Цитаты из книги «Ворона на мосту», страница 15

О, да ты ни в чем не знаешь меры! Такая цельность натуры заслуживает восхищения.

Моя позиция, как ты понимаешь, не из тех, что хочется отстаивать до последней капли крови. Если я дурак, тем лучше для всех.

Если удача твоя окажется столь велика, что доживёшь до утра, получишь передышку, снова будешь вдыхать воздух, глядеть по сторонам, слушать звуки, прикасаться, к чему пожелаешь, станешь ходить, лежать, летать, спать и видеть сны; все это не вернёт тебе утраченную способность радоваться, зато подарит наслаждение, и это лучше, чем ничего, уж во всяком случае много больше, чем можно было рассчитывать, потому что рассчитывать тебе, честно говоря, было не на что.

Словом, он был отвратительным типом — в точности таким, каким я сам всегда хотел стать, просто у него получилось, а у меня — нет. Это делало и без того вполне неприятную ситуацию совершенно невыносимой.

И это, увы, единственное достоинство бедняги Нуфлина. Впрочем, нет. Второе его достоинство состоит в том, что у него нет брата-близнеца.

Есть разные одиночества. Способов оставаться одиноким, мне кажется, гораздо больше, чем способов быть вместе с кем бы то ни было.

Но с этим как раз можно не спешить, время пока есть, я молод, даже слишком, а вот могущество мне требуется как можно скорее, срочно, немедленно вот прямо сейчас, а лучше бы - позавчера.

Итак, я каким-то образом был жив и, мягко говоря, не скучал.

Итак, я каким-то образом был жив и, мягко говоря, не скучал. Тёк как вода, пылал как огонь, существовал и действовал, не думая, не рассуждая и, увы, почти ничего не осознавая.

Я бы и рад тебе все объяснить. Но видишь ли, самые важные вещи можно понять только на собственной шкуре.