Читать книгу: «Барсум атакует», страница 3

– Я буду нежным тобой, – прошептал он, подхватывая Глорию на руки, и женщина сразу же крепко к нему прижалась. – Я буду очень нежным… тебе не о чем волноваться…

Глория ничего не ответила. Она лишь ещё крепче прижалась к Свенсону, а он, осторожно ступая, понёс её в сторону спальни.

Дверь спальни, «узнав» хозяина, послушно и совершенно бесшумно раздвинула створки, пропуская их. И всё же, чтобы пройти в спальню с Глорией на руках через довольно узкий дверной проём, Свенсону пришлось повернуться боком. Потому он не сразу увидел то, что ожидало его в спальне…

А там, в кровати, лежала какая-то совершенно незнакомая Свенсону женщина, лежала и молча смотрела прямо на него. И Свенсон тоже ошеломленно уставился на незнакомку.

Женщина в кровати была очень молодой и очень красивой… во всяком случае, она была куда красивее Глории. Волосы незнакомки, густые и пышные, да ещё и с золотисто-медным отливом, в красивом беспорядке рассыпались по подушке, большие, небесного цвета глаза смотрели на бывшего космодесантника с какой-то непонятной иронией.

– Ну, что же ты, Алаф? – нежно и, одновременно, с непередаваемо капризной интонацией в голосе промурлыкала женщина. – Ведь знаешь, что жду, а сам всё не идёшь и не идёшь!

Скорее всего, Глория до этого самого момента и не подозревала, что в спальне, кроме их двоих, ещё кто-то находится. Услышав голос женщины, она вздрогнула и повернула голову в её сторону.

– Всё в порядке, милочка! – обратилась женщина в кровати уже непосредственно к Глории. – Просто Алаф решил сегодня организовать для меня, так называемый, групповой секс, вот почему ты здесь! Он большой озорник, этот Алаф… впрочем, я сама попросила его об этом сегодня утром! Никогда ещё не участвовала в групповом сексе. А ты, милочка?

Женщина откинула в сторону одеяло, и оказалась, что она тоже полностью раздета. И это было тем более удивительно и непонятно, что нигде рядом не было видно никакой одежды. Впрочем, одежда могла находиться сейчас под одеялом. Или под кроватью.

Обнажённую фигуру незнакомки тоже можно было отнести к настоящему эталону женской красоты, но Свенсону было сейчас не до эталонов. Молча и как-то очумело смотрел он на женщину в кровати, и Глория тоже пристально на неё смотрела. Они словно окаменели оба…

А женщина, ничуть не стесняясь собственной наготы, закинула вдруг руки за голову и сладострастно потянулась всем своим безукоризненно прекрасным телом.

– Ну и долго мне ещё ждать, Алаф?! – прошептала она призывно. – Или ко мне, любимый! Иди же, ну!

И тут только Глория, словно опомнившись, выскользнула из рук Свенсона и выбежала из спальни. Свенсон бросился следом, а в спину ему слышался громкий издевательский смех незнакомки.

– Глория!

А Глория уже торопливо одевалась в углу зала.

– Не смотри на меня! – увидев Свенсона, выкрикнула она дрожащим голосом. – Отвернись сейчас же!

– Глория, я… – Свенсон остановился посреди зала. – Я сейчас тебе всё объясню…

– Отвернись, я кому сказала!

Накинув, наконец, на плечи кофточку и даже не застёгивая её, Глория кинулась к выходу. Там, ухватив плащик за полу, рванула его к себе изо всей силы.

– Подожди, Глория!

Подбежав к Глории, Свенсон схватил её за руку… точнее, сделал такую неудачную попытку…

– Не прикасайся ко мне!

Обернувшись в сторону Свенсона, Глория держала перед собой плащик, словно щит.

– И не надо мне ничего объяснять! Не надо пытаться убедить меня, что ты впервые видишь эту женщину!

– Но это и в самом деле так! Я тебе клянусь!

Слова Свенсона прозвучали не совсем убедительно, вернее, совсем даже неубедительно они прозвучали. И осознав это, Свенсон замолчал и лишь молча смотрел, как Глория, точнее, мисс Мередит пытается отворить входную дверь, как она выбегает на лестничную площадку, как останавливается там напоследок…

– Это жестоко! – проговорила Глория, тиха и на удивление спокойно. – Это очень жестоко с вашей стороны, мистер Свенсон! Не понимаю только, чем я заслужила такое… тем, может, что сама… первая…

И, не договорив, она бросилась прочь, так и не затворив за собой дверь. Возможно, этим Глория покидала незадачливому своему кавалеру какой-то шанс… и так же возможно, что ничего подобного у неё даже в мыслях не было.

Так же, как и у самого Свенсона даже в мыслях не было бежать за ней сейчас. У него, вообще, не было сейчас в голове никаких мыслей, совершенно никаких мыслей не было сейчас у него в голове, ни единой даже. Машинально он затворил дверь, так же машинально запер её на все имеющиеся замки и задвижки.

А потом он вспомнил о женщине в спальне и сразу же ринулся туда, разъярённо сжимая кулаки. Сейчас он всё выяснит у этой шлюхи! И как она тут оказалась, и кто её подослал сюда! А, возможно, даже о плазмере, присланном непонятно кем в качестве подарка…

А, может, женщина в кровати – это тоже подарок? И всё от того же неведомого благодетеля?

Забежав в спальню, Свенсон вынужден был остановиться возле самого входа, недоуменно глядя на кровать.

В кровати никого не было. Более того, она была аккуратно застелена, совсем так, как и застилал её обычно сам хозяин каждое утро. И в спальне тоже никого не было: ни в шкафах, которые Свенсон проверил в первую очередь, ни за трюмо. Он даже под кровать заглянул, хоть хорошо понимал, что забраться туда даже ребёнку было бы довольно проблематично.

Не зная, что и думать, Свенсон опустился в мягкое кресло, стоящее возле кровати, и некоторое время просто сидел так в полнейшей прострации.

Покинуть спальню самостоятельно женщина никак не могла… дверь перед ней просто не отворилась бы. Да и попасть в спальню у неё тоже не было ни малейшей даже возможности… как же Свенсон не подумал об этом в самую первую очередь!..

Но женщина эта всё же смогла: во-первых – каким-то непонятным образом очутиться в спальне, во-вторых – так же непонятно её покинуть…

Как же она ухитрилась сотворить такое?

И была ли она тут, вообще, эта женщина?

Вскочив с кресла, Свенсон мгновенно сорвал покрывала, потом откинул в сторону одеяло. Некоторое время молча рассматривал белую простыню, которую сам же и застилал незадолго до прихода Глории. Потом осторожно её потрогал.

Простыня была гладкой и прохладной, и совсем непохоже было, чтобы на ней хоть кто-то лежал. Тем более, так недавно…

Так что, эта женщина в кровати просто почудилась ему?

А Глории она тоже просто почудилась?

Вновь опустившись в кресло, Свенсон некоторое время молча раздумывал о только что произошедшим.

Кроме таинственного появления и ещё более таинственного исчезновения непонятной этой женщины, что-то ещё неосознанно тревожило Свенсона. И это «что-то» тоже было связано именно с женщиной в кровати…

Вот только что?

И тут Свенсон понял, что именно тревожило его всё это время.

Эта женщина не была совсем уж незнакомой бывшему космодесантнику. Когда-то он уже встречался с ней, и не единожды даже встречался, хоть и совершено не помнил об этом.

Он знал лишь, что произошло это не здесь, не на Медее…

Глава 3

На Медею, точнее, на Медею-2 Свенсон попал совершенно случайно.

А до этого он почти три года провёл на небольшой фермерской планетке с характерным названием – Агрополис.

Планета Агрополис в то время принадлежала ФИРМЕ, и Свенсон тоже принадлежал ФИРМЕ, вернее – являлся одним из служащих этой могущественной трансгалактической корпорации. Сначала бывший космодесантник работал там простым охранником, а потом почти два года был бригадиром ремонтной бригады в одном из отделений ФИРМЫ.

Ремонтные бригады на Агрополисе не занимались ремонтом той или иной сельскохозяйственной техники или оборудования. Они ремонтировали… женщин. Точнее, вновь приводили «неисправных» женщин в состояние, полностью соответствующее их местному статусу.

И назывался этот статус – «рабочая жена».

Рабочие жёны, разумеется, относились к категории людей, но настоящими. полноценными людьми их назвать было трудно. Надёжная гипноблокировка мозга превращала эти несчастные создания в некое подобие обычных домашних животных (или, скорее, обычных орудий труда) для местных фермеров. И любой фермер мог делать со своей рабочей женой всё, что только пожелает: издеваться, избивать ежедневно на горький яблок… он мог даже убить рабочую жену безо всяких для себя последствий, кроме, разумеется, довольно чувствительных материальных затрат…

Рабочих жён на Агрополис (как и на некоторые другие «свои» планеты) поставляла ФИРМА, она же и отвечала за то, чтобы женщины эти постоянно находились в заторможенном состоянии. Ну, а ежели, по той или иной причине, гипноблокировка давала сбой и женщина начинала вспоминать своё прошлое, за дело брались ремонтники…

Странно, но Свенсон, которому почти ежедневно приходилось сталкиваться с подобными случаями, не видел в своей работе ничего зазорного, тем более, преступного. Он просто выполнял то, что от него требовалось, добросовестно выполнял… вплоть до того момента, когда одна из таких женщин, оказавшаяся, к тому же, бывшей «дикой кошкой», не подарила ему жизнь. Подарила потому только, что Свенсон ещё во времена своей карьеры космодесантника участвовал вместе с ней в одной и той же боевой операции и даже был влюблён в неё тогда…

А потом события на Агрополисе начали развиваться стремительно, и закончилось всё полным захватом этой планеты «дикими кошками». Но не потому они захватили Агрополис, что женщин тут, вообще, за людей не считали, и «дикие кошки» Барсума были этим весьма возмущены. Просто оказалось, что именно тут, на Агрополисе, находится главное из того, что оставила людям в «наследство» некая таинственная цивилизация, исчезнувшая за миллионы лет до того, как люди смогли вырваться на просторы Галактики. И, овладев этим «наследством», Барсум заимел уникальную возможность мгновенного перемещения с планеты на планету… возможность, за обладание которой ФИРМА, кажется, отдала бы всё…

Вот почему ФИРМА очень болезненно переживала потерю Агрополиса (который назывался сейчас – Барсумом-2). И всё шло к тому, что между ФИРМОЙ и Барсумом вот-вот вспыхнут широкомасштабные боевые действия.

Медея-2 не зависела, ни от ФИРМЫ, ни от Барсума… точнее, она в одинаковой степени зависела от них обоих. Именно поэтому центральные власти Медеи внимательно отслеживали развитие событий и, наверное, уже сейчас прикидывали, кому именно отдать предпочтение при будущем неизбежном столкновении двух космических гигантов. И, возможно, пришли к выводу, что самым лучшим для них будет просто остаться в сторону, ибо чрезвычайно тяжело было предугадать, кто же может выйти победителем из смертельной этой схватки.

ФИРМА, огромная галактическая империя, располагала колоссальными, неограниченными даже материальными и человеческими ресурсами. Наличие нескольких десятков планет, прямо или косвенно зависящих от ФИРМЫ, позволяло её стратегам планировать одновременно множество военных операций в самых разных уголках Галактики, наносить сотни мгновенных ударов особыми диверсионными группами. Тайные агенты ФИРМЫ имелись, практически, на всех планетах Галактической Федерации, за исключением, разве что, самого Барсума, и многие из этих агентов занимали весьма высокие, а то и руководящие должности на своих планетах.

И материальные, и, тем более, людские ресурсы Барсума были более чем ограниченными (особенно, ежели учитывать галактические масштабы будущих военных действий). Но это с лихвой компенсировалось тем, что населяли Барсум, так называемые, «дикие кошки», супермастера диверсий и тайных операций, равных которым не было во всей огромной Федерации. Ну, а после того, как Барсум овладел ещё и тайной мгновенных перемещений в пространстве, шансы «диких кошек» в этой, необъявленной покамест войне, не только уравнялись с ФИРМОЙ, но и получили над ней некоторое преимущество.

Сам Свенсон, после захвата «кошками» Агрополиса мог на некоторое время там остаться. Сама Ирума, принцесса «диких кошек» предоставила ему такую возможность.

«…решай! – сказала она во время последней их встречи. – Хочешь остаться в моей жизни на некоторое время – оставайся! Не хочешь – советую покинуть эту планету как можно скорее!»

Свенсон выбрал тогда именно этот, второй вариант. И, встав в центр чёрного круга, сразу же очутился на Медее-2, даже не успев подумать, как следует, на какую же из планет он более всего желает попасть. Возможно, это случилось потому, что незадолго до Свенсона сюда же, на Медею-2, отправился Максимилиан Холин, бывший непосредственный начальник Свенсона по Агрополису, и, как выяснилось в самый последний момент, родной брат принцессы Ирумы.

Правда, тут, на Медее, Свенсон Холина так и не встретил ни разу, но это и не удивительно. На Медее-2 имелось несколько десятков крупных городов, не говоря уже о более мелких населённых пунктах. К тому же, возможно, Холин в скором времени покинул эту планету на одном из гигантских трансгалактических лайнеров или на каком-либо ином грузовом или пассажирском звездолёте.

У самого Свенсона такой возможности, к сожалению, не было. Очутившись на Медее-2 (точнее в Колизее, втором по величине и значимости городе планеты) абсолютно без денег, ему пришлось тут задержаться на некоторое время, устроившись на работу преподавателем в местной гимназии. И жизнь его тут протекала, ежели и не особенно весело, но всё же без каких-либо особых треволнений и неприятностей.

До сегодняшнего дня протекала…

Вздохнув, Свенсон поднялся с кресла. Некоторое время молча смотрел на кровать, словно ожидая, что таинственная женщина вновь там объявится. Потом вздохнул и, приведя кровать в порядок, неторопливо направился в сторону зала.

И только там, в зале, понял (немного запоздало, правда), что настоящие неприятности на сегодня для него только начинаются.

Шестеро человек в пёстрых полицейских мундирах стояли на всю ширину зала и, соответственно, шесть полицейских плазмеров было направлено на Свенсона.

– А вот и наш хозяин! – с каким-то даже облегчением воскликнул один из полицейских. – А мы уже волноваться начали!

– Руки подними! – приказал его сосед. – И чтобы без глупостей!

– А в чём, собственно, дело? – как можно спокойнее проговорил Свенсон, медленно поднимая руки. – Мне кажется тут какое-то недоразумение…

Он уже не сомневался, что плазмер ему подкинула полиция, и жалел о том лишь, что решил оставить его у себя. Глупостью это оказалось, большой, непростительной даже глупостью, но изменить хоть что-либо из того, что уже произошло, Свенсон, к сожалению, был не в силах.

– Недоразумение, говоришь?

Полицейский, приказавший Свенсону поднять руки, глумливо и даже издевательски засмеялся. Кажется, именно он был тут за старшего, хоть определить это было совсем непросто. Форма на всех без исключения полицейских – совершенно одинаковая, без каких-либо нашивок или иных знаков отличия.

– Что ж, – продолжил, между тем, полицейский, резко оборвав смех, – возможно, и недоразумение. Тем не менее, тебе придётся пройти с нами! Не сейчас, чуть позже…

– Куда пройти? – поинтересовался Свенсон. – В полицейский участок?

– Куда надо – туда и пойдёшь! – неожиданно вызверился на Свенсона полицейский. – Говорливый слишком!

– Ты тут один? – спросил крайний слева полицейский, знаком приказав своему коллеге (которого Свенсон, кажется, ошибочно принял за старшего) замолчать. – Только не вздумай лгать!

– Один, – сказал Свенсон.

Он был теперь почти благодарен женщине в кровати, ибо именно её неожиданное появление заставило оскорблённую Глорию спешно покинуть квартиру.

Не хватало ещё мисс Мередит втянуть в непонятную эту историю!

– Проверить! – скомандовал крайний слева полицейский.

Полицейский этот был почти на голову выше всех остальных и, кажется, именно он являлся тут за главного.

Двое полицейских тотчас же кинулись в сторону спальни, правда, войти туда так и не смогли.

– Как же нам открыть эту чёртову дверь? – недоуменно пробормотал один из них.

– Подумаешь, проблема! – хмыкнул второй, поднимая плазмер. – Сейчас я их…

– Оставить! – вполголоса прикрикнул на него высокий, и, когда полицейский у двери послушно опустил плазмер, добавил: – Лишнего шума нам только и не хватало!

«Ничего не понимаю!» – невольно подумалось Свенсону.

Полицейские на Медее-2 никогда не боялись лишнего шума. Наоборот, почти все свои «боевые» операции (даже задержание на улице мелкого карманного воришки) они проводили с таким гамом и грохотом, что Свенсон, как-то случайно оказавшийся рядом с местом проведения очередной полицейской облавы, всерьёз решил, было, что началась, наконец, долгожданная война ФИРМЫ с Барсумом, и какая-то из противоборствующих сторон высаживает уже на Медею-2 свой боевой десант.

Эти же полицейские тайно проникли в квартиру (интересно, как смогли они совершенно бесшумно сие осуществить?..), и даже тут, в квартире, остерегались вести себя излишне шумно. И обыска никакого, кажется, даже не предвидится… а ещё настораживало то, что мундиры на всех, без исключения, полицейских были новенькие, с иголочки. Да ещё и безо всяких знаков отличия…

«Это не полицейские! – дошло, наконец, до Свенсона. – Полицейские себя так не ведут!»

Но, даже поняв это, Свенсон продолжал послушно стоять с поднятыми руками. Ибо, ежели даже полицейские и не были настоящими, к их плазмерам это никак не относилось.

Разумеется, полицейские плазмеры не являлись столь грозным и разрушительным оружием, как плазмер, присланный Свенсону сегодня по линии доставки и так необдуманно спрятанный им после в ящик комода. Но тело человека полицейский плазмер пробивает (точнее, прожигает) насквозь, особенно на таком минимальном расстоянии.

И всё же, ежели оказание сопротивления полицейским на Медее-2 считалось делом довольно неосмотрительным и даже рискованным, ибо грозило гражданину, оказавшему сопротивление при задержании (пусть даже и ошибочном), довольно продолжительным тюремным сроком (криминальный мир Медеи это не волновало совершенно), то даже убийство человека, ворвавшегося в твоё жилище с целью грабежа, – на Медее не наказывалось никак. Требовалось, правда, убедительные доказательства того, что это на самом деле была попытка ограбления, а не безобидный соседский визит за солью или, скажем, с целью одолжить немного денег до получки, но такие доказательства легко могла обеспечить система внутреннего видеонаблюдения. И ещё: если гражданин, пусть себе и в целях самообороны, применил плазмер или пистолет, его могли осудить не за само убийство, а за незаконное использование оружия, даже ежели будет доказано, что оружие это гражданин выхватил у кого-то из грабителей. Если же доказать сие окажется невозможным – жертве бандитского нападения светило ещё несколько дополнительны лет тюрьмы за приобретение и хранение в доме этого самого оружия.

Люди, так неожиданно заявившиеся к Свенсону сегодняшним вечером, полицейскими не являлись, в этом бывший космодесантник был почти уверен. Ежели и не на все сто процентов, то на девяносто девять и девять десятых. И всё же он решил покамест вести себя сдержано, и послушно подчиняться всем требованиям незнакомцев. Во-первых, для того, чтобы таким образом ослабить их бдительность, во-вторых…

Во-вторых, эти люди должны хоть каким-то образом сами признать тот очевидный факт, что не являются сотрудниками правоохранительных органов. Иначе суд всё же может «пришить» Свенсону сопротивление людям в полицейской форме без уважительных на то причин.

А лжеполицейские, оставив двух человек с плазмерами наблюдать за Свенсоном, занялись тем временем странным и не совсем понятным делом. Вытащив из карманов какие-то небольшие предметы, овальной формы, они принялись медленно водить этими предметами по воздуху.

– Тут ничего нет! – проговорил, наконец, один из них. – Зал чистый!

– Кухню проверьте! – приказал высокий (он, кстати, был одним из тех двух, что остались следить за Свенсоном). – И кабинет не забудьте!

– А спальню? – напомнил один из его подчинённых.

– А спальню мы оставим на потом!

Двое с непонятными предметами направились в сторону кухни, ещё двое – в кабинет, дверь которого неожиданно распахнулась перед ними.

«Ничего не понимаю! – невольно подумалось Свенсону, с недоумением за всем этим наблюдавшему. – Что это они тут разыскивают, и почему, кстати, кабинет их пропустил?»

– Удивлены? – спокойно и даже доброжелательно проговорил высокий, внимательно поглядывая на Свенсона, и как-то незаметно переходя в обращении с ним на «вы». Это ещё раз доказывало, что не являлся он местным полицейским, ибо на Медее полиция особенной вежливостью и воспитанностью никогда не отличалась, наоборот, скорее. – Не понимаете, почему ваш кабинет послушно распахнул перед нами дверь? А всё очень просто: нам известен его код, вот и всё!

– И как же он стал вам известен? – спросил Свенсон, даже не надеясь на ответ.

Высокий и в самом деле ничего на это не ответил.

– Кто вы? – задал тогда Свенсон следующий вопрос. – И что вам от меня нужно?

В это время лжеполицейские, обследовавшие кухню, вернулись разочарованные.

– Нет там ничего! – буркнул один из них. – И в кабинете тоже ничего не будет! Разве только в спальне…

– И в спальне мы ничего не обнаружим! – в тон ему добавил напарник. – Эти приборы, мать их за ногу…

И, не закончив фразы, он громко и замысловато выругался.

– Отставить! – сказал высокий. – Ещё раз выругаешься – премии лишу! Это вас обоих, кстати, касается!

– Скажите, а что вы тут пытаетесь обнаружить? – поинтересовался Свенсон у высокого, ещё более удостоверившись в главенствующем его положении. – Может, я смогу вам помочь в поисках?

Вместо ответа высокий лишь как-то странно посмотрел на бывшего космодесантника.

– Так что вы всё-таки ищите? – повторно спросил Свенсон.

– Вчерашний день! – неожиданно вызверился на Свенсон один из тех, кто возвратился с кухни. – И вообще, заткни лучше пасть, паскуда!

– Минус двадцать процентов премии! – сказал высокий и, повернувшись в сторону Свенсона, добавил: – А вы и в самом деле помолчите лучше! Для вашего же блага!

– Как пожелаете! – Свенсон пожал плечами, что удалось ему не так и просто с поднятыми руками. – А. кстати, ордер на обыск у вас имеется?

– Ордер на обыск?

Высокий вновь посмотрел на Свенсона как-то странно, а двое лжеполицейских, покинувших как раз в этот самый момент кабинет, лишь разочарованно развели руками. То ли они показывали этим жестом, что ордера на обыск у них, к сожалению, не имеется, то ли (и это более вероятно), что и в кабинете ничего существенного обнаружено не было.

– Вы не из полиции! – громко, излишне даже громко (в первую очередь для видеокамер, смотревших на него со всех сторон) проговорил Свенсон. – Да и на простую шайку грабителей вы тоже не очень похожи!

– И кто же мы тогда? – с каким-то даже любопытством поинтересовался высокий. – Кто мы, по вашему мнению?

– Вы – люди ФИРМЫ!

Выкрикнув это, Свенсон рванулся вперёд. Расчёт его строился на том, чтобы, используя эффект неожиданности, взять в заложники высокого, как начальника всей этой шайки-лейки. Потом, используя его как прикрытие и приставив к голове плазмер, продиктовать свои условия остальным пяти. Всё было хорошо рассчитано, но почему-то не сработало…

Вернее, сработало, но вовсе не так, как планировал Свенсон…

* * *

Когда Свенсон очнулся, то ощутил, что сидит, прислонившись спиной к стене, а по всему телу его стекает вниз вода. Потом он раскрыл глаза и увидел прямо перед собой лицо того, кого он там самонадеянно планировал взять в заложники, а вместо этого сам попался на элементарный контрприём. Присев перед Свенсоном на корточки, высокий внимательно и с каким-то даже интересом его разглядывал.

– Ну как, очухался?

Ничего на это не отвечая, Свенсон попробовал повернуться на бок, но почему-то так и не смог этого сделать. Он даже пошевелиться мог сейчас с трудом, так крепко его чем-то связали. Скорее всего, липучками.

– Пришлось! – словно читая мысли Свенсона, пояснил его победитель. – Для твоей же собственной безопасности. Ты уж прости, что я тебя так…

«Издевается! – стиснув зубы, подумал Свенсон. – И всё же, как это он меня так? Я, не то, чтобы уклониться… я даже среагировать толком не успел!»

– Я, между прочим, тоже бывший космодесантник, – внёс некоторую ясность высокий. – И, в отличие от тебя, тренировки не забросил. Настоящие тренировки, а не мелочи, типа детских секций, три раза в неделю! Это ничего, что я на «ты»? – добавил он, чуть помолчав.

– Нормально! – в тон ему отозвался Свенсон. – Тем более, между нами, десантниками. И всё же, что именно вы тут пытаетесь отыскать?

Он не ждал ответа, но высокий, как это ни удивительно, ответил.

– Четвёртое измерение, – сказал он. – Точнее, место его максимального соприкосновения с нашей трёхмерной реальностью.

– Место соприкосновения… – невольно повторил Свенсон, и тут его словно осенило.

Так вот она, разгадка того, каким образом незнакомая эта женщина смогла таинственно очутиться в его спальне, а потом так же таинственно и непонятно её покинуть! И, кстати, почему незнакомая? Знакомая эта женщина, очень даже ему знакомая… теперь Свенсон смог, наконец-таки, вспомнить, где и при каких обстоятельствах они познакомились.

Вернее, встретились, ибо слово «познакомились» тут не совсем подходило…

– А ты, я вижу, не очень и удивлён? – по-прежнему внимательно вглядываясь в лицо Свенсона, проговорил высокий. – И, правда, с чего бы тебе удивляться! Ведь именно таким образом ты и смог попасть сюда с Агрополиса!

– Вы и это знаете?

Вместо ответа, высокий лишь молча пожал плечами и, поднявшись, принялся внимательно наблюдать, как его подчинённые, все впятером, упрямо, но безрезультатно пробуют определить шифр стальной двери спальни.

– Код! – потеряв всякое терпения, выкрикнул один из них, поворачиваясь в сторону Свенсона и направляя на него плазмер. – При помощи какого кода отворяются эти чёртовы двери?! Говори, а не то…

Это его приказание в очередной раз убедило Свенсона, что перед ним не коренной житель Медеи-2. Тот никогда бы не спорол подобную глупость.

– Считаю до трёх: раз…

– Отставить! – гаркнул высокий на своего подчинённого. – Ты что, не понял ещё, что там нет никакого кода! Поднимите лучше хозяина и поднесите его к двери!

Это и в самом деле было элементарно простым и, вместе с тем, единственно правильным решением, возникшей, было, проблемы. И Свенсон вынужден был признать, что тайные агенты ФИРМЫ могут великолепно владеть не только кулаками. По крайней мере, некоторые из них…

Свенсона почти торжественно подхватили на руки и, обманув столь примитивным способом туповатую автоматику, смогли, наконец-таки, попасть в спальню. Там бывшего космодесантника не совсем деликатно швырнули на кровать и, кажется, временно забыли о самом его существовании. Всё внимание агентов ФИРМЫ сосредоточилось теперь на маленьком овальном предмете, которым медленно водил из стороны в сторону один из агентов.

– Есть! – хрипловатым и дрожащим от волнения голосом выдохнул он. – Это здесь, кажется…

– Кажется или и в самом деле здесь? – раздражённо гаркнул на подчинённого высокий. – А то вам, я смотрю, слишком часто казаться начинает!

– Здесь! – повторно выдохнул агент с овальным предметом в руке. – Никакой ошибки!

Все остальные невольно отодвинулись от указанного места, а высокий, обернувшись, насмешливо посмотрел на Свенсона.

– Ну, что теперь скажете?

– Если вы думаете, что именно сюда я и попал с Агрополиса, – как можно более спокойно проговорил Свенсон, – то могу вас заверить: это не так!

– Верю! – неожиданно дружелюбно отозвался высокий. – Тем более, что мы уже смогли определить в самых разных местах Колизея не менее семи подобных точек. А их же на самом деле больше… значительно больше…

– Вот даже как! – безо всякого выражения отозвался Свенсон. – Кто бы мог подумать!

– Мы! – с какой-то даже горделивой ноткой в голосе вступил в разговор агент, ранее определивший место загадочного этого соприкосновения. – Мы могли подумать! И не только подумать, но и, как видишь, действовать! Не только твои «кошки» могут подобное!

– Они не мои! – сказал Свенсон.

– И в это верю! – вновь поддержал Свенсона высокий. – Как и в то, что ты и сам не знал об этом месте соприкосновения… до сегодняшнего вечера не знал…

Последние слова высокого прозвучали довольно двусмысленно, и Свенсон так и не понял: догадываются агенты о женщине в кровати или даже не подозревают о посещении этой квартиры чуть ранее одной из «диких кошек». Впрочем, возможно, что-то такое подозревают…

– И что вы собираетесь сейчас делать? – спросил он у высокого. – Я так понимаю, что тут будет что-то, вроде засады?

– Сафари тут будет! – отозвался один из агентов. – Охота на «кошек»!

Остальные дружно рассмеялись.

– Тихо! – сказал высокий и смех сразу же умолк. – Он и так много знает!

– А вы что, собираетесь оставить меня в живых? – даже удивился Свенсон. – Не верится что-то…

Ничего на это не отвечая, высокий некоторое время лишь внимательно смотрел на Свенсона. Так, словно решая мысленно дальнейшую его судьбу.

– Значит, ты и сам считаешь, что твоя ликвидация, – пусть себе и обидная, но необходимость?

Высокий направил плазмер на Свенсона… впрочем, почти сразу же вновь его опустил.

– Расслабься, коллега! – проговорил он спокойно и даже доброжелательно. – У нас и в мыслях не было убивать тебя! Живой ты принесёшь куда больше пользы.

– Кому? – спросил Свенсон, хоть ответ на этот вопрос знал заранее. – ФИРМЕ?

– Ей, родимой! – высокий неожиданно рассмеялся. – Тем более, что ты ей и так много чего задолжал. Понимаешь, к чему я клоню?

– Не понимаю! – не вполне искренне отозвался Свенсон.

За этой «приятной» беседой он и не заметил, когда же остальные агенты успели понатаскать в спальню такое множество самых разнообразных приборов и аппаратов непонятного предназначения. Непонятного, разумеется, для Свенсона… сами же агенты, кажется, во всём этом хорошо разбирались…

– Внимание! Начали! – скомандовал высокий.

Защёлкали, загудели приборы… ещё немного и пустое пространство в самом центре спальни засветилось вдруг голубовато-фиолетовым овалом.