Комментарии, 546 отзывов

Курт Воннегут - американский писатель, журналист и художник, перед глазами которого прошли важнейшие события двадцатого века. Многие, из которых описывает в своих произведениях, где они приобретают причудливую форму. Так и случилось с культовым романом " Бойня номер пять, или Крестовый поход детей". В него автор проецирует свои воспоминания об увиденном во время Второй мировой войны. По воле судьбы в 1944 г он попадает в плен, где в 1945 г становится свидетелем бомбардировки и почти полного уничтожения немецкого города Дрездена. В саму книгу вложена простая и понятная суть - войны всегда будут и остановить их так же легко, как остановить ледники. При чтении этой книги лично мне начиная со знакомством с Билли Пилигримом и его друзьями Тральфамадорцами все время казалось, что главный герой не путешествует во времени, а страдает дезориентацией или же поехал рассудком. Это было бы весьма логично, учитывая, что такое война и как она сказывается на людях, а точнее меняет их полностью. Да и в книге я все время, как мне казалось, находила факты того, что не здоровый мозг Билл создает новую вариацию увиденного. Взять хотя бы книгу Килгора Траута "Космическое евангелие", которую Билли читает, находясь в госпитале. Она волшебным образом про пришельца сильно похожего на его старых знакомых. Или же заголовок про пропажу Монтана Уайлдбек, который он видит, находясь в книжном магазине... Наверное, автор в своем романе рассматривает все события жизни главного героя сквозь призму посттравматического стрессового расстройства, обращая внимание на психологические процессы, происходящие в сознание Билли. Такие дела.

Моя нелюбовь к военной литературе объясняется двумя причинами:

1. Пропаганда. Почти вся литература по Второй Мировой занимается тем, что оправдывает одну сторону конфликта и навязывает излишний патриотизм. Те книги, грудами лежащие в школьной программе, только подтверждают мои слова.

2. Высокопарный слог, когда речь идёт о купании в грязи. Эти люди, по глупости именуемые писателями, забывают правду-матку. Они придумают тысячу эпитетов, как огонь справедливости вылетал из орудий, как демонические самолёты врага падают на разгневанную землю, и множество подобной чепухи, лишь бы скрыть действительное.

В книге Курта Воннегута “Бойня №5” — ничего подобного. Однако давайте по порядку.

Главная вещь, ради которой ты, читатель, берёшь в руки книгу — это сюжет. В “Бойне” он простой, как атомный гриб на горизонте: мальчишку отправили на фронт. И одновременно сложный, как строение японского танка. Не буду раскрывать каждую деталь. Скажу только, что книга — о бомбёжке в Дрездене. Но в книге говорится о чём угодно, кроме бомбёжки. О пленном Билли Пилигриме, о его послевоенной жизни, о съехавшей кукухе, о пришельцах с Тральфамадора. Воннегут избегает прямого описания бомбёжки, а читатель всё ждёт её до самого конца

Что, уже перегрузка мозга? Это ещё цветочки. В книге повествование скачет от одного момента к другому. Вот ты с Билли прячешься от немцев, а вот уже о его старости говорится.

Но книга не об этом. Она о Бомбёжке Дрездена совместными силами американской и английской авиации. Которая сравняла с пылью не только старинный и прекрасный немецкий город, но и 135 тысяч её жителей. Сравните: атомная бомба в Хиросиме унесла 60 тысяч. Бомбить мирный немецкий город не имело смысла, ведь в нём не размещались ни военные базы, ни сами части армии. В США о бомбёжке долго замалчивали, и Воннегут посчитал своим долгом рассказать о ней всему миру.

Курт Воннегут был в Дрездене, когда город бомбили. Он мог умереть, но стал одним из немногих выживших в этот день.

Главный герой “Бойни” — не он, а его сосед по несчастью Билли Пилигрим. Билли не страдает от избытка интеллекта и в общем вполне глупый человек. Оттого и слог книги такой весёлый и равнодушный. Над некоторыми моментами можно посмеяться от души.

Но автор плачет. За спущенным занавесом, разрисованным весёлыми красками, Воннегут оплакивает тот старинный немецкий город, которым так восхищались Достоевский и Вагнер. Он оплакивает жителей, не подозревавших о трагедии до самого появления бомб на небе.

А главное, Курт убивается за каждого мальчишку, отправившегося в “Крестовый поход детей”. Кто-то из них умер на чужой земле, кого-то, по словам Ремарка, пуля настигает и через пять лет, и через десять.

Курт Воннегут всеми силами постарался донести до подрастающего поколения, что война — это не геройство, а кровь “врагов” под ногтями и свечи с мылом из убитых евреев. За это “Бойню №5” запрещали и жгли. Но нам-то сейчас никто не мешает как следует её почитать.

9/10. Такие дела.

Он слегка отключился от времени, просмотрел последний военный фильм, сперва с конца до начала, потом с начала до конца. Это был фильм об американских бомбардировщиках второй мировой войны и о храбрых летчиках, водивших самолеты. Когда Билли смотрел картину задом наперед, фильм разворачивался таким путем.

Американские самолеты, изрешеченные пулями, с убитыми и ранеными, взлетали задом наперед с английского аэродрома. Над Францией несколько немецких самолетов налетали на них задом наперед, высасывая пули и осколки из некоторых самолетов и из тел летчиков. То же самое они делали с американскими самолетами, разбившимися о землю, и те взлетали задним ходом и примыкали к своим звеньям.

Звенья летели задом над германским городом, охваченным пламенем. Бомбардировщики открывали бомболюки, и словно каким-то чудом пламя съеживалось, собиралось, собиралось в цилиндрические оболочки бомб, и бомбы втягивались через бомболюки в чрево самолета. Бомбы аккуратно ложились в свои гнезда. Внизу, у немцев, были свои чудо-аппараты в виде длинных стальных труб. Эти трубы высасывали осколки из самолетов и летчиков. Но все же там оставалось несколько раненых американцев, и некоторые самолеты были сильно повреждены. Но тут над Францией появились немецкие истребители и снова всех починили, все стало как новенькое.

Когда бомбы возвращались на базу, стальные цилиндры из гнезд вынимались и отправлялись обратно, в Америку, где заводы работали днем и ночью, разбирая эти цилиндры, превращая их опасную начинку в безобидные минералы. Трогательно было смотреть, сколько женщин участвовало в этой работе. Минералы переправлялись геологам в отдаленные районы. Их делом было снова зарыть в землю и спрятать их как можно хитрее, чтобы они больше никогда никого не увечили.

Американские летчики выскальзывали из своего обмундирования, снова становились школьниками. «А Гитлер, наверно, стал младенцем», – подумал Билли. Но этого в фильме не было. Билли экстраполировал события назад. «Все превратились в младенцев, и все человечество, без исключения, приложило все биологические усилия, чтобы произвести на свет два совершенства – двух людей, должно быть Адама и Еву», – думал Билли.

После того, как дочитала книгу, в окружившей меня тишине отчетливо было слышно: "Пшшшш". Это плавились мои мозги, не выдержав такого резкого возвращения к реальности. Что я могу сказать об этой книге? В самом деле, ничего, кроме пожелания каждому ее прочесть. И пусть она может не понравиться, или оттолкнуть, кто-то ей не проникнется и будет считать глупой, но, кажется мне, некоторые мысли, минуя сознание, отпечатаются внутри. А что еще? Упомянуть об аллюзиях, перемещениях во времени, многочисленных отссылках, тральфамадорцах? И обязательно в конце добавить - "такие дела". Не могу, не хочу и не буду делить эту книгу на какие-то части. Если и впитывать ее, так целиком, не разбирая на состав, не гадая, был ли болен Билли Пилигрим или действительно застрял во времени и был похищен пришельцами. По-моему, оба варианта верны. Книга, написанная соленым столбом, и меня в него смогла превратить. Обязательно буду перечитывать в будущем.

Иногда бывает так, что ты читаешь книгу и в голове появляется тысяча и одна мысль как и что написать в рецензии. Так случилось и со мной пока читала " Бойню..." . Сначала мне хотелось написать что читать про войну не любила никогда, что учась в школе мне книги о войне казались скучными, а потом прошло время и уже сейчас зная в какое время я живу, мне просто страшно читать. Потом я передумала и решила писать что привыкла , что когда пишут о войне, о ней пишут по другому.Художественее что ли, если так вообще можно сказать о книгах о войне. Тот же Василь Быков. Но получился облом и закрыв последнюю страницу я поняла что не знаю что написать. Потому что слов много , а как их собрать вместе, когда есть только ощущения и нет слов. Абсурд. Хотя и война - это один большой страшный абсурд. Такие дела...

Cлабые люди попадают в странные, кем-то недобрым смоделированные условия войны, где у каждого есть своя роль – роль доблестного солдата. Но что делать, если эти люди настолько не готовы к войне (а можно ли вообще быть к ней готовыми?), что постоянно путают свои роли, вообще не хотят/не могут воевать? Иногда становится непонятно, где свои, где – чужие, потому что все одинаково не подготовлены к такому страшному испытанию. И война превращается в бойню, где гибнут все, где свои сбрасывают бомбы на своих, где уничтожают мирных жителей и пленных, где планомерно стирают с земли целый город – один из самых красивых...

...и мы застыли в янтаре этого мига, никаких "почему" тут нет.

Это нужно помнить. Об этом нужно рассказать. Но о том, что такое ад, где все смешалось и превратилось в сплошной огонь, рассказать нельзя. И поэтому приходиться убегать к спасательному мировоззрению тральфамадорцев – иначе не выжить в этом безумном мире, где крестовый поход детей длиться века...

Конечно, не мне судить, но все-таки был еще блокадный Ленинград, были Сталинград, оборона Москвы, Мясной бор, разрушенный Новгород, уничтоженные целые деревни и города, – даже после отрывочных воспоминаний об этом «Бойня номер пять» не производит того впечатления, которое, вероятно, испытывают американцы, ее читающие... И еще: не мне, конечно, судить, но я не согласна с точкой зрения автора, что Хиросима и Нагасаки были менее страшными, чем бомбардировка Дрездена. Посчитали погибших (посчитали, как смогли, конечно). Но почему забыли о последствиях сброса атомных бомб, которые есть СЕГОДНЯ? Людей, которых это коснулось за прошедшие десятилетия, кто от этого страдает СЕГОДНЯ, видимо, не учитывали... Им на каком инопланетном корабле спастись от продолжающегося крестового похода?...

Неоднозначная книга. Очень хорошая, но какая-то (не знаю, как сказать) – непривычная, что ли... И, конечно, нужная.

Господи, дай мне душевный покой, чтобы принимать то, чего я не могу изменить, мужество — изменять то, что могу, и мудрость — всегда отличать одно от другого.

Очередная для меня книга моего самого любимого из американцев в очередной раз утвердила мое к нему отношение. К сожалению, я не уверена, что поняла до конца, какую же мысль он хотел до меня донести. Такие дела.

Большинство идей Воннегута мне очень близки. Но сформулировать их в двух словах никак не получается. Это что-то... на уровне эмоций, чувств, подсознания.

Именно эта книга, а не Хэммингуэя, должна была называться "Прощай, оружие!" Именно такого глубокого смысла и впечатляющего опыта я ждала под этим названием. Но Воннегут, как всегда, абсолютно честен и понимает всю абсурдность каких-бы то ни было антивоенных выпадов и ожиданий. Потому что желание убивать заложено где-то в самой природе человека. Кто-то боится обнаружить в себе и тень его, а кто-то оправдывает себя обстоятельствами непреодолимой силы. Но ведь нам действительно не выжить в миролюбивой быстрорастущей цивилизации с главенством идей гуманизма. Земли на всех не хватит. Патовая ситуация. Такие дела...

История про денежное дерево. Вместо листьев на дереве росли двадцатидолларовые бумажки, вместо цветов - акции, вместо фруктов - бриллианты. Дерево привлекало людей, они убивали друг друга, бегая вокруг ствола, и отлично удобряли землю своими трупами.

P.S. Неужели Воннегут - фаталист? Мне не померещилось?

Хорошая антивоенная книга, единственное что немного смущает это "телеграфно-шизофренический" стиль, которым, впрочем, страдают многие американские фантасты. Книга о войне, которая действительно не преподносит войну через призму подвигов, не идеализирует ее, не рассказывает о героях. Люблю военные книги без романтизма, в которых показана вся бессмысленность и ненужность войны. Эта книга именно такая.

Честно говоря, я не хочу верить, что структура каждого момента предопределена, и мы ничего изменить не можем. Но даже если это так, наверное, это не настолько страшно, как кажется - ведь Билли Пилигрим, знающий, что происходит, происходило и будет происходить в каждый момент его жизни, совершенно спокойно и без паники её прожил. И пусть вокруг летят бомбы, разрушается Дрезден, гибнут люди, кто-то нервничает - это всё не так страшно, когда четко знаешь дату своей смерти. Но то Билли Пилигрим. А меня вот не похищали инопланетяне, и я не умею перемещать свое сознание во времени, поэтому, хоть и нужно иногда спокойно сказать "Такие дела" и пойти дальше, но сделать это практически невозможно... Воннегут умудрился написать небольшую, простую, но чрезвычайно содержательную книгу. Война, жизнь, инопланетяне, философия, путешествия во времени - и всё это на пяти сотнях телефонных страниц. После прочтения вроде как ничего особого и не произошло, но повод задуматься появился, и не один. Для меня эта книга стала ещё одним подтверждением принципа "Краткость - сестра таланта".

Господи, дай мне душевный покой, чтобы принимать то, чего я не могу изменить, мужество — изменять то, что могу, и мудрость — всегда отличать одно от другого.

Один из героев романа Джонатана Троппера "Книга Джо" читает роман Курта Воннегута "Сирены Титана" и, когда заходит разговор об этой книжке, упоминает и "Бойню № 5". А я люблю путешествовать из книги в книгу, по наводке литературных персонажей. Поэтому, дочитав Троппера, тут же принялась за Воннегута, тем более что давно его планировала. Да и как не запланировать книгу с ТАКИМ названием??? Однако то ли время для чтения выбрала неудачное, то ли это просто не моё — "Бойня № 5" не стала той книгой, о которой вспоминаешь с внутренней дрожью. Но и той, которую прочитал и забыл, она не стала тоже. Наверное, потому, что Воннегут рассказал о войне совсем не так, как о ней обычно рассказывают...

—Да вы же были тогда совсем детьми!- сказала она. — Что? — переспросил я. — Вы были на войне просто детьми, как наши ребята наверху. Я кивнул головой — ее правда. Мы были на войне девами неразумными, едва расставшимися с детством. — Но вы же так не напишите, верно? — сказала она. Это был не вопрос — это было обвинение. — Я... я сам не знаю, — сказал я. — Зато я знаю — сказала она. — Вы притворитесь, что вы были вовсе не детьми, а настоящими мужчинами, и вас в кино будут играть всякие Фрэнки Синатры и Джоны Уэйны или еще какие-нибудь знаменитости, скверные старики, которые обожают войну. И война будет показана красиво, и пойдут войны одна за другой. А драться будут дети, вон как те наши дети наверху.

Потому что структура этого мгновения была такова, что она должна была так сделать.

Книга не о войне, книга не вбирает в себя никаких ужасов тех лет. Книга о времени – дада, именно о нем. Редкие вписки о бесчеловечных преступлениях во имя победы фанатского племени, казалось, делались только для придания произведению драматизма. Безусловно, они пугают, такие вещи… В голове не укладывается, как можно сжигать людей толпами и использовать человеческое тело как ресурс для производства бытовых предметов. Я, конечно, понимаю, что все мы кожаные, но всё же равные и братья: тогда почему из меня сумочка, а не из него??

И слава тебе, всевышний, что книга не об этом, ведь фантастика о второй мировой войне – это был бы полный провал. Само произведение о времени, о моментах жизненных и важных, основополагающих и вытекающих. И ты, и я, и Билли Пилигрим живем по песочным часам. Только если для нас последняя упавшая песчинка – последний вздох, то в его часиках песчинки скачут бесконечно вверх-вниз: сейчас ты пожилой вдовец – моргнул, и ты в девятилетнем возрасте путешествуешь с мамой и папой. И я даже не знаю, хотела бы я так пожить или нет

Мы будем жить вечно, какими бы мертвыми мы не казались...