Цитаты из книги «Мост», страница 9

Иногда разговариваешь с человеком, и вдруг его охватывает какая-то рассеянность. Как будто не лицо у него вовсе, а маска, к изнанке которой он обычно прижимается, словно ребенок носом к витрине кондитерской. Но когда я с ним разговариваю, пытаюсь обсудить сложный или неинтересный для него вопрос, собеседник отдаляет свое внутреннее «я» от маски и задумывается о чем-нибудь своем. Если воспользоваться аналогией, он снимает ботинки, закидывает ноги на стол, пьет кофе и расслабляется. А потом, набравшись сил и бодрости, неодобрительно кивает и отпускает совершенно неуместное замечание — отголосок его застарелых мыслей. Возможно, дело здесь во мне. Возможно, только я оказываю на людей такой эффект и никто другой на это не способен.

Впрочем, наверное, такая мнительность больше пристала параноику, и, если я отважусь вынести на обсуждение эту тему, сразу выяснится, что вовсе никакой я не феномен, а чуть ли не самое рядовое явление. («Ага, я тоже за собой такое замечал!», «И со мной бывало!», «А ведь думал, что я один такой!»)

Она была в шоке — потеряла человека, который больше чем половину ее жизни был половиной ее жизни.

Такое горе не каждый сумеет быстро постичь, а быстро избыть его не дано никому. Похоже на то, когда видишь, как молоток бьет по пальцу или соскользнувшее лезвие рассекает кожу и кровь выступает раньше, чем нервы сигнализируют мозгу о боли.

Он чувствовал бремя своих лет. Какое-то время выписывал «Таймс», уравновешивая ее «Морнинг стар». Иногда глядел на логотип «Таймс», и ему казалось, что он способен уловить стремительно переворачивающиеся страницы Настоящего Времени; казалось, он слышит шелест сухих листов. Будущее становилось Настоящим, Настоящее — Прошедшим. Правда так банальна, так очевидна, так доступна, а он как-то ухитрялся ее до сих пор не замечать. Он зачесывал волосы, чтобы лысина была не так заметна. Да и лысина-то была — пустяк, с двухпенсовую монету. Он перешел на «Гардиан».

—Мой первый имеет английский король

И то, где грызутся за главную роль.

Второй — меж клыков, источающих яд,

И в лицах людей, что над мертвым скорбят.

Их вместе нельзя обнажать просто так,

Но если уж вынул… (Ответ — не елдак.)

—Ни обрашчайти внымания ета долбаный ножытчек нисет всяку чуш. Атвет кстати кинжял. Дуратчина этот ножытчек ни мазгоф ни граматы.

"Сичас кругом стока всякой магии куцы ни пльунь валшебники калдуны и ведь мы. В какой горад ни зойди абизатилно на поришса на какованибуть убльудка каторый на водид чары и гаварид за клинания и на равид кавонибуть привратить в лигужку или чирвяка или пляватильнитсу или ишо чаво. Многа сичас розвилос хитразадых пидрил да видь нада камуто и навое па палям раз кидывать и дама строить и хлеп растидь и все такое верна видь."

Будущее становилось Настоящим, Настоящее - Прошедшим. Правда так банальна, так очевидна, так доступна.

С ее лица вмиг сходит вся тревога: раз — и нету. Андреа медленно кивает и улыбается:

— С возвращением.

— Да ну?

Но такие вещи требуют веры, а в веру я не верю. То есть я верю в ее существование, но не верю в ее действенность.

— Что тут произошло? Что случилось со всеми ними?

Карлик пожимает плечами.

— Они не прислушивались к своим снам, — ответствует он и вновь берется за работу.

Но жизнь такова, какова она есть.