Цитаты из книги «Анна Каренина», страница 34
было то постоянное, тихое сияние, которое устанавливается на лицах людей, имеющих успех и уверенных в признании всеми этого успеха
Он, как поживший, не глупый и не больной человек, не верил в медицину
и, главное, самая радость прощения сделали то, что он вдруг почувствовал не только утоление своих страданий, но и душевное спокойствие, которого он никогда прежде не испытывал. Он вдруг почувствовал, что то самое, что было источником его страданий, стало источником его духовной радости, то, что казалось неразрешимым, когда он осуждал, упрекал и ненавидел, стало просто и ясно, когда он прощал и любил.
Никто не доволен своим состоянием, и всякий доволен своим умом
– Получили наконец? – проговорил
Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.
Карета готова, – сказал Матвей. – Да просительница, – прибавил он. – Давно тут? – спросил Степан Аркадьич. – С полчасика. – Сколько раз тебе приказано сейчас же докладывать! – Надо же вам дать хоть кофею откушать, – сказал Матвей тем дружески грубым тоном, на который нельзя было сердиться. – Ну, проси же скорее, – сказал Облонский, морщась от досады. Просительница
выступавший из рамы, и не мог оторваться от него. Он даже забыл, где был, и, не слушая того, что говорилось, не спускал глаз с удивительного портрета. Это была не картина, а живая прелестная
дость прощения сделали то, что он вдруг почувствовал не только утоление своих страданий, но и душевное спокойствие, которого он никогда прежде не испытывал. Он вдруг почувствовал, что то самое, что было источником его страданий, стало источником его духовной радости, то, что казалось неразрешимым, когда он осуждал, упрекал и ненавидел, стало просто и ясно, когда он прощал и любил.
оставалось еще много досуга и умственных сил.
