Цитаты из книги «Тарас Бульба», страница 4

мают, уж и не человек, коли жид! – Ну, так положи меня в воз с рыбою! – Не можно, пан, ей-богу, не можно! по всей Польше люди голодны теперь, как собаки: и рыбу раскрадут, и пана нащупают. – Так вези меня хоть на черте, только вези! – Слушай, слушай, пан! – сказал жид, посунувши 185 обшлага рукавов своих и подходя к нему с растопыренными руками, – вот что мы сделаем: теперь строят везде крепости и замки; из Неметчины приехали французские инженеры, а потому

час представил сыновей, говоря: «Вот, смотрите, какие молодцы! на Сечь их скоро пошлю». Гости

Дыбом стал бы ныне волос от тех страшных знаков свирепства полудикого века, которые пронесли везде запорожцы. Избитые младенцы, обрезанные груди у женщин, содранная кожа с ног по колена у выпущенных на свободу, – словом, крупною монетою отплачивали казаки прежние долги.

Она миг только жила любовью, только в первую горячку страсти, в первую горячку юности, и уже суровый прельститель ее покидал ее для сабли, для товарищей, для бражничества

стали теперь грозны и сильны. А старому Тарасу любо было видеть, как оба сына его были одни из первых. Остапу,

Он тщательно скрывал от своих товарищей эти движения страстной юношеской души, потому что в тогдашний век было стыдно и бесчестно думать казаку о женщине и любви, не отведав битвы.

остались только в песнях да в народных думах, уже не поющихся больше на Украйне бородатыми старцамислепцами в сопровождении тихого треньканья бандуры 15 , в виду обступившего

бледная, худощавая и добрая мать их

промежутке до ужина, под висевшей над столом лампой отец читал Гоголя. Мать шила. Девочки

Вся любовь, все чувства, все, что есть нежного и страстного в женщине, все обратилось у нее в одно материнское чувство.