Комментарии, 546 отзывов

"Но в ту минуту старый Дарби стал героем. Он стоял как боксер, оглушенный ударами. Он наклонил голову. Он выставил кулаки в ожидании сигнала к бою. Потом поднял голову и назвал Кэмбла гадюкой. Тут же поправился: гадюки, сказал он, никак не могли не родиться гадюками, а Кэмбл, который мог не быть тем, чем он стал, в тысячу раз подлее гадюки, или крысы, или даже клеща, насосавшегося крови"

Когда мы смотрим фильмы о войне и читаем об этом книги, перед нами сразу предстает образ этаких мужчин с грубыми голосами, усами и морщинами между бровей. А в действительности, основную массу составляют совсем еще дети, молодые парни после армии, которые не проживут на поле боя и 15-ти минут. И это по-настоящему страшно. Автор в своём романе показывает абсурдность войны, всю её бессмысленность и беспощадность. Он описывает происходящее с юмором, то и дело перескакивая с одного времени в другое. Он подбирает такие фразы и сравнения, что невольно восхищаешься, как в такой маленькой книге обнаруживается столько смысла. Бойня номер пять - книга, в которой ирония и реальность настолько тесно переплетаются, что становится смешно, когда нужно грустить, и наоборот. Здесь нет места войне. Роман учит быть терпеливым и радоваться тому, что имеешь. Он говорит тебе, что в настоящее время пора научится решать проблемы без помощи войны.

А что, собственно произошло? И что это было? А мне вообще понравилось? Что это, мемуары человека, прошедшего войну, или результат довольно странного воображения писателя?

Одно слово крутилось в голове, на протяжение всего чтения – бред. К концу книги мое отчаяние сложить пазл из тех крупиц проблесков смысла взорвалось цветастым феейерверком, аж искры из глаз. А инопланетяне – сарказм или очередной бредовый приступ?

А в заключении МИРАКЛ, ПАРАДОКС, НЕОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО – я полюбила эту книгу, ощущения насекомого, застывшего в янтаре, когда вроде бы осознаешь происходящее и в тоже время не осознаешь, передались и мне.

Такие дела. Пьюти-фьют!

Не люблю книги о войне, потому что ненавижу войну и все, что с ней связано. В войне нет победителей, в ней только проигравшие. Не могу понять бессмысленного уничтожения себе подобных. И даже не знаю, почему решила прочитать эту книгу. Но однажды я наткнулась на заметку об авторе - Курте Воннегуте - в которой говорилось, что он вкусил все ужасы войны, побывав военнопленным, и выжил после бомбардировки Дрездена. Кроме того, упоминался его уникальный стиль. Чем-то та заметка зацепила меня, и я решила как-нибудь прочесть его книгу. В самой первой главе "Бойни..." мне запомнился разговор автора с женой своего фронтового товарища, к которому он приехал, дабы освежить воспоминания о военном времени для написания книги. Мэри сказала:

- Вы притворитесь, что вы были вовсе не детьми, а настоящими мужчинами, и вас в кино будут играть всякие Фрэнки Синатры и Джоны Уэйны или еще какие-нибудь знаменитости, скверные старики, которые обожают войну. И война будет показана красиво, и пойдут войны одна за другой. А драться будут дети, вон как те наши дети наверху.

И ее можно понять - какая мать захочет, чтобы ее детей убивали на не нужной ей войне ради призрачных идеалов. Ответ Курта мне очень понравился:

- ...Но если я когда-нибудь эту книгу кончу, то даю вам честное слово, что никакой роли ни для Фрэнка Синатры, ни для Джона Уэйна в ней не будет. И знаете что, - добавил я, - я назову книгу «Крестовый поход детей».

И так и было. В книге нет героических персонажей, на которых хочется равняться и кому хочется подражать. Война здесь неприглядна в своей абсурдности. Кроме того, Воннегут показал все стороны равными - нет врагов, просто люди, которые пытаются выжить. Персонажи вышли немного гротесктными - сам Билли Пилигрим, сошедший с ума, совершающий полеты на другую планету и путешествующий во времени, переживая одни и те же события раз за разом. Его временный попутчик во вражеском тылу Роланд Вири - прямо-таки карикатура на любого героя войны. У Воннегута нет великих полководцев - герои его книги простые люди, не имеющие отношения к войне, многие из них еще слишком юны, чтобы уметь ненавидеть целые нации. Так что он сдержал обещание, данное Мэри О'Хэйр: не думаю, что у кого-то возникло восхищение войной после прочтения. Не скажу, что читать было легко - все же повествование больше напоминает полубезумный бред, вместе с тем, здесь ощущается эффект антивоенной пропаганды и этим она нравится. Думаю, что еще вернусь к произведениям этого неоднозначного автора.

Есть книги, которые в корне меняют твое представление о жизни, о смерти, о мире в целом. "Бойня №5" - это одна из таких книг. Я вообще-то очень боялась читать Воннегута. Боялась, что ничего не пойму, а потому мне не понравятся его книги. Но знакомство получилось явно удачным. Сложно писать книги о войне. Об этом написано и сказано уже очень много, все понимают, что война - это плохо. Даже не так. Война - это абсурдно. Но ведь войны ведутся сейчас и будут вестись всегда, как это ни печально. На этой мысли, как мне кажется, Курт Воннегут делает отдельный акцент. Сколько бы ни было антивоенных движений, кампаний, все бессмысленно. Войны будут, хоть они сами также являются бессмысленными. И люди будут продолжать умирать за свои правительства. Такие дела. Также у Воннегута прослеживается еще одна мысль, та мысль, которая так часто появляется и в книгах Ремарка и которая всегда рвет мне сердце на части. Эта мысль о том, что воюют чаще всего дети. Молодые люди, которые только что закончили школы, которые еще недавно бегали по дворам с товарищами и не занимались ничем особенным, думая, что у них впереди вся жизнь. Но их планам и мечтам не суждено было сбыться. История с перемещениями героя во времени меня сначала только путала. Я не понимала, зачем вообще она была нужна. Но потом для меня эти перемещения стали еще одним ключиком к пониманию характера героя. На самом деле тральфамадорцы очень мудро глядят на мир, нам, возможно, следовало бы поучиться у них:

Самое важное, что я узнал на Тральфамадоре, - это то, что, когда человек умирает, нам это только кажется. Он все еще жив в прошлом, так что очень глупо плакать на его похоронах. Все моменты прошлого, настоящего и будущего всегда существовали и всегда будут существовать.

Вот этому земляне могли бы научиться у нас, если бы постарались. Не обращать внимание на плохое и сосредоточиваться на хороших минутах.

P. S. Словосочетание "Такие дела" упоминается в романе 102 раза на 221 странице. Просто вдумайтесь, какое количество смертей уместилось в такую небольшую книгу.

Послушайте,же! Разве вы - герои войн , или вершители человечества? Может быть и так. Но посмотрите на это с другой стороны. Со стороны Курта Воннегута. И он вам расскажет историю о Билли Пиллигримме , который все время путешествовал во времени. А для чего он путешествовал - и как - неведомо. Такие дела.... Один из ключевых романов Воннегута , повествующий нам и о бомбардировке города Дрезден , которую автор действительно застал. Это - роман - автобиография , но в сатирической атмосфере , которая и показывает ненужность и бесполезность войн.

— А знаете, что я говорю людям, когда слышу, что они пишут антивоенные книжки? Я им говорю: а почему бы вам вместо этого не написать антиледниковую книжку?

Есть такая категория вопросов, которые принято называть "вечными". Что есть добро и зло, что такое справедливость, возможно ли жить без войн - актуальность таких вопросов не теряется с веками. Последнее, даже наоборот – в связи с неуёмной тягой человечества к изобретению всё новых средств уничтожения друг друга, со временем становится только злободневнее и острее. Интересно было бы знать, действительно эти проблемы вечны и человечество обречено решать их до тех пор пока оно само существует, или же настанет однажды светлый день, когда люди договорятся между собой обо всём раз и навсегда, и перестанут, например, воевать. Но второй вариант как-то не очень правдоподобен, да?

Как же объяснить людям, что войны и убийства это плохо? Какую книгу и с какими словами нужно написать, чтобы не осталось никаких сомнений? Курт Воннегут понимает тщетность всех этих попыток, но и не написать антивоенный роман он не в состоянии, он должен рассказать о Билли Пилигриме и страшной бомбежке Дрездена. О трагедии маленького человека на большой войне и о том, как эта война поломала и без того слабую личность, которая для примирения в своей голове всех увиденных ужасов с мирной послевоенной действительностью вынуждена придумать для себя всё объясняющих инопланетных существ, проповедующих отсутствие смерти и созерцание только счастливых моментов своей жизни.

Порой в голову приходят отвратительные мысли о необходимости небольших войн, чтобы у каждого поколения какой-либо страны был перед глазами наглядный пример жестокости и глупости военных действий в виде покалеченных судеб солдат, офицеров, их семей. Только личный опыт позволяет выработать стойкую негативную реакцию, развенчать в собственных глазах представление о войне как о некоем прекрасном действии, где есть возможность бесконечной демонстрации отваги, доблести и героизма. "История ни чему не учит", и это правда. Часто кажется, что или сейчас другой исторический момент, которого прежде не было, и нельзя оставаться в стороне, не отстаивая своих прав или притязаний, или же складывается ощущение, что предшественники в похожей ситуации допустили много ошибок и вообще были нерасторопны, но теперь-то всё будет учтено и исполнено в лучшем виде. И раз за разом грабли за граблями болезненно бьют по головам самоуверенных поколений. А после - осознание ошибок, раскаяние, затишье... и всё по новой.

В книге Воннегута прекрасно показана ничтожность цены человеческой жизни на войне. Вот был человек и умер. Такие дела. А вот стоял красивейший город на Эльбе и вот он уже в руинах, и опустел то ли на 35, то ли на 135 тысяч человек. Бывает. Бывают, кстати, такие удачные и наглядные сравнения, которые особенно "прошибают". Как, например, у Евгения Гришковца в спектакле "+1" есть наглядное сравнение на портновском сантиметре, что есть отрезок нашей современной истории, которая кажется нам самой важной, по сравнению с историей всего человечества. У Воннегута такой прошибающей деталью является план его книги, набросанный на куске обоев, где разноцветными линиями изображены судьбы героев - судьбы людей, которые на самом деле существовали. Вообразите, что вашу жизнь – всё, что у вас есть, представляют в виде тонкой линии на бесполезном куске обшарпанных обоев - вот тут она начинается, здесь встречается с другой цветной линией, чуть дальше проходит через стену оранжевых крестиков, а вот там она, увы, кончается. Вы же не в обиде, что она кончается? Это у всех так, ничего не попишешь. Такие дела.

О самой книге говорить много не хочется, всё и так понятно без слов. Дети на войне - глупо. Люди на войне - глупо. Сравнивать количество погибших от разных бомбежек и делать выводы о "гуманности" того или иного оружия - глупо. Надеяться на то, что вдруг все одумаются и перестанут - глупо. Винить во всем этом самих людей - ... ?

Книга из списка запрещенных за излишне жестокую иллюстрацию военных событий?

Вот здесь явно была другая причина, ибо тяжелой эту книгу не назовешь. А война, хоть и является центральной темой произведения, но рассматривается с какой-то другой стороны, очень далекой от того, что мы привыкли читать, например, в советской военной литературе. Это не хорошо и не плохо, и тоже имеет место быть, особенно как нечто отличающееся.

Каким-то магическим образом я умудрилась побывать в Дрездене аж два раза, и естественно слышала эти жуткие истории про плавящиеся дома, и видела как город отстроился, как архитектура была реконструирована. И читать описания угольной пустыни было не иначе, чем странно. Потому что ты там была (чего вообще никогда не случается), потому что ты не увидела ни единого обугленного местечка, кроме тех, что оставлены "на память". И осознание того, насколько это действие было лишним и разрушительным, эти эпизоды хвастовства силой, все это порождает чувство отвращения к ситуации.

Больше всего мне запомнилась вот эта, которая даже частично вынесена в описание, очень интересная идея и не менее интересное исполнение.

Сюжет, казалось бы, про вторую мировую войну, но написано необычно. Главный герой утверждает, что его похитили пришельцы и научили путешествовать во времени. И вот, он путешествует хаотично по жизни, но больше всего в военное время.

Я думала, начав читать эту книгу, что погружусь в жуткую реальность дней войны. Но нет, Воннегут описал всё очень спокойно про жизнь. Об этой книги много не скажешь, но иногда она пугала, иногда заставляла смеяться. Книга создана что бы задуматься.

Главный плюс этой книги для меня - это то, что она попала в мои руки вовремя.

Хорошая была бы эпитафия для Билли Пилигрима. И для меня тоже. «Всё было прекрасно и ничуть не больно».

Курт Воннегут пишет отцу из немецкого плена в 1944 году. (Курт Воннегут пишет диссертацию по антропологии «Неустойчивое соотношение между добром и злом в простых сказках» в 1947 году.) Курт Воннегут пишет роман «Бойня №5, или Крестовый поход детей» в 1969 году. В последней фразе вступления Курт Воннегут пишет: «Этот роман отчасти написан в слегка телеграфически-шизофреническом стиле, как пишут на планете Тральфамадор, откуда появляются летающие блюдца. Мир». Эта фраза как бы даёт обещание: действие будет фантастическим и необычным. Так и будет. Первые страницы романа дают обратный эффект: суровое возвращение в реальный мир, где жили, живут и будут жить люди. Где жившие умерли, а живущие умирают или умрут. Так и будет. Если говорить просто, первая глава вводит читателя в курс всех дел романа. В ней собраны ответы на все «как?», «почему?» и «что происходит?», касающиеся появления на свет этого романа. Если говорить интересно, первая глава срабатывает как «миксер»: взбивая воедино оба уровня романа, фантастический и реальный, она закручивает читателя в воронку романа. Язык Воннегута – это лёгкость. Слова – пузырьки в бутылке газировки, метафоры – шутливые иллюстрации из детской книги, переклички фраз – рефрены из детских песенок… Калейдоскоп времён, мозаика действий, цветная пирамидка смыслов. Идеи Воннегута – это глубина. Смыслы и темы романа собраны в единое кружево, одинаково пригодное для свадьбы и похорон. Такие дела. Роман про войну (читай: против войны) – сложное дело. Он должен быть правдивым и ни в коем случае не романтизировать героев-солдат, не показывать войну красиво. Иначе «пойдут войны одна за другой. А драться будут дети, вон как те наши дети наверху». Приём, который использует Воннегут – постоянное напоминание о смерти, которая неразрывно связано с войной. Главным «рычагом» воздействия становится фраза: «Такие дела». Она повторяется после каждого упоминания об умершем человеке или о смерти вообще. Эффект слов «Такие дела» поразителен. Первую половину романа я не обращала на их постоянный повтор никакого внимания. Точно так же я пробегала глазами упоминания о смерти. Однако в какой-то момент будто бы вырабатывается рефлекс – каждое «Такие дела» вызывает в мозгу щелчок: «Снова кто-то умер». Начинаешь замечать малейшее упоминание смерти и каждый раз остро чувствовать её. Осознав это изменение в себе, переходишь на новый уровень: после каждой смерти ждёшь, как удара хлыста: «Такие дела». Смерть неизбежна. Это осознание незримо давит человека на протяжении всей его жизни. «Такие дела» − обычное явление, оттого и свыкаешься с ним так легко, пока дело не касается тебя самого. В попытках примирить читателя с неизбежным Воннегут вводит «фантастический пласт». Инопланетяне увозят главного героя, Билли Пилигрима, на свою планету Тральфамадор. Там Билли будет обитать в комфортных условиях зоопарка, посетители которого воспринимают мир в 4-х измерениях (в их числе и время). Тральфамадорцы видят время, «как вы видите сразу единую горную цепь Скалистых гор. Время есть всё время… Оно неизменно. Его нельзя ни объяснить, ни предугадать. Оно просто есть. Рассмотрите его миг за мигом – и вы поймёте, что мы просто насекомые в янтаре». Для тральфамадорцев не существует смерти: когда видишь момент во всех его временах, мёртвый просто «плохо чувствует себя» сейчас, но в прошлом он вполне здоров и бодр. «Такие дела», говорят тральфамадорцы. Согласно Википедии, все эти видения Билли Пилигрима – последствия посттравматического стрессового расстройства. Ещё один камень, брошенный Воннегутом в огород войны.

И Билли переживает временную смерть. Это просто фиолетовый свет и лёгкий звон. Больше там ничего и никого нет. Даже самого Билли Пилигрима там нет.

По возвращении с войны простой рядовой пехотного полка Воннегут стал писателем. Он писал книги об ответственности, о человечности, об истинных ценностях. А еще он ненавидел войну, оружие и агрессию. Будучи живым свидетелем одного из наиболее чудовищных преступлений против человечества, он всегда считал своим долгом написать о нем. Но никак не мог решить, с какого конца взяться - пределы нормального размыты, все страшился о чем-то не упомянуть, что-то забыть. Но книга все-таки написана и она перед вами. Она называется "Крестовый поход детей" потому что в войне нет пафоса, в войне нет гламура и спец. эффектов. Война - это грязь, кровь и мерзость. В войне гибнут дети, а потом лысые профессора пишут о сражениях трактаты, а лощеные режиссеры снимают строго двухчасовые фильмы. Эта книга - грустная, одна из самых грустных, что мне доводилось читать. И все дело в Билли - смешном угловатом пареньке, который побывал в аду, и после этого нашел единственный выход - смотреть на мир остекленевшими глазами апатика. Все - так, как быть должно, и ничего с этим не поделаешь. И нет смысла спорить или возражать, нет смысла бороться. Отвернись, когда видишь несправедливость, промолчи, если слышишь бредни агрессивного ублюдка. Это - не страх, это - смерть. Все одно. "Умному человеку в этом мире - или грязнотца, или синильная кислота" - третьего не дано. Это писал еще Достоевский, наш собственный пророк. Части романа разрознены, в нем нет какого-то четкого сюжета. Главное - идеи, суперпозиция мыслей.

Каждая группа знаков содержит краткое и важное сообщение. Между ними нет особой связи, кроме того, что автор тщательно отобрал их так, что в совокупности они дают общую картину жизни, прекрасной, неожиданной глубокой

Есть несколько сильнейших сцен. Одна из них - та, где Билли смотрит фильм о войне от конца к началу. И на экране автоматы высасывают пули из человеческих тел, огонь собирается в маленькие металлические колбочки, которые возвращаются на положенные им места, а ископаемые, необходимые для изготовления оружия массового поражения надежно прячут в недра - туда, где им и положено быть. Так вот. Пока люди не научились этому - исправить все содеянное, построить разрушенное, оживить убитых - они не имеют никакого морального права ни разрушать, ни убивать. И другая сцена - это та, где измученных военнопленных встречают ужином при свечах. Свечах, сделанных из жира убитых евреев. Это к слову о той "силе, что вечно хочет зла..." ну и дальше. Цинично, но правда. А еще в романе есть одна строчка - она вмещает в себя всю сущность войны:

колеса тачки с бойни были смазаны жиром убитой скотины

Взгляд Воннегута на задачу художника был вполне определенным. Канарейка в шахте - вот, кем он себя считал. Канарейка первой чувствует опасность. Ирония в том, что она может предостеречь, да вот спасти не может. Впрочем, когда это людей меняли при помощи прекрасных мыслей?