Цитаты из книги «Двенадцать стульев», страница 37

Конца пути не было видно. К берегу не прибивало, а плыть против течения бывший предводитель дворянства не имел ни сил, ни желания.

Его несло в открытое море приключений.

– Куда мы, однако, едем? – спросил он.

– К хорошим людям, – ответил Остап, – в Москве их масса. И все мои знакомые.

– И мы у них остановимся?

– Это общежитие. Если не у одного, то у другого место всегда найдется.

Треухова качали уже при полном блеске электрических ламп. Качнули и Гаврилина, но так как он весил пудов шесть и высоко не летал, его скоро отпустили.

Потрясенный этой, несколько странной классификацией человеческих смертей, Ипполит Матвеевич спросил:

– Ну, а когда ты помрешь, как про тебя мастера скажут?

– Я человек маленький. Скажут «гигнулся Безенчук». А больше ничего не скажут.

- Уступлю за тридцать два рублика.

Ипполит Матвеевич поморщился и ускорил шаг.

- Можно в кредит, - добавил Мезенчук.

Матрац ломает жизнь человеческую. В его обивке и пружинках таится некая сила, притягательная и до сих пор не исследованная.

Если мы уляжемся все втроем на полу, то даже останется немного места.

Физкультурники по команде раздельно кричали нечто невнятное.

Жить телом на земле, а душой на небесах оказалось невозможным.

Морду бы ему набить...

– Морду ему мы пощупать всегда успеем