Комментарии, 287 отзывов

Гессе бесконечно верит в предназначение человека быть глубоким, быть искателем высших идеалов, в преодоление им пороков, где духовность — не акциденция, но единственная цель.

Ту долю жизни, которую я отобрал у темных сил, я принес в жертву светлым. Не наслаждение было моей целью, а чистота, не счастье, а красота и духовность.

Это не прихоть и тем более не несбыточная мечта романтика, но единственный выход, выход, к которому в глубине души, в глубине своего Я, считает Гессе, теряя и обретая, устремлен каждый человек. Но как не ошибиться, как понять, что ты не блуждаешь, а идешь верным путем? Духовность для Гессе тождественна Я. Отсюда путь к духовности — это путь к себе; к тому себе, которым является Я, будучи одновременно субъектом и объектом действия, будучи вещью-в-себе философов, сакральным началом всего. Гессе обостряет, делает предельно напряженным экзистенциальный статус Я: Я становится всем, что есть снаружи, что есть внутри, что было, что есть и что должно быть. Я — это способ подлинного существования. Существовать — значит быть собой, быть Я и быть в Я, которым является всё.

Вещи, которые мы видим — это те же вещи, которые в нас. Нет реальности, кроме той, которую мы носим в себе.

Последовательны и заключения, которые из этого следуют. Размышляя о религиозности, морали и нравственности, Гессе заключает, что подлинная религиозность, равно как и всякий другой высокий идеал, зиждется на самосознании себя как человека, обладающего существованием: только следование своему существу, совести, голосу Я, который начинается и заканчивается в одной и той же сакральной точке, приведет к реализации: «Птица выбирается из яйца. Яйцо — это мир. Кто хочет родиться, должен разрушить мир. Птица летит к Богу. Бога зовут Абраксас». Разрушить мир — разрушить всё, чем не является Я: всё святое и всё дьявольское, всё нравственное и постыдное, все представления о благом и гнусном, все каноны и идеалы. Только став собой, можно обрести себя.

Я не для того пришел в мир, чтобы сочинять стихи, чтобы проповедовать, чтобы писать картины, ни я, ни кто-либо другой не приходил в мир для этого. Все получалось лишь попутно. Истинное призвание каждого состоит только в одном – прийти к самому себе. Кем бы он под конец ни стал – поэтом, безумцем или пророком, – это не его дело и в конечном счете неважно. Его дело – найти собственную, а не любую судьбу, и отдаться ей внутренне, безраздельно и непоколебимо. Все прочее – это половинчатость, это попытка улизнуть, это уход назад, в идеалы толпы, это приспособленчество и страх перед собственной сутью.

«Демиан» — в сущности не художественное произведение, а скорее исповедь человека, который ищет и сомневается, вопрошает о том, правомерны ли его переживания, мысли, тайные желания, который раскаивается, обнаруживая в себе высокомерие и зависть, страх и потерянность, наивность, стыд и тщеславие…

Разве не жил я в хмелю и грязи, в отупении и потерянности, пока новый импульс жизни не пробудил во мне что-то прямо противоположное, желание чистоты, тоску по святому?

Моя тоска по Максу Демиану опять усилилась. Я ничего не знал о нем, уже много лет – ничего. Как-то раз я повстречался с ним на каникулах. Теперь я вижу, что скрыл эту короткую встречу в своих записках, и вижу, что причиной тому стыд и тщеславие.

…но который, тем не менее, полон решимости обрести себя. Повесть эта — обоснование (или апология?) сакральности внутреннего бытия, придание священного характера не внешнему, каноническому, идеальному, а внутреннему, индивидуальному и сверх-личному, понимаемому в перспективе Вселенной, как её манифестация. Прийти к самому себе изнутри себя, значит реализовать божественный план, что является противоположным как бесчинственной анархии и неприуроченности, так и мёртвому следованию застывшим догмам. Таков, по Гессе, истинный путь.

Птица выбирается из яйца. Яйцо - это мир. Кто хочет родиться, должен разрушить мир.

Я очень, ОЧЕНЬ сожалею, что эта книга мне не попала в руки раньше. Лет так в 17, когда весь мир как будто против тебя, когда не знаешь кого слушать и за кем идти. Эта книга так бы была кстати, только сейчас я понимаю, что чужие идеалы и стремления - ничто. Если ты не хочешь домик в Швейцарии, но все его хотят, не надо, НЕ НАДО тебе того же. Все это разрушает личность, все это разрушает тебя. Все эти ложные ценности, навязанные идеалы. Уметь слушать себя, свои мысли, мнения, желания - настоящее мастерство, которому надо учиться шаг за шагом, долго, как делал этот Синклер. Для меня до сих пор не развалился родительский авторитет, мама всегда права, мама лучше знает - все это настолько ложно. Не существует родительской мудрости, никто никогда не скажет, что нужно именно ВАМ, это знаете только вы.

Все надо подвергать сомнению - вот путь самопознания, об этом говорил еще сам Декарт. Гессе продолжает эту мысль немного в другом ключе, но все же. Что пишет сам Гессе о своем труде:

Эта книга делает акцент на индивидуализации, на становлении личности, без которого нет высшей жизни. И при этом процессе, где нужна лишь верность себе самому, существует, собственно, только один большой враг - условность, косность, мещанство. лучше биться со всякими бесами, демонами, чем принять лживого бога условности.

Мне еще предстоит куда более тяжелый и тернистый путь к освобождению от чужих идей, идеалов, материализма. Абраксас держит пока меня крепко в своем яйце, коконе соблазнов. Но я это осознаю, и, наверное, это уже шаг вперед.

Многое еще хочется написать об этой книге, столько у меня эмоций, но не стоит. Эта книга стала моей любимой, я ее обязательно еще перечитаю, ведь она, в моем понимании, о самом главном.

Прежде я часто играл с образами будущего, мечтал о ролях, которые могли быть уготовлены мне, - поэта, может быть, или пророка, или мага, или еще кого-нибудь. Все это был вздор. Я не для того пришел в мир, чтобы сочинять стихи, чтобы проповедовать, чтобы писать картины, ни я, ни кто-либо другой не приходил в мир для этого. Все получалось лишь попутно. Истинное призвание каждого состоит только в одном - прийти к самому себе. Кем бы он под конец ни стал - поэтом, безумцем или пророком, - это не его дело и в конечном счете неважно. Его дело - найти собственную, а не любую судьбу, и отдаться ей внутренне, безраздельно и непоколебимо . Все прочее - это половинчатость, это попытка улизнуть, это уход назад, в идеалы толпы, это приспособленчество и страх перед собственной сутью.

ДЕМИАН, ИЛИ ГЕССЕ НАНОСИТ ОТВЕТНЫЙ УДАР Гессе был подзабыт(... Лежал себе на несуществующей книжной полке и поплакивал. А во всем виноват "Кнульп", приступы потреблятства и безрассудного отношения к жизни... но ОН вернулся. Месть была неотвратимой и ужасной... В течение двух недель товарищ Гессе прятал под моей кожей ампулы с демоническими ядами, делал подкопы в нервную систему, мозжечок был просто заминирован! И вот, час "Х" настал... и, скажу я вам, если бы все человечество было мной, то оно бы приобрело парочку ментальных расстройств и точно записалось бы на прием к марсианскому дедушке/психиатру. Это я, собственно, к чему? Книга пришлась кстати и, действительно, в отличие от " Степного Волка" не устраивала апокалипсис, скорее, чтение походило на медленно подкапывание серной кислоты на определенные отделы мозга (в том числе на вышеупомянутый мозжечок). И Демиан, и Эмиль меня особо не пожалели (капали густо и обильно), но не зря, не зря я сел в это мозгодробительное кресло под названием "литературное наследие Германа Гессе". Вердикт: 10 из 10 (Яду мне!)

P.S. Вышеупомянутый бред сумасшедшего не рассматривается автором сего опуса даже как подобие на рецензию, а призван лишь привлечь уважаемых читателей к страстно мною любимой теме обретения себя.

P.P.S. Он жил в двух мирах, скитался из одного в другой, из света во тьму, пока не осознал, что все на свете едино, что нет ни добра, ни зла. Яйцо мира дало трещину. Лети птица! Может, и я когда-нибудь встречу Абраксаса.

С одной стороны, этот роман можно с полным правом назвать богоборческим, прежде всего потому, что в нём идея христианского бога, который есть любовь, подвергается жесточайшей критике. А с другой стороны это, безусловно, богоискательская книга, потому что именно поисками бога в себе и вовне и вообще занимаются и наш главный герой, и его попутчики по книге.

С психологической колокольни судя, эта книга рассказывает о путях и процессе взросления человека, о вызревании в молодой индивидуальности того, что является именно Личностью (непременно с прописной буквы Л). При этом совсем не факт, что Личность в рассказчике (Синклере) на момент окончания повествования уже вызрела. Да и вообще практически никогда не возможно утверждать, что процесс личностного роста закончился — по сути это нечто бесконечное.

В тесной связи с предыдущим постулатом о личностном росте Гессе поднимает тему личного Учителя, персонального Гуру, того, кто является в тот или иной период развития человека (чаще всего молодого человека) его Наставником и Водителем, его Ведущим и Проводником. Причём в романе это вовсе не всегда Демиан, потому что какое-то время эту роль играет тот самый музыкант, имя которого я уже забыл, но роль которого отпечаталась в моей памяти совершенно отчётливо (лезу в сеть и напоминаю сам себе — его звали Писториус).

Безусловно все вышеописанные проблематики обусловлены ещё и зарождающейся и развивающейся сексуальностью Эмиля Синклера — созревающее мужское тело конечно же вносит свои яркие и волнующие темы в его психически-психологическую жизнь.

По энергетике книга буквально пронизана ощущением кризиса Европы, краха европейской культуры в том её виде, в каком она существовала в первом десятилетии XX века. Вот уж действительно закат Европы.

Как по мне, так эта книга сильно привязана к своему времени. Она буквально родом из первых десятилетий века XX и несёт на себе энергетику именно этого периода. Однако актуальна ли она сейчас, спустя столетие? Уверен, что актуальна, залогом тому служит тот факт, что для чтения клубу "КЛюЧ" её порекомендовала ученица 10 класса обычной средней школы. Но это же обстоятельство как нельзя лучше демонстрирует нам, что книга в наибольшей степени будет актуальна и полезна для человека молодого, находящегося как раз на стадии возникновения и созревания той самой Личности, о которой мы уже говорили выше.

При желании можно найти и другие тематически и смысловые пласты этого романа и продолжить о них разговор. Но думаю (надеюсь) что именно этим (поиском и обсуждением) мы и займёмся на встрече членов клуба любителей чтения "КЛюЧ" г. Валдай.

Спойлеры!

"Жизнь каждого человека есть путь к самому себе, попытка пути, намек на тропу. Ни один человек никогда не был самим собой целиком и полностью; каждый, тем не менее, стремится к этому, один глухо, другой отчетливей, каждый как может. Каждый несет с собой до конца оставшееся от его рождения, слизь и яичную скорлупу некоей первобытности. Иной так и не становится человеком, остается лягушкой, остается ящерицей, остается муравьем. Иной вверху человек, а внизу рыба. Но каждый — это бросок природы в сторону человека."

"Демиан" оказался прочитанным мной в очень удачное для него время. Он приплыл ко мне в руки именно тогда, когда это было нужно. Из последних прочитанных мною книг она произвела сильнейшее впечатление.После нее захотелось остановиться и какое-то время не пускать в себя ничего другого, а носить в ее в себе, осмысливать, осознавать. Поиск себя, путь к себе, познание себя - основная линия многих произведений Гессе. "Демиан" - один из ранних его романов.Если в более поздних "Нарциссе и Гольдмунде" или "Сиддхартхе" чувствуется завершенность, целостность, равновесие человеческой души, то здесь я увидела душу незрелую, разгоряченную, такую, которой нужен "проводник", или "вожатый", ту, что привязывается, посвящает себя полностью чувству любви и через это чувство пытается выйти к своим истокам. В процессе этого пути герой мечется из крайности в крайность, пробирается сквозь дебри религий, пытается увидеть себя в живописи, услышать себя в музыке.Проходя все эти этапы, он постепенно разрушает свой прежний мир, шаг за шагом становясь все ближе к себе.

Птица выбирается из яйца. Яйцо - это мир. Кто хочет родиться, должен разрушить мир.

И все же основной линией романа было родство душ, Демиан вел за собой юного Синклера на протяжении всей его жизни, и даже после того, как Демиан исчез, образ его навсегда сохранился в душе героя.

Все, что с тех пор происходило со мной, причиняло мне боль. Но когда я порой нахожу ключ и целиком погружаюсь в себя, туда, где в темном зеркале дремлют образы судьбы, тогда мне достаточно склониться над этим черным зеркалом, и я уже вижу свой собственный образ, который теперь совсем похож на Него, на Него, моего друга и вожатого.

Книга оставила много загадок.Сам Демиан - фигура весьма таинственная, даже в его фамилии звучит что-то демоническое.Его речи о двойственности бога, в котором должно быть одновременно и темное, и светлое начало, хочется с одной стороны, поставить под сомнение, с другой - принять на веру. Если ты разрешаешь существовать лишь одной своей светлой стороне, а другую подавляешь, разрешаешь ли ты себе быть, или это самообман? Другое дело, где ты поставишь себе границы дозволенного. И я, пожалуй, соглашусь, что лишь в полном принятии себя можно найти дорогу к своему "я". Я чувствую, что сказала далеко не все, что можно сказать о романе, и что он намного глубже, чем возможно увидеть с первого прочтения.С этой книгой тяжело расставаться, к ней хочется вернуться и снова ответить ей полной взаимностью, чтобы она снова наполнила тебя чувством благодарности и восхищения.

Утро промчалось и полдень

Мучит насогненным взглядом;

Сядем подтенью деревьев,

Будем петьгимны в честь дружбы:

Дружбабыла нам зарею

Будет и нашим закатом.

(Ф.В.Ницше. «Гимны дружбы»).

Да, дружба –это великая вещь, особенно если, как в романе, старший друг не просто избавитот мерзкого и мелкого хищника (от которых в жизни больше бед, нежели открупного зверья), но и предложит для союза некую идейную основу.Мистико-эзотерическая составляющая романа не вполне ясна. Но понятно, что здесьотражены духовные поиски самого писателя. В «финдесиклеву» эпоху Ницше повлиял на всех, но причины такого влияние в характере душ-объектовс детства пропитанных христианскими мифами. Ясно, что таков и Гессе – сынпастора-миссионера. Но для героя важнее «путь», полет «птицы» (эмблемы наддверью его дома), и в этих паломничествах без понимания истории религий идревних культов не обойтись. Поэтому участники «каинова» кружка и делятся другс другом соответствующими знаниями. Для других областей они тоже очень могли быпригодиться. Что может понять, кпримеру, социолог, политолог, да и пиарщик с журналистом в современном мире, безизучения истории Рима или учения Августина и т.д., и т.п. Без знания древнихкультов, мы – слепые котята, ну, или молодые и глупые щенки, к тому жеоглушающие себя алкоголем и прочим подобным, как это было с героем «Демиана» вовремя его студенчества...

Роман читал вмолодости, но все позабыл, кроме конца необыкновенного молодого человека ввоенное время. А ведь для его младшего друга, как и для самого Гессе, самыетяжкие испытания были еще впереди...

Роман о самопознании и двойственности человека. Метания между «светлой» и «темной» стороной жизни и вопросы о существовании баланса между ними.

«Истинное призвание каждого состоит только в одном – прийти к самому себе».

Эта цитата является лейтмотивом всего произведения, она же идет рука об руку с главным героем с детства и до юношества, когда черты познания становятся четче, а границы между «добром» и «злом» стираются. Далеко не каждый готов поддаться течению и утонуть в задачах собственной личности. Такие люди отмечены каиновой печатью, их видно сразу, они ощущаются. «Отметка» есть у всех, но у каждого она своя, из-за чего кто-то выбирает путь одиночества и рефлексии, а кому-то ближе уйти в мир наслаждения, дружбы и удовлетворения потребностей.

Мне понравилась идея произведения, но последние 80-100 страниц подпортили общее впечатление тем, что в них буквально повторялась одна и та же мысль устами нескольких героев. Да, тема, в принципе, одна, но когда ее мусолят каждую страницу разными словами начинает надоедать. Последняя глава хоть и подсластила горечь недовольства, чему я несказанно рада, но до сих пор метаюсь над общей оценкой.

Мое первое знакомство с Гессе. Прекрасная книга о пути человека к самому себе, о его поисках и развитии. Читается достаточно легко и увлекательно, но при этом заставляет не раз задержаться и задуматься над теми мыслями, которые высказывают герои. Переживания главного героя очень близки и понятны.

Мы можем понять друг друга; но объяснить может каждый только себе.

"Демиан" - это книга полная философских рассуждений и анализа своих действий в прошлом, это часть пути становления личности, поиски себя и своего я, размышления о добре и зле. Путешествие главного героя в жизни — это и ваше путешествие, его поиски — это и ваши поиски, а его вопросы — это ваши вопросы. Только вот ответы придётся искать самим, и уже не здесь, и не в этой книге. В себе.

Ничто на свете не претит человеку больше, чем идти путем, который ведет его к нему самому.

Ну кто такой Демиан на самом деле, как не истинное Я, выражение постепенно просыпающейся воли, сути, стремлений главного героя? Книга не так проста, как кажется на первый взгляд, если воспринимать не слова, а символы, которые Гессе мастерски влетает в повествование. Эта книга является знаковой еще и потому, что написана на перекрестке двух эпох. Первая мировая война и разваливающийся в клочья мир заставляет искать подлинные ценности, обратиться от внешнего к внутреннему.

Всегда надо спрашивать, всегда надо сомневаться!

На мой взгляд, книга шикарно подходит именно для знакомства с автором, и мне повезло!) Буду читать его и дальше!

Жизнь распутника - лучшая подготовка для мистика

И пока читала, вспомнила, что всегда мечтала рисовать. Книга очень вдохновляющая!

Птица выбирается из яйца. Яйцо - это мир. Кто хочет родиться, должен разрушить мир.

Первое знакомство с Гессе. И я сразу поняла, что это автор «мой»: стиль повествования, тема сюжета, познание человеком себя, поиски ответов на мучительные вопросы, поразительные открытия – все это мне близко, интересно,… волнующе. Книга начинается с описания детства героя, его мироощущения в тот период. Потом появление первых страхов, столкновений с жестоким и несправедливым внешним миром, борьба с собственными слабостями и угрызениями совести… Как психологично описано внутреннее ощущение героя в этот период. И как-то сразу становится ясно, что несмотря на то, что семья сопровождает человека долгое время, пока он не выйдет в самостоятельную жизнь, но… даже будучи ребенком, он уже находится в состоянии одиночества в своих внутренних переживаниях, и даже под опекой родительской любви и четкой ясности обрисованных ими «правил» жизни, ребенок находится в страшном сумрачном «лесу» собственных представлений и ощущений жизни и мира. Ему только придется самому найти выход к свету и определенности. И это будет не их мир, а свой, который порою совсем другой, и правила в нем тоже могут быть другие…

«Все стало теперь другим. Детство вокруг меня разваливалось. Родители смотрели на меня с каким-то смущением. Сестры стали мне совсем чужими. Отрезвление обесценило и обесцветило для меня привычные чувства и радости, сад не благоухал, лес не манил, мир вокруг меня походил на распродажу старых вещей, он был пресен и неинтересен, книги были бумагой, музыка была шумом. Так с осеннего дерева спадает листва, оно этого не чувствует, по нему течет дождь, или солнце, или мороз, а в нем жизнь медленно уплотняется, уходит вглубь. Оно не умирает. Оно ждет»

Конечно, автор позже не раз объяснит, что не все люди таковы, что он, в своем роде - «оригинальный» экземпляр, с особой «печатью», которой отмечены люди, которым не подходят старые истины и концепции мироустройства. Это другие люди, ищущие свое, которое не явно, которое слишком парадоксально, которое страшно и фатально неизбежно для них. Отчасти это и объясняет судьбу многих гениев, людей истории, которые шли своим, порой трагическим путем, порою были отвержены и не поняты «толпой», и даже близкими людьми, но они не могли изменить своему предназначению, они были избранными для своей миссии.

«И тут меня вдруг обожгло озарение – для каждого есть своя «должность», но ни для кого нет такой, которую он мог бы сам выбрать, описать и исполнять, как ему вздумается. Неверно желать новых богов, совершенно неверно желать что-то дать миру! Никакой, никакой, никакой обязанности не существует для пробудившихся людей, кроме одной: искать себя, укрепляться внутри себя, нащупывать свой собственный путь вперед, куда бы он ни привел…» «…Истинное призвание каждого состоит только в одном – прийти к самому себе. Кем бы он под конец ни стал – поэтом, безумцем или пророком, – это не его дело и в конечном счете неважно. Его дело – найти собственную, а не любую судьбу, и отдаться ей внутренне, безраздельно и непоколебимо. Все прочее – это половинчатость, это попытка улизнуть, это уход назад, в идеалы толпы, это приспособленчество и страх перед собственной сутью. Во всей своей ужасности и священности вставала передо мной эта новая картина, о которой я не раз догадывался, которую, может быть, часто уже облекал в слова, но которую действительно увидел только теперь. Я – это бросок природы, бросок в неизвестность, может быть, в новое, может быть, в никуда, и сделать этот бросок из бездны действенным, почувствовать в себе его волю и полностью претворить ее в собственную – только в этом мое призвание. Только в этом! Много одиночества я уже вкусил. Теперь я почувствовал, что есть более глубокое одиночество и что оно неизбежно»

Очень подробные описания автором состояния героя совершенно не утомляют читателя, а наоборот позволяют по-своему ощутить внутреннее состояние Синклера. Особенно мне понравился момент, когда Синклер расстается с Писториусом. Действителбно, наверное, каждый человек испытывал это ощущение, когда он что-то делал или говорил будто спонтанно и не по своей воле, а повинуясь какому-то неведомому ему импульсу, и который имел значение для того человека.

«Бог весть, как возникает такое слово! Я вовсе не хотел сказать ничего плохого, никакого предчувствия катастрофы у меня не было. Я произнес что-то, чего в тот миг, когда это произносил, сам не знал, я поддался маленькой, немножко юмористической, немножко ехидной прихоти, и из этого вышла судьба»

В книге еще есть много интересных открытий героя, его беседы с Писториусом и Демианом, госпожой Евой, но осознать в полной мере ее глубину с первого прочтения, мне видится невозможным. Конечно, для меня эта книга станет из категории постоянных «собеседников», ее можно перечитывать, в нее можно «приходить» как в пространство для собственных размышлений – для читателя там тоже есть место, в котором можно побродить вместе с героем, а можно остаться и одному, вслушиваясь в мрачные и туманные пространства парков и звуки музыки.

«Во время моих прогулок по городу до меня уже два или три раза доносились из одной церквушки на окраине звуки органа, но я там не задерживался. Проходя мимо этой церкви в очередной раз, я снова услышал орган и узнал музыку Баха. Я подошел к входной двери, которую нашел запертой, и поскольку улица была почти безлюдна, сел возле церкви на защитную тумбу, поднял воротник пальто и стал слушать. Орган был небольшой, но хороший, а играли на нем замечательно, с необыкновенным, очень личным выражением воли и упорства, звучавшим как молитва. У меня было такое чувство: играющий знает, что в этой музыке спрятано сокровище, и домогается этого сокровища, бьется и борется за него как за собственную жизнь. В музыке, если иметь в виду технику, я мало что понимаю, но именно это выражение души я инстинктивно понимал с детства и музыкальность чувствовал в себе как нечто само собой разумеющееся»