Цитаты из книги «Двенадцать стульев», страница 15
Дусик, скажу вам как человек, измученный Нарзаном!
Ипполит Матвеевич поглядел на ее белое и милое светящееся лицо и, вместо того, чтобы прямо сказать: "Я здесь, Инезилья, стою под окном", - начал длинно и нудно говорить о том, что давно не был в Москве и что Париж не в пример лучше белокаменной, которая, как ни крути, остается бессистемно распланированной большой деревней.
Не учите меня жить.
Киса, я хочу вас спросить, как художник — художника: вы рисовать умеете?
Вы знаете кто этот мощный старик? Это гигант мысли, отец русской демократии и особа приближенная к императору.
Рисунок, сделанный хвостом непокорного мула, по сравнению с транспарантом Остапа казались музейными ценностями.
– Вы, – сказал Залкинд, стараясь подыскать наиболее обидное выражение, – вы, консерваторы от музыки!..
– Ваши условия? – спросил Остап дерзко. – Имейте в виду, я не похоронная контора.
Частица черта в нас
Заключена подчас!
В дворницкой стоял запах гниющего навоза, распространяемый новыми валенками Тихона. Старые валенки стояли в углу и воздуха тоже не озонировали.
