Цитаты из книги «Тропик Козерога», страница 19

простые человеческие страдания, ревность, амбиции я стал ценить не больше дерьма.

Мне не нужны глаза, ибо они дают лишь образ познанного.

Будучи человеком, убиваешь не как зверь, но автоматически, причем убийство замаскировано, а его разновидности бесконечны, так что вы убиваете, даже не подумав об этом, убиваете без всякой необходимости. Самые уважаемые люди и есть величайшие убийцы. Они верят, что служат ближним, и в этой вере они вполне искренни, тем не менее они величайшие губители и временами, как бы очнувшись, они осознают свои преступления и совершают чудаковатые, безумные добрые поступки, чтобы искупить вину. Человеческая доброта еще противнее зла, присущего человеку, ибо доброта не осознана и не является подтверждением сознательного выбора. Когда стоишь у края бездны, легче всего в последний момент сдать позицию, обернуться и раскрыть объятия всем, кто остался позади.

Тот, кто по причине слишком большой любви, что в обьщем-то, чудовищно, умирает от горя, заново рождается уже не для того, чтобы познать любовь или ненависть, - он рождается для наслаждений. И эта рабость бытия, не будучи нстественно благоприобретенной, есть яд, который рано или поздно отравит весь мир.

С виду - славные, достойные люди, здоровые, оптимистически настроенные, смелые. А внутри кишат червями.

Ты, конечно, немножко чокнутый - и знаешь это. Но ты по-хорошему чокнутый.

Смерть и восхитительна - после жизни. Только такой, как я, кто открыл рот и сказал, только тот, кто сказал да да да, и ещё раз да! - может широко распахнуть объятия навстречу смерти и не бояться. Смерть как награда - да! Смерть как результат удовлетворения желаний - да! Смерть как корона и щит - да! Но не отмирание корней, которое разъединяет людей, ожесточает, делает пугливыми и одинокими, наполняет их бесплодной энергией, исполняет волей, способной твердить лишь - нет! Первым же словом, которое напишет человек, когда он найдёт себя, собственный ритм, то есть ритм жизни, будет слово "да"! И всё, что будет писать потом, - да, да, да, да! Да - на миллион ладов. Никакая динамо-машина, какой бы громадной ни была она - хоть на сто миллионов мёртвых душ, - не пересилит одного человека, который говорит да!

Я говорю не логично, я говорю щедро. Щедрость - расслышали? Щедрость вами не практикуется, никем из вас, ни в мирное время, ни в военное. Вам даже смысл этого слова неизвестен.

Я человек с большим сердцем, большим, как у кита, в чём все скоро удостоверятся, но никто не интересовался моим сердцем.

Но всякий, кто уловил истину определённости, - с приветом, и только такие люди сумели что-то сделать для мира.