Пролог

Каждый из нас, хотя бы раз в жизни, задумывался о жизни после смерти. Есть ли она? Или нас ждёт полная тьма и больше ничего… Очень хотелось, чтобы она была. И чтобы там нам было хорошо — чтобы не осталось ни зависти, ни злости, ни обид, ни стыда. Неизведанное всегда будет притягивать человечество, манить, словно далёкий мерцающий огонёк в непроглядной ночи.

Так и моя героиня, поддавшись этому древнему, почти первобытному соблазну узнать истину, ступает на путь, который может оказаться для неё последним. Но она не замечает опасности — её тянет вперёд какаято невидимая сила, будто сама тайна шепчет ей: «Иди. Узнай. Раскрой завесу».

Вечер окутал город густой синевой, и даже уличные фонари казались тусклыми, словно свет в них постепенно угасал, подчиняясь надвигающейся тьме. Героиня остановилась у старого книжного магазина, витрина которого давно не знала уборки: пыльные корешки книг будто хранили в себе забытые заклинания. Она скользнула внутрь, и дверь за ней закрылась с тяжёлым, почти ритуальным скрипом, отрезая её от привычного мира.

В полумраке между стеллажей мелькнула тень — или это просто игра света? Героиня вздрогнула, но шагнула дальше. На одной из полок лежала книга с обложкой из тёмной кожи, без названия, лишь выцветший символ, напоминающий разом и спираль, и глаз. Стоило ей коснуться переплёта, как воздух вокруг будто сгустился, а тишина стала звенящей, неестественно плотной.

Внезапно страницы сами собой зашелестели, раскрываясь на середине. Там не было текста — только рисунок: силуэт женщины, стоящей на границе двух миров, а за её спиной — бесконечный коридор из мерцающих дверей. И каждая из них, казалось, вела в иной вариант реальности, в иную смерть, в иную жизнь.

Героиня едва успела отдёрнуть руку, как из глубины магазина донёсся тихий, едва уловимый шёпот: «Ты готова увидеть правду?» Голос был не человеческим — в нём слышался отзвук тысяч голосов, слившихся в один. Она обернулась, но в проходе никого не было. Только тень становилась всё плотнее, вытягиваясь, принимая очертания фигуры.

Сердце колотилось гдето у горла, но любопытство оказалось сильнее страха. Героиня сделала шаг вперёд — и в тот же миг одна из дверей в её воображении (или уже не в воображении?) приоткрылась, выпуская наружу холодный, пронизывающий до костей ветер. Из щели просочился слабый свет, странный, не похожий ни на лунный, ни на солнечный — будто он принадлежал другому измерению.

Она знала: стоит только протянуть руку и толкнуть дверь — и пути назад уже не будет. Но именно этого она и хотела — узнать истину любой ценой. И, глубоко вдохнув, она шагнула навстречу неизвестности…

Глава 1

Вот и долгожданное лето. Воздух был напоён густым, сладким запахом жасмина — он плыл по улицам, смешиваясь с тёплым ветром и едва уловимым ароматом нагретого асфальта. Прохожие щурились от яркого солнышка, прикрывая глаза ладонями, и неторопливо шагали по тротуарам, будто сами дни теперь стали длиннее и ленивее.

К остановке подъезжал переполненный автобус — он затормозил с протяжным вздохом пневматических тормозов, и водитель буднично объявил:

— Остановка «Университет»!

Толпа зашевелилась, задвигалась, потянулась к выходу. Среди этой суеты выделялась девушка с каштановыми волосами до плеч — они слегка вились от жары и падали мягкими волнами. У неё были большие зелёные глаза, в которых сейчас читалась напряжённая сосредоточенность, прямой миниатюрный носик и пухлые губы, чуть поджатые от волнения. В руках она крепко сжимала потрёпанную тетрадь, будто она могла удержать в себе все выученные ответы.

Полина протискивалась через толпу к выходу, стараясь не растерять ни мысли, ни тетрадь, ни самообладание. Наконец она выбралась на улицу, глубоко вдохнула и направилась в сторону университета. Сегодня был экзамен по философии. Хоть это и не основной её предмет, Полина привыкла делать всё на отлично — и эта привычка сейчас оборачивалась тихим, но настойчивым стуком нервов где-то под рёбрами. Её волнение было видно невооружённым взглядом: пальцы то и дело теребили край тетради, а взгляд метался, будто искал опору в знакомых очертаниях зданий. Не обращая ни на кого внимания, она уверенно шла вперёд, стискивая зубы и повторяя про себя тезисы.

Зайдя в фойе, Полина сразу заметила у окна свою подругу Марго. Та стояла, прижав телефон к уху, и что-то горячо говорила, то и дело взмахивая свободной рукой. Марго была высокой, эффектной блондинкой с пышной грудью, широкими бёдрами и тонкой талией — силуэт, который она подчёркивала каждым своим нарядом. У неё были карие глаза, курносый нос и тонкие губы, которые она не раз мечтала сделать чуть пухлее. Сегодня на ней было нежно-розовое платье на запах с глубоким декольте, а на ногах — как всегда — туфли на высоких каблуках, из-за которых она казалась ещё выше и чуть более неприступной.

Полина подошла поближе и тихо позвала:

— Привет, Марго!

Марго обернулась, на секунду улыбнулась своей фирменной, чуть лукавой улыбкой, но ничего не ответила — только подняла палец, показывая: «Секунду».

— Я же сказала, что мы будем! Вы что там, совсем, что ли? — почти выкрикнула она в трубку, голос звенел от раздражения.

— Будеееем! — повысив голос, твёрдо сказала она и резко нажала на кнопку, завершая разговор.

— Привет, Полин! — она тут же расплылась в улыбке и, не раздумывая, приобняла подругу, будто сбрасывая с себя всю эту телефонную бурю.

— С кем это ты так? — спросила Полина, слегка отстраняясь и с любопытством глядя на подругу.

— Представляешь, эти козлы собрались отметить окончание сессии, а тут звонит Кристи и говорит, что нас в списке нет. Якобы мы сказали, что не идём!

Полина тяжело вздохнула:— Кристи звонила вчера, когда ты была в душе, и я ей сказала, что не иду. О тебе речи не шло.

— Ты чего?! Мы идём!!! — утвердительно, почти командным тоном заявила Марго, будто одно её слово могло переписать все списки и приглашения.

— Ладно, давай решим позже, а сейчас — в 225ю аудиторию, у нас экзамен, — спокойно напомнила Полина, стараясь вернуть разговор в спокойное русло.

— Да, побежали быстрее! — Марго схватила подругу за руку, но тут же замерла, будто вспомнила что-то важное, и снова потянулась к телефону.

В коридоре на втором этаже у аудитории уже толпились студенты — они перешёптывались, нервно листали конспекты и бросали косые взгляды на дверь, словно она могла вот-вот распахнуться и вынести им приговор. Роман, заметив приближающихся девчонок, поспешил им навстречу, широко улыбаясь и чуть подпрыгивая от избытка энергии.

— Приветики, девчонки! Как настрой? — протараторил он, размахивая папкой так, будто собирался ею дирижировать.

— Ром, отвали, без тебя тошно, — Марго резко отодвинула его рукой в сторону, не скрывая раздражения, и тут же поморщилась, будто сама удивилась собственной резкости.

— А что такое? — продолжил Роман с ехидством, явно не собираясь сдаваться.

— Ром, или ты… — начала Марго, но осеклась, только махнула рукой, давая понять, что продолжать нет смысла.

— Всё понял, девчонки без настроения, — подняв полусогнутые руки вверх в жесте капитуляции, Роман отступил и вернулся к толпе, бросив напоследок: — Ну, удачи там!

Наконец дверь аудитории приоткрылась, и оттуда вышел ректор — мужчина средних лет, небольшого роста, полный, с седоватыми волосами и заметными залысинами. В руке он держал мятый носовой платок, которым то и дело промокал пот со лба, будто сам экзамен заставлял его нервничать.

— Первая пятёрка, заходите, — негромко, но твёрдо произнёс он и шагнул обратно в аудиторию, оставив дверь приоткрытой, словно приглашая судьбу войти следом.

— Всё, идём! — решительно сказала Полина, глядя на подругу.

— Не, я в последних рядах… — протянула Марго, слегка поёжившись, будто сама мысль о том, чтобы идти первой, была невыносимой.

— Тогда я пошла, — кивнула Полина, сжала тетрадь и решительно шагнула вперёд.

— Ни пуха… — крикнула вслед Марго, уже наполовину уткнувшись в экран телефона.

— К чёрту, — тихо, почти шёпотом ответила Полина, переступая порог.

Внутри аудитории было прохладно и тихо, пахло старой бумагой и лаком для мебели. Полина подошла к столу, где уже были разложены билеты, и, на секунду зажмурившись, вытянула один. Пробежала глазами по вопросам, почувствовала, как сердце на мгновение замерло, а потом забилось быстрее.

— Павел Сергеевич, а можно мне сразу ответить? — голос чуть дрогнул, но она постаралась говорить твёрдо.

— Да, конечно, — отстранённо ответил ректор, будто видел перед собой не девушку, а очередной билет, который нужно оценить.

Полина села к столу ректора, расправила плечи и начала читать вопрос, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и ровно.

А в коридоре Марго всё ещё стояла, разговаривая по телефону, и даже не беспокоилась об экзамене. Её поза была расслабленной, но в глазах мелькало чтото напряжённое — будто она держала на себе сразу несколько миров и не могла позволить ни одному из них рухнуть. К тому времени, как она закончила разговор, дверь аудитории снова приоткрылась, и из неё вышла Полина — с прямой спиной и лёгкой, едва заметной улыбкой.

Марго тут же подбежала к ней:

— Ну, что?

— Сдала, на пять! — сообщила Полина, и в её голосе прозвучало не столько торжество, сколько облегчение.

— По-другому и быть не могло! — обнимая подругу, гордо сказала Марго, будто эта пятёрка была и её победой тоже.

— Марго, я тебя подожду, — предложила Полина, чувствуя, что сейчас самое время просто постоять рядом и дать волнению утихнуть.

— Нет, нет… Ты сейчас идёшь и выбираешь самое красивое платье, потому что вечером мы идём отмечать, — решительно заявила Марго, взмахнув рукой, как будто одним этим жестом могла превратить обычный вечер в праздник.

— Я не пойду, — скривившись, ответила Полина, всё ещё чувствуя тяжесть экзаменационного напряжения.

— Так, отказ не принимается. Если я приду, а ты не будешь готова, я тебя поволоку в том, в чём будешь. Ты меня поняла? — строго, но с тёплой улыбкой сказала Марго, глядя подруге прямо в глаза.

— Ну, хорошо… — нехотя согласилась Полина, уже понимая, что спорить бесполезно.

— Всё, в шесть я буду… А ты уже будь готова, — сказала Марго и снова пошла к окну, на ходу набирая номер, будто жизнь не могла позволить ей остановиться даже на минуту.

— А почему так поздно ты придёшь? — спросила Полина, чувствуя лёгкое недоумение.

Но Марго уже разговаривала по телефону, ничего не ответив, только махнула рукой: мол, потом объясню.

Полина вздохнула, положила зачётку в карман и пошла к выходу, чувствуя, как летняя жара снова обнимает её, смывая остатки экзаменационного холода.

Глава 2

Полина приехала в общежитие — это было пятиэтажное новое здание с просторными комнатами на двоих, спроектированными так, чтобы даже в скромном пространстве чувствовался уют. Она прошла через вахту, на посту которой, как всегда, сидела, уставившись в экран телевизора, Марина Витальевна. Это была пожилая женщина — полненькая, малоподвижная, но неизменно весёлая, с той особой теплотой, которая делает будни чуть светлее.

— Здравствуйте! — поздоровалась Полина, чуть улыбнувшись.

— Здравствуй, Полиночка! Как экзамен? — не отрывая взгляда от экрана, но с искренним интересом спросила Марина Витальевна.

— Пять!!! — с гордостью ответила Полина, и голос её прозвучал чуть звонче обычного — так бывает, когда наконец сбрасываешь тяжёлый груз.

—Умничка, впрочем, как всегда, — сказала с улыбкой Марина Витальевна, поворачиваясь к висящему на стене стенду с ключами. Взяв один с номером 105, она протянула его Полине.

— Спасибо! — сказала Полина и, не дожидаясь дальнейших расспросов, пошла к лестнице.

Их комната с Марго находилась на третьем этаже. Здание было построено всего год назад, и потому всё здесь выглядело свежим и аккуратным: ровные стены, окрашенные в нежные розовые тона (общежитие было только для девочек — у парней имелось отдельное), безупречно белые потолки, чистые ступеньки, будто их только что протёрли. Поднявшись на свой этаж, Полина прошла по длинному светлому коридору — по обеим сторонам располагались двери комнат, а вдоль стен тянулись узкие подоконники с горшками фиалок, заботливо расставленных кемто из старожилок.

Она подошла к двери с номером 105 и открыла её. Маленькая, но уютная прихожая встретила её привычным порядком: на стене висела небольшая вешалка, внизу стояла аккуратная подставка для обуви, а на полу лежал вязаный коврик голубого цвета — его Полина связала прошлым летом, вкладывая в каждый стежок частичку спокойствия.

Полина повесила на вешалку свою сумочку и разулась на коврике, чувствуя, как напряжение дня понемногу отпускает. Затем она зашла в саму комнату. Справа располагался обеденный стол с двумя стульями, дальше по обе стороны комнаты стояли кровати, а между ними — стол для учёбы. По обе стороны стола находились ночники, а на самой поверхности лежали ровно сложенные книги, будто застывшие в ожидании новых конспектов. Кровать Полины была красиво заправлена пушистым пледом светло-серого цвета, мягким, как облако, а кровать Марго, как всегда, пребывала в полном хаосе: скомканное одеяло, разбросанные вещи и пара туфель, будто случайно сброшенных в полёте.

— Марго, Марго… — покачала головой Полина, подходя к её кровати. Она привычно поправила одеяло, расправила подушки, разгладила складки — и всё это почти машинально, с той тихой заботой, которая рождается из многолетней дружбы. Потом она села на свою кровать, достала телефон и набрала знакомый номер. Но оттуда донеслись лишь короткие гудки. Полина вздохнула, бросила телефон на стол, легла и сама не заметила, как усталость накрыла её тёплой волной, унося в сон.

Проснулась она от настойчивого звонка телефона. На экране высветилось: «Мама».

— Да, мам, привет! — проговорила Полина, ещё не до конца стряхнув с себя сонную дымку.

— Я тебе звонила, ты была занята…

— Да, сдала… На пять! — снова проговорила она, и в голосе прозвучала та самая гордость, которую хочется разделить с самыми близкими.

— Мам, как там вы?.. Я ужасно соскучилась… Но приехать пока не смогу — я нашла подработку на время каникул. Но как только смогу, обязательно приеду.

Не успев договорить, Полина почувствовала, как связь дрогнула, а потом и вовсе оборвалась. Она попробовала ещё несколько раз набрать номер, но теперь абонент был занят — шли короткие гудки, будто мать действительно погрузилась в неотложные дела.

Через некоторое время на телефон пришло сообщение:«Дочь, прости. Неотложные дела. Сдаю проект. Позвоню при первой возможности».

Полина положила телефон на стол, провела ладонью по экрану, словно пытаясь стереть это лёгкое чувство пустоты, и подошла к обеденному столу. Там стоял стеклянный графин с водой — прозрачный, с изящными гранями, в которых преломлялся свет. Она налила воду в стакан, поднесла его к губам, но не успела сделать и глотка, как в комнату, словно цунами, влетела Марго.

В её появлении всегда было что-то стихийное: вихрь движения, всплеск энергии, запах свежих духов, смешавшийся с ароматом улицы. Марго выхватила стакан из рук Полины и сделала несколько быстрых глотков, будто жажда копилась в ней весь день.

— Ты чего, ещё не готова? — выпалила она, даже не переводя дыхания.

— К чему? — спросила Полина, слегка растерянно моргая.

— Полин, ну ты даёшь… К вечеринке! — Марго закатила глаза, но в этом жесте не было злости — только привычное, почти родственное нетерпение.

— Ой, я совсем забыла… Может, я не пойду? — тихо проговорила Полина, уже представляя, как приятно было бы просто остаться здесь, в тишине, завернуться в плед и никуда не спешить.

— Так, хватит. Одевайся, — решительно сказала Марго, подходя к шкафу, который стоял около кровати Полины. Это был их общий шкаф, хотя каждой из них в нём были отведены свои полочки — но границы эти давно стёрлись: вещи перемешивались, как и их жизни.

Марго распахнула дверцы, порылась в своих вещах и достала красивое светлозелёное короткое платье — лёгкое, струящееся, будто созданное для танцев под луной.

— Это надену я! — заявила она, прижимая платье к себе. Потом снова нырнула в шкаф, выудила оттуда нежнорозовое, воздушное платье и бросила его на кровать к Полине.

— А это наденешь ты. А то знаю тебя — напялишь чтонибудь бабушкино… — она усмехнулась, но тут же смягчила слова тёплой улыбкой.

— Мар… — начала было Полина, пытаясь подобрать аргументы.

— Цыц, я сказала! Одевайся, мы уже опаздываем! — перебила её Марго, щёлкнув пальцами, будто этим жестом могла ускорить время.

И Полина, вздохнув, но уже с лёгкой улыбкой, потянулась за платьем. Потому что спорить с Марго было бесполезно, а ещё потому, что гдето внутри, под слоем усталости, уже просыпалось предвкушение вечера — того самого, когда лето раскрывается во всей своей яркости, а жизнь кажется чуть более волшебной, чем обычно.

Глава 3

Жёлтое такси с шашечками подъехало к высокому двенадцатиэтажному зданию, которое мигало от россыпи неоновых вывесок. На одной из них пульсирующими буквами светилось: «Кафе Незабудка».

— Приехали, — сказал таксист, слегка повернувшись к пассажиркам.

— С вас тысяча двести, — буднично добавил он.

Марго выскользнула из машины первой — в своём светло-зелёном платьице, которое изящно подчёркивало её фигуру, в туфлях на высоких каблуках того же оттенка и с причёской, сделанной в салоне. Сегодня она выглядела на все сто, будто сошла со страниц глянцевого журнала. Полина открыла дамскую сумочку, достала карточку, расплатилась и, помедлив пару секунд, тоже вышла.

Ей было не по себе в этом откровенном платье: оно струилось по телу и плотно облегало фигуру. Разрез справа доходил почти до середины бедра, тонкие бретели и открытая спина заставляли Полину то и дело одергивать ткань, будто она пыталась вернуть себе хоть каплю привычной сдержанности. При этом на каблуках она шла уверенно — она любила их и умела носить, так что ноги не уставали, а вот душа будто всё время просила: «Можно чуть тише, чуть незаметнее?»

— Пойдём поскорее… Там уже, наверное, все на веселе, а мы, как всегда, опаздываем, — торопила Марго, беря Полину под руку.

Вместе они вошли в здание. Внутри всё было оформлено с театральным размахом: светильники под старину мягко рассеивали свет, в фойе стоял тёмно-коричневый кожаный диванчик, в каждом углу — цветы в массивных горшках, стилизованных под антиквариат. Двери лифта напоминали ворота старинного замка, и, если бы не электрический свет и современный диван, можно было бы поверить, что они попали в покои какого-нибудь князя или графа.

— Красиво… Почему мы раньше здесь не бывали? — спросила Полина, медленно оглядываясь, словно пыталась запомнить каждую деталь.

— Ты чего, здесь всё втридорога, — ответила Марго и решительно нажала на кнопку вызова лифта.

Лифт не заставил себя ждать. Через минуту они уже были на этаже, где располагалось кафе. Полина шла медленно, жадно разглядывая интерьер: вазы на полу, портреты в тяжёлых рамах, будто выхваченные из старого кино, лепнина на потолке — дизайнеры действительно продумали каждый уголок.

— Это здание такое… — начала она, пытаясь подобрать слово, чтобы передать это странное ощущение, будто время здесь течёт иначе.

— Пошли быстрее! — не дала ей договорить Марго, схватила за руку и, ускоряя шаг, потащила за собой.

Кафе, вопреки ожиданиям, оказалось современным и дерзким: никакой старины, только дерзкий контраст. Небольшая барная стойка, за которой бармен ловко смешивал напитки, стеллажи с бутылками за его спиной, стены, исписанные светящимися иероглифами, полумрак, столики из тёмного дерева, отделённые друг от друга невысокими перегородками, кафельный пол и огромный дискошар под потолком, который крутился и рассыпал по залу тысячи бликов. В углу играла живая музыка: пела невысокая, красивая девушка с длинными светлыми волосами, уложенными в элегантные волны, в вечернем платье в пол.

— Эй, девчонки, мы здесь! — встал из-за столика Матвей, подняв руку и чуть привстав, чтобы перекричать музыку, и призывно замахал. Плотного телосложения, с длинными, до плеч, светлыми волосами, он всегда выглядел ухоженным, а его черты лица, чуть утончённые, напоминали девичьи. Сегодня на нём была чёрная рубашка, заправленная в брюки того же цвета.

Увидев его, девушки направились к столику. Но за столом сидела не вся их группа.

— А остальные? — спросила Марго, оглядываясь.

— Это все, кто пришёл, — ответила Кристина.

Кристина всегда держалась чуть отстранённо, с лёгкой надменностью. Как богатая наследница, она привыкла к лучшему: личный стилист, парикмахер, дорогая машина, а рядом — самый красивый парень, который сейчас сидел, обнимая её, и лениво рассматривал проходящих мимо девушек.

— Ну и ладно, нам больше достанется, — рассмеялась Марго и села за столик.

— Полин, присаживайся здесь, — подвинулся, освобождая место рядом с собой, Сергей. Высокий, статный брюнет с большими зелёными глазами, коротко стриженный, всегда гладко выбритый и с едва уловимым, но приятным ароматом парфюма. На нём была белая рубашка с расстёгнутыми двумя верхними пуговицами и тёмные джинсы.

Полина присела. На столе уже стояли закуски и напитки.

— Кому что? — встал с бутылкой вина в руках Егор. Неприятный парень, который вечно подкалывал всех и вёл себя вызывающе. Сын небогатых родителей, он одевался просто: тонкий серый свитер и слегка поношенные синие джинсы.

Девушки по очереди сказали, что будут. Полина прикрыла свой бокал рукой:

— Я буду воду.

— Да ладно тебе, чуть-чуть… Обещаю доставить тебя до общежития в целости и сохранности, — заявил Егор, хитро прищурившись.

Все начали настаивать, шутить, уговаривать, и в конце концов Полина сдалась. Когда у всех бокалы были наполнены, встала Татьяна — хрупкая блондинка с длинными волосами, больше похожая на куклу, чем на взрослую девушку. Она всегда носила короткие пышные платья и большие банты в волосах. Сегодня на ней было синее платье с блёстками, с пышной юбкой, а спина была открыта почти до талии. В волосах красовалась заколка в виде ракушки.

— Ну, за успешно сданную сессию! — провозгласила она и залпом выпила всё до дна.

Все повторили за ней, только Полина лишь слегка пригубила.

Весь вечер Сергей пытался оказывать ей знаки внимания: подливал воду, спрашивал, не холодно ли, предлагал что-нибудь принести. Но Полина будто не замечала этого, или делала вид, что не замечает. Для неё вечер тянулся невыносимо долго. Кто-то танцевал, кто-то разговаривал, кто-то уже пел в караоке, не попадая в ноты. Марго даже пересела за соседний столик к каким-то парням и на время забыла, что пришла не одна. Полина скучала.

Она встала, подошла к Марго:

— Я, наверное, поеду.

— Ты куда? Эй, вечер ещё не закончился!

В этот момент к Полине потянулся уже изрядно подвыпивший мужчина из соседней компании:

— Присаживайся к нам, красавица, — начал он распускать руки и потянул Полину к своему столику.

— Не трогай её! — рявкнула на него Марго так громко, что музыка на секунду будто стала тише.

— Всёвсё, не трогаю, — тут же отпустил Полину мужчина, поднял руки вверх и сел, делая вид, что ничего не произошло.

— Пойдём в дамскую комнату, припудрим носик, — сказала Марго, обращаясь скорее к мужчинам, чем к Полине. Она встала, взяла подругу под руку, и они пошли в сторону туалетов.

— Марго, ты что творишь? Ты знаешь этих мужиков? — шёпотом спросила Полина, едва сдерживая раздражение.

—Уже да, — рассмеялась Марго, которая и сама была уже изрядно навеселе.

— Может, поедем домой?

— Не, я ещё побуду. А ты, если хочешь, вызови такси и езжай.

— Я без тебя не поеду. Вдруг тебе понадобится помощь.

Марго снова рассмеялась:

— Поль, езжай. Со мной всё будет в порядке.

Она положила руку на плечо Полине:

— Езжай…

— Ну хорошо. Но пообещай мне, что не наделаешь глупостей.

— Обещаю! — снова рассмеялась Марго.

После этих слов она развернулась и направилась обратно в зал. Уже в дверях обернулась, подмигнула Полине и скрылась за створкой.

Полина ещё несколько минут постояла перед зеркалом, пытаясь собраться с мыслями. Потом достала телефон — связи не было. Она подняла телефон повыше, покрутилась, надеясь поймать сигнал, но безуспешно.

— Вот же чёрт! Ладно, надо идти на улицу, там связь точно есть, — пробормотала она себе под нос.

Полина неспешно вышла из туалета, подошла к ребятам:

— Всё, ребята, я домой. Спасибо!

— Стой, Полин… Можно тебя проводить? — спросил Сергей, будто ждал этого момента весь вечер.

— Как хочешь, — пожала плечами Полина, не зная, хочет ли она этой заботы или просто хочет тишины.

— Тогда пошли? — улыбнулся Сергей.

— Пошли…

Лифт спустился на первый этаж, двери открылись. Полина и Сергей направились к выходу. И, проходя мимо фойе, Полина вдруг заметила, что на том самом кожаном диванчике сидит мужчина и смотрит прямо на неё.

Время будто застыло, растянулось в замедленной съёмке. Она успела рассмотреть его до мельчайших деталей: на вид лет двадцать пять, тёмнокаштановые, слегка волнистые волосы, голубые глаза, которые смотрели так, будто видели не только её внешность, а всю её историю. У него был красивый профиль и мужественные черты лица. Но одет он был странно — словно актёр, играющий роль графа, князя или даже короля: бархатный пиджак с вышивкой, рубашка с жабо, тёмные брюки. Он сидел так величаво, будто под ним был не диван, а трон.

— Ну, ты идёшь? — оторвал её от этих мыслей Сергей.

— Да, — ответила Полина, отводя взгляд.

Когда она снова повернулась к диванчику, на нём уже никого не было. Взгляд метнулся по сторонам, но в полумраке фойе не было ни намёка на этого мужчину. Только диван, цветы в горшках и тишина, в которой будто растворился весь этот странный миг.

На улице уже стояло такси — Сергей заранее позаботился. Сев в машину, Полина всю дорогу думала о том загадочном мужчине, о его взгляде, о том, как он исчез. Сергей что-то рассказывал, смеялся, пытался её развеселить, но она его почти не слышала.

— Полин! Ау! Приехали… — наконец позвал он, когда машина остановилась у общежития.

Только тут она очнулась от своих дум, поспешила выйти. Сергей расплатился, двинулся следом. Дойдя до входа, Полина повернулась к нему:

— Спасибо! Спокойной ночи!

Сергей подошёл чуть ближе, мягко приобнял её, будто хотел сказать чтото важное, и потянулся, чтобы поцеловать. Но Полина мягко, но твёрдо отстранилась:

— Не надо…

Она поспешила войти внутрь, не оглядываясь. Сергей ещё несколько минут стоял, глядя ей вслед, потом сунул руки в карманы, опустил голову, пнул валявшуюся жестяную банку и медленно побрёл по ночному городу, растворяясь в темноте.

Полина поднялась к себе в комнату, легла на кровать и долго смотрела в потолок, снова и снова прокручивая в голове образ того мужчины. И даже не заметила, как сон накрыл её, унося в мир, где реальность и фантазия сплетались в один причудливый узор.

А ночью ей приснился странный сон: будто она снова в фойе, диванчик на месте, но на нём лежит старинный перстень с тёмно-синим камнем. Полина протянула руку, чтобы взять его, и в тот момент, когда пальцы коснулись металла, она услышала тихий голос, будто доносившийся из глубины времени: «Ты ещё встретишь меня. И тогда всё станет ясно». Она резко села на кровати, тяжело дыша, оглядываясь по сторонам. В комнате было тихо, только лунный свет ложился на пол тонкими полосами.

Полина снова легла, но теперь сон не шёл. А где-то далеко, в другом конце города, в полутёмном кабинете, мужчина с голубыми глазами провёл пальцем по такому же перстню, улыбнулся и тихо произнёс: «Скоро…»

Глава 4

Проснулась Полина уже утром. Солнце, пробиваясь сквозь неплотно задёрнутые шторы, рисовало на полу неровные золотистые квадраты. Она взяла телефон, посмотрела на экран — было уже половина пятого. Марго ещё не было. Её кровать стояла нетронутая, аккуратно заправленная, будто и не ждала хозяйку. Это несоответствие — идеальный порядок и пропавшая подруга — царапнуло внутри, оставив лёгкий холодок тревоги.

Полина открыла телефонную книгу, долистала до номера Марго и нажала кнопку вызова. Телефон был отключён. Она набрала ещё пару раз, но всё безуспешно.

— Выключила! — проговорила вслух Полина, и собственный голос прозвучал в тишине комнаты непривычно громко.

— Что же ты творишь, Марго? — добавила она чуть тише, будто боялась спугнуть хрупкое ощущение, что подруга вот-вот вернётся, улыбнётся и скажет: «Да ладно, не смотри так, я просто за кофе сбегала!»

Но тишина не спешила отвечать. Полина уже не могла заснуть, поэтому встала, переоделась в любимую пижаму с крошечными совами и поставила чайник. Пока он шумел, разгоняя утреннюю тишину, она пыталась убедить себя, что всё в порядке. Но тревога, как упрямая кошка, всё равно сворачивалась где-то под рёбрами.

В двери послышался поворот ключа. Щёлкнул замок, и дверь приоткрылась. Марго вошла, и вид у неё был такой, будто она прошла сквозь бурю и едва удержалась на ногах: волосы растрепанные, будто их трепал ветер, правая рука в чём-то тёмном, липком — Полина не сразу поняла, что это засохшая грязь, а может, и что похуже; платье помято, а с правой стороны немного подрано, будто цеплялось за острые ветки или ржавые перила. Туфли она держала в свободной руке, пальцы побелели от напряжения.

— Ты где была? Что случилось? Ты как? — накинулась с вопросами Полина, уже протягивая руку, чтобы поддержать, если подруга вдруг покачнётся.

— Всё хорошо! — ответила Марго хриплым, будто простуженным голосом, бросила туфли на пол с глухим стуком, подошла к своей кровати и рухнула на неё плашмя, даже не пытаясь хоть как-то устроиться.

— Эй, ты куда в таком виде? — возмутилась Полина, но было уже поздно: Марго провалилась в сон, дыхание стало ровным, но каким-то тяжёлым, будто ей снились не добрые сны, а погони и тупики.

Полина вздохнула, взяла плед со своей кровати и аккуратно прикрыла подругу, стараясь не потревожить. Сама сделала себе кофе с молоком, уселась на кровать и снова вспомнила того мужчину из фойе — его взгляд, который будто проникал сквозь все её «я в порядке» и видел самое уязвимое. От этих мыслей её оторвал телефонный звонок. Это звонил Сергей.

— Привет, Полин!

— Привет!

— Чем планируешь заниматься?

— Иду на подработку.

— На весь день?

— Пока не знаю. А что?

— Да так… — замялся Сергей, и в этой паузе Полина услышала то, чего раньше не замечала: лёгкую неуверенность, будто он боялся быть отвергнутым ещё до того, как скажет что-то важное.

— Хотел пригласить тебя в кафе посидеть.

— Ну давай, часиков в семь.

— Ок, я заеду в полседьмого.

— Хорошо, я буду готова.

— Ну, тогда до вечера!

— До вечера.

Полина отключила телефон и пошла в душ. Тёплая вода стекала по плечам, смывая остатки сна, но не тревогу. Через двадцать минут она уже была готова. Выглядела она так, будто пыталась спрятаться за образом «хорошей девочки»: белая блузка с длинным рукавом, жёлто-красная юбка в клетку, чёрные туфли на низком каблуке, лёгкий макияж и уложенные волосы, каждая прядь на своём месте. В этом наряде было что-то от школьной формы, от времени, когда всё казалось проще: учишься, сдаёшь, получаешь пятёрку, и мир улыбается в ответ.

Взяв дамскую сумочку, она ещё раз посмотрела на подругу. Марго по-прежнему спала, лицо во сне стало почти детским, без привычной дерзкой ухмылки. Полина тихо закрыла за собой дверь на ключ и вышла.

Ехать было недалеко, всего одну остановку, и время позволяло, поэтому она решила пройтись и проветрить голову. Но думалось почемуто всё о том загадочном мужчине: о его голубых глазах, о бархатном пиджаке, о том, как он исчез, будто его и не было. Она сама не заметила, как уже стояла перед зданием суда, где ей предложили подработку секретарём. Это было шестиэтажное здание с большими окнами, которые отражали утреннее небо, делая его ещё более холодным и отстранённым.