Комментарии, 62 отзыва

К своему стыду, дожив до двадцати двух лет, я ни разу не читала книг о войне глазами немцев ("Прогулка мёртвых девушек" Зегерс не в счёт). Наверное, когда-нибудь я доберусь до Ремарка, а пока - расскажу о впечатлениях от романа Нобелевского лауреата Генриха Бёлля "Где ты был, Адам?". Я родилась в то время, когда нацисты уже не воспринимались исключительно тупыми и кровожадными мужланами, а безликий "немец", орущий "Хайль Гитлер", обрёл человеческие черты. Но всё-таки незамысловатое, совершенно мужское произведение бывшего солдата стало для меня настоящим открытием. Во время чтения я то засыпала, то путалась в именах и должностях героев, то шептала "Это гениально!", то мечтала, чтобы Бёлль, следуя заветам советских авторов, рассказал о всепрощающей любви, о предательстве, о фронтовой дружбе, о том, как старый вояка спасает мальчишку из горящего дома. Но на самом деле это мне больше всего и понравилось - в романе нет места подвигам, широким жестам и клятвам в верности. Здесь главное - беспощадные детали: похоть, возникающая во время поездки в гетто, воспоминание о сладких фруктах, довоенные фотокарточки и невыносимые диалоги.

- Вы как будто человек разумный, – сказал лейтенант. Файнхальс молчал. – И, стало быть, понимаете, – продолжал лейтенант, откупоривая вторую бутылку, – что все это дерьмо. Все! Вся эта война!

- Боже мой, – пробормотал он, – почему все так боятся нас? Неужели мы такие звери? – Да, – тихо ответила Илона, посмотрев ему в глаза.

"Где ты был, Адам?" - это роман о героях в возрасте Христа, совершенно случайно попавших в беспощадную мясорубку. Они не хотят вечной жизни, сильных чувств или библейского откровения. Солдаты мечтают о тишине. О том, чтобы эта бессмысленная и противоестественная бойня поскорее закончилась. О том, чтобы можно было хранить в погребе компот и консервы, а не прятаться в нём от обстрелов. Наверное, главная ценность книги - в её объективности (хотя может ли литература быть непредвзятой?). Признаюсь, местами роман мне показался скучноватым - описания очень разрозненные, много имён и "флешбэков" персонажей. Уже после знакомства с произведением я узнала, что "растекающаяся" структура определяется мотивом коллективной вины и ответственности миллионов немцев, повиновавшихся нацистам. А еще сюрпризом для меня стало то, что "наперекор лживой идейке «фронтового товарищества» Бёлль показал вермахт как сборище людей, чужих и равнодушных друг к другу". Верхмат не показался мне разрозненным. Немцы не изображены чужими друг другу - они показаны скучающими и не понимающими, почему нужно стрелять, следить за другими народами в бинокли и бояться назначить свидание еврейке.

Очень важная и интересная книга. Искренне советую!

Давно я не читала книгу с таким напряжением. И дело не в том, что трудно читать, а в том, что чувствами ты уже на 100 страниц вперед. Трудно терять уже близких героев, сложно закрыть книгу с таким концом.

- Где ты был, Адам? - В окопах, господи, на войне.. - Как быстро ты вернулся...

И всемирная бойня может задним числом пригодиться. Скажем, для того, чтобы доказать свое алиби перед лицом всевышнего. «Где ты был, Адам?» – «В окопах, господи, на войне…» Теодор Хеккер, «Дневники и ночные раздумья»,31 Марта 1940 г.

Никогда и ни чем я не смогу оправдать войну. Наверное, пока живо и так близко поколение, прошедшее через кровавые годы 1941-1945 гг, тема Второй Мировой войны будет важной и трепетной. Для меня, воспитанной бабушками и дедушками фронтовиками и тружениками тыла точка, запоем читавшей «А зори здесь тихие», «В списках не значился» точка зрения всегда была одна и непоколебима: есть бравые советские воины, храбрые партизаны, а есть злосчастные гитлеровцы – отбросы человеческого общества по сути, вторгшиеся к нам, Я отказывала им в способности мыслить, чувствовать. Понимала, конечно, что вроде homo sapiens умеют, должны, но как-то совсем теоретически.

Бёлль не то чтобы изменил мою точку зрения, он показал эту войну с другой стороны. Представьте, вермахт - громадная немецкая машина для убийств, выверенная, слаженная, просчитанная до миллиметра, прокатившаяся по Европе, с жестокостью и выкосившая несколько миллионов людей, вдруг дала сбой. И вот уже нет дружного рёва «Хайль Гитлер», всё медленно разваливается, сдавая позиции по всем фронтам, а каждая шестерёнка этого механизма вдруг начала работать на свой собственный лад, завертелась в свою сторону. И побежали у каждого мысли о доме, о семьях, о жизни мирной, о милых девушках…

В нескольких практически не связанных новеллах нашему взору предстают те, чьми руками загребали жар. Маленькие простые люди, они когда-то просто ехали на сборы, а там оказалась война. У каждого своя история, но объединяет одно – воевать они не хотели, как и те, против кого они шли. Хотели жить мирно, так же выращивать виноград и держать свою лавочку, строить добротные дома, любить и быть рядом с любимой, а не лелеять образ, строили с немецкой добротностью , зная, что построенное взорвут через несколько мгновений и их детище рухнет не принеся той пользы, которую могло…Им близки и понятны простые человеческие истины; когда врач остается со рядом своими больными в окружаемом советскими войсками госпитале, когда немец может впервые за всю войну хочет честно расплатиться с девушкой, привозящей им фрукты, понимаешь, что есть у них чувство долга, есть человечность. Не могу сочувствовать героям от души, все-таки противники, но с удивлением начала за них переживать. До последнего надеешься, что история хотя бы одного из героев завершится если не «хеппи-эндом», то хотя бы что-то хорошее принесет в их жизнь - ведь на руках их не крови.

И Бёлль сочувствует им: каждый из героев для него мальчик, бунтарь ли, покинувший родительское гнездо, или долготерпящий родительскую опеку.Но Бёлль не оправдывает войну, он говорит, что каждый пошедший силой получит возмездие. И не важно, чем ты был в этой адской машине: крохотным винтиком, болтиком, скрепляющим смертоносные детали или её мозгом - твой час расплаты всё равно придёт.

Смерть на пороге родительского дома – пожалуй, это лучшая из наград.

Когда в жизни сталкиваются две противоположности - это, в большинстве случаев, ведет к тяжелой войне. И неважно, война ли это реальности или сознания: потому что когда друг против друга встают народы, участвуя в этой безумной гонке за главенство мира, в их сознании происходит не меньшие изменения, чем на любом из фронтов.

«А перед глазами — грязные доски, граница твоего мира.»

Чужой мир, точно также как и чужая душа – это потёмки. Однако для каждого из нас любая книга, которую возможно постичь, прочитав – это одна из лазеек в душу автора, а, следовательно, маленькая экскурсия в его внутренний мир. И, в отличие от цитаты, он по мере повествования не обрывается, не предстает перед глазами читателя бедным и скудным, а наоборот – лишь расцветает, приобретая все новые и новые краски.

В большинстве своем поражают детали произведения – лишь ознакомившись с этим произведением, можно понять ту сторону медали, которая никогда не освещалась на уроках истории или же в классических произведениях русской литературы: мы узнаем абсолютно иной мир, подвластный чужой логике, который автор заботливо открывает для нас, стараясь, чтобы читатель ни на секунду не упускал той нити повествования, которая тянется сквозь все произведение.

Что можно сказать о войне? Лишь то, что это разруха и голод, та ужасная жизнь, которую боится каждый в глубине своей души. Однако даже в такое время есть жизнь – она теплится в тех, кто ведет эту войну, ведь все знают, что воюют не политики, а те, кто выступает за свою страну. Они складывают оружие, погибают на поле боя, оставляют после себя страницы истории, и все же: они живут. Той жизнью, которая и была уготована каждому из них. Здесь нет особых любовных линий, переплетений судеб, однако одновременно с этим все четко и ясно, и единственное, что никогда не отпускало по мере прочтения произведения: это честность автора. Его умение искренне показать и в красках рассказать о том, что творилось в то время, о той истории, которая просто обязана получить огласку.

Несмотря на то, что в большей степени здесь преобладают равнодушие и безразличие, автор не забывает упомнить, что это не все чувства, испытанные человеком, и, вероятно, читатель сможет увидеть для себя в этих строках что-то гораздо большее, нежели чем простую иронию над человеческими чувствами. Он может постичь чужой разум, на секунду оказаться там, где он вовсе не имеет права и возможности быть - и все это достигается с помощью автора, который, словно путник, ведет читателя по страницам произведения, упоминая даже мельчайшие детали, стараясь, чтобы каждый понял именно то, что ему необходимо.

И правда, молчать после прочтения этого произведения совсем не хочется. Этот мир, пусть даже с изнаночной стороны, пусть даже тот грязный, представляющийся досками и сводящий с ума, на долгое время становится тем, где оказываешься сквозь года. Тем миром, где понимаешь, что победа – еще не самое главное. Где жизнь – это единственная ценность, что остается у людей. Стоит читать, определенно!

Тому, что этот роман Генрих Бёлля сделал его всемирно известным, я нисколько не удивляюсь. Потому что уже с первых строк эпиграфа – он задевает за живое.

«Война – это не подвиг, а лишь его дешевый суррогат. Война – это болезнь, эпидемия, вроде сыпняка…»

Не знаю как вы, а я, прочтя эти слова, сразу вспоминаю тех наивных и восторженных героев из «Семьи Тибо» дю Гара, которые мечтали поскорее попасть на войну. Или просто – из века в век утвердившееся мнение, что на войне можно стать мужчиной, проявить себя. Вот вам, глупцам, истина! Война – это не подвиг! Война – это болезнь! Нет ничего нормального в том, чтобы убивать других людей, и тем более, ничего великого.

Но не буду углубляться в эпиграфы, иначе не успею рассказать о самом романе. «Где ты был, Адам?» - одно из самых лучших произведений Бёлля, из числа тех, что я читала (пальму первенства отдам все же «Глазами клоуна»).

1944 год. Немецкая армия отступает, госпитали сворачиваются и эвакуируются дальше на Запад, партизаны активизируются, военная обстановка на линии фронта выходит из под какого-либо контроля и превращается в беспорядочное бегство, в концентрационных лагерях в срочном порядке расправляются с остатками заключенных, в только что освобожденных городках армия противника арестовывает и допрашивает командный состав. В еще не освобожденных городках, люди вывешивают белые скатерти из окон, или «до смешного маленький клочок красной материи, на котором были нашиты неуклюже вырезанные желтый серп и белый молот». И роман показывает нам калейдоскоп этих событий, перемещая читателя от главы к главе к новому герою, с его мыслями, беспокойствами и тревогами. В каждой главе попутно – чья-то чужая жизнь, биография, осколок чужой жизни. И война, которая и без того перемешивает человеческие судьбы, оказывается сотканной из миллиардов таких жизней, банальных, обычных, ничем вроде бы не выдающихся жизней…

Один из моих самых любимых литературных приемов – временная цепочка событий, взаимосвязь малознакомых героев, параллельное развитие событий. В одном эпизоде некто продает еврейскому портному свои брюки, гуляет по городу и сетует на отсутствие у него знаков отличий. В следующем эпизоде некто номер два прощается с любимой девушкой, надеется на встречу, уезжает на фронт в фургоне, по ночной дороге, то обгоняя, то отставая от другого такого же, только с решеткой. Потом фургон А едет на юг, а фургон Б – на север. В следующем эпизоде некто номер один и номер два пересекаются на линии фронта, и тот первый, кстати, наконец, получит свой железный крест. А потом раз – новый эпизод, и мы уже оказываемся внутри того самого фургона, который повернул на север. Внутри которого едет тот самый еврейский портной… Может быть, у меня не очень хорошо получилось описать структурное своеобразие романа, но поверьте, он далек от традиционного линейного повествования. И это делает его неповторимым в творчестве немецкого классика.

Отсутствие единой сюжетной линии, ни сколько не мешает восприятию. Вновь и вновь Бёлль ставит перед читателем извечные вопросы, которые непосредственно связаны с темой войны. Образ ничем не примечательного обывателя, маленькой и незаметной жизни. Мечты и желания любого человека, суть его счастья. Личная ответственность каждого за происходящее вокруг. Страдание и отпущение грехов. Любовь и равнодушие. Этот роман, как любая классика, содержит в себе сотни смыслов. Можно говорить о любом, брать то, что волнует вас сейчас, найти ответы именно на свои вопросы. Бёлль универсален.

Я не могла оторваться от книги до последней страницы. То, что критики называли «преимуществом малой прозы» (каждая глава почти как самостоятельное произведение), для меня часть единого целого, немыслимое без других. Кульминация романа заставила мое сердце остановиться. И в который раз убедиться в том, что жизнь еще более жестока, чем нам кажется. Бёлль потрясающе пишет. Он захватывает и обезоруживает. Он подкупает искренностью и честностью. Его литературный дар восхищает. Если бы я могла, то подарила по экземпляру этой книги всем своим друзьям. Просто, чтобы у них тоже была возможность насладиться качественной литературой.

«Где ты был, Адам?» – «В окопах, Господи, на войне…»

Это второй эпиграф романа, который и дал ему название. Где был Адам, чем он может оправдать свои грехи перед Богом? А он был на войне. Он выполнял чужие приказы. Вот его алиби. Его совесть чиста.

Дальше...

P.S. Бонус для тех, кому интересно почитать что-то более серьезное и научное о романе - Джебраилова С.: Художественный мир Г.Белля. Структурное своеобразие романа Г. Белля «Где ты был, Адам?»

Очень понравилась книга. Бёлль подыскивает каждому персонажу смерть. абсурдную, случайную и такую ненужную. У каждого своя собственная. Единственная неслучайная смерть – смерть еврейской девушки в лагере смерти. Хочу обратиться к эпизоду, который оставляет губокий след в памяти. Девушка – христианка. Это вовсе не значит, что в романе присутствует еврейско-христианская тема. Просто Бёлль соединяет в одном лице то, что ненавистно нацизму: евреев и свою веру. Комендант лагеря смерти, воплощённый комплекс неполноценности, иллюзорно преодолевает через нацизм своё ничтожество и внутреннюю пустоту и вполне реально – то человеческое, что в нём есть. Две вещи остались: любовь к музыке (он обожает хоровое пение) и невозможность своими руками убить человека. Отдать приказ – это пожалуйста, затем он здесь и поставлен, а своими руками – нет, не может. Из обречённых на уничтожение он отбирает хористов: спасает для музыки, назначая на должности придурков. Его ненависть к евреям вступает в конфликт с любовью к музыке, и он идёт на компромисс. Его хор прекрасен. Еврейский хор. Очередь доходит до Илоны. Офицер предлагает ей спеть. Что-нибудь. Всё равно что. Она поёт литанию на день Всех Святых. “Илона была красивая женщина. Оставаясь один, он часто стоял перед зеркалом, тщетно пытаясь обнаружить в себе красоту, и величие, и расовое совершенство. Всё это было в ней, в этой женщине – красота, и величие, и расовое совершенство”. Бёлль противопоставляет скопческое, бесплодное, ненавидящее жизнь и красоту, выхолощенное, бездарное целомудрие и – целомудрие цветущее, наполненное красотой, творчеством, любовью к жизни, будущими рождениями. Её пение прекрасно и невыносимо. Он знает эти хоралы и ненавидит их. Но не в силах остановить пение. Непреодолённая чувствительность. Наконец, освободившись от наваждения, он стреляет в Илону и велит уничтожить хор. Убивая Илону и хористов, он убивает в себе остатки человечности. Я назвала гибель Илоны неслучайной: она еврейка, ей надлежит погибнуть. Но ведь неслучайной – автоматически не означает: осмысленной. Вот: умирает девушка; любовь к Богу привела её в монастырь – глубокая потребность в семье, в детях заставила её монастырь покинуть. Вот: она наконец встречает человека, который мог бы стать отцом её детей. Разве она хочет чрезмерного? И в этом ей отказано.

«Где ты был, Адам?» – «В окопах, господи, на войне…»

Если честно, совсем не запомнила ни имен героев, ни их смерти и уж тем более что-либо об их жизни - да и не в этом суть. На мой взгляд, лейтмотив книги - это тот самый вопрос: где ты был, адам?

Где, где были адамы, когда национал-социализм пришел к власти? Где они были, когда началась война? Почему вобще было допущено такое зло - ведь доктрина фашизма не за один день была придумана, не в министерских кабинетах разрабатывалась, а формировалась буквально на улицах, в пабах, в окопах наконец.

Книга не о людях, а о страхе и безразличии. Все персонажи боялись жить в свое время, боялись шальных пуль, внезапных налетов, бомбардировок. Но все они с одинаковым безразличием отсиживались в окопах и ничего не желали менять. Они и не люди собственно, а бездумные машины, которым легче выполнять приказ, чем задуматься над его справедливостью. Легче отдать жизнь бездумно, в окопе ли, в танке, концлагере - неважно, лишь бы это было не по их воле. Так же проще, чем восстать хотя бы душой против несправедливости войны - и пусть даже в тот же миг умереть, но зато по своей воле. Конец один, но разница в миллионы - миллионы жизней, которые могли быть спасены, будь у людей хоть капля мужества сказать "нет", сказать свое слово - именно свое - об этой войне, а не повторять все то, что для своей же выгоды вбили солдатам в голову партийные бонзы.

И когда солдат спросят - а где же вы были во время этой бойни - они ответят - в окопах, на войне. Потому что нам так сказали, и мы так сделали

«Вскоре стоявшие рядом заскользили в луже крови и стали кричать, обезумев от ужаса. Но тут караульный застучал в стенку фургона, и они умолкли. Нечеловечески жутко прозвучал этот стук – человек не мог так стучать, – но их уже давно окружали не люди…»

Для меня, выросшей на советских военных фильмах типа "Офицеры", "В бой идут одни старики" и "А зори здесь тихие", в детстве немцы эпохи Великой отечественной всегда казались скопищем бездушных машин для убийств. Только с возрастом я начала понимать, что нельзя всех грести под одну гребёнку, ведь у многих простых немецких солдат просто-напросто не было выбора, как его не было бы и у наших прадедов, реши внезапно наше правительство избрать нацистскую идеалогию в качестве главенствующей. Книга "Где ты был, Адам?" рассказывает нам о нескольких таких "винтиках", простых солдатах и даже офицерах, которые всей душой устали от войны. На дворе 45 год, их войска отступают (сами себе в этом не признаваясь), казалось бы, все кончено, пора вернуться домой. Но одного за другим, кого-то за несколько месяцев окончания войны, а кого-то и на пороге родительского дома, их настигают все ужасы военного времени. Люди, о которых идёт речь, не машины для убийства, они простые солдаты - один влюбляется в еврейку, прекрасно понимая, чем такая любовь грозит, другие - пытаются защитить своих раненых, третий - просто с радостью променял бы всю эту войну на работу в любимом баре, но выбирать им не приходится. Они умеют любить, радоваться жизни, страдать и бояться, как и все остальные. Нацизм - штука отвратительная, но я верю, что и среди немецких солдат были его отвергающие, просто им не повезло. Когда правительство тебя мобилизует, оно обычно не спрашивает тебя о политических взглядах и о согласии с его идеалами. Война всегда была и будет бессмысленной и беспощадной. Она всегда будет уродливой, красивых побед в ней не бывает. К несчастью, для мировой эмоциональной разрядки, войны всегда будут периодически возникать. Вопрос только в том, сколько будет длиться перерыв. Я искренне надеюсь, что ни нам, ни нашим потомкам не придётся испытать на себе все тяготы и испытания, которые неизбежно являются спутниками войны. Читать о войне всегда тяжело. Но ещё тяжелее о ней размышлять после прочтения. Ведь всегда наткнёшься на мысль, о которой ты раньше не думал. Для меня, после прочтения данной книги, этой мыслью оказалось видение войны с другой стороны, со стороны простых немецких солдат. Не будем их судить, ведь, как сказано в аннотации, они - сами себе и судьи, и палачи. Каждый сам пусть винит себя за то, что он сделал или не сделал. 8/10

1944 год. Война стала для простых немцев обузой, союзники вызывают отвращение и тошноту, мирные жители уже давно вывесили белые флаги и ждут американцев, а солдаты продолжают нелепо гибнуть. И только нацисты, мечтающие о чистоте нации, продолжают свое страшное дело на фоне дымящих труб крематориев. Страшная книга. За простотой и лаконичностью сюжета скрываются многочисленные тргедии и страхи. Они не машины, им страшно умирать, но в итоге все умирают, ведь война не знает пощады, а снаряды не смотрят, что ты вовсе не герой, что оказался-то ты тут случайно, что ты страшно устал и мечтаешь только о том, чтоб оказаться подальше отсюда. Вообще, Бёлль так мастерски увязал все сюжетные линии, в его клубке много ниточек, и за какую ни потяни, вылезает целая человеческая история. А в центре скромно стоит история любви немецкого солдата и девушки-еврейки.

Останься!... Ты еще не знаешь войны, не знаешь ее хозяев. На войне без особой нужды не расстаются ни на минуту.

Очень рекомендую.

Роман состоит из нескольких новелл, объединённых несколькими сквозными персонажами. Эти люди, немецкие солдаты, учительницы в оккупированных школах, хозяйки трактиров в оккупированных деревнях не хотели быть на войне. Не хотели, чтобы их родные или однополчане, или они сами погибали на войне. Но они воюют непонятно за что и погибают тоже ни за что, да ещё совсем не героически.

Генрих Бёлль один из тех немецких писателей, для которых было важно осознать вину немецкого народа за совершенные преступления, но здесь пока до осознания всего произошедшего далеко. Война ещё не кончилась и мы вместе с солдатом Файнхальсом следим за тем, как немецкая армия пытается хоть как-то спасти своё положение на исходе войны. Файнхальса забрасывают то на передовую, то в госпиталь, то ещё куда-нибудь, куда ему совсем не хочется, да разве кто-то спросит его самого.

Один из лучших антивоенных романов, наравне с "Поправкой-22" и "Приключениями бравого солдата Швейка". Роман о том, что никакой стороне эта война была не нужна и для рядовых немцев и жителей оккупированных территорий эта война принесла одну лишь горечь и страдания. И так важно прочитать об этом именно у немецкого писателя.