Читать книгу: «Прочерк»

Тень прошлого

Прочерк шёл по заросшей поляне, пробираясь сквозь высокую траву, местами чуть выше его колен. Воздух был свежим, влажным, с лёгким ароматом листвы и сырой земли. На горизонте — густой лес, откуда доносились редкие щелчки насекомых и еле слышные птичьи крики. В этом краю было мало живых существ, но природа оставалась удивительно нетронутой.

Он наклонился, чтобы поправить одну из своих ботинок, когда вдруг взгляд упал на нечто блестящее, наполовину скрытое мхом у корней дерева. Прочерк присел и аккуратно вытащил предмет из земли.

Это был камень — ярко-зелёный, с гладкими гранями. Он выглядел слишком чистым и правильным, чтобы быть просто минералом.

Камень Хаоса?

Он замер, поднеся находку ближе к глазам. Камень как будто мерцал изнутри, и это чем-то напоминало… самоцветную энергию.

В этот миг перед глазами Прочерка пронеслось прошлое. Он вспомнил тех, кто был связан с похожими камнями. Вспомнил самоцветов. Вспомнил его.

Алмаз. Сдержанный, расчётливый, но… по-своему заботливый. Прочерк сжал камень чуть сильнее, но тут же опустил руку и вернул находку обратно в расщелину.

— Не хватало ещё, чтобы из-за тебя я снова начал думать об этом всерьёз, — глухо выдохнул он и развернулся.

Но мысли уже не отпускали. Словно активировав нечто внутри, камень напомнил обо всём сразу. Его прошлое. Его создание.

Он машинально поднял левую руку и посмотрел на свои «часы».

— Ну вот и закончился ещё один день, — подумал Прочерк, бросив взгляд на заходящее солнце. — Надо быстрее найти еду и вернуться домой.

Он находился у опушки леса, поэтому решил начать поиски именно оттуда. Но, проходя между деревьев и кустов, не нашёл ни единого намёка на пищу — ни ягод, ни фруктов.

— Где же вся еда?! — раздражённо подумал он, остановившись среди зелени.

После получаса безуспешных поисков он сдался и решил воспользоваться голограммной системой. Эта система, созданная старым другом, была замаскирована под компактные электронные часы. Внутри них находилась миниатюрная поисковая сеть, состоящая из тысяч незаметных микророботов, способных сканировать окружающее пространство.

Прочерк активировал поиск по параметру «пища» и отправил около пяти тысяч микророботов в разные стороны. Пока они искали, он открыл фотоальбом в голограммах и начал листать старые снимки. Вскоре наткнулся на изображение, где он стоял рядом с алмазом.

— Эх... жаль, что тебя больше нет рядом, — сказал он вполголоса, с тоской всматриваясь в изображение. — Как же так вышло...

Сигнал системы вырвал его из размышлений: еда найдена, координаты получены.

— Хм, недалеко, — отметил Прочерк и направился в указанную сторону.

По дороге он задумался: искать еду каждый день — не слишком ли это утомительно? Может, стоит научиться выращивать её самому?

Но мысли прервались, когда он наконец нашёл указанный объект — куст с клюквой.

— Арх… кислая, конечно. Ну, хоть что-то. — Прочерк вздохнул и начал собирать ягоды. — Главное — успеть до темноты.

Ягод было много, но он справился довольно быстро. Уложив их в контейнер, он отправился домой, по пути наблюдая за вечерним небом и тихо шуршащей листвой.

— А ведь на планете самоцветов нет всего этого… — подумал он. — Кроме неба, конечно. Но и оно там совсем другое. Жаль, что алмаз больше не увидит этого.

Наконец он добрался до своего дома, встроенного в космический корабль. Приложив карту к сканеру, он вошёл внутрь.

— Удобно всё-таки, когда дом всегда с собой. Спасибо тебе за это, алмаз… — слабо улыбнулся Прочерк.

Воспоминания прошлого были настолько сильными, что привычные для него вещи опять казались чем-то диковинным.

Он отнёс ягоды, промыл их и решил включить телевизор — точнее, голограмму. В тишине было как-то неуютно.

Сев перед экраном, он стал смотреть передачи, транслируемые с родной планеты его старого друга. Шёл час, другой, и вскоре организм напомнил, что пора бы поесть.

— Ах да, точно, — сказал он, вставая и направляясь за едой.

Вернувшись с перекусом, он снова уселся перед телевизором, но вскоре сон начал брать своё. Отключив устройство, он направился в комнату отдыха.

— Ну всё, пора спать, — сказал Прочерк, укладываясь на кровать.

Через несколько минут он уже спал.

В ритме одиночества

Начался новый день. Прочерк проснулся, потянулся и первым делом взглянул на часы.

— Ой-ой, я поздно проснулся. — сонно произнёс он, поднимаясь с кровати. — Надо бы пойти поесть.

Он лениво направился на кухню, надеясь найти там что-нибудь съестное. Однако, как оказалось, вся еда закончилась.

— Неужели я вчера всё съел? — удивился Прочерк, заглянув в каждый уголок. — Придётся снова идти искать...

Собрав всё необходимое, он вышел наружу. Пройдя всего несколько метров, Прочерк активировал свою систему поиска еды, используя встроенные голограммы.

— Вчера она себя неплохо показала. Почему бы не использовать снова? – поразмышлял Прочерк, запуская систему голограмм.

Запустив поиск, он сел на подходящее место и захотел порассматривать всё вокруг, но за считанные секунды система уже обнаружила цель.

— Отлично! Еда обнаружена. И, похоже, не так уж и далеко, — удовлетворённо кивнул он и поспешил вперёд.

Вскоре он оказался у куста, усыпанного зрелой черникой. Прочерк обрадовался находке:

— Намного лучше, чем вчерашние кислые ягоды!

Он принялся аккуратно собирать ягоды, не замечая, что за ним кто-то наблюдает. Чуть поодаль, спрятавшись за кустами, его разглядывали трое: ёж, лис и крольчиха.

— Хм, кто это? Я его здесь раньше не видел, — тихо сказал ёж, щурясь.

— Я тоже, — коротко кивнул лис.

— И я, — добавила крольчиха, чуть высовываясь из-за куста.

— Проследим за ним. Нужно понять, с какими намерениями он здесь, — предложил ёж.

Друзья переглянулись и согласно кивнули. С того момента они стали внимательно следить за объектом.

Тем временем Прочерк закончил сбор и наполнил свою ёмкость до краёв. Он довольно выдохнул и направился обратно домой.

— Ну, вроде всё собрал. Пора возвращаться.

Всё это время троица не отставала, наблюдая из-за деревьев.

— Интересно, где он живёт? — подумал лис.

Когда Прочерк добрался до своего дома, он вынул электронный пропуск и приложил его к панели. Дверь мягко открылась, впуская хозяина внутрь.

— Ух ты, ничего себе у него дом! — удивлённо прошептал ёж.

— Да, действительно неплохо, — ответил лис.

— Я пока не заметила ничего плохого в незнакомце, — мягко добавила крольчиха.

— Тогда позже ещё раз сюда заглянем, продолжим наблюдение, — решил ёж.

Троица скрылась за деревьями, а Прочерк в это время уже мыл ягоды в раковине.

— М-мм, а они вкусные! – довольно сказал он, пробуя одну за другой.

С собранной черникой он уселся у телевизора, включил главный канал самоцветов и с интересом стал смотреть сначала новости, затем развлекательные передачи. Всё шло спокойно, пока не раздался неожиданный звонок из системы голограмм.

— Что? Мне кто-то звонит? Но ведь мне уже давно никто не звонил... — удивлённо воскликнул Прочерк.

Он без раздумий ответил.

— Привет, Прочерк! — раздался знакомый голос.

— П-привет...

— Как давно мы не виделись!

— Да, очень давно...

— Ты ведь помнишь алмаза, с которым ты раньше часто был?

— Конечно. Как можно его забыть...

— Вот, среди самоцветов, в частности среди алмазов, пошёл слух, будто чёрный алмаз жив и скоро вернётся домой.

— Хм... возможно. Его "смерть" действительно выглядела странно. Было бы неплохо, если бы он вернулся. Но только не такой, каким был раньше.

— Ты имеешь в виду его методы — захваты планет и жёсткое обращение?

— Да, именно это.

— Не знаю, изменилось ли что-то. Ладно, мне пора. Рад был тебя услышать.

— И я тебя. Спасибо, что позвонил.

Разговор завершился, а Прочерк ещё некоторое время задумчиво смотрел в экран. Снова ощутив в себе надежду, он продолжил смотреть передачи — вдруг скажут что-то важное... Но эфир так и не изменился.

Вскоре, взглянув на часы, он понял, что пора снова добывать еду.

— На-до-е-ло! — раздражённо выдохнул он. — Каждый день искать пропитание…

Так родилась идея — обустроить в доме небольшой уголок для выращивания пищи. Он нашёл большую подходящую ёмкость и принялся делать из неё импровизированный горшок.

Земли в доме не было, поэтому Прочерк взял савок и вышел на улицу, где неподалёку от корабля начал копать почву.

Примерно в это же время в кустах появились знакомые наблюдатели.

— Он что, копает землю? — удивился лис.

— Зачем она ему? — нахмурился ёж.

— Может, для растений? — предположила крольчиха.

— Звучит сомнительно, — ответил лис, не отводя взгляда.

— Посмотрим, что он сделает дальше, — предложил ёж.

А Прочерк уже наполнил горшок и понёс его внутрь дома.

Дальше Прочерку нужно было найти семена. Он знал, что они находятся внутри ягод, и потому отправился на улицу в поисках нового куста. Как и в прошлый раз, он включил свою систему голографического поиска и сел рядом, дожидаясь результата. Спустя минуту система выдала координаты цели.

— Отлично, снова работает, — с удовлетворением сказал Прочерк, посмотрев на результаты.

Целью оказался куст с земляникой. Он без промедлений направился в ту сторону. Трое наблюдателей вновь последовали за ним.

— Хм, кажется, я была права насчёт его цели, — заметила крольчиха.

— Похоже на то, — кивнул лис.

— Да, теперь понятно, зачем ему была нужна земля, — добавил ёж.

Прочерк собрал достаточно ягод — и на посадку, и на еду. Вернувшись к кораблю, он поставил подготовленную ёмкость с землёй на улице. Ему не хотелось случайно рассыпать землю и испачкать пол внутри дома, поэтому посадкой он решил заняться здесь.

Аккуратно разместив часть собранных ягод в земле, Прочерк осмотрел результат своей работы. Убедившись, что всё готово, он поднял ёмкость и занёс её в корабль, а оставшиеся ягоды отнёс на кухню, чтобы перекусить.

— А разве нельзя было просто выкопать куст и пересадить его? — удивилась крольчиха.

— Может, ему интереснее всё делать по-своему. — пожал плечами лис. — Или он просто не знал про это.

После еды Прочерк вновь устроился у телевизора, но на экране всё ещё не было никаких новостей о возвращении алмаза. Его настроение заметно померкло.

— Похоже, просто слухи... — вздохнул он.

В это время трое наблюдателей, усевшись на опушке неподалёку, переговаривались между собой.

— Похоже, у него действительно проблемы с едой, — сказал лис, опираясь на дерево.

— Видимо, — согласился ёж. — Это объясняет, почему он делает всё это.

— Жаль его. Вот бы принести ему немного еды, — с сочувствием сказала крольчиха.

— Можем. Если хочешь, через некоторое время вернёмся и принесём что-нибудь, — предложил ёж.

— Конечно хочу! — обрадовалась она.

— Тогда решено. Отдохнём немного и пойдём, — подтвердил лис.

Оставшись один, Прочерк ещё некоторое время размышлял о произошедшем. В конце концов он решил ненадолго отвлечься и заняться чем-нибудь другим. Вспомнив о своём старом увлечении, он поднялся и отправился искать принадлежности для рисования.

— Давненько я не рисовал… Почему бы не попробовать? — произнёс он вслух.

Найти всё необходимое оказалось не так просто. Прочерку пришлось перебрать немало своих вещей, прежде чем он наконец обнаружил нужные инструменты и бумагу.

— Попробую порисовать по старинке, на бумаге, — подумал он, устраиваясь поудобнее.

Однако, когда всё было готово, Прочерк задумался. Что бы ему нарисовать? Некоторое время он перебирал разные идеи, пока одна из них наконец не привлекла его внимание. Он представил, как мог бы выглядеть рисунок, обдумал первые детали и лишь после этого взялся за работу.

Тем временем крольчиха находилась у себя дома и размышляла, чем можно угостить незнакомца.

— Хм, что же ему приготовить? — задумчиво произнесла она, оглядывая кухню.

Она перебирала в уме различные блюда, пытаясь выбрать что-нибудь подходящее. Ей хотелось не просто принести немного еды, но и порадовать того, кому, судя по всему, приходилось каждый день искать себе пропитание.

Наконец она придумала, что можно приготовить.

— Точно! Думаю, этого хватит! — обрадовалась она и с энтузиазмом принялась за готовку.

Пока остальные отдыхали в другой комнате, крольчиха хлопотала на кухне, переходя от одного блюда к другому. Постепенно стол заполнялся приготовленной едой.

Спустя некоторое время на нём уже стояло множество самых разных блюд. Она окинула их взглядом, но всё ещё сомневалась, достаточно ли этого.

Вскоре на кухню заглянул ёж.

— Вот это скорость! — удивился он, увидев приготовленную еду. — Как ты так быстро всё сделала?

— Да это всё несложно, — ответила крольчиха с улыбкой.

Всё было аккуратно упаковано, и трое вновь отправились к Прочерку. Он в это время продолжал рисовать, не замечая, как быстро летит время. Услышав стук в дверь, он отложил карандаш.

— Кто бы это мог быть? — удивился он, направляясь к входу.

Открыв дверь, он увидел перед собой знакомую троицу с коробками еды. Первой заговорила крольчиха:

— Привет! Мы заметили, что у тебя проблемы с едой, и решили помочь небольшим количеством блюд.

— Ничего себе… Мы ведь даже не знакомы, а вы столько всего для меня приготовили! Спасибо вам большое, — искренне поблагодарил Прочерк.

— Пожалуйста! Меня, кстати, зовут Крим, — сказала она.

— Знаю, — ответил он.

— Откуда?! — одновременно удивились все трое.

— Вас сложно не знать, — с улыбкой пояснил Прочерк.

— Хех, возможно. Ну ладно, нам пора. Ещё увидимся, — сказал ёж.

— До свидания и ещё раз спасибо, — попрощался Прочерк.

Когда они ушли, он отнёс пакеты на кухню и стал рассматривать содержимое.

— Немного? Да тут еды на неделю вперёд!

Он разложил всё по местам, часть отправил в холодильник, а часть — съел сразу. Каждый новый вкус вызывал у него восхищение. Он даже не знал большинство их названий.

— Они и правда готовят очень вкусно!

Взглянув на часы, он понял, что день подошёл к концу.

— О, уже пора спать, — сказал Прочерк и, улыбаясь, с хорошим настроением направился в комнату отдыха. Вскоре он уже мирно спал.

Сдвиг в тишине

Проснувшись, Прочерк первым делом направился на кухню. Он открыл холодильник и с радостью заметил, что еды по-прежнему много.

— Ах да, точно... Спасибо им большое, — с тёплой улыбкой подумал он.

На завтрак Прочерк решил взять небольшую порцию блинов с клубникой. Устроившись за столом, он принялся есть.

— М-мм, как же вкусно! — довольно произнёс он с набитым ртом, наслаждаясь каждым кусочком.

Позавтракав, Прочерк поставил тарелку в посудомоечную машину и отправился отдохнуть. На этот раз ему захотелось послушать музыку. Он открыл старый плейлист — тот самый, что составил ещё при жизни своего друга. Запустив первую композицию, Прочерк не заметил, как начал пританцовывать. Сначала осторожно, а потом всё более уверенно, пока, в конце концов, не начал танцевать во всю силу. Воспоминания одна за другой всплывали в его памяти: обрывки сцен, лица, давно забытые места.

Прошло пару часов. Прочерк немного устал и снова почувствовал лёгкий голод. Вернувшись на кухню, он достал из холодильника овощной суп. Сев за стол, он задумался:

— Еда скоро закончится… Надо бы разобраться, как правильно выращивать растения. Не зря же я посадил ту землянику.

Он включил систему голограмм и принялся изучать общие рекомендации по уходу за растениями.

— Ага… В целом ничего сложного. Хотя некоторых инструментов у меня всё-таки нет… — заметил Прочерк, просматривая рекомендации.

Он решил пока заняться тем, для чего не требовалось специального оборудования. Наполнив свободную ёмкость водой, Прочерк подошёл к своему горшку с земляникой и осторожно полил землю.

— Вроде всё правильно делаю, — произнёс он, осматривая результат.

Теперь оставалось ждать первых ростков.

— Ох, это будет долго. Первые плоды появятся только через год, — сказал Прочерк, посмотрев на информацию в голограмме. — Ладно, пойду тогда немного полежу.

Он направился в комнату отдыха. Лёжа, он размышлял обо всём, что происходило за последние дни. Его мысли снова вернулись к тем, кто приносил ему еду. Прочерк вспомнил, что кроме своего старого друга и его команды никто никогда не делал для него что-то просто так.

— Раз они помогают, значит, не хотят причинить зла... — шепнул он себе.

В голове начала созревать идея: почему бы не попробовать с ними подружиться? Он понимал, что найти их будет непросто — за всю свою жизнь он их так и не видел. Тогда у него появилась мысль: использовать систему голограмм. Но была одна проблема — прямое отслеживание живых организмов было запрещено. Однако Прочерк нашёл обходной путь: определить их местоположение по образцу ДНК.

Он вспомнил, что у него осталась еда, которую они приносили. Возможно, на ней остались биологические следы. Он аккуратно взял образец и отнёс его в лабораторию, запустив самую тщательную проверку. Ожидая результат, он ненадолго вышел.

Через десять минут он вернулся и заглянул в отчёт. Среди результатов анализа Прочерк обнаружил следы чужого генетического материала. Предположив, что они могли принадлежать кому-то из тех, кто приносил ему еду, он передал полученные данные системе поиска.

Голограмма начала сканировать местность. Понимая, что процесс займёт немало времени, Прочерк решил отвлечься. Он включил телевизор — сейчас шла музыкальная программа. Народ этой планеты очень любил музыку, и Прочерк быстро увлёкся. Он даже не заметил, как прошло два часа.

Очнувшись от приятного прослушивания, он тут же направился к экрану с результатами поиска. Улыбка появилась на его лице — цель была найдена.

Он сразу же собрался и отправился на встречу, надеясь, что всё пройдёт хорошо и они смогут стать друзьями.

Примерно через десять минут он нашёл их. Они находились на улице и были чем-то заняты. Прочерк подошёл поближе и поздоровался:

— Здравствуйте, это вы приносили мне еду?

— Да, это мы. Что-то не так? — удивлённо ответил ёж.

— Нет, всё хорошо. Я просто хотел поблагодарить вас... и... кое о чём попросить, — Прочерк смущённо почесал затылок.

— О чём именно? — с интересом спросил ёж.

— Можно с вами подружиться? Просто... у меня нет друзей, — тихо произнёс он.

— Конечно можно. Но мы сейчас немного заняты, — с улыбкой ответил ёж.

— Ой... извините, — Прочерк опустил взгляд.

— Ничего страшного. Давай встретимся завтра на этом же месте, — доброжелательно предложил ёж.

— Хорошо... Я буду ждать, — сказал Прочерк, стараясь скрыть грусть в голосе.

Он повернулся и пошёл домой. По дороге его мысли были только об одном — о завтрашней встрече. Вернувшись, он немного перекусил и лёг спать, с лёгкой улыбкой на лице и тёплой надеждой внутри.

Когда приходит вечер

Проснувшись, Прочерк сразу же начал готовиться к предстоящей встрече. Он подошёл к зеркалу, взглянул на своё отражение и задумался.

— Да уж, так идти нельзя...

Тогда он решил пойти помыться и привести себя в порядок. В его корабле не было ванной, но он точно знал, где рядом есть чистый водоём. Не теряя времени, он отправился туда. Природные ориентиры были ему хорошо знакомы, поэтому уже через несколько минут он оказался у прозрачной воды. Ощущения были приятными, и на мгновение ему даже захотелось остаться подольше, но в голове стояла одна цель — встреча. Он вылез из воды, встряхнулся и поспешил домой.

Перед зеркалом он снова оценил свой вид. Шерсть была взлохмачена после купания, и Прочерк взялся за расчёску. После нескольких минут усердного приведения себя в порядок он выглядел аккуратно. Однако, проанализировав вчерашний разговор, он вдруг осознал:

— Мы же не договорились, во сколько встречаться… — пробормотал он. — Ладно, чем раньше, тем лучше. Авось не придётся ждать слишком долго.

Он вышел из дома и направился в сторону места встречи. По пути его не покидала лёгкая тревога, смешанная с нетерпением. Дойдя до назначенного места, он остановился и начал ждать.

— Да уж, как же мне это знакомо — просто стоять и ждать, — подумал он, бросив взгляд на небо.

Он наблюдал за облаками, слушал, как ветер шелестит травой. В тишине окружающей природы было что-то умиротворяющее, но с каждой минутой в нём росло беспокойство. Прошёл час, затем второй. Солнце медленно клонилось к горизонту, уступая место ночи. Становилось прохладнее.

— Неужели никто не придёт?.. — с сомнением подумал Прочерк. — Мы же договорились.

Он сделал пару шагов, но тут же остановился. Надежда не позволяла ему уйти. Он остался.

И вот, когда небо уже полностью потемнело, он заметил вдалеке силуэты. Кто-то всё-таки шёл в его сторону. Он узнал их — это была команда. Сердце сжалось: от облегчения, радости и лёгкой обиды. Он остался стоять, не зная, как реагировать.

Когда они подошли, все по очереди протянули ему руки. Прочерк замешкался, но затем пожал их — неуверенно, но искренне.

— Привет. Извини, что мы так поздно, — начал ёж. — Мы просто не договорились о времени… Вот и решили прийти вечером.

— Ничего страшного, — ответил Прочерк спокойно. — Я привык ждать.

— Ты раньше тоже кого-то ждал? — поинтересовался лис.

— Было дело, — уклончиво кивнул Прочерк.

— Прости, что заставили тебя мёрзнуть, — с искренним сочувствием сказала Крим.

— Всё нормально.

— Кстати, меня зовут Соник, — сказал ёж.

— А я Майлз, но друзья называют меня Тейлзом [Протестую!], — представился лис.

— А тебя как? — спросила Крим.

— У меня нет имени… Но все зовут меня Прочерком, — ответил он, внимательно следя за их реакцией.

— Как это — нет имени? — удивилась Крим.

— Я просто не придумал себе имя, — чуть скомкано пояснил он.

Соник уже хотел спросить, откуда взялось прозвище, но их всех пронзил вечерний холод. Майлз поёжился.

— Может, пойдём куда-нибудь? Холодно стоять, — предложил он, стуча зубами.

— Давайте ко мне. Мой дом ближе всего, — предложила Крим.

Все молча согласились. По дороге они не говорили ни слова — просто шагали рядом. Когда они вошли в дом, вытерли ноги и оказались в тёплой, уютной гостиной, напряжение немного спало. Крим жестом пригласила их сесть на диван. Прочерк чувствовал себя неуютно: он никогда прежде не бывал в гостях у кого-либо, кроме самоцветов, и теперь всё казалось ему непривычным.

Пока Соник, Майлз и Крим обменивались репликами, Прочерк вдруг кое-что вспомнил.

— Слушайте, а почему я раньше вас никогда не встречал? — спросил он, посмотрев на Соника и остальных.

— А мы должны были встречаться? — удивился Соник.

— Не знаю. Я уже давно живу в своём доме в той части местности. Вы ведь могли проходить мимо.

Соник переглянулся с Майлзом и Крим.

— Вообще-то нам с детства запрещали сюда ходить, — признался он. — Родители говорили, что здесь опасно.

— Опасно? Почему? — спросил Прочерк. Он понимал, о ком шла речь, и от этого ему стало немного грустно.

— Давным-давно на нашу планету напали, — объяснил Майлз. — Наши предки смогли отбиться, но после этого старались держаться подальше от этих мест. Они боялись, что однажды всё может повториться.

— И вам до сих пор запрещают сюда приходить? — уточнил Прочерк.

— Ну, не то чтобы строго запрещают, — ответил Соник. — Просто нас всегда предупреждали, чтобы мы не ходили сюда без необходимости. Но с тех пор прошло столько времени, а ничего подобного больше не случалось. Да и живём мы все отдельно, так что обычно каждый занят своими делами. Вот мы и решили наконец прогуляться здесь и посмотреть, что интересного найдём.

— И нашли меня, — заметил Прочерк.

— Ага! — улыбнулся Соник. — Не самое плохое открытие, согласись?

Прочерк слегка улыбнулся в ответ, но задумался о другом. Для Соника и его друзей эти места были лишь напоминанием о давних событиях, о которых они знали только по рассказам старших. Для самого Прочерка же с ними было связано гораздо больше.

Тут Соник вспомнил, о чём хотел спросить.

— Я всё хотел узнать: кто же дал тебе такое прозвище? — спросил он, с интересом глядя на Прочерка.

— Мой старый друг… — ответил Прочерк с лёгкой грустью.

— Ты говорил, что у тебя нет друзей, — удивился Майлз.

— Так и есть. Его больше нет, — сдержанно пояснил Прочерк.

Соник нахмурился:

— Извини, я не знал…

— Мне жаль… — тихо добавила Крим.

— Было тяжело в начале, — признался Прочерк. — Но с годами всё как-то стихло.

Удивительно, но на его лице не дрогнуло ни единой мышцы, и глаза оставались сухими.

— Прими мои соболезнования. А как долго вы были вместе? — спросил Майлз.

— Он был рядом со мной с самого начала. Я… считал его родителем.

После этих слов Соник бросил взгляд в окно.

— Уже совсем темно. Нам пора. Увидимся позже, — сказал он, вставая.

— Да, мне тоже пора. Пока, Прочерк, — добавил Майлз.

— До свидания, — кивнул Прочерк.

— Пока! — улыбнулась Крим.

Когда Прочерк вернулся домой, он почувствовал, как внутри осталась пустота. Общение с ними было для него чем-то большим, чем просто знакомство. Он понял: ему хочется большего. Хочется быть рядом с кем-нибудь. Завтра он обязательно придёт снова.

Улёгшись в кровать, он долго не мог уснуть. Эмоции, мысли, обрывки разговоров — всё это крутилось в голове. Лишь спустя пару часов Прочерк всё-таки провалился в сон.

Начало перемен

Прочерк проснулся позже обычного — сказывалось то, что он лёг спать глубокой ночью. Посмотрев на часы, он понял, что уже опаздывает, хотя формально никаких договорённостей о встрече и не было. Быстро приведя себя в порядок, он уже собирался выйти из дома, как вдруг его отвлёк звонок по голограмме.

— Привет! Представляешь, к нам ве... — не успел договорить собеседник.

— Извини, я сейчас очень занят, — быстро перебил его Прочерк, уже нажимая на отключение вызова.

— Но это тоже очень ва... — начал самоцвет, но сигнал оборвался.

Прочерк узнал голос — один из подчинённых чёрного алмаза. Видимо, он хотел сообщить что-то действительно важное. Но сейчас Прочерк был слишком сосредоточен на другом — ему хотелось вновь встретиться с новыми друзьями. Да и что такого важного могли сказать Прочерку из Хоумворда? Он вышел из дома и направился по знакомой тропинке.

Однако дорога казалась непривычно долгой. Он шёл и словно не замечал окружающего — его мысли были пусты, что для него, склонного постоянно размышлять и анализировать происходящее, было нетипично. Лишь спустя какое-то время Прочерк осознал, что не имеет понятия, куда идти — вряд ли они все жили вместе постоянно. Тогда он решил сначала заглянуть к Крим и узнать у неё точный адрес.

Он оказался неподалёку от её дома и быстро дошёл до нужного места. Постучав в дверь, стал ждать. Спустя минуту показалась Крим, приветливо улыбаясь:

— О, привет! Ты что-то хотел? — дружелюбно поинтересовалась она.

— Да, я хотел бы узнать, где живут Соник и Майлз. Хочу поговорить с ними, — ответил Прочерк, стараясь казаться уверенным.

Крим задумалась:

— Хм... Насколько я знаю, сегодня они заняты.

— Понятно... — Прочерк немного расстроился. — Ну, тогда ладно, пока...

— А как же адрес? — спросила Крим, чуть удивлённо.

— Спрошу потом, — уже менее уверенно отозвался Прочерк и отправился обратно.

Дорога до дома заняла меньше времени, так как теперь он снова погрузился в мысли — вдруг вспомнились самоцветы, а вместе с ними и команда чёрного алмаза. Мысли не отпускали, но путь оказался коротким, и уже через несколько минут он оказался у себя. Войдя в дом, он решил перекусить, но не успел дойти до кухни — снова входящий вызов.

— Привет ещё раз! — раздался знакомый голос.

— О, привет. Что ты хотел сказать тогда? — с интересом спросил Прочерк.

— У меня отличная новость, особенно для тебя! — голос собеседника звучал возбуждённо.

— И какая же? — Прочерк ощутил внутри лёгкое напряжение.

— К нам вернулся... ЧЁРНЫЙ АЛМАЗ! — торжественно сообщил самоцвет, наблюдая за реакцией.

Услышав это, Прочерк замолчал. Слова будто застряли в горле, он не знал, как реагировать.

— Это... ну... Хорошая новость, — выдавил он наконец, даже не понимая, что именно чувствует.

— Ну ладно, пока. Вижу, тебе нужно время осознать это, — сказал самоцвет, прерывая вызов.

Прочерк остался в ступоре. Мысли путались, чувства смешались. Он неожиданно для себя просто лёг на кровать, забыв про еду. Необычно быстро он заснул посреди дня.

Проснувшись, Прочерк сразу вспомнил о разговоре и решил перезвонить самоцвету, чтобы узнать подробности. Он поднялся и устроился поудобнее для разговора.

— Привет! Ты что-то хотел? — снова раздался знакомый голос.

— Да, хотел узнать о чёрном алмазе... — сказал Прочерк, немного неуверенно.

— Пока всё спокойно. Он недавно приходил, проверил, как тут всё, и ушёл. Вёл себя почти как прежний алмаз, — ответил собеседник.

— Это хорошо... — Прочерк ощутил лёгкое облегчение, будто вернулся старый друг.

— Только есть нюанс. Он полностью обнулён. Ничего не помнит — ни о себе, ни о нас, — голос самоцвета стал грустнее.

Прочерк снова застыл в раздумьях, не зная, что сказать. Молчание затянулось.

— Эмм... Понятно, что тебе надо время переварить это. Пока, ещё увидимся, — самоцвет быстро попрощался и отключился, не дождавшись ответа.

Прочерк стоял ещё несколько минут, погружённый в свои мысли, но затем взял себя в руки и продолжил заниматься делами. Вдруг пришло сообщение:

«Привет ещё раз. Забыл сказать: если что-то произойдёт — сразу сообщу. Пока».

Прочерк прочитал сообщение и снова вернулся к своим повседневным занятиям. День он провёл в делах и воспоминаниях, но мысли о прошлом теперь несли только приятные эмоции. Не заметив, как быстро пролетело время, он взглянул в окно — на улице давно опустилась ночь. Часы показывали час ночи.

— Вот это да... Неужели я так долго был занят? — удивлённо пробормотал он.

Он отправился в комнату отдыха и вскоре уснул.

Забытое обещание

Прочерк проснулся и, потянувшись, как будто на автомате, пошёл поесть. Открыв холодильник, он достал приготовленную заранее еду, подогрел её в печи и уселся за стол. Пока он неспешно разворачивал упаковку, в голове невольно всплыло воспоминание о том, как недавно его новые друзья принесли ему продукты. Это было неожиданно приятно — давно он не чувствовал подобной заботы. Задумавшись, он машинально съел всё, что было на тарелке, даже не заметив, как еда исчезла.

Подумав, что неплохо бы немного размяться, Прочерк решил выйти прогуляться. Собравшись, он открыл дверь и неожиданно заметил, как возле его дома прогуливаются его друзья. Они тут же заметили его и радостно крикнули:

— Привет! Мы как раз закончили свои дела, хочешь побыть с нами?

— Конечно! — не раздумывая, отозвался Прочерк, после чего чуть смутился — он не ожидал, что его пригласят куда-то прямо сейчас.

— Мы тут подумали... может, к тебе заглянем? — предложил Соник, с лёгкой улыбкой глядя на него.

Прочерк немного растерялся. Его дом был не в лучшем состоянии, а сам он не особо был готов к визиту гостей.

— Извините, но сейчас не получится... дома немного беспорядок, — честно признался он, слегка опустив взгляд.

— Ну, бывает, — спокойно кивнул Майлз. — Тогда пошли к нам.

Тогда компания, без долгих раздумий, решила направиться к дому Соника. По пути компания увлечённо болтала: обсуждали, чем можно заняться, что приготовить на ужин, какие фильмы стоит посмотреть. Прочерк шёл рядом, но молчал — он не знал, о чём говорить, да и обсуждаемое казалось ему чем-то новым и чуждым. Он лишь слушал, изредка кивая, но, кажется, это никого не смущало. Дорога пролетела незаметно, и вскоре они оказались у дома.

Соник, первым подойдя к двери, открыл её, и все по очереди зашли внутрь. Соник предложил друзьям устроиться на диване, а сам ушёл на кухню за угощением. Они послушно расселись, ожидая возвращения друга. Спустя пару минут Соник вернулся, неся еду, приготовленную Крим — ведь только она из всей компании умела по-настоящему готовить.

Поставив всё на стол, Соник сам уселся на диван. Внезапно, словно что-то вспомнив, он повернулся к Прочерку:

— Кстати, Прочерк, ты знал, что у нас есть ещё один друг?

— Эми? — тут же предположил Прочерк.

— Да, — удивился Соник. — Откуда ты нас всех знаешь?

— Ну, сложно вас не знать, — с лёгкой улыбкой ответил Прочерк.

— Возможно... Хотя даже мы не в курсе, где она сейчас. Сказала, что куда-то собирается — и всё, — пожал плечами Соник.

После недолгой паузы Соник предложил что-нибудь посмотреть. Все с энтузиазмом согласились. Покопавшись на полке, он выбрал интересный фильм, включил его и вернулся на диван. Во время просмотра фильма все устроились на диване, поудобнее распределяя подушки. На столе стояла еда: закуски, печенье, напитки — приготовленное заранее угощение не пропало зря. Кто-то жевал, кто-то отпивал из стакана, обсуждая забавные моменты. Обстановка была дружелюбной, лёгкой, а Прочерк старался не выделяться и, хоть немного смущаясь, тоже что-то пробовал.

Фильм оказался захватывающим — время пролетело незаметно. После окончания обсуждение затянулось: друзья спорили о деталях сюжета, смеялись над курьёзами, вспоминали похожие истории. Соник шутил, Майлз доказывал свою точку зрения, Крим старалась всех примирить. Прочерк больше слушал, но постепенно втягивался в разговор. Только когда на улице совсем стемнело, все начали собираться. Прочерк удивился, как, кажется, быстро всё закончилось, но, не теряя времени, пошёл к себе.

Настроения долго размышлять у него не было. Дома он сразу включил телевизор и продолжил просмотр передач до глубокой ночи. Лень брала своё — он даже не стал ужинать, мыться или заниматься делами, просто лёг спать.

…Проснулся Прочерк неожиданно рано — на часах было всего шесть утра. Не успел он даже встать, как ему позвонили.

— Вот интересно, то никому не нужен был, один жил десятки лет, а теперь каждый день кто-то звонит, — усмехнулся он про себя, отвечая на вызов.

На экране возник знакомый самоцвет.

— Привет, — коротко сказал тот.

— Привет, — отозвался Прочерк.

— Тут такое дело… Я недавно рассказал алмазу про тебя. И, возможно, он скоро к тебе придёт. Может быть даже сегодня, — сообщил самоцвет, внимательно глядя на Прочерка.

Тот на мгновение задумался, затем кивнул, показывая, что рад этой новости, попрощался и завершил вызов. Точных сроков самоцвет не озвучил, поэтому Прочерк решил не терять времени. Он быстро собрался и направился туда, где когда-то десятки, а может и сотни лет назад каждый день ждал своего старого друга — алмаза.

Это было у портала самоцветов, откуда когда-то часто появлялся алмаз. Когда-то Прочерк сам разрушил его, чтобы вражеские самоцветы не могли легко попасть на его планету. Однако он сохранил все осколки, тщательно пронумеровав каждый из них, чтобы при необходимости суметь восстановить конструкцию.

Теперь такая необходимость настала.

Прочерк достал сохранённые осколки по очереди из своих часов и начал устанавливать их на прежние места, сверяясь с нумерацией осколков. Работа требовала внимания и терпения, но он помнил, как всё выглядело раньше. Постепенно разрозненные части вновь собрались в единую конструкцию. Когда последний осколок занял своё место, Прочерк достал эссенцию чёрного алмаза и осторожно полил ею портал.

На мгновение ничего не произошло. Затем по конструкции пробежало слабое свечение. Осколки соединились между собой, и портал постепенно вернулся к прежнему состоянию. Прочерк молча наблюдал за ним, пока не убедился, что восстановление завершено. Алмаз мог бы с лёгкостью телепортироваться куда угодно, а не только через портал. Однако для Прочерка его восстановление было важно не столько с практической точки зрения, сколько как символ окончания блокады и возвращения возможности наконец посетить Хоумворд.

Закончив работу, он занял привычное место и начал ждать. Стоя у портала самоцветов, Прочерк молча смотрел на основание структуры. Он снова ждал. Ждал, как и раньше, надеясь увидеть знакомую фигуру. Минуты тянулись медленно. День незаметно перешёл в вечер, а затем и в ночь, но алмаз так и не появился. Он вспоминал, как уже стоял здесь когда-то — тогда он тоже ждал его, тоже смотрел в глубину портала, но ничего не происходило. И теперь всё повторялось: пустота вокруг, тишина, а впереди только ожидание.

Однако настроение оставалось хорошим. Вдруг снова раздался вызов.

— Привет. Слушай, алмаз сейчас очень занят, не сможет прийти сегодня. Он очень извиняется, — сообщил самоцвет.

— Ладно, спасибо, что предупредил. Всего хорошего, — ответил Прочерк.

— Всегда пожалуйста, — кивнул собеседник и отключил связь.

Уже давно стемнело, когда Прочерк вернулся домой. Он устал, но решил не нагружать себя воспоминаниями и отказался от просмотра старого архива. Вместо этого он поел последнюю порцию еды, включил канал самоцветов и застал репортаж о возвращении алмаза.

Любопытство взяло верх, и он с интересом следил за программой. Так увлёкся, что не заметил, как за окном снова наступило утро — часы показывали шесть.

Неожиданный визит

Увидев время, Прочерк сразу понял, что пора отправляться к порталу и ждать. По привычке он заглянул на кухню, но тут же вспомнил, что еда давно закончилась. Значит, ничто не мешало ему выйти прямо сейчас.

Он направился к выходу, но едва коснулся двери, как та неожиданно распахнулась сама. На пороге стоял самоцвет. Прочерк растерянно замер — он никак не ожидал увидеть его здесь, да ещё настолько внезапно.

— Привет, это ты Прочерк? — спросил самоцвет, внимательно рассматривая его.

— Д-д-д-да… Я Прочерк, — запинаясь, ответил он, всё ещё пребывая в лёгком шоке.

Самоцвет чуть смущённо кивнул.

— Я подошёл ко входу и увидел, что здесь установлена система распознавания самоцветов. Просто приложил руку к сканеру — и дверь сама открылась. Я не хотел тебя напугать, — попытался объяснить он.

— Всё нормально… Ты же алмаз. У тебя все двери так легко открываются… — Прочерк старался говорить спокойнее, но всё ещё слегка заикался.

— В принципе, да, — кивнул алмаз, задумчиво осматривая помещение. — Хотя, если не ошибаюсь, устройства такого типа должны открываться вручную, а не автоматически сразу после подтверждения личности.

Он на секунду задумался, а затем сменил тему:

— Я вчера изучал голографические данные, которые удалось восстановить. Они касаются тебя и… меня прошлого. Увидел многое. Даже не думал, что прежний я мог проявлять доброту, особенно к тому, кого считал всего лишь экспериментом.

— Возможно… — ответил Прочерк, не находя, что сказать.

Он не стал развивать эту тему.

— Вижу, тебе нужно время всё обдумать, — понял алмаз. — Я загляну завтра. Как раз закончу изучать оставшиеся данные. До встречи.

— П-пока… — кивнул Прочерк.

Алмаз уже повернулся, собираясь уходить, но вдруг вспомнил:

— Чуть не забыл. Как и прошлый я… я буду приходить к тебе каждый день. Это обещание.

— Хорошо… Спасибо… — тихо произнёс Прочерк.

Когда алмаз ушёл, Прочерк решил немного посмотреть телевизор, чтобы отвлечься, а затем лечь спать. Ведь он не спал всю прошедшую ночь.

Проснулся Прочерк, лёжа на боку. Некоторое время он размышлял, чем займётся сегодня, пока в голове не возникла очевидная мысль: ждать алмаза.

Он перевернулся на спину и посмотрел перед собой…

Прямо возле кровати стоял алмаз.

От неожиданности Прочерк резко дёрнулся и случайно активировал свою способность к высокому прыжку. Взлетев вверх, он с глухим стуком ударился о потолок, после чего упал обратно на кровать, получив ушиб.

Алмаз слегка улыбнулся, но тут же посерьёзнел, заметив реакцию Прочерка.

— Ой… Прости, — спокойно сказал он. — Я не хотел тебя пугать. Просто решил подождать, пока ты проснёшься. Не хотелось, чтобы ты снова ждал меня сам.

— Всё нормально… — быстро ответил Прочерк, стараясь прийти в себя.

Некоторое время они молчали. В комнате воцарилась тишина.

Наконец алмаз нарушил её:

— Кстати, я приготовил для тебя подарок. Принесу его через некоторое время.

Глаза Прочерка загорелись интересом. Он весь напрягся в предвкушении, гадая, что же ему приготовили.

— Ладно, до встречи, — сказал алмаз, направляясь к выходу. — Просто хотел предупредить о подарке.

Алмаз ушёл, оставив Прочерка одного.

Некоторое время тот стоял у двери, мысленно возвращаясь к недавнему разговору. Затем решил немного прогуляться, чтобы отвлечься и развеяться.

Однако прогулка продлилась недолго. Не успел Прочерк далеко отойти от дома, как его мысли вновь начали путаться. Он медленно брёл по знакомым тропинкам, рассеянно оглядываясь по сторонам, но тревога не отпускала.

А вдруг без него что-нибудь произойдёт? Алмаз мог уже вернуться с подарком, а Прочерк тем временем неизвестно где гуляет.

Эта мысль всё сильнее беспокоила его. В конце концов он решил не терять времени и поспешил домой.

Пока Прочерк бродил по окрестностям, алмаз успел вернуться с обещанным подарком. Подарок оказался настолько большим, что устройство попросту не помещалось в доме. Поэтому алмаз аккуратно поставил коробку возле входа.

Не дождавшись Прочерка, он решил проверить, находится ли тот дома. Обойдя все комнаты и никого не обнаружив, алмаз предположил, что Прочерк, скорее всего, вышел прогуляться.

Тогда он остался ждать внутри.

Тем временем Прочерк, помня, что алмаз обещал вскоре вернуться, ускорил шаг. Подходя к дому, он сразу заметил массивную коробку возле двери.

«Что это такое?» — удивлённо подумал он.

В этот момент дверь приоткрылась. На пороге стоял алмаз.

— О, привет! — с лёгкой улыбкой поздоровался он.

— Привет… — ответил Прочерк, не сводя взгляда с коробки.

— Вот, принёс тебе подарок. Можешь открыть, когда захочешь, — спокойно сказал алмаз, кивнув на коробку. — Мне пора возвращаться.

— Хорошо… Спасибо, — коротко ответил Прочерк, кивнув.

Алмаз мгновенно телепортировался, оставив его наедине с неожиданным сюрпризом.

Прочерк подошёл к коробке и попытался разорвать упаковочную бумагу. Сначала ему удалось оторвать лишь небольшой край. Под ним обнаружилась обычная однотонная коробка.

Некоторое время он возился с обёрткой, пока наконец не избавился от всей бумаги.

Коробка открывалась только сверху. Прочерк осмотрел её, прикидывая, как удобнее добраться до крышки. Не раздумывая долго, он воспользовался своей способностью к высокому прыжку и запрыгнул прямо на коробку.

Оказавшись наверху, он с небольшим усилием приподнял крышку.

Внутри находилось массивное устройство для выращивания самоцветов.

Прочерк сразу узнал его.

Теперь оставалось избавиться от самой коробки. Немного подумав, он решил просто разорвать её. Через некоторое время упаковка была убрана, а устройство стояло открытым.

Подойдя поближе, Прочерк заметил листок с инструкцией, прикреплённый прямо к инжектору.

— У самоцветов есть бумага? Думал, это прошлый век, — удивлённо сказал он, снимая листок.

Прочитав руководство, Прочерк примерно понял принцип работы устройства.

Следуя инструкции, он активировал механизм. Из устройства выдвинулся бур, который медленно вошёл в землю, впрыснул какой-то раствор и втянулся обратно.

Прочерк знал, как выращиваются самоцветы, и понимал, что обычно этот процесс занимает много времени. Поэтому он решил пока вернуться к своим делам.

Ему снова захотелось прогуляться. Может быть, он даже встретит своих друзей. Прочерк уже давно хотел навестить их, но каждый раз ему что-нибудь мешало.

Бросив ещё один взгляд на инструкцию, он неожиданно заметил мелкий шрифт внизу листа:

«Скоростной режим. Время выращивания сокращено до трёх часов».

— Три часа? — удивлённо переспросил Прочерк, после чего вздохнул. — Ладно, можно успеть немного прогуляться.

Оглянувшись по сторонам, он убедился, что вокруг всё спокойно и никто не должен потревожить устройство.

После этого он отправился гулять.

Однако прогулка совсем не радовала. Вокруг всё было привычным и скучным: те же тропинки, деревья и поляны.

Но вовсе не однообразие окружающей природы беспокоило Прочерка. Он постоянно думал о доме.

Его не покидало ощущение, что он зря ушёл. А вдруг алмаз снова приходил? Может быть, он что-нибудь оставил?

Прочерк не знал, чего ожидать, и чем дальше удалялся от дома, тем сильнее нервничал.

В конце концов он решил, что с него хватит, и поспешил обратно.

Вернувшись, Прочерк включил телевизор, пытаясь хоть как-нибудь скоротать время.

Около двух часов он просидел перед экраном, пока неожиданно не получил уведомление.

Сообщение пришло от машины для выращивания самоцветов:

«Процесс почти завершён».

Прочерк тут же вскочил с кресла. От волнения у него внутри словно всё перевернулось.

Он быстро выбежал из дома.

Момент истины приближался.

Свобода третьей эры

Вот-вот должна была появиться новая жизнь, которую создал Прочерк.

Неожиданно раздался глухой хлопок, и из-под земли поднялось густое облако пыли, состоящее из мельчайших частиц земли и песка. Прочерк невольно отступил на шаг, пытаясь рассмотреть, что происходит, но плотная завеса полностью скрывала происходящее перед ним.

Лишь спустя пару минут пыль постепенно осела, открывая взору результат.

Перед Прочерком стоял самоцвет, только что появившийся на свет. Её тело было фиолетового цвета, а волосы — бело-фиолетовыми, с характерными завитками. Однако больше всего Прочерка удивило отсутствие на её теле привычного знака алмаза, который всегда служил символом принадлежности. Ростом она была чуть ниже чёрного алмаза.

Собравшись с мыслями, Прочерк сделал шаг вперёд.

— Добро пожаловать в этот мир!

Самоцвет внимательно посмотрела на него и неожиданно тепло улыбнулась. Это немного успокоило Прочерка — по крайней мере, её реакция была дружелюбной.

Он уже приготовился услышать привычные для только что появившихся самоцветов вопросы вроде «Где я?» или «Кто ты?», но вместо этого она совершенно спокойно произнесла:

— Привет, меня зовут Танзанит. Спасибо, что позволил мне появиться.

— Сейчас третья эра, ты полностью свободна. Можешь делать, что захочешь, — объяснил Прочерк.

— Да, я знаю. У меня нет заложенных данных о моей работе. Я свободна, — с лёгкой улыбкой подтвердила Танзанит.

— Ну, это хорошо, — задумчиво произнёс Прочерк.

На несколько секунд он погрузился в размышления. Всё происходящее оказалось довольно неожиданным. Алмаз явно создавал её не как обычного самоцвета — Танзанит была сделана скорее для себя.

— Раз ты свободна, то можешь выбрать любое место для жизни, — предложил он.

Танзанит на мгновение задумалась, после чего ответила:

— Я хочу остаться с тобой. Ты ведь тот, кто дал мне жизнь.

— Я думаю, что это не лучшая идея, — попытался отговорить её Прочерк, стараясь подобрать подходящие слова.

— Почему? — удивлённо спросила Танзанит, внимательно посмотрев ему в глаза.

Прочерк растерялся. Он попытался придумать веский аргумент, но ничего убедительного в голову не приходило. Вместо этого мысли неожиданно повернули в другую сторону.

«А и правда, почему? Здесь ей будет безопасно. Да и… я всегда хотел, чтобы рядом был кто-то свой».

Он ещё немного помолчал, затем выдохнул, решив больше не возражать.

— Ладно, можешь остаться со мной. Правда, я не знаю, чем ты тут займёшься.

— Отлично! — радостно ответила Танзанит.

Прочерк задумался о том, что теперь ему предстояло не просто привыкнуть к появлению нового самоцвета, но и помочь ей освоиться. Нужно было объяснить, как устроена жизнь на этой планете, познакомить её со своими новыми друзьями и постепенно наладить общение друг с другом.

Он решил начать со знакомства с друзьями.

Подойдя к Танзанит, Прочерк сказал:

— Раз ты остаёшься со мной, стоит познакомить тебя с моими друзьями. Я сейчас схожу к ним и узнаю, не против ли они, чтобы ты пришла.

После этого он собрался и отправился в путь.

По дороге Прочерк постоянно размышлял, как лучше преподнести новость. Какие слова подобрать? Как объяснить неожиданное появление Танзанит? В голове возникало множество вариантов — от вполне удачных до настолько неловких, что ему самому становилось не по себе.

Времени на размышления хватало: дорога была длиннее большинства привычных ему маршрутов. Однако чем ближе он подходил к дому Соника, тем сильнее начинал нервничать.

«Лучше бы я не перебирал все варианты… Теперь только худшие крутятся в голове», — подумал Прочерк, остановившись возле двери.

Он на мгновение задержался, собрался с мыслями и постучал.

Через пять секунд дверь открылась. На пороге стоял Соник.

— О, привет, Прочерк. Ты что-то хотел? — удивлённо спросил он.

— Да, я хотел вас кое о чём спросить, — ответил Прочерк.

— Нас? — переспросил Соник. — Сейчас я один, но могу быстро всех позвать.

— Так будет лучше, — согласился Прочерк.

Не теряя времени, Соник умчался за остальными, воспользовавшись своей привычной сверхзвуковой скоростью.

Первым он отправился к Майлзу. Добравшись до его дома, Соник позвонил в дверной звонок. Примерно через полминуты дверь открыл Майлз.

— Привет! Нам нужно всем собраться у меня дома, — сообщил Соник.

— Хорошо, сейчас пойду, — спокойно ответил Майлз, даже не уточнив причину встречи.

Следующим был Наклз. Соник нашёл его неподалёку, подошёл и сказал:

— Привет, нужно собраться у меня дома.

— Эм, ладно. Я свободен, — кивнул Наклз.

Последней оставалась Крим, чей дом находился дальше всех остальных.

Добравшись до неё, Соник постучал в дверь. Спустя чуть больше полминуты Крим открыла.

— Привет! Нужно встретиться у меня дома, — повторил он.

— Хорошо, скоро подойду, — согласилась она.

Когда Соник вернулся, они с Прочерком зашли в дом.

— Это надолго? Может, еду подготовить? — спросил Соник.

— Нет, это быстро, — покачал головой Прочерк.

— Отлично, тогда просто подождём, — ответил Соник.

В комнате наступила тишина.

Они просидели около трёх минут, прежде чем Соник, не выдержав любопытства, спросил:

— А о чём вообще будет разговор?

— Эм… Лучше скажу, когда все соберутся, — замялся Прочерк.

— Ладно, — согласился Соник.

Прошло ещё около пятнадцати минут. Наконец, раздался стук в дверь.

Соник подошёл и открыл её. За порогом стояли все приглашённые друзья.

— Это быстро, так что давайте сразу на диван, — предложил он.

Все согласились и расположились на диване.

Прочерк вдруг почувствовал, что затея с общим разговором была не самой удачной. Он снова задумался, как всё это может выглядеть со стороны, и мысленно нахмурился. Ему стало не по себе от мысли, что он собрал всех ради одного вопроса.

Но теперь отступать было поздно.

Вскоре друзья начали расспрашивать Соника:

— А зачем мы все здесь? Что случилось?

Соник указал рукой в сторону Прочерка:

— Я вас собрал, потому что Прочерк хотел нам кое-что сказать.

Все тут же посмотрели на Прочерка, ожидая объяснений.

Он почувствовал, как неловкость сковывает его всё сильнее. Теперь внимание было приковано исключительно к нему, а сама ситуация, в которой он заставил друзей отвлечься от своих дел, казалась всё более странной.

Прочерк ещё раз попытался подобрать подходящие слова. Однако чем дольше он размышлял, тем труднее становилось начать.

Наконец, собравшись с мыслями, он заговорил:

— Я хотел спросить... Хотели бы вы, чтобы я познакомил вас с одной... Она теперь всегда будет рядом со мной.

Едва закончив фразу, Прочерк понял, насколько неуклюже она прозвучала. Он почувствовал, как лицо заливается жаром, а неловкость становится ещё сильнее.

Несколько секунд друзья молчали, после чего неожиданно рассмеялись.

Их смех был дружелюбным, но Прочерку от этого легче не становилось. Напротив, он ещё сильнее замкнулся, совершенно не понимая, что вызвало такую реакцию.

«Что я такого смешного сказал?..» — растерянно подумал он.

Смех продолжался около десяти секунд. Лишь затем друзья заметили, насколько неприятной оказалась их реакция для Прочерка.

Поняв, что перегнули палку, они поспешили извиниться.

— Извини, — первым сказал Соник. — Просто твой вопрос звучал как риторический.

— А какой тогда должен быть ответ? — с обидой спросил Прочерк.

— Конечно, да! — хором ответили все друзья.

Прочерк сразу почувствовал облегчение.

Ответ друзей наконец развеял его сомнения, и напряжение, которое мучило его с самого начала встречи, постепенно исчезло.

— Ну, раз всё выяснили, можете расходиться по домам, — с привычной лёгкостью сказал Соник.

Друзья начали вставать с дивана. Напоследок они обменялись несколькими словами и дружелюбными жестами, после чего разошлись.

Прочерк тоже отправился домой.

По дороге его не покидали смешанные чувства. С одной стороны, он был рад, что друзья положительно отнеслись к его предложению. С другой — неприятный осадок после их смеха никуда не исчез.

Ему не нравилось, когда его серьёзные слова становились поводом для шуток, особенно если он сам не понимал, что именно показалось окружающим смешным.

Однако постепенно мысли переключились на более важные дела.

Теперь предстояло решить, как организовать знакомство Танзанит с остальными.

«Надо будет познакомить её с друзьями в ближайшее время… Можно даже завтра», — размышлял Прочерк.

Вернувшись к дому, он сразу заметил Танзанит.

Она по-прежнему стояла на том самом месте, где он её оставил. Судя по всему, за всё время его отсутствия она даже не сдвинулась ни на шаг.

Прочерк подошёл ближе и удивлённо спросил:

— Почему ты всё это время стоишь здесь?

— Я ждала тебя, — спокойно ответила Танзанит.

— Тебе не нужно было стоять здесь всё это время, — сказал Прочерк, не скрывая раздражения. — Не повторяй моих ошибок. Ты свободна, можешь делать что захочешь.

Танзанит слегка склонила голову.

— Какие ошибки?

Прочерк осёкся.

Только сейчас он вспомнил, что Танзанит совершенно ничего не знает о его прошлом. Он невольно затронул тему, о которой пока не собирался рассказывать.

— Это не важно, потом узнаешь когда-нибудь, — коротко ответил он.

— Хорошо, я поняла. Больше не буду, — согласилась Танзанит.

Прочерк кивнул и, желая поскорее сменить тему, продолжил:

— Нам нужно будет сходить к моим друзьям, познакомить тебя с ними.

— Хорошо, я не против, — ответила Танзанит.

— Но только завтра. Сейчас уже поздно, да и я ужасно голоден, — добавил Прочерк.

Мысли о еде постепенно начинали занимать всё больше его внимания.

Танзанит вопросительно посмотрела на него.

— Что «ужасно»?

Прочерк немного опешил от неожиданного вопроса.

— Ты не знаешь? Разве у тебя нет никаких знаний об этой планете и её жителях?

— Нет… — Танзанит грустно опустила взгляд.

— Ладно, неважно, — махнул рукой Прочерк.