Комментарии, 309 отзывов

Общество привыкло восхищаться идейными людьми, ибо человек, имеющий свои убеждения, свято в них верящий, верный до конца своим принципам и мировоззрению, бесспорно пленит твердостью своих взглядов и закалённой душой своей. Если идея, которой он придерживается, считается благородной, праведной или перспективной, то она, находя отклик в сердцах и умах других, одновременно с этим находит себе сторонников, а к восхищению Идейным Человеком примешивается любовь, почитание и иногда даже идолопоклонничество. Если же об идее говорят, что она "жестока, безнравственна, бесчестна", то человека, ее придерживающегося, начинают ненавидеть и порой бояться, в зависимости от того, до какой черты сможет дойти (и вообще станет ли, ведь идея может остаться в своем зачаточном состоянии, на уровне высказываний или мысли) он в ее реализации. Однако восхищение от этого все равно вряд ли куда-то денется, пусть и окрашено оно будет в мрачные тона злобы и отвращения.

В конце концов, Тот-Кого-Нельзя-Называть творил великие дела - ужасные, но великие.

Но проблема в том, что за восхищением часто не видят тень от Идеи, шагающую по пятам своего хозяина. Тень, влияющую на его жизнь самым прямым образом, ведь она - это последствия выбранного мировоззрения, и уже хозяин - это Идея, а человек лишь раб, и жизнь его личная и публичная подчиняется ей беспрекословно.

Роман повествует о светлом, несколько наивном юноше Артуре Бёртоне, имеющем свои убеждения касательно политической ситуации в Италии. Артур искренне привязан к двум важным для себя людям - к подруге детства Джемме, что разделяет его взгляды и к которой у юноши начинают просыпаться другие, ещё более сильные чувства, и к падре Монтанелли, человеку иных идей, но относящемуся к Артуру с родительской теплотой. По стечению обстоятельств (в которых, к слову, свою роль сыграли вышеупомянутые персонажи) Артур вынужден уехать из страны, имитировав свою смерть, после чего, спустя 13 лет, он возвращается на родину под личиной язвительного и циничного Овода.

Эта необъятная яма, разделяющая Артура и Овода, есть путь не просто становления личности, но и закономерного укоренения Идеи внутри его существа. С каждой раной, с каждым увечьем, физическим ли, душевным ли, она проникает все глубже, всё дальше отодвигая рамки привязанностей, но делая их всё более хрупкими, помогая нарастить усыпанную шипами броню, но оставляя беззащитным маленькую часть тела – ту, где находится сердце.

"Овод" стал для меня не романом о революционных настроениях и не романом, обличающим религию, но мощным произведением, раскрывающим силу человеческих убеждений. Это потрясающая история о жизненном пути человека, о выборе, о столкновении идей и различных сторон взаимоотношений, но главное - это книга о цене последствий и о неотвратимом сгорании, которое негласно является финалом всякой пылающей жизни.

4/5

"Овод" считается одним из главных революционных произведений, но прочитав эту книгу, понимаешь, что революционный посыл здесь явно не на первом месте. В этой книге раскрывается целый ряд проблем, которые будут близкими для многих людей. Да, именно из-за революционной деятельности главных героев происходит большинство событий книги, но автор не выдвигает никаких громких лозунгов. В этой книги негативные аспекты подготовки к революции показаны так же четко как и позитивные, если не чётче. И в конце концов революцию в этой книги начинаешь воспринимать скорее как фон для повествования, чем как важную часть сюжета. Книга эта рассказывает историю о любви, о дружбе и о предательстве, об отношениях отцов и детей, о вере в бога и вере в идею, и, главное, о сильном человеке. Но главной идеей "Овода" для меня стала непоколебимая вера в собственную правоту, граничащую с юношеским максимализмом, и последствия этой веры. Почти все герои видят мир чёрно-белым, и действуют сгоряча. Если кто-то из них вступил на свой путь, он будет идти по нему до конца, не взирая на препятствия и боль, и, если нужно, даже переступая через трупы. И даже в конце, когда одному из героев грозит смерть, а второй рискует потерять самое ценное, что у него было в жизни, ни один из них не сходит с намеченного пути. Учитывая это, не удивительно что эта книга стала так популярна у молодёжи, которая легко ассоциирует себя с сильными и непоколебимыми героями. Но прочитав эту книгу в более зрелом возрасте, начинаешь понимать и минусы такого мышления. Если бы главный герой не был бы столь категоричен в своих суждениях, если бы он хоть раз отступил, он бы уже не был бы тем героем, которого так полюбили читатели. То же самое можно сказать и про других персонажей, это я прекрасно понимаю. Но мне кажется, сто если бы хоть один из персонажей хотя бы в одном вопросе пошёл бы на уступки, конец книги стал бы намного счастливее. "Овод" - эта произведение, которое помогает повзрослеть, и новым взглядом посмотреть на старые ошибки. В этой книге каждый найдёт что-то для себя, даже если на первый взгляд вам так не кажется.

Даже не зная политической ситуации Италии того времени, роман читается легко. У Овода одна из самых тяжелых жизненных историй, что я читала. Особенно если учитывать информацию из романа "Прерванная дружба", который, как мне кажется, нужно читать в первую очередь, перед "Оводом". Несмотря на непростое детство (Артур не знал своего отца, потерял мать, веру, любовь, друзей, дом....), Овода ждало и не менее тяжелое будущее. Но он не сломался, держался до конца, до последний секунды... В этой книге много недопонимания между главными героями, к которым я в данном случае причисляю и отца Овода. Герои часто "рубят с плеча", от 1 поспешного вывода меняется целая жизнь и не одна. Часто вижу споры по поводу того, кто прав в отношениях Артура и его отца. Действительно не однозначный вопрос, учитывая те условия, которые выдвинул Артур для примирения. Но я полностью на стороне Овода. С начала и до конца.

В двадцать лет эта книга воспринимается совсем не так, как в 14. Все тот же восторг от хорошей истории. Но теперь все детали стали острее, ярче, ближе. Многое открывается по другому. Если раньше заговорщики и восстания казались лишь романтической чепухой для должного антуража, то не покидает чувство, что на самом деле революция - это тоже полноценный, пусть и не главный, персонаж книги. Революция в народе и революция в человеческой душе. Это больше, чем рассказ о потерявшемся мальчике. Это боль и малодушие в чистом виде. То самое малодушие, которое погубило Булгаковского Пилата, здесь владеет душами Овода и Монтанелли. И даже Джемма, милая, добрая Джемма - и та не без греха. Только вот у нее на сердце камень. А на сердце у Монтанелли - гранитная плита с дорогим ему именем. Можно ли исправить ошибки прошлого? Можно ли простить? Можно ли принять прощение?

Каждый увидит свой ответ. Книга - боль. Книга - открытая рана. Книга - оголенный нерв.

Я верил в вас, как в бога. Но бог - это глиняный кумир, которого можно разбить молотком, а вы лгали мне всю жизнь.

Бывают книги, в которые влюбляешься в первого прочтения, герои которой становятся спутниками твоей жизни, как добрые друзья. Бывают любимые детские книги, из которых вырастаешь. А бывают те, до которых дорастаешь, и с ними обретаешь прочную связь, так, что удивительно, как раньше жила без них. Как любая советская школьница, я знала сюжет романа «Овод» задолго до того, как прочитала эту книгу. Помню, как первая учительница отзывалась о ней как о замечательной. Помню предложение о ней в учебнике русского языка На каждого, кто читал книгу Войнич «Овод», она произвела незабываемое впечатление. И помню сокрушительное разочарование, когда наконец в пятом классе я добралась до этой книги. Мне было неинтересно. Непонятно. Слишком взросло. Слишком много разговоров. Слишком рано – понимаю я теперь. Прошло несколько лет, я влюбилась в другие книги Войнич. И решила попытаться перечитать ее первый роман. Мне он не понравился. Я почему-то решила, что он проигрывает по сравнению с другими ее книгами, не бьет наотмашь. И вот наступило это лето. Жара, веселые крики детей на улице, прохлада кирпичного дома, запах близкой реки, вкус вина. И старый фильм со Стриженовым. Я впиваюсь глазами в экран и понимаю, что хочу перечитать «Овода». А потом перечитываю в рамках классического флэшмоба и плачу, плачу ночью, я, старая закаленная жизнью тетка, плачу, кусая губы, чтобы не разрыдаться в полный голос, чтобы не разбудить детей... Не бьет наотмашь? Бьет, еще как бьет... Так, что дыхание перехватывает и влюбляешься в героя, потому что именно такой единственный тип личности только и привлекает тебя в мужчинах. И больно, страшно больно, та же боль, что в «Прерванной дружбе» и в «Сними обувь твою» - удар кинжала в сердце, с которым живешь потом долгие, долгие годы... Я уже давно не сентиментальная семнадцатилетняя дурочка, но все равно предпочитаю в книгах хорошие концы. Войнич хороших концов не любит совсем – разве что в «Оливии Лэтам» все заканчивается относительно неплохо. Над ее книгами плачешь, но эти слезы не убивают, а дают силы жить дальше, ибо жизнь – не пасхальный подарок и не голливудский мюзикл, она страшна и жестока. И все же каждый раз хочется спросить – ну почему? Ну почему нельзя иначе? Почему нельзя объясниться до последнего письма, до разрыва, до разлуки, почему ее героям всегда суждено страдать без надежды? Слишком поздно Джемма убеждается, что Овод и есть Артур. Рене в «Прерванной дружбе» не успевает объясниться с Феликсом (или, если угодно, с Феличе) Риваресом – и тот остается в уверенности, что его друзья предали его... Что, возможно, толкнуло его на возвращение из счастливой жизни во Франции в губительную итальянскую политику. Когда-то Джим не захотела слушать его объяснений. Через годы он поступил также, не выслушав толком Рене и Маргариту. Я думаю, а что, если бы в жизни Артура-Феликса-Феличе не случилось разрыва с Мартерелями, которое он воспринял как повторное предательство, вернулся бы он в Италию? И прихожу к выводу, что да, вернулся бы. Потому что больше всего на свете он любил того, кто остался в Италии. Честно говоря, я не очень верила в эту любовь Артура к Монтанелли. Мне никогда не встречались такие чувствительные мальчики, которых тронешь – и кровь потечет, которые способны так любить, которые не могут простить ни единого проступка, разве что в книгах Войнич и Гюго. Хотя, уже написав предыдущую фразу, я вспомнила, что в юности знавала одного такого мальчика. Наверное, я просто зачерствела сердцем и позабыла собственную сентиментальную юность, в которой бушевали бури и грозы, средь которые мне изредка сияли лучи счастья. Но было это давно, слишком давно, в другой жизни и в прошлом тысячелетии. Но ведь было же... Гораздо легче поверить в отцовскую любовь Монтанелли к Оводу. Отец всегда любит сына сильнее, чем сын отца. Но увы – дочитав книгу, особенно разговор отца с сыном в тюремной камере – я пришла к странному, возможно, крамольному выводу – Монтанелли любил Артура меньше. Иначе ни за что не пожертвовал бы сыном. Здесь напрашиваются библейские параллели, которых я, конечно, не видела и не могла видеть в своем советском детстве. Но так ли уж нужна была жертва Монтанелли тем, ради кого он ее принес, подобно богу-отцу? Возможно, мне, как убежденной атеистке, просто не понять любви к богу. Но я глубоко убеждена, что полковник Феррари преувеличивал опасность в случае побега Овода, а Монтанелли между легким и правильным выбрал легкое. И расплатился за это. Но сына уже не вернуть. Сердце сжимается, когда читаешь, как Овод до утра плачет в темноте после последнего разговора с отцом. Не знаю, кем надо быть, чтобы так уйти от сына, которому суждено умереть. От сына, который в глубине своей искалеченной души остался тем же чувствительным мальчиком, которому больше всего на свете хотелось любви и который так и не научился прощать. И еще слезы застилают глаза, когда читаешь прощальное письмо к Джемме, которая снова стала для него Джим. Значит, ее он все-таки простил? Или все же нет, и если бы письмо не было прощальным, он так и не смог бы рассказать ей правду? Остается лишь гадать об этом. Хотя мы уже знаем то, чего не знает Джемма - что болезнь Овода все равно доконала бы его через несколько лет... Прочитав книгу, я с удивлением убедилась в том, что она совсем не о революции. Но все-таки хорошо, что ее революционный антураж привел к тому, что в нашей стране эта книга была бешено популярна и издавалась миллионными тиражами. Потому что благодаря этому у нас были переведены другие романы Войнич, скрасившие мою печальную юность. А еще был снят прекрасный фильм, который сам как песня и смотрится на одном дыхании. Тот, который кончается цитатой из Блейка, в неточном, но славном переводе. Живу ли я, Умру ли я, Я мошка все ж Счастливая

Довольно таки противоречивые чувства у меня вызвала эта книга. Мне очень понравился сам роман, язык и стиль написания. А вот главный герой вызвал явную неприязнь. Таких эгоистов с всепоглощающей жалостью к самому себе, и полным неприятием того, что у кого-то другого тоже есть чувства, и эмоции я еще не встречала. Во время прочтения, постоянно хотелось в воспитательных целях постучать, извините, по попе. Как тридцатилетний мужчина, который в своем развитие остался на уровне обиженного подростка, мог стать лидером революционеров, для меня до сих пор загадка…

После просмотра любимого фильма (который засмотрели уже до «дыр»), мы с мужем, иногда, ловим себя на мысли: «как реагировать, на тот факт, что наши дети не будут любить эти фильмы?». Муж говорит: «я быстрее сдам их в детдом, чем они скажут мне, что «Властелин колец» — это фигня». Конечно, это все шуточки, но, наверное, где-то в душе, тебе не особо приятно, что твоя кровинушка не разделяет твоих интересов.

Об великом революционном романе всех мальчишек «советских времен», я слышала в детстве много раз. Мой папа, прочел его, когда ему было 11-лет. На то время (1962 г.), такие книги (агитационного характера) в библиотеке выдавали только на один день, но папе настолько понравился сюжет, что он прочел его за одну ночь. Он был поражен самоотверженностью главного героя, его поступками и любовью к собственной стране.

Италия средины XIX века – вспыхивают новые революционные движения. Тайные общества ведут войну с правящей верхушкой, правда ещё только на словах. Члены противостоящей партии ищут человека, который сможет тонко высмеивать нынешнею систему. Таким человеком оказывается «Овод» - псевдоним таинственного сатирика, который пишет политические очерки выставляя действующею власть не в самом лучшем свете. Несмотря на то, что жизнь его знатно потрепала и поносила по миру, он все также «болеет» за родную Италию и верить в её процветание. В отличии от остальных, Овод готов не только взяться за оружие, но и пойти на все в битве за свои идеалы и за страну. Единственная его слабость, боль и ненависть – это кардинал…

Как можно уже было понять, книга мне не настолько понравилась, как моему отцу. Всю суть патриотизма и непоколебимость убеждений главных героев портит первая часть книги. Главный герой этой части – просто маленький эгоистичный мальчик, который испортил себе всю жизнь совершив самоубийство. Кардинал, тоже не вызвал восхищения – у него умер сын, а он все также, спустя 13 лет, узнав правду о его гибели остался верен своему Богу, за что и поплатился «кровавокрасным небом».

«Камень, лежащий на дороге, может иметь самые лучшие намерения, но все-таки его надо убрать...» - Этель Войнич. «Овод».

P.S. Роман был трижды экранизирован в СССР.

Я очень скептически отнеслась к чтению этой книги. Во-первых, я начинала уже, мне показалось, что тон повествования наивен. Очень уж восторженный и романтический. Во-вторых, сразу было понятно, именно из-за стиля, кто чей сын/отец, в чём проблема и о чём будет повествование.

Когда я сейчас взялась за книгу и дочитала первую часть, я даже чертыхнулась: «О...! Какие все тонко чувствующие и нежные, я не могу больше это читать!» Боюсь, с этими мыслями я читала до последних глав. Ни стойкость Овода, когда он испытывал физическую боль, ни мужественность Джеммы не вызывали у меня особого сочувствия. Вообще все проблемы героев не вызывали у меня сострадания. Именно из-за того, как торжественно они были поданы в книге. Столько громких слов и обещаний, столько боли и страданий, что даже не верится.

Но я заметила, что читаю всё равно с интересом, мне хочется знать, чем закончится история, хотя я и была уверена, что угадала, какой исход нам подготовил автор. Вообще-то я была не права. Я ожидала чего-то банального. Поэтому конец меня удивил, а его восторженность и романтичность меня приятно поразили. Вот так бывает. И мне даже радостно от этого.

В своём отзыве я ещё ничего не сказала о революции и католичестве. Почему? Ведь это главные темы романа. Наверное потому, что именно эти темы романа мне лучше было бы прочесть тогда, когда мне бабушка протягивала книгу со словами: «О-о, я очень любила «Овода» в молодости, возьми почитать». Тогда, когда «Поющие в терновнике» поразили меня до глубины души. И когда юношеский максимализм ещё не покинул меня. Вот тогда весь пафос произвёл бы на меня должное впечатление.

Ох, даже грустно стало. У меня не было ярости по поводу поступка падре (ну с кем не бывает? Всё понятно с этими католическими священниками, с ними я душевно воевала в 17 лет), меня не волновали революционные вопросы. Ну, знаете ли, сменится власть, будут другие проблемы, как известно.

Но боже мой, какой, наверное, восторг был у людей в конце XIX века, когда вышел этот роман! И долгое время потом. Я тоже так хотела бы сейчас. И писать в эту минуту восторженный отзыв, а не этот скучный.

Мне хочется отметить, что при чтении сейчас меня очень трогали чувства кардинала и удивляла настойчивость Артура. Написала на случай, если я вернусь к книге, чтобы прочитать её под другим углом, если захочу начать иначе. Мне почему-то кажется, что захочу. Что вернусь.

Я абсолютно не сторонник революционных идей, поэтому, конечно, ни проникнуться, ни сопереживать героям на все сто у меня не получилось. Не влюбилась я в главного героя, не лила слез, сюжет мне показался весьма предсказуемым, а слог приятным, но не выдающимся. Тем не менее, в целом, книга мне понравилась. Понравилось, как показана эволюция главного героя от юного наивного мальчика, до великого революционера с четкими целями, идеями и принципами жизни, со своими недостатками и слабыми сторонами. Некоторые моменты книги были прямо-таки кадрами индийского кино, однако они не раздражали, а даже, пожалуй, подогревали интерес. Вообще, с самого начала я скучала, читая эту книгу, но постепенно история меня затянула. Однако разделить всеобщий восторг по поводу главного героя я не могу: не умение прощать, жестокость, жалость к самому себе, отношения с отцом... Как бы все это ни объяснялось духом времени, мне все это чуждо и герой по этим причинам не совсем приятен. А сопереживала я гораздо больше кардиналу Монтанелли...

Присутствуют спойлеры)))

Долго не могла сообразить, наверно до двух трети книги, в чем же суть. А потом, вдруг, как ледяной душ, оцепенение и вот оно, то, что я самостоятельно не была способна выразить, но это то, что я всегда внутренне чувствовала. Признаюсь, я атеистка. Да, будучи ребенком, не была обделена верой, но вот только натура у меня такая - я ненавижу ложь. И поэтапно взрослея начала обнаруживать, что религия пропитана ложью. Не самую маленькую роль сыграл просмотр фильма в 18 лет «Дух времени», до сих пор у меня в записной книжке на первой странице стоит цитата:

«Им будет не просто, тем, кто полагается на истину авторитета, а не на авторитет истины»

Все же атеистка я не в том смысле, как э трактовалось в Советском Союзе. Я не считаю, что мир абсолютно материален, я знаю, что существует и идеальное. Меня другое возмущает, в первую очередь христианская религия. Я была слишком возмущена, когда услышала от верующего человека о том, что мы все грешны и не так страшен совершенный поступок, главное пойти и покаяться и Он тебя простит. Эти люди не пытаются предотвратить, они просто замолят свои грехи и забудут с чистой совестью.

Перед прочтением просмотрела комментарии на другом сайте, где все жалели Монтанелли. Ну вот честно, жалости он у меня не вызвал ни капли. Этот человек трижды предал своего сына: первый раз – оставив его при рождении, зная, что Артуру и его матери будет сложно жить в доме «родственников», в доме, где к его матери относились хуже, чем к прислуге; второй раз – обретя уже восемнадцатилетнего сына, он его покидает, уезжая на епископство в Апеннины; третий раз – дав свое молчаливое согласие на смертный приговор.

И самый главный вопрос, если перед Вами ставят выбор – жизнь сына или вера в Бога. Откажись от Него и сохрани сыну жизнь или убей сына, но получи Иллюзию. Как только сюжет подошел к этой ноте, у меня сразу возникла мысль, что какой бы вариант Монтанелли не выбрал, они жить не смогут с этой ношей. Здесь даже присутствует своего рода аллюзия: Монтанелли – Бог, Овод - Иисус. Да, выбери он сына, пролилась бы кровь. Но чья кровь? Как Монтанелли в безумстве кричал:

«Подождите своей очереди, шакалы! Вы тоже насытитесь!»

«А теперь, когда вы приходите ко мне с лживыми славословиями, я раскаиваюсь, раскаиваюсь в своем безумстве!» Лучше бы вы погрязли в пороках и заслужили вечное проклятие, а он остался бы жить!»

Читая, мне все время хотелось кричать: как? почему? Ведь нет ничего важней на свете… За родное пускай хоть мир рухнет. ЧТО все эти люди, если родное умрет?

Он понял это, но слишком поздно...

«Боже! Ты восседаешь на небесах и взираешь на земные мучения и улыбаешься окровавленными губами. Неужели тебе этого мало? Зачем еще издевательские славословия и хвалы! Тело Христово, истерзанное во спасение людей, кровь Христова, пролитая для искупления их грехов! И этого мало?»

Еще одна причина моего невосприятия религии - у их Бога руки в крови…

И смерть была их разной. Овод умер бесстрашен, в борьбе, с уверенностью в своей миссии, он знал, что он прав. Монтанелли, потеряв все, умертвил себя, так как больше он не смог жить тут, с ними, осознавая свою вину, жертву, принесенную за кого?

«Разрыв сердца – разве это плохое объяснение? Оно не хуже других»