Читать книгу: «Алый Охотник»
Глава 1 - Морфы
Экран телевизора мерцал в полутьме гостиной, заливая комнату синеватым блеклым светом
На экране телевизора вспыхнула плашка: «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК. ТЕРАКТ В ЦЕНТРЕ ГОРОДА».
Звуковой сигнал сменился голосом ведущей, за спиной которой на огромном мониторе крутились кадры с квадрокоптера, пылающий Торговый центр, выбитые панорамные стекла и ползущий по улице дым.
— Мы продолжаем прямое включение с места трагедии в центре столицыбыстро говорила дикторка.— Пресс-служба SOH подтвердила: около часа дня три Морфа совершили прорыв в торгово-развлекательный комплекс. Аналитики SOH присвоили группе 2-й класс опасности.
На экране появились графические карточки с пояснениями.
Напоминаем: всего существует восемь уровней угрозы. Первый класс самые слабые твари, но даже они представляет смертельную опасность для гражданских. По данным SOH, нападавшие обладали комбинацией Стигм: Огонь, Воздух и Магма . За считанные минуты их стигмы буквально расплавила первые три этажа.
Экран снова переключился на прямую трансляцию: оперативные группы SOH в тяжелой броне выгружали из черных броневиков длинные оружия.
— Подразделения SOH зашли в здание в 13:10. На полную ликвидацию всех трех тварей у них ушло ровно 10 минут. Но последствия ужасают: на данный момент подтверждена гибель 132 человек. Еще 240 гражданских числятся пропавшими без вести под завалами.
Внизу экрана проплыла бегущая строка с номерами горячей линии, после чего включилась стандартная плашка безопасности.
Главное управление SOH в очередной раз напоминает основные признаки Морфов:
Полное отсутствие человеческого запаха
Абсолютная непереносимость обычной еды
Многократное превосходство в силе и непробиваемая обычным оружием кожа. Помните: единственный уязвимый участок горло.
Нараки тяжело сглотнул и отставил пиалу. В выключенной на секунду зеркальной панели тумбы отражалось его собственное лицо: обычный четырнадцатилетний парень, абсолютно непримечательный, с короткими черными волосами и немного уставшим взглядом бледно-красных глаз.
Каждая ложка ужина давалась с трудом, еда казалась песком и вызывала тошноту, но Нараки сжал зубы и проглотил очередную порцию. С самого детства он привык терпеть, зная, что есть тяжело абсолютно каждому человеку.
Мать тихо вздохнула и сжала кружку обеими руками. Из-за ярких золотистых волос ее редкие красноватые глаза, точно такие же, как у сына, казались еще заметнее в полутьме комнаты. Отец рядом молча допивал остывший чай, устало вглядываясь в список погибших на экране своими мутно-голубыми глазами.
Обычный, тихий, семейный вечер.
Нараки уже тянулся пальцами к пульту, чтобы сбить эту тяжелую паузу и переключить канал, как вдруг...
ТРЕСК!
В прихожей раздался оглушительный удар. Входную железную дверь с грохотом выбило вместе с петлями и кусками бетонной рамы прямо внутрь квартиры и полетело прямо на Нараки. Отец среагировал мгновенно: в один прыжок он перекрыл собой сына и принял основной удар двери на руки.
В проём сразу же ввалилась толпа Морфов.
— ХА-ХА-ХА! И КТО ЖЕ ТУТ У НАС?взревел первый, скаля оскал острых зубов.
— Тц! Мать не раздумывая рванула вперёд, пытаясь нанести удар, но Морф обычным взмахом руки отбросил её. Женщина на полной скорости врезалась в стену и рухнула на пол.
— Нараки, беги!перекрывая шум, рявкнул отец.
Уйти им не дали. На коже Морфов моментально вспыхнули ало-чёрные татуировки Стигм, древние узоры проросли от шеи по плечам и рукам, выпирая сквозь вены. У нападавшего твари прямо из предплечий с сухим хрустом выскочили костяные лезвия. Едва заметным взмахом он наотмашь полоснул отца Нараки, рассекая плоть.
— ПАПА!в ужасе закричал Нараки.
В этот же миг стены и окна квартиры насквозь пробила орда тяжелых очередей снаружи. Это был штурмовой отряд SOH. Их спец-патроны, зажигательные снаряды, со свистом впивались в стены и мебель, мгновенно поджигая квартиру изнутри. Комната за секунды погрузилась в огонь и плотный дым.
— Тц, когда они успе... Кха!Морф не успел закончить мысль. Крупнокалиберная пуля насквозь пробила его грудную клетку, разрывая сердце в месиво. Тварь мёртвым грузом завалилась набок.
Отец, тяжело дыша и истекая кровью, навалился сверху на Нараки. Он изо всех сил прижал сына к полу, закрывая его своим телом от рикошетов и шквала огня.
Шум перестрелки и треск пламени начали отдаляться. Сознание Нараки угасало от боли и гари. Сквозь затуманенный взор он увидел, как в разрушенную прихожую врываются оперативники SOH в тяжёлой броне.
Впереди шёл старший офицер, седой, суровый старик. Он яростно орал на оперативников, указывая на тела— Идиоты! Вы как это допустили?! Позволили Морфам вырезать обычную семью?!
Взгляд старика зацепился за едва заметное движение пальцев Нараки. Офицер быстро подошёл к лежащему парню и опустился перед ним на одно колено. Он что-то быстро спрашивал, его губы шевелились, но слух Нараки отказывал, а глаза застилала тьма.
До ушей долетали лишь рваные обрывки фразы, пока разум окончательно не погрузился в небытие
«Пип… пип… пип…»
Писк медицинского монитора пробивал тишину палаты.
Нараки лежал на койке, не в силах даже повернуть голову. Почти всё его тело было плотно обмотано бинтами, скрывающими глубокие ожоги, а любой короткий вдох отзывался острой болью в груди. Сквозь жалюзи на окне пробивался слабый, блёклый лучик дневного света.
Снаружи раздался частый стук ботинок по кафелю. В следующий миг дверь палаты с грохотом распахнулась.
— Вы уверены, сэр? У вас же срочные дела в штабе…виновато заскороговорил кто-то из подчиненных прямо на пороге.
— Заткнисьнамертво отрезал суровый голос старика.— Из-за вашей ошибки погибла целая семья. Остался всего один мальчишка.
БАХ!
Дверь с резким хлопком захлопнулась, отрезав коридорный шум. В палате снова воцарилась давящая тишина, нарушаемая лишь писком приборов.
Старик тяжело шагнул к койке. На нём была чёрная форма с белыми линиями, проходящими вдоль плеч, рукавов и высокого воротника, узнаваемый знак состава организации. Его ботинки глухо простучали по линолеуму, а суровое лицо было изрезано глубокими шрамами.
Он остановился у постели, снял фуражку и низко склонил голову перед четырнадцатилетним парнем.
— Я не буду искать оправданийтяжело произнёс офицер.— Мои люди сплоховали. Они упустили Морфов, а их патроны превратили твой дом в пепел. Твои родители погибли из-за нашей ошибки.
Нараки молчал. Из-под белых бинтов, покрывавших почти всё его лицо, виднелись только бледно-красные глаза. В них не было слёз лишь пустота.
— SOH признаёт свою винупродолжал старик, выпрямившись.— Поэтому у тебя есть два пути. Первый: организация полностью возьмёт тебя на пожизненное обеспечение. Тебе купят жильё, оплатят лучшее обучение, и ты больше ни в чём не будешь нуждаться. Ты сможешь жить обычной жизнью.
Офицер сделал паузу, а затем его голос стал ещё суше:
— Второй путь: ты вступаешь в академию SOH. Мы дадим тебе оружие и научим уничтожать Морфов. Но предупреждаю сразу, на этом пути нет ничего, кроме крови, грязи и постоянного риска сдохнуть в подворотне.
В палате снова повис монотонный писк монитора.
Нараки сжал пальцы в кулаки. Свежие швы на обожжённых руках отозвались резкой болью, но он её даже не заметил. Перед глазами стоял ухмыляющийся оскал твари с костяными лезвиями, отлетающая к стене мать и кровь отца, заслонившего его от пуль.
— Сделайте из меня Охотникавыдохнул Нараки. Голос был сиплым от ожогов горла.
Старик в своей строгой форме всматривался в застывшие бледно-красные глаза парня пару секунд, а затем коротко кивнул:
— Да будет так.
Глава 2 - SOH
Спустя неделю писк медицинских приборов стал уже привычным фоном, заменяющим Нараки тишину. Боль от ожогов постепенно притупилась, сменившись чувством затягивающихся ран.
Дверь палаты распахнулась без предупреждения. На пороге появился старый офицер. В руках он держал пухлую папочку с эмблемой SOH, из которой торчали бланки личного дела и распечатки анализов.
Старик глухо простучал ботинками по линолеуму, пододвинул металлический стул и тяжело опустился на него прямо возле койки.
— Всю бумажную работу я сделал за тебябез лишних прелюдий начал он, раскрывая папку на коленях.— Анализы мы взяли во время твоего лечения. Честно, я уже подумал, что ты морф... Но тебя смогли порезать обычным скальпелем, так что это не так. Да и к тому же твое тело не отторгает еду, а принимает полезные свойства. Хотя и слабо, но всё же.
Нараки медленно повернул голову. Из-под бинтов на старика уставились сухие бледно-красные глаза.
— Спасибо за очевидную информациюсипло, с едва уловимой желчью ответил парень.— Если бы я был морфом, мы не подверглись бы нападению морфов.
— В мире не всё так просто, пареньсо скучающим видом протянул старик, даже не поведя бровью на дерзость. Он перелистал пару страниц с показателями крови и подпер подбородок кулаком.— Среди них тоже хватает тварей, которые грызут сородичей.
Офицер достал из папки бланк зачисления с красной печатью и положил его на тумбочку.
— Твое лечение затянется еще на месяц, и ты идеально попадаешь на новый поток. Но знай: тебе будет тяжело. Всё-таки всего 14 лет. Обычно берут с 16, а то и с 18. Ты будешь самым младшим среди ста восьмидесяти рекрутов. Твой номер в реестре сто восемьдесят один, как последний зачислившийся.
Нараки на секунду замер, глядя на бумаги, а затем тихо выдохнул:
— Сэр... У меня есть просьба.
— Слушаю, — старик приподнял бровь.
— Я хочу попросить разрешение на ношение маски и специального снаряжения под форму. Он должен полностью закрывать шею, кисти и всё тело.
Старик сузил глаза, вглядываясь в забинтованное лицо парня:
— Стесняешься ожогов? В SOH всем плевать на шрамы, парень. У каждого второго они есть.
Офицер замолчал на несколько секунд, разглядывая непреклонный взгляд бледно-красных глаз, после чего тяжело вздохнул и достал из кармана кителя ручку. Он быстро размашисто черкнул пометку прямо на бланке зачисления.
— Разрешение внесено в личное дело. Получишь свою маску и спец-комплект вместе со стандартным снаряжением при прибытии. Набирайся сил, рекрут номер 181. Через месяц за тобой приедет человек
Выйдя в длинный больничный коридор, старик остановился у окна и мельком посмотрел на бланки в папке. Взгляд зацепился за размашистую подпись под пометкой о маске и номере «181».На мгновение его суровое, изрезанное шрамами лицо смягчилось. Он тихо ухмыльнулся и качнул головой.
— Упрямый малец...тихо пробормотал старик себе под нос, убирая папку под мышку.— Ну ничего. Из тебя выйдет отличный Охотник
Площадка перед главным корпусом Академии SOH гудела. Сто восемьдесят один новобранцев выстроились в ровные шеренги на плацу. Между шеренгами выдерживалась строгая дистанция в полтора метра, достаточный интервал, чтобы каждый чувствовал себя частью единого строя, но не соприкасался плечами с соседями.
Нараки стоял в последней шеренге. Его спец-комплектом была плотная черная форма, полностью закрывающая шею и кисти рук, а также маска с аккуратными прорезами для бледно-красных глаз, привлекал редкие косые взгляды. Но больше всего он выделялся ростом. В свои четырнадцать он ощутимо уступал шедшим впереди семнадцати и восемнадцатилетним рекрутам. Впрочем, благодаря дистанции в строю и пространству между рядами перед ним открывался отличный обзор на массивную трибуну.
На трибуну поднялся мужчина средних лет в безупречно отглаженной форме. Его сухой голос мгновенно разнесся над плацем через динамики, заглушая шепот. Это был главный инструктор академии, подполковник Вейн.
— Новички, слушать сюда!Крикнул Вейн, окинув строй ледяным взглядом.— С этой секунды ваши прошлые имена, заслуги и травмы оставлены за воротами Академии. Здесь, вы рекруты SOH. Для гражданских вы единственная защита от тварей. Для меня, пока что просто сто восемьдесят неопытных салаг, которым предстоит выжить в течение этого года. Год подготовки. Тех, кто не справится, вышвырнут без права возврата.
Вейн сделав небольшую паузу, отступил на полшага назад и чуть склонил голову, уступая место человеку, поднявшемуся на платформу следом.
По строю прошел едва слышный шорох. На нем была классическая строгая форма SOH, подчеркивавшая подтянутую фигуру, а на левой стороне груди и рукаве гордо блестели шевроны с яркой золотой буквой «A» и символом скрещенных клинков, знак Мастера, лично участвующего в боевых действиях.
Офицер окинул шеренги спокойным взглядом, регулярно видевшего смерть в нескольких метрах от себя.
— Подполковник прав в одномпроизнес Мастер. Его голос был низким и абсолютно лишенным академичности.— За стенами этого комплекса идет война, о которой из новостей знают лишь вершину айсберга. Морфы не знают жалости. Они умнее, быстрее и в разы сильнее любого из вас. Если вы пришли сюда за славой или красивыми шевронами, убирайтесь прямо сейчас.
Он оперся руками о трибуну, чуть наклонившись вперед.
— Оружие и броня из них, с которыми вам предстоит работать, даются не для того, чтобы вы казались героями. Они даются, чтобы позволить человечеству жить. Каждая минута, которую вы проспите на лекциях или завалите на полигоне, станет чьей-то смертью на улице. Сделайте так, чтобы через год я встретил вас на реальной операции живыми и сильными.
Мастер отступил, а Вейн снова шагнул к микрофону:
— А теперь распределение по полигонам!Сказал Вейн, заглушая гул плаца.— Номера с первого по шестидесятый закреплены за Первым полигоном. С шестьдесят первого по сто двадцатый за Вторым. Номера со сто двадцать первого по сто восемьдесят первый, ваш Третий полигон.
Подполковник окинул строй строгим взглядом:
— Все подробные сведения по расписанию найдете в своих комнатах. Завтра ровно в 8:00 капитаны полигонов ждут вас на местах в полной экипировке. Опоздание хоть на минуту недопустимо. На сегодня все, расход!
Строи разошлись. Площадь перед главным корпусом мгновенно заполнилась гулом сотен голосов: новобранцы, сбиваясь в небольшие кучки, наперебой обсуждали речь офицеров, условия в академии и свои номера.
Нараки проскользнул между смеющимися и непринужденно общающимися рекрутами, чувствуя себя абсолютно чужим в этой шумной толпе. В его голове крутился единственный вопрос: «И где, черт возьми, эти жилые блоки?»
Он повернул к массивному главному корпусу. Внутри здание Академии SOH напоминало бесконечный серый лабиринт. Нараки блуждал по прохладным коридорам уже полчаса. В указателях на стенах, испещренных аббревиатурами, без карты было не разобраться, а спрашивать дорогу у проходящих мимо старших не хотелось.
За очередным поворотом стояла девушка.
Ее трудно было не заметить: ярко-голубые, почти лазурные волосы, собранные в небрежный хвост, и такие же чисто-голубые глаза. Из-за разницы в росте, в свои четырнадцать Нараки едва дорос до ста шестидесяти сантиметров, тогда как девушка была не меньше ста шестидесяти семи, она смотрела на него слегка сверху вниз.
— Эй, слушай!окликнула она его, заметив черную маску и бледно-красные глаза, единственное, что проглядывало сквозь прорези.— Ты случайно не знаешь, где тут вообще жилые блоки? Я уже минут двадцать по кругу хожу!
— Сам не знаюБыстро ответил Нараки из-под маски.
— Серьезно? Тоже заблудился?девушка вздохнула, но тут же весело улыбнулась.— Ладно, раз уж мы оба в этой ловушке, давай искать вместе. Вдвоем хотя бы не так скучно круги нарезать.
Нараки на секунду замялся. Ему хотелось отказать и продолжить поиски в одиночку, но перспектива пробродить тут до ночи выглядела паршиво.
—...Ладнос неохотой буркнул он и кивнул.
Они пошли дальше по коридору. В отличие от молчаливого Нараки, его спутница оказалась невероятно разговорчивой.
— Меня, кстати, Роза зовутС улыбкой представилась она, шагая чуть впереди и заглядывая в боковые ответвления.— Ага, знаю, о чем ты думаешь: «Роза» с голубыми волосами и глазами. Иронично до ужаса, да? Отцу очень нравились цветы, вот и получилось то, что получилось. А ты откуда вообще? Из какого сектора?
Нараки лишь молча слушал её беззаботную болтовню, лишь изредка кивая. Раздражала ли она его? Скорее, удивляла. В мире, где людей заживо сжигают, она умудрялась сохранять столько легкой энергии.
Спустя еще тридцать минут плутаний и пары тупиков они наконец вышли к широкому двухуровневому крылу, над которым горела зеленая табличка: «ЖИЛОЙ БЛОК».
— О-о-о! Наконец-тоРоза облегченно выдохнула и подбежала к первой же двери, сверяясь с электронной картой на панели.— Так, у меня сто восьмидесятый номер... О, смотри, вот моя комната!
Она указала на дверь с цифрой «180». Нараки перевел взгляд на соседнюю дверь в самом конце коридора. На ней темнели цифры «181».
Нараки подошел к своей двери
— Да ладно?! Серьезно?! Вот это совпадение! Сто восемьдесят и сто восемьдесят один! А тебя-то как зовут, таинственный молчун?
Нараки замер перед своей дверью. Голосу все еще не хватало силы из-за не до конца заживших после пожара связок и ожогов горла. Он слегка откашлялся и тихо, хрипло произнес:
— ...Нараки.
— Нараки? Поняла! Ну что, Нараки, до завтра! Не опоздай к восьми на полигонРоза с улыбкой махнула рукой и приложила личную карту к замку своей двери.
Нараки коротко кивнул, приложил карту к датчику, и пройдя внутрь стальная дверь с шипением задвинулась.
Пальцы касались плотной ткани маски с легким колебанием. Он щелкнул незаметной застежкой на затылке и медленно потянул черную маску вверх, стягивая её через голову, а затем начал снимать спец-формуВ зеркале отразилось его лицо.
Нараки замер.
Еще пару недель назад в больничной палате врач хмуро показывал ему снимки: глубокие, алые ожоги второй и третьей степени должны были остаться уродующими шрамами на всю жизнь. Но сейчас, в блеклом свете лампы, он видел совсем другое.
Кожа на шее и щеках, где еще недавно красовались грубые шрамы, заметно разгладилась. Краснота спала, уступив место здоровому, хоть и бледноватому оттенку. Ожоги сходили с пугающей скоростью, словно его организм регенерировал поврежденные ткани с каждым сожранным куском, вызывающей тошноту еды.
Нараки медленно поднес ладонь к шее, проводив пальцами по гладкой коже.
«Как?.. Врачи же говорили, что восстановление займет минимум полгода...»
В глубине подсознания коснулась мысль. «Дед сказал, что я не морф... Но почему тогда все заживает так, будто меня вовсе не было в том пожаре?»
Он помнил, как тяжело давалась ему каждая ложка обычного ужина с самого детства. Помнил, как мышцы наливались тяжестью после физических нагрузок, а восстанавливались за считанные часы, пока другие сверстники валились с ног от усталости.
Слишком много совпадений. Слишком много странностей, которые он привык считывать как обычное упрямство
Нараки нахмурился и резко зажмурился, сбивая нарастающую тревогу. Пугающую мысль о собственной «неправильности» нужно было задавить дома.
«Нет. Я - человек. Просто немного особенный».
Глава 3 - Кляйн
[26 августа 20ХХ года]Пип... пип... пип...Будильник звенел на пределе громкости, прорезая тишину комнаты. Нараки медленно открыл глаза, с трудом сжимая и разжимая затекшие пальцы, и с коротким стоном потянулся.— Тц... Первый деньтихо пробормотал он, садясь на койку. Голос всё ещё немного сипел.— Надо хотя бы не опоздать. Время на терминале показывало 7:20.Быстро одевшись и полоснув лицо ледяной водой из-под крана в крошечном умывальнике, он взял со стола плотную черную маску. Один щелчок на затылке и снаружи остались только глаза с бледным аловым оттенком. Приложив личную карту к замку, Нараки открыл стальную дверь и сделал шаг в прохладный коридор.— О, Нараки! Ты готов? Из соседней двери под номером «180» тут же вынырнула Роза. Девушка уже была в экипировке, а ее ярко-голубые волосы были собранны в аккуратный хвост. Судя по тому, как быстро она повернулась на звук открывающейся двери, она поджидала его уже минимум минут десять.— Готов коротко отозвался Нараки.— Отлично! А то я снова посмотрела на эту схему на стене и поняла, что без понятия, куда идти с досадой и легкой улыбкой призналась Роза, чуть наклонившись к нему из-за разницы в росте.— Может, проводишь? Ты же наверняка за ночь выучил дорогу, таинственный молчун? Нараки на секунду замер, переводя взгляд с ее голубых глаз на пустой коридор, ведущий к лифту.— Хах... Пошлисипло ответил он и первым шагнул вперед.— Класс! Протянула Роза, мгновенно пристроившись сбоку и подстраиваясь под его шаг.
В 07:40 они пришли к Третьему полигону. До построения оставалось двадцать минут, но на сером бетоном плацу уже собирались другие учащиеся
— Семь сорок. Мы даже раньше времени пришлиРоза потянулась, поежившись от утренней прохлады.— Хорошо, что ты дорогу узнал заранее.
Нараки лишь коротко кивнул. На него то и дело бросали косые взгляды: парень низкого роста, у которого не было видно хотя бы одного участка кожи.
На металлическую трибуну перед строем поднялся командир Третьего полигона. Это был массивный старик с широкими плечами и мускулатурой, какую редко увидишь у людей его возраста. Его голову покрывали короткие жесткие блондинистые волосы, а лицо обрамляла густая, аккуратно подстриженная светлая борода.
Мужчина оперся о поручни трибуны, с юмором оглядел застывших рекрутов и вдруг раскатисто, громко расхохотался:
— ХА-ХА-ХА! Ну и вырядились! Посмотрите на них, и это новое поколение SOH?! Выглядите так, будто вас прямо из постелей вытащили!
Он упер руки в бока, окинув шеренги орлиным взглядом.
— Меня зовут Кляйн. Запомните это имя, потому что на ближайшие полгода я, ваш главный кошмар и отец родной в одном лице!Громко объявляет Кляйн.— Разговоры продолжать не будем. Начнем с простого: десять километров по плацу. Время на выполнение 40 минут. Кто не уложится весь вечер драит туалеты вилками! ХА-ХА-ХА, Вперед!
Шестьдесят один человек с шумным гулом перестроились к стартовой черте.
— Десятка с ходу... Серьезно?Пробормотал кто-то впереди.
— Пошли, а то затопчутСжав зубы, сказала Роза.
— МАРШ!рявкнул Кляйн, и с вышки взвилась сигнальная ракета.
Строй сорвался с места.
Нараки побежал в своем привычном темпе. Первые два километра группа держалась плотно, но после, кадеты начали тяжело дышать. В воздухе завис хрип, рекруты сбивались на шаг один за другим.
Нараки спокойно обходил отстающих, пока не вырвался вперед.
Рядом с ним оставался только один боец.
Высокий парень с номером «125» бежал, и на нем не было видно усталости. У него были короткие темные, но не черные волосы, слегка темные глаза, а под левым глазом виднелся один маленький шрам. Почувствовав движение сбоку, 125 мельком покосился вниз. Там бежал парень ниже него в маске, от которого даже не пахло потом. В его взгляде скользнуло удивление.
Нараки на встречный взгляд не ответил. Они выровнялись и продолжили бег.
Остаток дистанции Нараки и 125 преодолели молча, держа один и тот же темп.
Когда они одновременно пересекли финишную черту, на секундомере Кляйна горело 32 минуты 10 секунд.
Командир стоял у финиша, уперев руки в бока, и с хитрой ухмылкой разглядывал первых прибывших.
— ХА-ХА-ХА! А вы двое шустрые!громоподобно хохотнул старик.— 125 и 181, Молодцы!
125 остановился, уперся ладонями в колени и сделав несколько глубоких вдохов, чтобы сбить легкую одышку. На его лбу выступил пот. Он выпрямился и снова посмотрел на Нараки.
Парень в маске стоял рядом как ни в чем не бывало. Его грудь поднималась и опускалась в абсолютно ровном ритме, будто он просто прошел путь.
— Ты где так бегать научился?спросил 125, мельком разглядывая мелочь под номером 181.— Тебе лет четырнадцать на вид.
— Нигде. Просто бегалСипло ответил Нараки и отвернулся.
125 хмыкнул, но приставать с расспросами не стал.
Минут через шесть начали с хрипом и матами прибегать остальные. Роза пересекла черту на тридцать восьмой минуте. Она еле переставляла ноги и едва не свалилась на бетон, вовремя зацепившись руками за колени.
— Ты... ты вообще человек?..Прохрипела она, вытирая мокрый от пота лоб и уставившись на Нараки.Какая у тебя... выносливость?..
— Обычнаякоротко бросил Нараки.
К сороковой минуте до финиша добралась едва ли половина. Остальные двадцать с лишним человек плелись пешком, высунув языки и едва не валясь с ног от усталости.
Кляйн посмотрел на часы, громко щелкнул кнопкой и со свистом сплюнул в сторону.
— Всё, время вышло!рявкнул командир, да так, что отставшие аж подпрыгнули.— Тридцать человек уложились, остальные поздравляю! Нынче вечером туалеты ждут своих героев! А теперь живо построились обратно!
Еле волоча ноги, кадеты кое-как встали обратно в шеренги. Половина строя задыхалась и держалась за бока, с ненавистью глядя на Кляйна.
Командир окинул их взглядом и снова раскатисто хохотнул:
— ХА-ХА-ХА! Вы что, реально поверили, что будете туалеты вилками драить?!
Отставшие кадеты выдохнули с облегчением, а Кляйн упер руки в бока:
— Мне нужно было увидеть, кто на что способен, и понять, кого с кем ставить в пару. Хотя че я парюсь, быстренько объясню, как мы будем тренироваться и зачем вас вообще делили.
Он сделал пару шагов по трибуне.
— В первую очередь вы готовите свое тело к нагрузкам. Этим мы с вами будем заниматься первые шесть месяцев. Вдобавок будете проходить кучу теории внутри здания, но это начнется с завтрашнего дня. А делим мы вас для того, чтобы вы научились нормально работать в команде и быстрее контролировать себя.
Кляйн поднял указательный палец:
— Сначала вы будете работать по два человека. Потом по шесть, потом по десять, а в конце, все шестьдесят вместе. Это нужно для подготовки к реальной работе. Иногда вы будете просто патрулировать город по двое. Иногда будут сложные задачи, где нужен отряд из шести человек. Кто слышал про недавнее нападение? Туда отправили группу из шести оперативников, и они разобрались с тварями за какие-то десять минут. Десять человек задействуют в крупномасштабных битвах... А вот зачем нужны шестьдесят... вам пока рановато знать.
На миг на лице старика проскользнула легкая тень грусти, но он тут же пришел в себя и снова смерил строй суровым взглядом.
— Так вот! Делимся по два человека. Первая пара номер 181 и номер 125. Выйти из строя, встать вместе!
Нараки и парень с темными волосами и шрамом под глазом молча сделали шаг вперед и встали в стороне.
Кляйн продолжить перечислять группы, выкликая новые номера. Роза попала в одну пару с кадетом под номером 173.
Закончив перечислять группы, Кляйн жестом поддозвал весь строй к краю плаца, где располагалась площадка для боя с деревянным настилом. По бокам стояли стойки с самым разным оружием: тупые мечи, колья, деревянные ножи и тяжелые щиты.
Командир подошел к стойке, небрежно вытянул оттуда обычную толстую деревянную палку и вывел её на весу перед собой.
— А теперь перейдем к делугромко заговорил Кляйн, окинув кадетов странным взглядом.— Вы пока еще не умеете работать с оружием. Чтобы понять, какое оружие вам выдать на ближайшие полгода, я должен увидеть, как вы двигаетесь и реагируете. Правила простые: выходите парой и пытаетесь меня достать.
Кляйн с ухмылкой перехватил палку удобнее и встал в центр площадки.
— Первая пара! Номер 181 и номер 125
Нараки и парень с коротковатыми темными волосами и шрамом под глазом молча вышли в круг.
— Нападайтекоротко бросил Кляйн.
125 сорвался с места первым. Пользуясь своим ростом и скоростью, он побежал, пытаясь проскочить под длинный размах палки Кляйна и войти в ближний бой. Движения у 125 были резкими.
Но Кляйн даже не изменил стойку. Когда 125 оказался в метре, старик просто сделал полшага в сторону, уклоняясь от корпуса, и жестким движением всадил конец палки парню прямо в живот. 125 с глухим стоном вылетел с настила и больно выкатился на бетон.
Нараки не стал повторять ошибку напарника и ломиться напрямую. Пока внимание Кляйна заняла птица на ветке, Нараки сбоку зашел под бок. Он сблизился бесшумно, и нанес быстрый хлесткий удар ладонью в шею старика, словно рубил клинком.
Разница в опыте была огромной. Кляйн, даже не повернув головы, отбил кисть Нараки тупым концом палки, а затем следующим движением впечатал её Нараки прямо в грудь.
Воздух с сиплым звуком выбило из легких. Нараки отбросило назад, он упал на спину, но тут же уперся ладонями в настил и с трудом поднялся на ноги, тяжело хрипя через плотную маску.
Бледно-красные глаза под маской сузились. Не дав Кляйну отступить, Нараки снова пошел вперед, сокращая дистанцию для боя.
Кляйн хмыкнул и направил палку ему в грудь, но Нараки крутанулся в стороне, пропустив дерево буквально в сантиметре от себя. Старик тут же сделал быстрый боковой выпад, Нараки отклонил корпус назад, и палка рассекла воздух прямо перед его маской. Дед нанес еще два резких удара, но парень в маске словно чувствовал траектории: он уворачивался шаг за шагом и постоянно заходя старику с спины.
Видя, что четырнадцатилетний парень раз за разом уходит от его атак, Кляйн потерял терпение. На секунду старик не рассчитал силу и вложил в новый замах куда больше скорости, чем следовало.
Деревянная палка с оглушительным свистом рассекла воздух.
Нараки попытался уйти в сторону, но удар был слишком быстрым. Тяжелое дерево с треском пробило плотную форму на левом предплечье. Раздался сухой хруст, палка прошла вдоль руки, мгновенно оставляя огромный рваный разрез.
Из раны тут же хлестнула густая алая кровь, закапав серый деревянный настил.
Нараки отскочил на три шага назад, зажав раненую руку правой ладонью. Под маской он лишь сжал зубы, не издав ни звука.
Кляйн замер, опустив палку, и с досадой хмуро крутанул головой.
— Тц... простибуркнул старик, но в его глазах скользнуло уважение.— Рефлексы у тебя чертовски быстрые.
Он бросил палку обратно на стойку.
— Так, номер 125Кляйн повернулся к парню со шрамом под глазом, который молча наблюдал за происходящим.— Ты лезешь в упор, рассчитываешь на скорость. Твой выбор парные кинжалы.
Кляйн швырнул ему два тупых клинка. 125 подхватил их на лету.
Затем старик подошел к Нараки, который стоял, крепко сжимая кровоточащую руку.
— А тебе нужна дистанция.
Кляйн снял со стойки деревянную катану в простых ножнах и протянул Нараки.
— Держи и сходи в санчасть, 125 проводит тебя.
Парень перехватил ее правой рукой. Рукоять легла в черную перчатку идеально, словно это оружие всегда было частью его самого.
125 перехватил кинжалы, посмотрел на Нараки, и в его карих глазах вспыхнул восторг. Шрам под глазом слегка дернулся от удивления.
— Слушай, ты вообще из чего сделан?тихо, с уважением пробормотал 125-й, шагая рядом с ним.— Ты смог так закрутить Кляйна! Я думал, старик нас обоих в блин раскатает за секунду, а ты ему прямо за спину заходил! А рука... Чёрт, от такой раны любой другой заорал бы на весь полигон, а ты даже звука не издал!
— В порядке яСипло бросил Нараки, сжимая раненое предплечье.
Под плотной тканью рукава рана пульсировала. Нараки нужно было добраться до санчасти, чтобы обработать разрез и лишний раз не привлекать внимания.
Прижав деревянную катану к боку, Нараки ускорил шаг по направлению к главному корпусу. 125 шел бок о бок, не затыкаясь и с увлечением обсуждая движения Нараки.
А за их спинами вовсю гремел плац.
— Следующая парарявкнул Кляйн на весь полигон.— Выходить на ринг, слабаки!
Глава 4 - Обычные деньки (1)
Прохладный коридор встретил их тишиной и резким запахом антисептика. Шум с плаца, крики Кляйна, сухой треск дерева и ругань кадетов окончательно затих.
— Слушай, а ты до SOH где-то фехтованию учился?
Кай крутанул в руках один из тренировочных кинжалов, убирая его в крепление на поясе.
— Ты вообще не смотрел на его палку, ты на плечи смотрел, да?
— Угадал
сипло ответил Нараки.
Плотная ткань формы на левом рукаве насквозь пропиталась кровью и неприятно липла к коже. Каждое движение отдавало болью в предплечье. Порез сильно ноил, и хотя кровь у Нараки запекалась, без медицинской помощи и швов обойтись было нельзя.
Они остановились перед стальной дверью с надписью: «Санчасть 3».
— Пришли
Кай скрестил руки на груди и оперся плечом о стену.
— Я подожду тебя здесь. Кстати... меня Кай зовут. Ну или просто сто двадцать пятым зови, если так удобнее.
Нараки мельком взглянул на него, прижал деревянную катану к боку и толкнул тяжелую дверь.
За порогом находился небольшой кабинет: пара кушеток, металлические шкафы и медик, который при виде окровавленной руки лишь тяжело вздохнул.
— Еще один...
пробормотал он, указывая на кушетку.
— Снимай верх, показывай, что там.
Нараки замер.
Взять и раздеться он не мог. Его форма полностью закрывала все тело не просто так. Обнажить чистое тело перед врачом означало вызвать слишком много вопросов.
Вместо того чтобы расстегивать куртку, Нараки расстегнул фиксаторы на манжете и с трудом задрал плотный рукав до самого локтя, обнажив ровно ту часть предплечья, где был разрез.
— Снимай полностью, так работать неудобно
хмуро повторил медик, доставая антисептик и иглу.
— Достаточно и этого
Сказал Нараки, взглянув на него из-под маски.
— Пострадала только рука.
Медик мельком оглядел упертого кадета и, решив не тратить время на споры, приступил к работе.
Обработка заняла минут десять. Залив разрез шипящим антисептиком, от которого предплечье обожгло острой болью, фельдшер наложил несколько аккуратных швов и туго забинтовал руку.
— Готово. Свободен
медик вытер руки.
— Если бинты пропитаются зайдешь.
Нараки опустил рукав, застегнул манжету, полностью скрывая повязку, и вышел в коридор. Кай всё так же ждал снаружи, крутя в руках кинжал.
— Живой?
спросил Кай, выпрямляясь и убирая оружие.
— Пошли обратно на плац, пока старик не решил, что мы сбежали.
Нараки и Кай возвращаются на плац, где Кляйн завершает отбор
Когда Нараки и Кай вернулись на плац, грохот и крики на ринге уже утихли. Побитые и тяжело дышащие кадеты снова строились в шеренги.
Среди них стояла Роза, в ее руках покоилось длинное деревянное копье с затупленным наконечником. Девушка держала его уверенно, хотя на ее форме отпечаталась грязь после боя. Однако почти половина строя стояла с пустыми руками, нервно переминаясь с ноги на ногу.
— Так, закончили!
Кляйн бросил свою палку на пол и вытер усатое лицо тыльной стороной ладони.
— Те, кто остался без оружия... Вы двигались, как деревянные куклы. Ближний бой не ваше, поэтому тратить на вас мечи и копья сейчас бессмысленно. Вы получаете штурмовые винтовки и огнестрел.
Один из кадетов без оружия недовольно нахмурился и подал голос из строя:
— Командир, а почему винтовки выдают только тем, кто хуже? Разве огнестрел не лучше и не смертоноснее катан или копий в реальном бою?
Кляйн хохотнул, словно ждал этого вопроса, и скрестил руки на груди.
— На вашем нынешнем уровне? Да, обычный автомат с большим шансом спасет вашу шкуру, чем с палкой. Огнестрел удобен для слабаков: нажал на спуск и пуля полетела. Но против настоящих монстров обычные пули это просто бесполезный горох. Их шкуру хрен пробьешь.
Командир сделал шаг вдоль строя, въедливо вглядываясь в лица кадетов.
— Настоящее оружие создается из плоти и мышц самих тварей, а затем пропитывается той силой, что была заключена в их сердце. Только так и никак иначе. Если вы попытаетесь пропитать этой силой оружие, сделанное не из плоти того же монстра, обычную сталь, железо или готовый автомат, оно нахрен разлетится в пыль. Ему не выдержать давления. И без разницы, насколько прочным был металл или насколько слабой была тварь.
Кляйн поднял указательный палец:
— В холодное оружие из плоти монстра вы можете вливать собственную силу, усиливать каждый размах и удар без всяких ограничений. Чем сильнее становитесь вы, тем смертоноснее клинок. У огнестрела есть потолок, выше которого вы никогда не прыгнете. У холодного оружия этого потолка нет.
Старик замолчал, давая кадетам переварить сказанное. В строю установилась тишина, даже те, кого распределили к винтовкам, больше не выглядели недовольными, а лишь хмуро осмысливали слова командира.
Кляйн осмотрел притихший строй, удовлетворенно хмыкнул и махнул рукой в сторону жилого сектора.
— На сегодня свободны
громко рявкнул командир.
— Каждому из вас в комнату уже доставили книгу с расписанием. Там все подробно написано. Изучите внимательно, с завтрашнего утра за незнание расписания буду двоекратно гонять по полигону. А сейчас марш в комнаты!
— Есть!
с разнобоем отозвался строй.
Кадеты стали быстро расходиться. Роза аккуратно перехватила полученное деревянное копье и направлялась к выходу, мельком бросив удивленный взгляд на руку Нараки, но расспрашивать при всех не стала.
Кай, ловко убрав кинжалы в поясные крепления, тут же пристроился справа от Нараки.
— Ну что, пошли?
с ухмылкой спросил Кай, потягивая затекшую шею.
— Надеюсь, нас хотя бы рядом заселили, а то с остальными тут хрен нормально поболтаешь.
Жилой блок рекрутов больше напоминал бункер, чем общежитие: длинные серые коридоры, тусклые лампы под потолком и массивные двери.
Кай шел следом, сжав руки за головой и сверяясь с номером.
— Так, у меня сто двадцать пятая комната...
Кай остановился прямо напротив двери Нараки и ухмыльнулся, взглянув на цифры 181 на соседней табличке.
— Черт, да мы соседи! Теперь тебе точно от меня не отвертеться.
Нараки ничего не ответил. Он приложил свою карту к панельке считывателя, замок тихо щелкнул, и тяжелая дверь отъехала в сторону.
— Отдыхай. Завтра жду от тебя результатов
бросил Кай и толкнул дверь своей комнаты напротив.
Нараки шагнул внутрь, и дверь за ним автоматически закрылась, отсекая шум. На столе лежал блокнот в строгом черном переплете
устав и расписание кадетов SOH.
Прижав деревянную катану к стене у изголовья кровати, Нараки сел за стол. Каждое движение левой руки отдавало болью в предплечье. Он аккуратно расстегнул манжету, проверяя повязку
свежие швы держали крепко, а кровь больше не просачивалась сквозь бинты. Нараки остался в своей полностью закрытой форме, не рискуя снимать её даже наедине с собой.
Он подвинул к себе книгу и открыл первую страницу.
Расписание будних дней, начиная с понедельника:
— 07:00 Завтрак.
— 08:00 - 12:00 Физическая подготовка и изнурительный муштра на полигоне.
— 13:00 Обед.
— 14:00 - 16:00 Изучение и обсуждение морфов.
— 16:30 - 18:30 Занятие по выбору.
— 20:00 - Ужин.
— После 20:30 Свободное время до отбоя.
График на всю неделю держался единого ритма. Лекции о морфах и предметы по выбору время от времени менялись на другие дисциплины, а воскресенье стояло единственным полным выходным.
В списке факультативов взгляд Нараки зацепился за два направления, и он на мгновение замер.
Первым вариантом была «Полевая медицина и самопомощь». Курс выглядел крайне заманчиво. Никаких врачей, никаких пристальных взглядов, что кто-то заставит его снять форму и увидит не тронутое ожогами тело. Это была идеальная защита для его тайны.
Вторым вариантом стояла «Теория основ боя с оружием».
Палец Нараки завис над страницей. чистых рефлексов и инстинктов не хватит против опытного бойца. Без понимания фехтования он рисковал подставить под смертельный удар не просто руку, а голову.
Он колебался несколько секунд, взвешивая риски. С одной стороны безопасность его секрета, с другой выживаемость на поле боя.
Нараки тяжело вздохнул под маской и выбрал «Теорию основ боя с оружием». Если он не научится владеть катаной как следует, прятать тайну станет просто некому. А с обработкой ран придется пока справляться своими силами.
Он уже смотрел на номер аудитории для первого занятия, когда тишину комнаты разбил короткий стук в стальную дверь.
Бледно-красные глаза под маской мгновенно переместились на дверной проем.
Нараки бесшумно поднялся со стула и подошел к двери. Приложив электронную карту к датчику, он дождался, пока замки тихо щелкнут.
Стальная дверь с шипением отъехала в сторону.
На пороге стоял Кай, держа точно такую же черную книгу с расписанием.
Кай привычно ухмыльнулся, но в его жесте скользнула легкая неловкость: он почесал затылок и перемялся с ноги на ногу.
— Я тут глянул график... Короче, ты что из факультативов выбрал? Я думал на «Тактику» пойти, но если ты взял что то другое, я лучше с тобой перепишусь. Вдвоем все-таки проще разбираться, чем в одиночку.
Нараки окинул его молчаливым взглядом из-под маски, не спеша с ответом.
Не успел Кай продолжить, как из тусклого коридора донеслись тихие, легкие шаги.
— Нараки?..
раздался за спиной Кая мягкий голос.
Роза обошла 125-го стороной, даже не взглянув на него, словно на пути никого не было. В руках она бережно держала небольшую коробочку.
Девушка подошла ближе, вставая почти вплотную. На ее лице замерла нежная улыбка, но в голубых глазах блестел странный, липкий и пугающе фанатичный огонек, прикованный исключительно к Нараки.
— Я видела, как Кляйн тебя ранил...
тихо произнесла Роза, проигнорировав присутствие Кая.
— В санчасти медики грубые, они никогда не будут заботится о нас как следует. Я не смогла спокойно сидеть, зная, что тебе может быть больно. Я перевяжу тебя заново. Сделаю всё очень аккуратно. Покажи мне руку... Пожалуйста.
Под маской у Нараки лихорадочно закрутились мысли.
(Если она начнет сама обрабатывать рану, то точно попытается задрать рукав выше или заставить меня снять куртку...)
Нараки уже судорожно думал что делать, как выставить ее за дверь и не спровоцировать, когда в разговор бесцеремонно вмешался Кай.
— Слышь, дамочка
Кай сделал шаг вперед, перекрывая плечом часть проема и скрестил руки на груди. В его голосе проскользнуло раздражение.
— Я тут вообще-то первым начал диалог. Катись отсюда.
Нежная улыбка Розы мгновенно исчезла, будто ее и не было.
Она медленно повернулась к 125-му. Вся ее нежность улетучилась в секунду, а в глазах вспыхнул ледяной взгляд, настолько тяжелый, что в тесном коридоре будто резко опустилась температура.
— Ты кто вообще такой?
прошипела Роза с звенящей ненавистью.
— Я пришла ему помочь с рукой, а ты тут мешаешься.
Между ними вспыхнуло такое осязаемое напряжение, что казалось прям тут драку начнут.
Нараки, наблюдая за этой сценкой из прохода, почувствовал, как внутри отлегло.
(Спасибо, Кай... Теперь это твоя проблема.)
Не теряя ни секунды, пока они мерились тяжелыми взглядами, Нараки бесшумно скользнул боком мимо них и быстрыми шагами направился в столовую.
Просторный зал столовой встретил его гулом голосов и запахом еды. Нараки набрал поднос и сел за столик в самом центре.
Едва он опустил поднос, сидевшие неподалеку кадеты моментально смолкли. Рекруты начали поспешно отсаживаться подальше, испуганно поглядывая на его черную маску:
— Отсядь... Этот 181-й просто псих...
— А маску чего не снимает? Говорят, под ней уродец...
— Ага. Было бы что показывать, не прятал бы рожу...
Нараки игнорировал слухи, когда напротив него с тяжелым стуком опустился чужой поднос.
Перед ним уселся высокий, крепко скроенный кадет со взъерошенной шевелюрой глубокого красноватого цвета, которая на свету переливалась оранжевым оттенком, словно догорающий костер.
— Думаешь, раз заставил Кляйна ранить тебя, так теперь местная звезда?
с ходу выдал он, чуть подавшись вперед. В его голосе звучала откровенная провокация, но без мелкой гнили.
— В реальном бою я тебя спокойно одолею.
— Ок
сухо отозвался Нараки, не поднимая головы.
(Лишь бы дал спокойно поесть... Главное, чтобы этот факел не вспыхнул прямо за столом.)
Красноволосый опешил от такой реакции, но лишь фыркнул, невольно оценив спокойствие соперника.
В этот момент к столику с треском подскочил Кай, а за ним бесшумно приблизилась Роза.
— Ты куда свалил, а?!
с обидой рявкнул Кай, с размаху садясь рядом.
— Я там с этой псих... дамочкой разбирался, а ты тихо слился!
— Нараки...
Роза села напротив, сменив гнев на нежный тон.
— Зачем ты ушел? Я хотела помочь, а этот неотёсанный болван всё испортил...
— Что?! Я испортил?!
взвился Кай.
— Да ты к нему липла!
— Заткнись, 125-й
с ледяной угрозой ответила Роза, продолжая смотреть исключительно на Нараки.
— Еще одно слово, и я прибью твою руку к столу.
Нараки молча приподнял маску до уровня губ и начал уплетать ужин. Красноволосый кадет напротив посмотрел на ругающихся Кая и Розу, вздохнул и взял вилку.
— Дэвид
коротко бросил он, подправляя кусок мяса на тарелке.
— Мое имя Дэвид. И запомни его, 181-й. Я покажу тебе, кто действительно чего-то стоит. Так что не зазнавайся.
Нараки едва заметно кивнул. В итоге Нараки и Дэвид молча опустошали свои подносы, пока Кай и Роза на заднем плане продолжали словесную дуэль.
