Читать книгу: «Служанка чародея», страница 7
Глава 28
— Кора, — Крыска постучала вскоре после подъема. Не дождавшись ответа, она повторила, — Кора, просыпайся. Есть разговор.
Та появилась в дверном проеме с растрепанными волосами и опухшими, едва открытыми глазами.
— Уже пять утра? — пробормотала она сонно. — Жаль, я хотела ещё поспать.
— Прости, я думала, ты уже поднялась, — на мгновение Крыска посчитала своё поведение бестактным. Но всего лишь на мгновение, — Я хотела спросить, остались ли какие-то вещи после Ширы.
— На сколько мне известно, нет. Тем утром она не спустилась к завтраку, а комната оказалась пуста. Фред тоже исчез, и мы предположили, что они сбежали.
— Точно все пожитки Ширы пропали в тот же день, что и она?
— Да, — даже несмотря на ранний допрос, Кора не теряла самообладания. Даже если её раздражали расспросы, она не подавала вида, — я ещё удивилась, что вообще ничего не осталось. Даже формы. Мы даже подумать не могли…
— А вещи Фреда? — Крыска не дала её договорить.
— Он оставил свою форму, — наконец, в голосе Коры проявились эмоции. Она добавила встревоженно, — Лара, к чему эти вопросы?
— Просто любопытно, — девушка ушла так же внезапно, как и пришла.
«Куда же запропастились вещи Ширы?»
Из всего имущества её предшественницы Крыску, в первую очередь, интересовал дневник. Если верить Пауку, там хранятся тайны, известные мертвой служанке. Что-то о криминальном прошлом коллеги и воровстве дворецкого. Хотя вероломство старика Кэда звучит натянуто. С учетом степени его преданности дому, сложно представить его за кражей столового серебра.
Если Шира той ночью должна была сбежать, неважно с Фредом или нет, то наверняка взяла с собой дневник. Но рядом с телом его не обнаружилось. Как и других вещей. Крыска сделала вывод, что их забрал убийца. В таком случае возникал вопрос – куда он или она их дели?
Во время уборки комнаты «мастера Вебера» им удалось поговорить наедине. Она присела на край кровати и тайком коснулась раненого бедра. Приходилось старательно притворяться, что боль её не волнует, однако пару раз маска едва не спала с лица. Девушка сообщила ему о своих догадках и намерениях.
— Ладно, — ответил Паук с таким недовольством, словно согласился дать последние деньги в долг, — я поговорю с господином. Сколько времени тебе нужно?
— До темноты постараюсь управиться.
Вскоре после этого разговора Лару отправили в город со срочным поручением. Но перед этим ей потребовалась рабочая одежда и сапоги. Сгодилась форма дворовых слуг.
Пришлось снова преодолевать лестничные пролеты, к тому моменту, как она добралась до своей комнаты, повязки на руках и бедре взмокли от крови. Лишь в одиночестве Крыска прокричала в подушку. Затем поменяла повязки, привела себя в порядок, переоделась и направилась к месту своей находки с картой местности и лопатой.
«Гадская зима.»
По календарю всё ещё стояла осень, но природа решила не сверяться с ним. Земля промерзла, ветер пробирал до костей, стало темнеть раньше и холодало с каждым днем всё сильнее. По расчетам девушки у неё оставалось несколько часов до сумерек. Ей не хотелось остаться в лесу после наступления темноты.
Носка тело в такую даль доставила бы неудобства каждому. Значит Шира сама пришла к месту своей гибели. Вполне вероятно, вместе с сумкой. На месте убийцы Крыска бы избавилась от сумки вместе с девушкой.
«И выкопала бы яму поглубже.»
Все труды по раскопке около места захоронения Ширы оказались напрасными. Вещей там не обнаружилось. Они могли быть, где угодно на территории владений чародея. Или даже за её пределами.
Как раз тогда, когда надежда и силы стали покидать девушку, ей послышался шорох. Крыска насторожилась, гадая, что или кого принесло сюда. С опозданием она поняла, что в лесу могут водиться животные. Или чужаки с бородой или светлыми волосами.
Вскоре, ей стало ясно, приближавшийся человек хоть и светловолос, но гладко выбрит. В пасмурную погоду его локоны, казалось, сияли более ярко.
— Я предположил, что ты могла проголодаться, — чародей протянул ей блюдце с закуской.
Крыска решила не отказываться от еды. Тем более, вряд ли таким образом её пытаются отравить. В два укуса она расправилась с сэндвичем, но затем ей захотелось пить. А чашки чая у чародея не наблюдалось.
Мужчина огляделся по сторонам:
— Далековато тебя занесло.
«Ну да. А где ещё закапывать труп? В вашей оранжерее?»
— Так пришлось, господин. Ширу закопали именно здесь. Её вещи могут быть неподалеку.
— Питер сообщил о твоем предположении. Ты правда считаешь, в них может быть подсказка о личности убийцы?
«Кто такой Питер? Неужели, Паук?»
— Да, — ответила Крыска и поведала о своих рассуждениях. Чародей слушал её внимательно и время от времени кивал. Затем он прикрыл глаза и приложил палец к губам, призывая к молчанию.
В тишине Крыска наблюдала за дыхательными упражнениями мужчины. Как он дышал то глубоко и медленно, то прерывисто и часто. Время от времени издавал странное мычание. Его веки и ресницы дрожали. Не знай она о его чародейской натуре, посчитала бы безумцем. Наконец, он показал пальцем направление.
— Сумка там, — и вытер кровь, потекшую из носа.
Служанка протянула ему платок, но чародей глянул на неё как на заразную больную и отправился туда, куда указал. Крыска почувствовала, как волосы на теле встали дыбом. Ей не нравилась магия, в ней много неизвестного и, честно говоря, пугающего. От мысли, что кто-то может залезть в голову, заставить взлететь или поджечь щелчком пальцев, мурашки бежали по телу.
«Гадский Паук со своим колье. Гадский старик со своими хотелками.»
Выругавшись, она пошла за чародеем в чащу. Они подошли к заброшенному колодцу посреди леса. Его давно забросили, он покрылся мхом и слизью, а запах немногим превосходил вонь разлагающегося тела. От Крыски не укрылось, что чародей задышал реже.
— Я думаю, веревку и фонарь ты с собой не взяла, — он взглянул на неё. Она помотала головой, разводя руками, — отойди-ка, у меня есть идея.
Чародей щелкнул, и на кончиках его пальцев образовались искры, которые он запустил в колодец. Свет потух, не долетев до дна, и мужчина повторил своё действие. Несколько попыток спустя им удалось разглядеть нечто, напоминающее сумку.
Крыска принялась рассматривать стенки колодца, прикидывать, сможет ли спуститься по ним.
— Даже не думай об этом, — он чертовски напугал её, словно прочитав мысли, — не делай такое лицо. Я не читаю твои мысли. Просто заметил, когда ты раздумываешь, у тебя между бровей появляется морщинка, а глаза лихорадочно бегают.
«Любой, кто читает мысли и не хочет, чтобы об этом узнали, сказал бы нечто подобное.»
— Прости, — продолжил он, в этот раз его голос звучал искренне, — я долгое время учился считывать эмоции по лицам людей. Это вошло в привычку. Хотя попадаются крепкие орешки, как ты или Питер. А если говорить о колодце, у тебя ранена нога. Я не рискну ставить под удар твое здоровье… дай мне немного подумать. Жаль, у меня недостаточно сил.
Крыска впервые задумалась, что помимо огня на пальцах не видела иные силы чародея. Он работает умом, корпит над бумагами, не замечая времени, читает в свободное время. Но за колдовством его ни разу застигали.
«Вдруг у него не получилось залечить мою рану?»
До этого ей казалось, отсутствие помощи связано с отсутствием желания, но теперь вырисовывалась иная картина. На одно короткое мгновение девушка испытала сочувствие к нему.
— Я схожу за веревкой, — сказал чародей, — затем спущу тебя по ней и подниму. Не делай такое лицо, — он улыбнулся, — сил у меня хватит. Жди здесь.
«Куда я денусь.»
Крыске не пришлось долго ждать, вскоре чародей вернулся с веревкой, которую девушка намотала вокруг своей талии, затем залезла в колодец. Внутри оказалось хуже, чем она боялась. От запаха болела голова и тошнило, слизкие стенки местами замерзли, и рукам не удавалось зацепиться. К счастью, на ней перчатки, так что не придется вычищать грязь из-под ногтей.
— Всё, — крикнула она, добравшись до сумки.
Та отсырела и начала рассыпаться. Одежда Ширы уже пришла в негодность. Крыска копалась в её испачканных платьях, чулках и белье, без особой брезгливости, но и без сентиментальности. Всё ненужное отправлялось на дно. Наконец ей удалось найти сверток бумаг и кошель, полный денег. Девушка подала знак, чтобы её подняли.
Пока она пыталась отдышаться, чародей рассматривал находку. Дневник, пролежавший между на дне сумки, был в лучшем состоянии, чем её стенки, но всё же пропитался влагой. Он решил не испытывать удачу попыткой открыть его, и завернул бумаги в платок и спрятал за пазухой. Крыска с горечью отметила, что от денег в кошельке проку теперь нет.
«Жаль. Немаленькая сумма.»
— Будет лучше, если ты никому об этом не расскажешь, — велел чародей.
«Это и ослу понятно.»
— Как прикажете, господин.
Глава 29
Вернулись они после ужина. Обратную дорогу чародей освещал пламенем на кончиках пальцев. Крыска шла так далеко от него, сколько её позволяла смелость. Сильно отставать от единственного источника света ей не хотелось.
Мистрис Берта слегла с головной болью, поэтому за старшую осталась Кора. Но и она не позволила коллеге пройти за порог в испачканных сапогах. Туфли ждали её у задней двери, а грязная обувь осталась за ней. Крыску тут же отправили в душ и сообщили о её ненадобности за ужином. Она не возражала. Вот бы ещё разрешили спать раньше лечь.
«Эх, мечтать не вредно.»
Несколько дней спустя хозяин поместья почтил своим присутствием крыло для слуг и сообщил о своём скором отбытии в столицу для прохождения церемонии инаугурации. Это очень важный обряд в жизни каждого чародея, необходимое для овладения полной мощью магии. Слугам поручили подготовить его вещи, в частности, мантию и фамильный перстень, без которых торжество невозможно. Согласно обычаям, господам не предстало путешествовать в одиночку, предшественников чародея всегда сопровождали доверенные слуги. Они носили чемодан, следили за гардеробом, помогали одеваться, в крайнем случае, защищали ценой своей жизни. До сего дня мужчина пренебрегал этой традицией, но с учетом важности события решил отправиться в дорогу с Ларой.
Повисло молчание. Крыска дважды моргнула, не в состоянии подобрать слова. Рот её то открывался, то закрывался. Почему она, а не более опытный коллега? Из тех, кто давно служит и знает, что от него требуется.
«У меня плохое предчувствие.»
Что если это ловушка? Вдруг чародей давно раскусил их план и по прибытии сразу сдаст в полицию? Или хуже – выкинет в яму, где её не найдут? Её плевать на Паука, но за себя Крыска переживала, нет человека, который бы вступился за неё. Дед уж точно палец о палец не ударит.
Наконец, ей удалось сформулировать предложение.
— Вы уверены? Думаю…
— Лара не хотела сомневаться в вашем выборе, — перебил её Кэд. Хоть он и улыбался, Крыска заметила напрягшийся нерв над бровью, — ни в коем случае. Просто, не будет ли лучше, если честь имения будет представлять более опытный слуга? Все-таки доверять заботу о вас служанке, которая и года не проработала…
— Спасибо за беспокойство, Кэд, — дворецкого же на полуслове оборвал чародей, и старик возразить не мог, — но я уверен в Ларе. Она справится. Ведь так?
«Совершенно нет.»
— Сделаю всё от меня зависящее.
После обеда Крыске вручили несколько листов, исписанных мелким аккуратным почерком. Она тяжело вздохнула и напрягла глаза, читая рукопись чародея. От одного этого ей захотелось спать. Согласно списку поручений ей предстояло привести в порядок фамильную мантию, парадный фрак и костюмы, заказать в ателье новые манжеты и воротники, отправить письма, собрать книги, заказать новые в книжном, и так далее. Девушка трижды выругала чародея, Паука, деда за эту работу. Хорошо, что он решил остановиться в гостинице, а не в столичном доме. В противном случае ей бы пришлось уехать за несколько дней до него и подготовить жилье к его прибытию.
Мистрис Берта подсказала, что мантию можно отыскать на чердаке. Её носят лишь по исключительным случаям, поэтому большую часть времени она собирает пыль.
«Может ли колье быть спрятано среди старых вещей?»
Следуя своей догадке, Крыска перерыла старые комоды и едва не задохнулась от пыли. Никаких украшений найти не удалось, зато ей попалась одежда её размера. Рубашки потеряли белизну, брюки порвались в нескольких местах, ткань залежалась и провоняла, но качественная одежда оставалась такой несмотря ни на что. Постирать, зашить, и будет, как новенькое.
«Интересно, на Мышку здесь что-нибудь есть? И на старика?»
Чародей обнаружил её за примеркой сюртука.
— Кажется, оно принадлежало моему дяде или двоюродному деду. Фасон довольно устарел, такое уже не носят.
«Гадство.»
— Мне очень жаль, господин, — Крыска проклинала себя и свою неосмотрительность. Это надо было, вот так попасться.
— Ничего страшного. Здесь много старых вещей, которые никому не нужны. Бери, что считаешь нужным. И найди себе несколько платьев. Приличных и не сильно устаревших. Несколько дневных, парочку для прогулок и, разумеется, вечерние. Нам также нужны будут карнавальные костюмы.
— Нам? — переспросила Крыска. — Простите, но зачем?
— Меня пригласили на бал-маскарад, а ты составишь мне компанию.
«Но зачем?»
Свой вопрос девушка не задала. Она, итак, слишком расслабилась и начала терять хватку. Поэтому уверила чародея, что справится с поручением.
К концу дня, проведенного на чердаке, Крыска была в пыли не меньше, чем старинные наряды, пролежавшие здесь несколько лет. Она наспех обтерлась перед переодеванием в вечернюю форму и обещала себе хорошенько помыться после отбоя.
Спустившись вниз, девушка обнаружила посылку с конвертом на столике около задней двери. Обычно всё, что приходило с почты, попадало в кабинет мастера Кэда. Дворецкий нередко открывал передачки или письма и изымал то, что считал недостойным слуги почтенного дома Глориан. Так, конфискации подверглись сигареты, бутылка эля, карточки с обнаженными женщинами и чулки, слишком вургальные на его взгляд. Мара тогда пожаловалась мистрис Берте. Домоправительница встала на сторону служанки, обязав носить их лишь по выходным и с длинными юбками. Другим повезло меньше.
— Откуда это здесь? — спросила мистрис Берта. — Лара, ты принесла?
— Нет.
В конверте находилась открытка от Ренаты Паради с запоздалым поздравлением с днем рождения.
«Точно. Ведь празднование сорвалось из-за тела в лесу.»
— Вот оно что, — сказала домоправительница, — положив открытку к подарку, — тогда я отнесу его в кабинет мастера Кэда, а ты помоги накрывать на стол.
Мара уставила на Крыску свои голубые глаза, переминаясь с ногу на ногу и стуча каблуками. Мистрис Клаус раздраженно рявкнула, чтобы она не топталась на месте и быстрее шла в столовую. Ей ничего не оставалось, как с понурой головой покинуть крыло для слуг и поджидать коллегу в проходе, где никто из старших слуг их не застукает.
— Что это было? — изнывала она от любопытства. Они зашагали нога в ногу.
— Подарок на день рождения чародея от его кузины.
— Ээ, — жалобно протянула девушка, — я не знала, что сегодня была почта. Письмо бы передала. Почему никто не предупредил? — Мара обратилась к другим слугам, которые молча выполняли свою работу. — О сегодняшней почте.
Те недоуменно глянули на неё, но ничего не ответили.
— Рассказывай потом вам, — пробурчала Мара, накрывая стол.
Во время ужина Крыска изо всех сил держалась, чтобы не зевнуть. Казалось, время тянется бесконечно. Она заметила, как блеснули глаза Мары, стоило ей уловить глубокий аромат вина. Запах пряностей и древесины разлетелся по столовой, когда дворецкий наполнил бокал господина.
— Что это? — чародей глянул на багровый напиток. В его руках при этом был стакан воды.
Действительно, Крыска не помнила такого напитка. Обычно чародей ограничивался водой или чаем, а в редкие случаи распития вина за ужином предпочитал сладкое.
— Господин, — сказал Кэд, уже успевший наполнить бокал, — госпожа Паради прислала его вам в качестве подарка на прошедший день рождения. Я подумал, будет уместно, если вы распробуете богатый аромат…
— Я сегодня не в настроении для вина. Отложи на другой раз.
— Но, господин, простите, если забываюсь, но это подарок на ваш день рождения. Невежливо пренебрегать им.
Чародей принялся оглядываться по сторонам.
— Что-то не вижу здесь Ренату. А ты? — в его голосе послышалась ирония.
Крыска сжала губы, чтобы не рассмеяться. Впервые он показался ей не препятствием на пути к деньгам, а человеком, способным на шутки. Хоть и не самые смешные.
— Г-господин? — недоуменно спросил дворецкий. Лицо его окрасилось красным, на лбу проступил пот, а в глазах была паника.
— Прости, Кэд, — чародей виновато улыбнулся, — день был долгим, я утомился. Я отойду ко сну раньше. Ты тоже отдохни, выглядишь уставшим.
Поблагодарив слуг, мужчина отправился к себе, дворецкий последовал за ним, а слуги принялись убирать со стола. Воспользовавшись подвернувшейся возможностью, Мара сделала глоток и довольно протянула:
— Как же вкусно.
Бред отобрал у неё бокал и осушил его. Он тоже оценил его и даже полез за добавкой. Коре это не понравилось, она возмущенно воскликнула:
— Так нельзя. Если мастер Кэд или мистрис Мерта узнают, вас могут наказать.
— Но они не узнают, — Бред протянул ей бокал, — попробуй.
— Нет, — твердо сказала девушка, — и вам не стоит пить вино господина. Это может плохо кончиться.
Закончив с уборкой, слуги вернулись в крыло для слуг, где вместо ужина их ждал беспорядок.
«Гадство.»
Кто-то из помощников кухарки напортачил с ужином, и их ждала кастрюля с каким-то безобразным пюре, которое, к тому же, воняло хуже говна.
— Что это такое? — Нира зажала ноздри, — пахнет как… уличный клозет.
— Что такое клозет? — Крыска решила убедиться в своих догадках.
— Туалет, — подтвердила их Мара.
Мистрис Клаус вспомнила о старом супе в холодной кладовой. Он слегка прокис, но всё же был лучше, чем пюре. Его разогрели и, пусть с опозданием, но слуги расселись за длинным столом для ужина. Вопреки обычному, мастера Кэда во главе не оказалось. Мистрис Берта сообщила о его плохом самочувствии и небольшом отдыхе.
«Наверно сидит у себя в кабинете и осмысливает шутку чародея.»
Мара тоже выглядела нехорошо. Её лицо раскраснелось и слегка опухло, а на темном платье проявились мокрые пятна в районе подмышек. Иногда пот проступал в дневной форме, особенно в жаркую погоду, но никогда не в темной. Кора приложила руку ко лбу коллеги.
— У тебя жар. Как ты себя чувствуешь?
— Все нормально, — отмахнулась Мара, — здесь просто жарко.
— Вовсе нет… Ой!
Кора воскликнула от неожиданности, когда Бреда стошнило прямо в тарелку супа. Сидевший рядом Джед отшатнулся, но его лице отразилось множество эмоций, самой яркой из которых была брезгливость. Слуга попытался извиниться, но вместо слов исторг ещё больше рвоты. Он выглядел так же, как и Мара… и мастер Кэд в столовой.
«Какая же я дура.»
Крыска почувствовала, как волосы на теле встают дыбом. Она побежала в кабинет дворецкого и выбила дверь, оказавшуюся запертой. Старик лежал на полу. Его стошнило на себя, и не только. Последовавшие за ней мистрис Берта и Нира закрыли носы.
— Пошлите за доктором, — скомандовала Крыска, — их отравили.
Глава 30
«Чародей.»
Крыска поднималась на третий этаж с тенью надежды, что с ним всё в порядке. Не из-за личных побуждений, а ради работы — в противном случае ей колье не видать. В наследство вступит Рената Паради, которая спустит его на благотворительность. Текущий работодатель более предпочтителен.
— Лара, — сонно пробормотал чародей, открыв дверь. Его светлые волосы растрепались, а на подбородке засохла слюна, — что случилось? Ещё вроде не …
— Как вы себя чувствуете? — Крыска не дослушала его, потянулась и приложила ладонь к его лбу. Это разбудило мужчину окончательно. Он удивленно моргнул и отступил.
— Хорошо. Спасибо, что спросила, — его щеки слегка разрумянились, но жара девушка не почувствовала. Да и выглядел он здоровым.
— У вас нет тошноты или поноса?
— Нет, — раскраснелся он, — что-то случилось?
— Мастера Кэда, Мару и Бреда отравили. Мистрис Берта вызвала доктора и велела проведать вас.
«Ну или не велела. Он всё равно не станет уточнять.»
Чародей вернул самообладание и накинул на себя халат. Только тогда Крыска заметила, что из одежды на нём лишь пижамные штаны и тапочки. Они поспешили в крыло для слуг, и ей с трудом удавалось не отставать от него. Длина ног и шага, а также обувь давали о себе знать.
На ходу мужчина пригладил свои волосы и протер глаза, чтобы от его заспанного вида не осталось и следа. Перед слугами он предстал во всём чародейском великолепии.
— Что здесь стряслось? — прозвучал его властный голос, взгляд пробежался по перепуганным лицам домашнего персонала.
— Господин, вам лучше вернуться к себе, — мистрис Берта возникла рядом с ним. Её строгий пучок растрепался, темные пряди торчали из сетки для волос.
— Мне лучше узнать, что здесь произошло, — проговорил он холодно. Ни следа от былой любезности.
Домоправительница не нашлась с ответом, слова словно застряли в горле. Её еще не доводилось видеть работодателя в таком состоянии. Вместо неё ответила Крыска.
— Мы сели за стол, и Бреду с Марой стало плохо. У них покраснело лицо, также был жар, потом начались тошнота и понос. Мастер Кэд, когда его обнаружили, уже был без сознания.
— Ты уверена, что это яд? Вдруг, они заболели, — чародей прошел в кабинет дворецкого, где находились мистрис Клаус и Тед. Крыске не понравился запах в помещении, когда они вошли туда, но она не спешила закрывать нос.
— Не уверена, — призналась девушка, — но будь это болезнь, она бы коснулась нас всех, в первую очередь, горожан. Но никакие известия до нас не доходили.
— Ты права, — он склонился над стариком и пригладил редеющие волосы. Дворецкий приоткрыл глаза, что-то простонал и тут же закрыл обратно, — поправляйся, Кэд. Рано тебе умирать, — его голос снова переменился. Теперь в нем было сожаление, — остальные?
— В моем кабинете, — ответила мистрис Берта, стоящая у двери, — с ними остальные слуги. Помощники мистрис Клаус… убирают беспорядок на кухне. За доктором уже послали.
— Понятно… — чародей протер переносицу, — до прибытия доктора нам нужно сохранить их жизни. Кэд потерял много жидкости. Ему нужна теплая вода. Следите, чтобы пил маленькими глотками. Если придет в себя, дайте ему сорбент. Если нет, то обеспечьте полный покой, — велел он слугам прежде, чем покинуть кабинет дворецкого.
Что объединяет старого дворецкого и двух молодых слуг? Еда и питье у персонала общие, укради Кэд что-то из кладовой — вряд ли стал бы делиться с Бредом и Марой. Так же, как и они. У Крыски возникло предположение.
— Мистрис Берта, мастер Кэд дегустировал вино перед ужином?
— Да, как и всегда.
Крыска мало чем могла помочь дворецкому, трое слуг прекрасно справлялись без неё. «Хочешь помочь, не лезь под руку», — вспомнился старый совет деда. Поэтому она решила применить свои силы в другом месте и отправилась на поиски. Найти искомое не составило особого труда. Крысиный яд, самый рядовой, в самой непримечательной упаковке — бежевой картонной коробке с изображением мертвого грызуна. Понятнее некуда. Такие продаются в каждом магазине, отпускаются пачками на руки. Белый порошок, который насыпают по углам и рядом с щелями. Смертельная отрава, которую можно использовать не только для избавления от вредителей.
«Крысиный яд в руках к Крыски.»
Девушка посмеялась над иронией. Ещё смешнее было бы, отравись она им.
Упаковка вскрыта, а порошка осталось около половины. На полке, где она стояла, ни пыли, ни лоскута ткани или локона, ничего указывающего на личность отравителя. Кто угодно мог зайти и отсыпать отраву.
Послышались тяжелые шаги, затем скрипнула дверь. Высокая фигура появилась в дверном проеме.
— Что ты нашла? — спросил чародей.
— Почему вы так в этом уверены? Вдруг я, наоборот, что-то прячу, — усмехнулась Крыска прежде, чем понять осечку, — простите, господин, я забылась.
— В грязной кладовой? Говори свою догадку, — её извинения проигнорировали, слова чародея имели приказной тон.
«Раскомандовался гад.»
— Крысиный яд. Думаю, его подсыпали вам в вино, — призналась девушка и показала ему вскрытую упаковку.
— Почему? — чародей сложил руки на груди.
— При отравлении им сначала крутит желудок. Обычно это списывают на несварение или нервы. Затем жар и повышенная потливость, потом жертву выворачивает. Если яды употреблено немного, то можно выкарабкаться. Если нет — здравствуй, ящик и сырая земля.
Чародей ухмыльнулся.
— Какие обширные у тебя знания. Изучала медицину?
— Нет, — очередная осечка, узнав о которой, дед не обрадуется. Крыска отвесила себе мысленную оплеуху. Не так ей полагается вести себя, не так её воспитали. На Дне каждая вторая мужеубийца использует крысиный яд. А много лет назад один мужик начал массово травить своих недругов. Да так, что вмешались сеттеры и попортили жизнь Крысу. Поэтому старик не любит неизвестных ему убийц на своей территории. На бытовуху в виде пьяных ссор или семейных разборок, всем плевать. Однако если убийцей заинтересуются люди с другой стороны моста, то со спокойной жизнью можно распрощаться, — прочитала как-то в книге.
Чародей как будто ей поверил.
— Почему вино?
Крыске не по душе стукачество, но в данной ситуации иного пути нет:
— Мастер Кэд пробует каждый напиток, подаваемый вам. Чтобы удостовериться в его качестве, разумеется. Он не глотает, а выплёвывает, распробовав вкус. Как оказалось, достаточно этого. После того, как вы удалились ко сну, а мы начали убирать со стола, Мара и Бред пригубили вино из бокала.
— Вино прислала Рената… — произнес чародей и замолчал. Осмыслял покушение на свою жизнь или вероятность того, что отравителем была родная кровь?
Его раздумья прервал вопль, истошный, полный боли и отчаяния. Так не кричат просто так, повторить такой невозможно. Крыска закрыла глаза, понимая его причину.
— Пойдем, — сказал чародей серьезно, и служанка последовала за ним.
