В идеальном… нет, хотя бы в лучшем мире я произнес бы что-то вроде: «Зула, прими ислам, вступи в ряды моджахедов, давай сражаться бок о бок», – а ты ответила бы: «Конечно, я узрела свет веры, и да будет так». Но не выйдет: всего несколько часов назад ты искренне и вполне убедительно пообещала вести себя покорно и сотрудничать, а потом взяла и убила моего лучшего человека диском.

Она отвела взгляд. Есть ли смысл испытывать вину?

– И каким – «Реальной любовью»! Фильмом, к которому я втайне питал слабость и который уже никогда не принесет мне того же кайфа. И потому, как это для меня ни прискорбно, ради пользы дела я обязан…

– У моего дяди – шестьсот миллионов долларов.

Джонс оторопел.

– Не может быть, – помешкав, сказал он.

– Водка в баре. – Шпионка Оливия сказала это по-русски. По акценту и по тому, что она сразу предложила выпивку, Соколов наконец угадал в ней британку.

– Спасибо, но я русский с несколько необычными привычками и не воспользуюсь этой возможностью напиться.