Читать книгу: «Бурый. Логово зверя»

Глава 1

Последние события слились в моей голове в какой-то неимоверный калейдоскоп, и я уже на полном серьезе начал сомневаться, где реальность, а где просто шутки особо могущественных сущностей. Так что я встряхнул тщедушное тельце в своих руках посильнее и спросил еще раз:

– Где я? Отвечай! Только без шуток!

– Да какие шутки? – Голос парня сорвался на жалобный всхлип. Чувствовалось, что ему очень страшно, еще чуть-чуть – и он вовсе может разрыдаться. – Вы в морге! В Центральном императорском судебно-медицинском морге.

Я моргнул. Затем покрутил головой и моргнул еще несколько раз. Ничего не изменилось. Стоило бы, наверное, еще и ущипнуть себя, но я уже и так понял, что обстановка вокруг более чем реальна. Морг, значит? Ну Катон, божество ты недоделанное!.. Будет возможность, я тебе обязательно припомню такую подставу!

– А разве в морг помещают живых людей? – осведомился я у парня, который уже начинал тихонько похрипывать. – Или в последнее время порядки изменились?

– Милостивый государь! – зашептал мой пленник, которому, видимо, стало совсем неудобно говорить. – Никто ж не знал, что вы живой. Произошла чудовищная ошибка, по всей видимости! Но те господа, которые вас привезли, они говорили, что вы совершили подвиг и после бала Император лично отдаст распоряжения по вашему захоронению.

М-да уж! А я, оказывается, теперь важная персона! Так-то я планов на погребение особых не строил, но знать, что им будет заниматься сам Император, несомненно приятно. Хотя хотелось бы приятностей по другому, так сказать, более живому поводу. Впрочем, думаю, что и погордиться собой можно будет тоже чутка попозже. Скажем, после того как я из этого холодильника выберусь.

Между прочим, морг оказался и впрямь не самым теплым местом, а учитывая тот факт, что из одежды на мне только нижнее белье, так и вовсе прохладным.

Я отпустил парня, и он буквально рухнул на пол, судорожно растирая шею и широко открывая рот, как будто хотел надышаться с запасом. С другой стороны, удушье – не самое приятное состояние, так что в чем-то я его даже понимаю.

– Так, дружище… – Я присел на корточки рядом с работником морга. – Давай попробуем начать наше знакомство с самого начала. Во-первых, я живой. Может быть, конечно, когда меня привезли сюда, я и выглядел как мертвяк, но сейчас я абсолютно живой человек. Даже теплый местами, хотя в вашем холодильнике это весьма проблематично.

– Аг-г-га! – закивал парень, и казалось, что его голова сейчас оторвется от шеи. – Живой! Я все понял!

– Ну вот видишь, как хорошо, – хлопнул я парня по плечу. – Давай знакомиться! Меня вот Михаилом зовут, а тебя как?

– Ф-ф-фомич, – снова начал заикаться парень. – Вернее, Прохор Фомич, но все просто Фомич называют. Говорят, что так смешнее.

Интересная формулировка. Но, видимо, пацану так и впрямь удобнее. Хотя, скорее всего, я не первый, кто трясет его за худую шейку. Он же, болезный, даже сопротивляться не попытался, а значит, привык к постоянным издевательствам.

– Не надо привыкать к тому, что другим вокруг тебя весело, – я еще раз хлопнул парня по плечу. – Расскажи-ка мне лучше, как я сюда попал. Только в подробностях.

– Да я не знаю никаких подробностей, – промямлил Прохор. – Императорский поезд, в котором в столицу ехала любимая племянница Императора, подвергся нападению. Никто не знает точно, что там произошло, запрещено даже обсуждать эту тему, но по слухам, один из сопровождавших спас всех ценой своей жизни.

– Меня признали мертвым? – удивился я.

– У вас не прощупывался пульс, не билось сердце, и три лекаря по очереди признали вас мертвым вследствие полного истощения из-за неизвестного магического вмешательства, – зачастил Прохор. – Но зато я слышал, что вас обещали похоронить на Аллее Героев, прямо рядом с дворцом Императора. Это же такая честь, представляете? Не всех генералов там хоронят.

– Круто! – искренне выдохнул я. – Практически горжусь собой, но я все-таки против похорон. Даже на Аллее Героев. Ну или просто можно похоронить меня попозже.

– Но так распоряжение Императора… – попытался высказать мне что-то Прохор, но затем поймал мой взгляд и осекся.

– Ты предлагаешь мне все-таки умереть, чтобы Император не расстроился? – Я скептически поднял бровь, глядя на санитара.

– Нет, нет, вы не так меня поняли, – перепугался Прохор. – Надо сообщить руководству, что вы живой. И императору… Наверное…

– Это правильно, – усмехнулся я. – Думаю, что именно этим я сейчас и займусь. Одежда есть какая-нибудь?

– Ну так это… – замялся Прохор. – Здесь же морг. Здесь только покойницкое имеется. Ну я имею в виду то, в чем мертвых привозят.

– Думаю, что взаймы взять можно, – кивнул я. – Голышом к Императору в гости точно не ходят.

– К Имп-ператору? – Санитар опять начал заикаться. – В-вы уверены?

– Одежда, – прорычал я, и только после этого Прохор начал наконец шевелиться.

Незнакомый город, чужая одежда, вдобавок еще и статус мертвеца. Прекрасный набор для того, чтобы начать жить заново. Признаюсь честно, такая мысль мелькнула у меня в голове. Свалить куда-нибудь подальше – и трава не расти. Думаю, что с моими способностями я вполне мог бы организовать себе достойное существование и даже не переживать на тему «что кушать завтра?».

Впрочем, мысль мелькнула и тут же пропала. После показанных мне Катоном пейзажей я бы никак не смог допустить что-то подобное. Если уж меня закинули в этот мир, то, значит, придется думать о его существовании.

Другой вопрос, что надо как-то доказать миру свою полезность. Столица наводнена военными и полицейскими патрулями, об этом нам как-то рассказывали на занятиях, так что путь ко дворцу может закончиться, так и не начавшись.

Хорошо еще, что у меня не было проблем с ориентацией на местности, – громадина императорского дворца была слишком внушительной, чтобы я умудрился ошибиться с направлением своего движения.

Ночные улицы оказались достаточно пустынны, так что я не сильно опасался встречи с какими-нибудь подвыпившими гуляками. А вот патрулей и впрямь оказалось приличное количество. Первые два я пропустил, спрятавшись в ближайших подворотнях, а вот когда прятался от третьего, то понял, что я не один такой умный.

Что-то острое кольнуло мне в спину, а в ухо дыхнули смрадом давно не чищенных зубов:

– А что это за красивый дяденька у нас по темным углам шарится? Хочет поделиться с нами монетками?

Я вздохнул и понял, что тихий путь ко дворцу закончился. Вряд ли эти господа адекватно отреагируют на мою тихую просьбу свалить в туман и не мешать мне заниматься своими делами. Чья-то наглая рука поползла по боку в поисках кармана, а я уже мысленно сожалел об одежке, доставшейся мне с чужого плеча. Превращение в медведя не оставит ей никакого шанса.

Крик ужаса оборвался от удара лапой по челюсти. Вряд ли дантисты смогут собрать ее обратно, но в любом случае орать этот бродяга сможет еще нескоро. Судя по тому, что я увидел, развернувшись, – просто троица полупьяных мужиков, невесть с чего возомнивших себя крутыми разбойниками и совершенно случайно наткнувшихся на меня в плохом настроении.

– Не подходи! – истерично орал один из этих грабителей, размахивая какой-то зубочисткой и постоянно кося взглядом в сторону товарища, который как раз сползал вниз по стене после короткого, но очень бодрого полета.

Третий из этой компании вообще не орал. Он тупо смотрел то на меня, то на своих подельников и непрестанно икал, не в силах вымолвить хотя бы слово.

– Не подходи! Порежу! – продолжал надрываться парень с ножом, а мой звериный слух уловил топот ног, приближавшийся в нашу сторону. Патруль!

Я выругался, но из пасти, естественно, вылетело только невнятное рычание.

– Уйди, зверюга!

Я прыгнул, потому что понял, что иначе этот визг остановить невозможно. Патруль вбежал в подворотню лишь для того, чтобы увидеть, как под моими ударами падают еще двое налетчиков. Они явно не ожидали встретить огромного медведя, тем более они не знали, что у этого животного немножко больше интеллекта, чем у простого хищника.

Я бросился на патруль, не дав им возможности оценить обстановку и понять, как правильно действовать, и судя по тому, что они даже не успели поднять оружие в мою сторону, у меня все получилось.

Я снес сразу двоих массой туши, как будто при игре в регби, а затем от души рыкнул на третьего. Если бы зверь умел смеяться, то я бы сейчас расхохотался во всю глотку. Ощущение силы пьянило, постепенно затуманивая разум, но я не собирался брать эмоции под контроль.

Я живой! Живой, несмотря на то что меня уже хоронить собрались! Живой, и я еще потрясу этот мир!

Не обращая внимания на патруль, я рванулся в сторону дворца, чувствуя, как могучие мышцы послушно гонят вперед мощное тело. Как ни странно, но по дороге патрули мне больше не встретились, и я с трудом заставил себя перекинуться обратно в человеческое обличье буквально за пару сотен шагов от въездных ворот. Одежда моя от подобных манипуляций превратилась в абсолютно ужасные лохмотья, так что мне пришлось даже банально украсть рубаху, сушившуюся возле одного из домов. Некрасиво, конечно, но я успокоил себя тем, что обязательно верну одежду при первой же возможности.

Вблизи громада из белого камня, залитая светом многочисленных фонарей, смотрелась еще внушительнее, чем я мог предположить. У центрального входа – целый почетный караул, в парадной форме с аксельбантами, алебардами и в блестящих кирасах.

Вдалеке у крыльца виднелось скопление карет самых разных форм и расцветок – явный признак, что внутри сейчас происходит какое-то масштабное событие.

– Стоять! Кто такой?!

Стража ощерилась лезвиями алебард, вызвав у меня лишь снисходительную улыбку.

– Верный слуга Императора Малеев! Срочное дело государственной важности! Мне необходимо поговорить с полковником Берком или советником Трегубовым!

В ответ раздался хохот. Судя по тому, что стражники опустили к земле алебарды и короткие полуавтоматические карабины, меня приняли за деревенского дурачка, который случайно попал на праздник жизни.

– Смешной чудик! – показал на меня пальцем один из караульных. – Оборванец с помойки требует позвать к нему героев Империи.

И обращаясь ко мне, добавил:

– Может быть, Императора до кучи позвать? Или его племянницу графиню Викторию?

– Такими темпами он с Богом говорить начнет, – рассмеялся еще один стражник. – И как только подобных юродивых из больниц выпускают.

– С Богом я уже беседовал, – ехидным тоном прокомментировал я реплики стражников. – И он советовал мне не обращать внимания на шутки тупоголовых охранников. Я кому сказал, позовите Берка или Трегубова!

Ответом мне послужил очередной взрыв хохота, после чего кто-то приказным тоном добавил:

– Так, повеселились и хватит! Вяжите его и отнесите к караулке. Смена придет, там и решим, куда этого убого пристроить.

– Вы издеваетесь или по жизни тупые? – не выдержал я. – А вам не приходит в голову, откуда юродивый может знать такие уважаемые фамилии? Немедленно позовите Берка или Трегубова!

– Ты еще и командовать вздумал? – От толпы стражников, повинуясь чьему-то приказу, отделились два крепких мужика и направились в мою сторону с явно недобрыми намерениями. – Полежишь, отдохнешь, а там уже начальство решит, что с тобой делать.

Больше слушать этот бред у меня уже не было ни сил, ни желания. Я перехватил протянутую ко мне руку, а затем мягко подшагнул под нее и от души зарядил под дых здоровяку. Тот хекнул и начал отчаянно хватать ртом воздух, пытаясь вздохнуть, но я уже не обращал на него никакого внимания. Бросившись к другому охраннику, я перехватил за ствол карабин и, держась за ствол, подтащил к себе хозяина оружия. Удар лбом в лицо всегда страшен, а если еще и подсечкой дополняется, так попросту выводит оппонента из строя!

– Стража, к бою! – раздалась запоздалая команда, но я уже вошел в боевой раж и перестал оглядываться на сантименты. Мне было надо во дворец!

Тело опять наполнилось восторгом от ощущения силы, а пара десятков человек стали всего лишь кеглями для игры, не заслуживающими большого внимания. Я несся к парадному входу огромными прыжками и даже не сразу понял, что за удар заставил мою тушу покатиться кубарем по земле. Блин, эти юмористы обиделись и начали стрелять мне вслед. Так я могу и в решето превратиться.

Судя по ощущениям, ранение оказалось серьезнее, чем казалось изначально, так что я плюнул на все и перестал заботиться о деликатности. Кто-то успел закрыть высокие золотистые двери буквально перед моим носом, так что я без всяких церемоний просто снес их с петель вместе с косяком. Судя по стонам, несколько человек не успели убежать и оказались погребены под створками, но я не стал задерживаться для сочувствий. Залитый светом огромный холл был лишь прихожей, и в другом его конце слышались звуки музыки и сотен голосов. Туда мне и надо, тем более что погоня уже практически дышала в спину.

Никогда не был на балах, но что-то подсказывало, что появляться там в зверином обличье не лучшая затея. Я уже почти добежал до входа в зал, полный мужчин в строгих костюмах и парадных мундирах в сопровождении женщин в пышных и местами даже роскошных платьях. В центре зала я заметил возвышение, заваленное цветами, на вершине которого стоял портрет в траурной рамке.

Блин. От неожиданности я споткнулся и резко свернул в сторону, увидев, что из зала навстречу мне выбегают люди с весьма недвусмысленными намерениями. Лестница наверх показалась мне прекрасным вариантом для того, чтобы спрятаться. Пара пролетов ступенек, длинный коридор, в котором царил такой спасительный полумрак. Я обернулся в человеческий облик и помчался вдоль дверей, ища место, где можно спрятаться от погони.

Четвертая по счету дверь оказалась не заперта, и я ввалился в комнату, моля провидение, чтобы внутри не оказалось людей. Шума, наверное, и так достаточно. Сейчас меня могут пришибить, просто увидев, и мне не удастся миру сообщить о своем счастливом воскрешении. А так есть вероятность, что кто-нибудь додумается опросить стражу у ворот, которая, может быть, сообщит о моем интересе к Берку или Трегубову. А потом, может быть, об этом сообщат тем, кого я ищу, а у них, может быть, хватит интеллекта сообразить, кто их ищет…

Я горько вздохнул. Слишком много «может быть», и порваться эта цепочка может абсолютно в любом месте, так что все по итогу как обычно. Спасение утопающих дело рук самих утопающих.

Шариться в темноте по чужим покоям оказалось ужасно неудобно, но я по крайней мере больше не разгуливал с голым задом. Одевшись, я прислушался, но почему-то звуков погони не было слышно. Неужели они действительно меня потеряли? В любом случае, сидя в темной комнате, особо много я не навоюю. Мне надо найти Берка или Трегубова.

Постояв несколько минут возле двери и не услышав ничего подозрительного, я аккуратно открыл дверь и вышел в коридор.

– Ну я же говорил вам! – услышал я довольный голос, прежде чем глаза успели привыкнуть к свету.

– Твою ж такую дивизию, – только и успел выдохнуть я, прежде чем разглядел троицу молодых людей, стоявших в нескольких шагах от меня.

Меня явно ждали, и явно не простые стражники, наподобие тех, с которыми я столкнулся возле ворот. Троица была облачена в одинаковую черную форму, и от них явно веяло магией. Одаренные из Имперской службы безопасности. Я уже и забыть успел о существовании этих молодчиков.

– Стой на месте, придурок! – рявкнул невысокий крепыш с абсолютно рыжей головой и какими-то излишне дергаными движениями. – Слушай наши команды, и тогда, возможно, ты останешься жив.

– Даже не пытайся оборачиваться в зверя, – предупредил меня его спутник, поднимая на уровень груди ладони, вокруг которых крутились искры.

– Мне нужно поговорить с советником Трегубовым, – предпринял я очередную попытку объясниться. – Или с полковником Берком.

Однако разговаривать со мной все равно не собирались. Третьим безопасником оказалась девушка, которая скользнула мне в ноги неестественно быстрым, смазанным движением. Если бы не месяцы тренировок в Школе, то я наверняка бы пропустил удар под колени, а дальше добить меня было бы делом техники.

Я ушел от подсечки отработанным до автоматизма движением, а затем подхватил девушку под локоть и использовал ее же инерцию, чтобы толкнуть ее в сторону парней. Вреда мой толчок не принес, но я по крайней мере сбил уже готовые заклинания.

Проблема в том, что не знал, чем следует ответить. Я не умел пользоваться силой и не хотел оборачиваться в зверя. Мне казалось, что убивать сотрудников Имперской безопасности не следует, но и как вразумить их, я не понимал тем более.

Драка разгоралась все сильнее. Рыжий крепыш кидал в меня какие-то воздушные кулаки. Девушка атаковала с ножом, а я вертелся как уж на сковородке, пытаясь никого не убить и не убиться сам.

Продолжаться вечно это не могло, мои силы стремительно таяли. Нож девушки все-таки оставил борозду на моем плече, а брошенный воздушный кулак сбил дыхание.

– Хватит!

Никогда не думал, что обрадуюсь, услышав это голос.

Позади троицы безопасников стояла невысокая девушка в вычурном и явно непривычном ей платье. Все трое противников мгновенно отступили на шаг, как будто марионетки, которых одновременно дернули за ниточки.

– А вы не торопились, Виктория Николаевна! – усмехнулся я.

Глава 2

– А я смотрю, Виктория Николаевна, что вы совсем не торопились!

Девушка замерла, глядя на меня неверящими глазами, а затем вдруг всхлипнула и бросилась ко мне.

– Осторожнее, ваша светлость! – воскликнул один из безопасников, а второй бросился наперерез Вике, пытаясь помешать ей приблизиться ко мне, но племянница Императора сделала короткое движение рукой, отчего силовиков буквально отбросило от нас на несколько метров.

Девушка бросилась мне на шею и уткнулась лицом в грудь.

Если честно, я от такого бурного проявления чувств оказался немножко в шоке. Может быть, я опять в какой-то параллельный мир попал? Так-то я за Викторией не замечал особенной чувствительности, тем более по отношению ко мне.

– Миша, ты живой? – как-то особенно нежно произнесла Вика, подняв на меня глаза, и я увидел, что она действительно плачет. Тушь потекла, превратившись в две черные дорожки, по щекам, а тщательно уложенная прическа требовала помощи стилиста. – Миша, скажи что-нибудь! Это правда ты?

– Ну как бы да, – я аккуратно поставил девушку на пол. – Ваша светлость, я тут, кхм, не совсем прилично одет. Может быть, не будем смущать почтенную публику?

Вокруг нас и впрямь начинали собираться люди, как видно, привлеченные шумом. Я оглянулся по сторонам и понял, что не готов к такому настойчивому вниманию.

– Ваше высочество! – К нам подскочил один из безопасников, точнее сказать, тот самый, который сверкал замечательной лысиной. – Ваше высочество! Позвольте буквально секундочку вашего времени.

Судя по всему, как только Виктория отойдет от меня, коллеги этого лысого планируют закатать меня под плинтус. Я буквально физически ощущал, как они наливаются силой для того, чтобы использовать против меня свои способности.

– Руки убери! – звонко отчеканила племянница Императора, и чувствовалось, что в ее жилах течет и капелька императорской крови. – Это Малеев, герой Империи. Если вы еще хотя бы посмотрите в его сторону, то я лично оторву голову каждому из вас.

– Ваше высочество… – Сквозь толпу любопытных, которая становилась больше с каждой минутой, протиснулся какой-то офицер в форме имперской безопасности. – Этот человек – оборотень! Он расшвырял всю охрану и проник во дворец, как преступник!

– Может быть, вам просто пора заняться подготовкой своих подчиненных? – услышал я знакомый голос и обернулся. За моей спиной стоял полковник Берк собственной персоной, из-за плеча которого выглядывал улыбающийся во все тридцать два зуба Стрелкин. – Хотя, с другой стороны, может быть, ваши парни и не виноваты. Просто признайте, что в моей Школе готовят настоящих профессионалов, которые всегда точно знают, куда им надо.

– Преступников! – побагровел офицер. – Неучей, не имеющих представления о правилах и дворцовом этикете! Ваш профессионал одет как последний босяк, причем не удивлюсь, если вещи на нем краденые.

– А они краденые, – кивнул я. – Но если вы продолжите говорить в таком тоне, то я оденусь в ваши!

– Что здесь происходит? – раздался еще один голос, и я понял, что мы своим гвалтом привлекли самого влиятельного человека в Империи. Догадаться об этом было совсем несложно, особенно учитывая, что все вокруг одновременно замолчали и склонились в поклонах разной степени глубины. Меня же только что назвали неучем, так что я просто продолжал стоять и смотреть на лицо человека, которого до этого видел только на портретах.

Император Максим Четвертый!

– Дядюшка, – негромко сказала Виктория, взяв при этом меня за руку. – Ты не поверишь, но произошло чудо. Это Михаил Малеев, про которого я так много тебе рассказывала. Оказывается, он жив!

– Даже так? – Император посмотрел на меня, и кажется, в его глазах зажглись искорки смеха. – А мне докладывали, что его тело находится в морге. Молодой человек, вы что, сбежали оттуда?

– Там было немного холодно, Максим Александрович, – улыбнулся я. – А здесь я надеялся найти своих друзей и немного согреться.

– Ваше Императорское Величество, – прошептал Берк за моей спиной, но государь жестом остановил полковника.

– Все в порядке, полковник! – сказал Император. – Я дарую этому юноше право обращаться ко мне по имени-отчеству!

Он произнес это громко, как будто продекламировал, и по поднявшемуся вокруг меня шуму я понял, что только что удостоился какой-то огромной привилегии.

– Кланяйся, дурак, – раздался за спиной очередной шепот Берка, но я абсолютно не представлял, как это сделать правильно.

– Прошу простить мне мое невежество, Ваше Императорское Величество, – громко сказал я, прижав к груди свободную руку (вторую по-прежнему крепко держала племянница Императора). – Я благодарен вам за доброту и награду! Клянусь вам, что буду и впредь верным слугой Вам и Отечеству!

– Прекрасные слова. – Император наклонил голову. – Я думаю, что нам с вами надо обязательно пообщаться еще раз. В более спокойной обстановке и…

Он оглядел меня снизу вверх и по-доброму усмехнулся.

– Ну и, может быть, у вас к тому времени хотя бы штаны по размеру найдутся!

Окружающие, как по команде, разразились громким смехом, а Император хлопнул в ладоши и провозгласил:

– Господа, у нас праздник, так что давайте продолжим его! Тем более что у нас появился еще один повод для торжества!

Слова Императора многие восприняли как руководство к действию, и часть окружавших нас людей начала расходиться, как видно, направляясь в сторону бального зала.

– Полковник Берк, – Максим Четвертый благосклонно посмотрел на моего начальника. – Думаю, что вам есть о чем поговорить с вашим подчиненным. Помогите ему привести себя в порядок, и если у вас останутся силы, то возвращайтесь на праздник. Но говорю сразу, что если господин Малеев нуждается в отдыхе, то мы можем пообщаться с ним и завтра.

– Я помогу! – вскинулась было Виктория, но Император отрицательно помотал головой.

– Это исключено, Виктория Николаевна! Я понимаю, что господин Малеев дорог вам, но уверен, что вы, в отличие от него, прекрасно знакомы с нормами этикета.

Император говорил негромко, но в этот момент я понял, как сильно мне повезло. В голосе Максима Четвертого звучали стальные нотки, не предполагавшие и намека на непослушание.

– Вы пойдете в зал, Виктория Николаевна, и дождетесь вашего друга там! Или увидитесь с ним завтра! – продолжил говорить Император, и я видел, что с каждым следующим словом воли к сопротивлению у девушки становится все меньше. – Рад был с вами познакомиться, господин Малеев, – повернулся ко мне Император, и теперь в его тоне теплоты оказалось гораздо меньше. – И очень рад, что вы оказались живы!

Я пролепетал что-то вроде «Благодарю», но глава государства уже повернулся ко мне спиной и неторопливо направился в сторону лестницы. Я молча смотрел ему вслед, пытаясь понять, что именно сейчас произошло. Судя по суетящимся неподалеку безопасникам, они также не очень понимали, как именно им следует сейчас себя вести. Ну хоть нападать не собираются, уже достижение.

– Миша! Живой! – Стрелкин обхватил меня сзади и попытался приподнять над полом. – А я уже даже выпить успел по поводу твоей смерти. Это точно ты, а не перевертыш?

– Вы думаете, Стрелкин, что перевертыш немедленно вам признается? – усмехнулся Берк, подходя ближе и протягивая мне руку. – Тем более что на территории дворца способности перевертышей не действуют.

– По идее, способности оборотней здесь тоже должны блокироваться. – Я увидел еще одно знакомое лицо. – Но судя по всему, Малеев был рожден для того, чтобы нарушать любые правила.

С широкой улыбкой на лице к нам подходил советник Трегубов.

– Давайте пройдем в гостевые покои, где господин Малеев сможет спокойно привести себя в порядок, – сказал он, не обратив внимания на мою попытку поклона.

– Но я… – Слушать меня почему-то никто не собирался. Крепкая рука Берка цепко ухватила меня за локоть, а затем потащила куда-то вглубь коридоров и переходов дворца. Трегубов шел впереди, показывая дорогу, а позади плелся Стрелкин, ухмылявшийся каким-то своим мыслям.

Шли мы долго, ну, по крайней мере, если сравнивать с двухкомнатной «хрущевкой», в которой я родился и вырос. Страшно подумать, сколько людей ежедневно трудятся, чтобы содержать в приличном состоянии столь громадное пространство. В таком здании явно одним мытьем полов не обойдешься, банально пыль протереть с различных скульптур, щедро расставленных вдоль стен, целый штат прислуги понадобится.

Я же перестал ориентироваться во всех хитросплетениях нашего пути уже после пятого поворота, так что испытал что-то вроде облегчения, когда меня наконец втолкнули в просторную комнату, мало напоминавшую гардеробную.

Я попытался вздохнуть и улыбнуться, но тут же согнулся от страшного удара в живот, которым попотчевал меня Берк.

– Ты кто, мать твою? – процедил полковник, схватив меня за волосы и поднимая лицо к свету.

Вбитые на многочисленных тренировках рефлексы не подвели. Запястье на излом, доворот, тело Берка начинает разворачиваться вслед за выворачиваемыми суставами, толчок… Полковник отлетел и ударился спиной о стену, а я выпрямился и обвел стоящую передо мной троицу недоуменным взглядом.