Цитаты из книги «Ветер в ивах», страница 3

У меня такое чувство, точно мы испытали нечто удивительное и даже страшное, а вместе с тем ничего не случилось.

Мнения всех зверей разделились, как это обычно бывает. Те, кто с берега, все были за тебя. Они говорили, что с тобой обошлись несправедливо и что в наше время в этой стране не добьешься правосудия. А те, из Дремучего Леса, говорили всякие горькие слова, мол, так тебе и надо и, мол, со всем этим пора кончать. И они страшно обнаглели и все ходили везде и говорили, что с тобой на этот раз покончено навсегда. Что ты, мол, никогда, никогда не вернешься.

Он хотел серьезной мести, а не дешевой победы в словесном поединке, хотя парочка слов вертелась у него на языке.

Мы всегда были мореплавателями, так что ничего удивительного, что мой родной город для меня ничуть не более родной, чем все замечательные порты между Константинополем и Лондоном. Я их все знаю, и они знают меня. Высади меня в любом из них на набережную, и я почувствую, что прибыл домой.

И у Природы в ее Большой Гостинице, как в любом курортном отеле, тоже есть свое сезонное и несезонное время.

Строили они крепко, потому что верили, что их город будет стоять вечно.

У зверей не принято говорить о возможных неприятностях, которые могут случиться в будущем.

Мы пока только заняты планами и приготовлениями. Мы обсуждаем, каким путем нам лететь и где мы остановимся передохнуть и так далее. В этом — половина удовольствия.

Он так раздулся от самодовольства, что, пока шагал, сочинил песню, прославляющую его самого, и распевал ее во все горло.

Ты слишком много говоришь, это твоя главная беда.