Читать книгу: «Держи дистанцию»

Добро пожаловать

В полуденный час в зоне прилёта аэропорта Куаланаму, расположенного на севере Суматры, было многолюдно. Толпы туристов с рюкзаками и чемоданами сновали туда-сюда, а их голоса на разных языках мира сливались в сплошной неразборчивый гул. Яна стояла посреди людского потока, растерянно разглядывала табло с прибывшими рейсами. Чей-то рюкзак впечатался ей в бок, и она вынужденно отошла в сторону.

Нужный рейс прибыл тридцать минут назад, а значит до встречи с друзьями остались считанные минуты.

Она уже сто раз прокрутила в голове сценарии встречи. Вариант "А": Алена кинется ей на шею, будет целовать в обе щеки и называть "родной". Вариант "Б": Алёна сухо обнимет и спросит "как дела". Вариант "В": она вообще сделает вид, что они едва знакомы и она просто гид, их проводник к предстоящему прекрасному отдыху.

– Чёрт, – выдохнула Яна, поняв, что нервно теребит шнурок на штанах и сунула вспотевшие ладони в карманы льняных брюк. Она медленно отошла от табло и влилась в толпу встречающих, на ходу покусывая нижнюю губу.

Мысли переключились с подруги на её мужа. Если настроение подруги для неё было непредсказуемо, то с мужем Алёны, Александром, ситуация была ещё более непонятная. С момента их знакомства так же прошло уже несколько лет, а они всё еще не перешагнули грань официального общения, неизменно обращаясь друг к другу на «вы».

– Яна! – внезапно позади неё прозвенел знакомый голос, выдёргивая её из размышлений.

Резко обернувшись, Яна увидела подругу, которая уже раскинула руки для объятий. Белые брюки, белая поло, идеальное каре. Она казалась гостьей из другого, более утонченного мира, которая очутилась здесь по ошибке. Мягкие округлые черты лица, огромные синие глаза и неизменная улыбка всегда притягивали внимание окружающих. Несмотря на долгий перелёт, Алёна вся светилась, выделяясь на фоне других туристов с их огромными походными рюкзаками.

Чуть поодаль, с широкой, но несколько официальной улыбкой, вышагивал её муж, держа в обеих руках по небольшому чемодану.

"Вариант "А", - мелькнуло в голове у Яны, - Сегодня я "лучшая подруга". Окей. Сыграем." Улыбнувшись, она двинулась им навстречу.

– Привет, дорогая! - Алёна сгребла её в объятия и Яну окутало облако дорогих духов.

– Привет! – ответила Яна, обняв подругу, а затем перевела взгляд на её мужа. Они молча, сдержанно кивнули друг другу.

В разговоре повисла пауза, затянувшаяся на лишнюю секунду.

– Как вы? Как добрались? – наконец заговорила Яна.

– Гораздо лучше, чем я ожидала. Но голова просто раскалывается после душного самолёта, – Алёна тут же подхватила Яну под руку, стараясь идти с ней в ногу. – Представляешь, мужик рядом кашлял так, что у меня в висках пульсировало. Я думала, он выплюнет свои лёгкие мне на колени. А ещё ребёнок орал как ненормальный.

– Ужас! - вставила Яна, пытаясь не споткнуться о колесо чужого чемодана.

– И главное, поспать ни минуты не удалось. - Алёна поправила рукой волосы и тут же продолжила, - я сейчас мечтаю только об одном. Душ. И вино. И чтобы никто не дышал мне в ухо. О, и массаж! - Она резко остановилась и уставилась на Яну. - Ты ведь уже нашла хороший спа? Пожалуйста, скажи, что нашла. Если я не разомну спину, я буду ныть без остановки.

Яна открыла рот, чтобы ответить, но Алёна её тащила вперёд, лавируя между людьми, как горнолыжник между ёлками.

– Саш, ты не потерял мой маленький рюкзак? - крикнула она через плечо, даже не обернувшись.

– Нет, Алёна, – глухо ответил он сзади.

Через три минуты они вышли на улицу. И тут же их окутал влажный, густой, почти липкий воздух, пахнущий горячим асфальтом и горелым маслом. Алёна на мгновение замерла.

– О-о-о, – протянула она сдавленно. – Как здесь жарко.

– Да, очень влажно. Но уверяю, ты быстро к этому привыкнешь.

Буквально через несколько минут они уже сидели в машине, где кондиционер работал на полную мощность, а салон был пропитан стойким запахом ментола и табака. Александр устроился на переднем сиденье рядом с водителем.

Яна села на место за спиной мужа подруги и похлопала ладонью по обивке кресла рядом:

– Алёна, давай, садись!

Алёна послушно села, слегка нахмурив брови. Яна уточнила маршрут водителю и расслабленно откинулась на спинку сиденья, не в силах сдержать улыбки: Яна прекрасно понимала, какой неизгладимый эффект сейчас произведут на подругу шумные, узкие, забитые людьми улочки Медана.

Машина медленно тронулась, а Алёна всё так же без умолку болтала, пребывая в слегка наигранном настроении. Яна молча слушала.

Они протискивались по шумным улицам, где царил хаос: мопеды и скутеры шныряли во всех направлениях, оглушая рёвом двигателей и сигналами; торговцы резкими голосами зазывали покупателей, которые толпились прямо на проезжей части из-за отсутствия тротуаров. Дополняли пейзаж унылые серые дома в два-три этажа с решётками на окнах, опутанные чёрной паутиной проводов. Повсюду виднелся мусор… Картина, прямо скажем, не для изнеженных принцесс, коей Яна считала свою подругу. Недавний ливень сделал всё вокруг ещё более унылым и неприглядным.

Алёна замолчала и полностью погрузилась в наблюдение за миром за окном.

– Господи... – шёпотом сказала Алёна.

– Красиво, правда? – с едва заметной хитринкой спросила Яна.

Алёна повернулась к ней с нескрываемой паникой и немым вопросом в глазах.

– Я тебя предупреждала, – беззвучно, одними губами, произнесла Яна, и в глазах заплясали чёртики.

Алёна вжалась в сиденье.

– Это какой-то кошмар, – простонала она, брезгливо скривившись.

С лёгкой ироничной улыбкой Яна наблюдала за её реакцией. Алёна, впервые оказавшись в Азии, сразу окунулась в реальную обстановку – без прикрас.

Яна совсем не торопилась утешить или ободрить подругу. И нет, её не терзали угрызения совести. В конце концов, она приложила все усилия, чтобы отговорить Алёну от этой поездки.

– Я думала, мы сразу попадём в рай… с пальмами и коктейлями. А это… трущобы какие-то!

– Добро пожаловать в Азию, – с напускным спокойствием ответила Яна.

– Я представляла всё несколько иначе… Ждала других первых ощущений, – голос Алёны стал ещё тише.

– Каких? – с лёгкой иронией спросила Яна.

– Ну не знаю, – Алёна снова повернулась к окну. – Просто нормальных. Мечтала о тропическом острове, релаксе и всё такое… Как на рилсах Бали – продолжила она, не отрывая разочарованного взгляда от улицы.

– С ожиданиями часто так происходит. Чем ярче нарисуешь, тем больнее приходится разочаровываться. Я, между прочим, предупреждала тебя.

Алёна больше ничего не ответила и Яна слегка дёрнула плечом и продолжала равнодушно и отстраненно смотреть в окно. «Сама напросилась, – подумала она, – теперь сама и разбирайся».

Вскоре машина свернула с основной трассы и начала петлять по узкой дороге, спускающейся с холма. Гул города остался позади. По обеим сторонам тянулись пышные тёмно-зелёные кусты, усыпанные яркими цветами, создавая впечатление зелёного тоннеля.

Через пять минут водитель сбавил скорость и остановился у шлагбаума, по обе стороны от которого стояли высокие белые стены, практически полностью укрытые трёхметровыми побегами молодого бамбука.

– Приехали! – едва сдерживая улыбку, произнесла Яна.

Какое-то время Алёна сидела без движения, не решаясь выйти. Наконец, взяв себя в руки, толкнула дверцу – и замерла.

Первое, что она услышала, была тишина, наполненная безмятежным пением незнакомых птиц и шелестом листьев на ветру.

Алёна вылезла из машины и сделала несколько шагов вперёд, запрокинув голову. Забрав чемоданы, они прошли на территорию комплекса, в котором им предстояло провести несколько дней.

Перед ними стояли два белоснежных пятиэтажных корпуса, утопающих в зелени. Между ними искрился бирюзовый бассейн, а вокруг стояли аккуратные шезлонги с мягкими матрасами.

– Боже, – выдохнула Алёна. – Это... Это другое измерение.

Яна шла на пару шагов впереди, пребывая в лёгкой задумчивости и её настроение постепенно менялось. Лёгкая злость, с которой она наблюдала за страданиями подруги, начала угасать.

«Стоп, – одёрнула она себя. – Уже поздно сожалеть, мы уже все здесь. Хватит. Надо хотя бы попытаться».

Она замедлила шаг, позволяя Алёне поравняться с ней.

Настроение её изменилось, и прежнее желание дразнить и злорадствовать над Алёной немного угасло, сменившись искренними, пусть и не сильными, угрызениями совести. Она решила: она постарается отпустить прошлые обиды и принять подругу такой, какая она есть. Хотя бы на время отпуска. Раз уж судьба свела их здесь, это будет самым правильным решением, не стоит плыть против течения, усложняя и так непростые отношения. Да, им потребуется время привыкнуть друг к другу, настроиться на одну волну, но это ей под силу. Возможно, даже с Александром у неё наконец-то получится подружиться, и неловкость в их общении исчезнет.

Царящее вокруг спокойствие и умиротворение ярко контрастировали с внутренним состоянием Алёны: ей казалось, они проехали сквозь ад и теперь попали в райский сад.

– Надеюсь, вам тут понравится, – сказала Яна. – Я живу на пятом этаже, а ваша квартира на третьем. Думаю, собираться будем у меня на крыше.

– Вся терраса твоя? – они замерли посреди небольшой площадки, запрокинув головы и разглядывая дом.

– Конечно же нет, – усмехнулась Яна. – Это бонус для верхних квартир. Если не ошибаюсь, выход туда есть из четырёх апартаментов. С одними соседями я уже познакомилась – очень классные ребята, живут тут уже год.

Они поднялись на третий этаж и вошли в светлую просторную квартиру, ключи от которой Яна заранее забрала у хозяйки.

Прямо у входа, справа, располагалась небольшая кухня, которую от основной части комнаты отделял массивный белый стол с каменной столешницей. Пространство за ним было чётко разделено на две зоны: сразу за кухней – спальная, а дальше у окна – гостиная с огромным окном, выходящим на зелёный склон холма. Вся квартира была залита полуденным солнечным светом.

– А тут мило! – с восторгом осмотрелась Алёна.

– Ну, располагайтесь, – Яна прошла к столу, на котором уже стояла корзина с фруктами. – Отдыхайте. Я вам купила классных японских кексов, пачку чая и ещё кое-что по мелочи. Кстати, классное кафе есть справа от главного входа, за поворотом. Так… что ещё? – Яна задумчиво огляделась.

– А ты разве с нами не останешься? – насторожилась Алёна, которая присела на край кровати и пружинила, проверяя матрас.

– Не сейчас. Я с соседскими ребятами планировала съездить в местный торговый центр. –Мы ещё с утра договорились. Они меня заждались, наверное.

– Так, может, и мы с вами? – не унималась Алёна. - мы только приехали, а ты нас уже бросаешь!

– Мы на байках поедем, – она мягко улыбнулась, - их всего два и три места там, сама понимаешь, не предусмотрено.

Она перевела взгляд на Александра, который с момента приезда стоял у окна, засунув руки в карманы и разглядывал пальмы внизу. За всё время он не произнёс, кажется, и десяти слов.

Алёна недовольно цокнула языком и бросила на мужа быстрый колючий взгляд, полный раздражения.

– Ничего страшного, – спокойно отозвался Александр, обернувшись. – Мы отдохнём с дороги. Спасибо за беспокойство, Яна.

Он улыбнулся всё той же официальной улыбкой. «Как всегда спокоен, сдержан и учтив» – подумала она.

– Ладно, – Яна хлопнула в ладоши и повернулась к двери. – Жду вас вечером у себя, обсудим наши планы, расскажу, что я уже успела забронировать для нас! Приходите после восьми, дверь будет открыта. Поднимайтесь сразу на крышу.

Алёна подскочила с кровати и подлетела к Яне.

– Договорились! Спасибо, что всё организовала! – и добавила шёпотом, – прости, что ныла.

– Бывает, – Яна сжала её пальцы. – Всё будет хорошо. Увидимся.

Яна отправила в их сторону воздушный поцелуй и ловко выскользнула из квартиры.

Едва дверь за Яной закрылась, в квартире повисла неловкая напряжённая тишина. Слышно было только, как за окном монотонно стрекотали цикады, смешиваясь с далёким пением птиц.

Александр так и стоял у окна, не оборачиваясь. Алёна бесцельно прошлась по комнате, заглянула в шкаф, провела пальцем по столешнице, проверяя, нет ли пыли, хотя всё сияло чистотой.

– Чай будешь? – спросил он, повернув голову.

– А чем тут ещё заниматься? – огрызнулась Алёна, рухнув на диван и мгновенно уткнувшись в телефон. – Чай, четыре стены с кондиционером… Романтика!

– Можешь не сидеть здесь. – Александр пожал плечами и отошёл от окна, направляясь на кухню. – Сходи к бассейну, например. Ну или напросись с Яной.

Он не смотрел на неё, доставая из шкафа две чашки.

– Предлагаешь мне уехать с ней и оставить тебя тут одного? Чтобы ты мне это потом припоминал? – она даже не подняла глаз от телефона.

– Алёна, – он медленно повернулся к ней, опираясь руками на столешницу. - Я ничего тебе не припомню. И не собираюсь. Ты сама хотела поехать в эту поездку, хотела приключений. Поэтому, прекрати злиться.

Спокойный голос Александра раздражал Алёну, как красная тряпка быка.

– Да! Я хотела приключений! Но я до сих пор не понимаю, зачем ты приехал сюда! Ходишь здесь как мумия! Это же смешно! Если ты будешь и вечером так же себя вести...

– Тебя же это устраивало. Ты сама установила границы. «Не подходи близко». «Не лезь к ней». Я уважаю твои правила. Я не понимаю, что ты от меня хочешь. Тебе не нравится, когда я улыбаюсь и открыт. Но и не нравится, когда я молчу...

– Господи! – Алёна откинула телефон в сторону. – Мы опять ругаемся.

– Я не ругаюсь.

Оставив друзей, Яна бегом спустилась по лестнице, испытывая необъяснимое облегчение, сбежав от них.

«Ну нафиг! – думала она. – Я не буду им нянькой! Я не буду их развлекать. Мы встретились? Отлично! Съездим на экскурсии. Прекрасно! А остальное время я буду сама по себе».

Она чувствовала, что, несмотря на все её усилия, между ними сохранялось напряжение и неловкость, которые со временем не проходили.

Она вышла на парковку, где её поджидали два байка. Светловолосый парень из соседней квартиры, сидел на одном из них и лениво крутил ключи.

– Ты долго, – он протянул ей второй шлем.

– Прости, Марк, друзья, – Яна скинула волосы назад и ловко нацепила шлем и запрыгнула на байк позади него. – Еле сбежала от них.

– Жестоко! – засмеялся второй парень, подкатывая на своём байке к ним поближе. –Бросаешь друзей в первый же день?

– Я их не бросаю, – Яна обхватила Марка за талию и удобно устроилась на сиденье. – Я даю им время на восстановление.

Марк завел двигатель:

– Погнали! – крикнул он, перекрывая шум двигателя.

В апартаментах на третьем этаже стояла все такая же тишина. Александр, стоя у окна с чашкой чая, молча наблюдал за парковкой. В этот момент к нему подошла Алёна. Они оба увидели, как Яна, весёлая и улыбающаяся, ловко садится на байк позади крепкого светловолосого парня. Рядом с ними был ещё один такой же загорелый молодой человек. Вся компания искрилась энергией, смеялась и болтала, и через мгновение они, весело сигналя, умчались прочь, оставив после себя клубы сизого дыма.

Из окна апартаментов, наполненных в эту минуту атмосферой утомительного ожидания, эта троица внизу выглядела бесконечно свободной и счастливой, будто дышала полной грудью, ощущая дух приключений и вкус жизни. Алёне отчаянно хотелось быть с ними. Привыкшая быть везде и всегда в центре внимания, она теперь чувствовала себя на обочине самого интересного. И ей это очень не нравилось.

– Вообще-то, она из приличия могла бы сейчас остаться с нами или предложить поехать всем вместе на такси, а не с этими… на байках, – процедила Алёна, всё ещё разглядывая пустую дорогу, не в силах сдержать раздражение.

– А мне кажется, – Александр, наконец, сделал глоток чая и, так же не отводя взгляда от окна, продолжил, – что тебе просто очень хочется оказаться там, – он кивнул головой в сторону окна, – на её месте. Но моё присутствие тебе явно мешает это сделать.

Алёна фыркнула и, переняв его язвительный тон, ответила:

– Несомненно, моё присутствие тебе тоже мешает! Ты предпочёл бы приехать без меня, не так ли? Я прекрасно вижу, как ты на неё пялишься!

– Я? – Александр повернулся к ней и в его взгляде промелькнула тень усмешки. – Это я пялюсь?

– Да! Ты! Как только она появляется, ты превращаешься в истукана и глаз с неё не сводишь. Знаю, о чём ты думаешь! – её слова прозвучали тихо, но злобно.

– А как надо? Обнимать её при встрече?

– Не передёргивай!

– Я не передёргиваю, Алёна. Ты просто злишься, потому что тебе обидно. И ты даже не в силах этого скрыть.

Алёна на мгновение сжала губы:

– Ты... Ты даже не пытаешься меня понять!

– А ты меня? – тихо произнёс он.

В комнате снова всё стихло.

– Знаешь что, – Алёна резко выдохнула и направилась к своему чемодану, который так и лежал посреди комнаты раскрытый, но неразобранный. – Я в душ.

– Иди. – Александр лишь безразлично пожал плечами и поставил пустую чашку на подоконник. Он даже не обернулся, давая понять, что не намерен продолжать эту перепалку.

Алёна смерила мужа взглядом, рванула дверь ванной комнаты и влетела в неё, громко хлопнув ею.

«Я не для этого сюда приехала! – думала она. – Я ехала за отдыхом. За тем, чтобы меня любили. Чтобы мной восхищались! А вместо этого я сижу здесь, пока моя подруга развлекается с незнакомцами».

Александр остался один. Какое-то время он постоял оглядываясь, посмотрел на разбросанные вещи, и устало закрыл глаза.

«Какого чёрта я здесь делаю?» – пронеслось у него в голове.

Он вытащил телефон из кармана. На экране высветилось несколько пропущенных звонков с работы, куча уведомлений из чатов. Он смахнул их не открывая.

До вечера оставалось ещё несколько часов, которые им обоим казались бесконечностью. Несколько часов, которые надо чем-то заполнить.

Он подошёл к чемодану и вытащил книгу, которую брал в дорогу. Открыв ее, пролистал пару страниц. В голове всё ещё звучали слова жены: «Знаю, о чём ты думаешь!»

«Если бы ты знала, – подумал он, откладывая книгу в сторону, и смотря в пустой потолок. – Если бы ты только знала, что на самом деле в моей голове...»

Яна вернулась в комплекс, когда уже начинало темнеть. Щеки раскраснелись от солнца и ветра, а волосы всё ещё были влажными после купания.

– Ну как ты? – спросил Марк.

– Лучше не бывает! Спасибо, я словно заново родилась.

– Посидим вечером?

– Да, но мои друзья подтянуться тоже, – она закатила глаза. – Увидимся.

Она зашла в подъезд, поднялась домой, быстро ополоснулась под душем, переоделась в легкое платье и вышла на крышу.

Первое сентября

Судьба свела Яну и Алёну несколько лет назад, когда Яна, стремясь к спокойствию для себя и дочери, которой только исполнилось шесть лет, перебралась в тихий пригород большого города.

С самого детства Яна была тихой, домашней девочкой. Могла просидеть весь день с книгой, не поднимая головы, пока другие дети носились во дворе. Родители ей гордились, особенно отец.

– Наша девочка не будет носиться как угорелая, – говорил он, поправляя очки в тонкой оправе. – Она у нас толковая, правильная.

Но эта правильность стала для неё наказанием. После школы - никаких общежитий, никакой «свободной студенческой жизни». Только родной город, родной дом, только под присмотром.

– Нагуляешься ещё, дочка, - наставляла мать. - Успеешь ещё наделать ошибок. А пока учись. Мы тебе добра желаем.

И Яна слушалась, кивала и училась, но внутри зрел бунт. Закончив учёбу, она бросилась в самостоятельную жизнь, как в омут. Завела отношения, но долго они не продержались.

Последние четыре года перед переездом, она провела в родительском доме. Снова. Родители приняли её без осуждения, но стены родного дома, пропитанные благополучием и безусловной любовью, с годами стали напоминать тесную клетку.

По её мнению, которое, как правило, расходилось с мнением отца и матери, те проявляли слишком много опеки и контроля. Ошибки в личной жизни лишь усугубляли ситуацию. Стоило Яне попытаться отстоять свою точку зрения, как они, руководствуясь благими намерениями, тут же напоминали ей обо всех прошлых промахах. Конечно, не в упрёк – как не уставал объяснять отец строгим голосом, важно поправлять очки в тонкой оправе, – а лишь с целью «одуматься и послушать стариков, уж у них-то жизненного опыта побольше будет!»

У Яны была мечта – свой дом. Пространство, где она сможет дышать и работать свободно, установив свои правила. Она всегда представляла себе не шум автодорог за окном, а шелест деревьев и пение птиц по утрам, не свет от рекламных вывесок, а закатное солнце в кронах деревьев.

Мечта переехать из большого города в более спокойное место осуществилась, хотя и не совсем так, как она представляла изначально. Заработанных денег не хватило бы даже на первый взнос за дом её мечты, но их вполне хватило на небольшую, но светлую квартиру в новостройке в небольшом и тихом пригороде.

В знойный июльский день она покинула родительский дом, чтобы начать жизнь с чистого листа. Новое место казалось ей идеальным: из окон виднелся огромный парк, в шаговой доступности были все необходимые магазины, а до родителей – всего ничего, не больше часа езды. С самого начала Яна почувствовала невероятную связь с этим уголком и уже не сомневалась: она хочет остаться здесь навсегда.

Первые два месяца пролетели в неспешном разборе коробок и обустройстве. Яна разрешила себе просто жить – без планов, без глобальных целей. Наслаждаться тишиной по утрам, кофе на новой кухне, видом на парк. А потом наступило утро первого сентября, осеннее утро, наполненное шумными голосами, цветами и эмоциями. Один из тех дней, который любой человек воспринимает как начало чего-то нового. И это «новое» у каждого своё.

Яна стояла в коридоре, завязывай хвост дочке.

– Мам, а мне обязательно туда идти? – спросила Маргарита слегка надувшись.

– Не обязательно, – мягко ответила Яна, – но желательно. Тебе не повредит найти новых друзей.

– Тебе тоже! – в том же тоне ответила Маргарита.

Яна замолчала. Это детское замечание задело её, оно попало точно в цель. Она была не слишком общительной, даже слегка замкнутой, и не мастером легко заводить новые знакомства. Спустя минуту она ответила тихим голосом:

– Хорошо, – тихо ответила она, открывая дверь и беря дочь за руку. – Я тоже постараюсь.

Они вышли на улицу и яркий солнечный свет на мгновение ослепил их. Весь оставшийся путь до сада они прошли молча.

Поднявшись на второй этаж, они остановились у двери с табличкой " Группа Ягодки". Они обе одновременно перевели дыхание, взялись за руки покрепче и зашли и сразу же перед ними возникла крупная фигура женщины, от которой Рита инстинктивно спряталась за маму.

Женщина была крупной. Чёрные волосы стянуты в тугой пучок, из которого не выбивалось ни одного волоска. Темные глаза смотрели строго, а между бровей залегла глубокая морщинка, которая свидетельствовала о крутом нраве воспитательницы.

– Доброе утро! Фамилия?

– Осокина... Маргарита, – выдавила мама.

Воспитательница сверилась со списком и коротко кивнула.

– Одиннадцатый, – она указала на шкафчик у стены. – Переодевайтесь и постарайтесь в следующий раз не опаздывать. Зарядка начинается ровно в 8.15

Она внимательно оглядела девочку и неожиданно морщинка разгладилась и она подмигнула ей.

– Давай, Маргаритка, наряжаться и бегом в наш цветник, – голос воспитательницы заметно смягчился. – Будешь сегодня моей главной помощницей.

Маргарита чуть смелее выглянула из-за маминой ноги.

Женщина еще раз кивнула головой и скрылась за дверью группы.

– Мам, я испугалась.

– Это у неё профессиональное, – усмехнулась Яна, присаживаясь на корточки, чтобы помочь дочке переодеться. – Многие воспитатели такие. Сначала строгие, чтобы дети слушались, а потом становятся добрыми.

Дверь в раздевалку снова резко распахнулась и вошли новые опоздавшие. Первым, как ураган, ворвался парнишка, высокий для своего возраста, с растрепанными светлыми волосами и букетом миниатюрных подсолнухов под мышкой. Следом за ним, не умолкая ни на секунду, шла его мама, осыпая сына бесконечным потоком наставлений:

– Лёша! Следи за собой и обязательно позавтракай! И не вздумай драться, держись от Максима подальше! Давай, пошустрее!

– Мам, а в этих подсолнухах есть семечки? Их можно съесть?

– Нет, это декоративные подсолнухи.

– А давай в следующий раз принесём настоящие?

– Они очень большие и тяжёлые, - мама ловко подхватила его за локоть и развернула к шкафчику.

– Зато с семечками!

Она говорила с ним быстро, одновременно заглядывая в шкафчик и раскладывая одежду, помогая переодеться и попутно поправляя причёску. Её энергия била ключом и Яна, стоявшая рядом со своей неторопливой дочерью, почувствовала себя как в замедленной съёмке.

Их шкафчики оказались соседними. Алёна бросила на Яну быстрый пристальный взгляд и открыто улыбнулась им, без тени смущения.

– Доброе утро! Вы новенькие?

– Здравствуйте, да, сегодня первый день, – мягко улыбнувшись, ответила Яна.

– Поздравляю! Вам здорово повезло – попали к лучшему воспитателю! Я – Алёна! – представилась она.

Она протянула руку, и Яна, чуть помедлив, пожала её.

– Я Яна, а это моя дочь Маргарита.

– Маргарита! Красивое имя! – Алёна перевела взгляд на девочку, которая неспешно с важным видом раскладывала свои вещи на полке. – Какая ты хозяйственная!

Рита покосилась на неё, но ничего не ответила.

– А это мой хулиган. – Алёна кивнула головой в сторону сына, который в этот момент, стоя на скамейке в одних трусах, изображал канатоходца.

Яна украдкой наблюдала за новой знакомой. Та успела проверить список у воспитателя, записала её просьбы в заметки в телефон, распихала вещи по ящику, подмигнула Маргарите – и всё это за две минуты.

Она выглядела элегантно и держалась с подчёркнутой уверенностью. Яна невольно бросила взгляд на себя: нежно-голубые джинсы, футболка цвета мяты и белые кеды. Всё просто, практично, удобно. Она всегда восхищалась женщинами, для которых в одежде главными были стиль и женственность, а уж потом – практичность. Сама же она придерживалась противоположного правила: на первом месте для неё стояли комфорт, а вопросы моды и женственности волновали её мало.

Мальчик, едва закончив с переодеванием, Алёна быстро чмокнула сына в макушку. Он схватил букет и стрелой умчался в группу.

Рита же наоборот, явно тянула время. Тогда Яна взяла её за руку, подвела к группе, приоткрыла дверь и присела на корточки.

– Солнышко, – ласково взяв дочку за плечи, тихо сказала она, – я немного поработаю и в середине дня сразу за тобой прибегу.

Маргарита насупилась, но кивнула.

– Ты там не скучай, – добавила она, обняла дочь, и поцеловав развернула к двери и легонько подтолкнула в спину.

Яна быстро встала и, резко развернувшись, сделала шаг к выходу, но тут де с размаху налетела на Алёну. Та всё это время с любопытством наблюдала за сыном в приоткрытую дверь группы, стоя на шаг позади Яны и Маргариты.

– Ой! Прошу прощения, я вас не заметила, – заливаясь румянцем, начала извиняться Яна.

– Какая ты сильная! Чуть с ног не сбила, а по виду не скажешь, – усмехаясь, успокаивала Алёна раскрасневшуюся собеседницу. – Не переживай, всё нормально!

Они вместе вышли в коридор и направились к выходу.

– Ты домой сейчас? Или на работу? – это прозвучало так естественно, будто они знакомы пять лет, а не пять минут.

– Я работаю дома, на удалёнке, - ответила Яна, чувствуя, как быстро теряет контроль над ситуацией. Она уже почувствовала, что так быстро они не разойдутся.

– О, как здорово! Давно здесь живёшь? – Алёна с лёгкостью перешла на «ты».

Яна внутренне поморщилась, но виду не показала.

– Нет, мы переехали почти два месяца назад, так что мы новенькие не только в саду, но и вообще в этом городке.

– Тогда давай прогуляемся? Покажу тебе всё вокруг, расскажу, что тут да как.

Выйдя за территорию сада, они оказались на аллее, залитой утренним солнцем. Алёна крепче взяла новую знакомую под руку.

– Тебе в какую сторону? Налево или направо?

– Направо, – ответила Яна, понимая, что её планы на тихое спокойное утро с чашкой кофе и работой летят ко всем чертям.

– Вообще отлично! Мне как раз туда же.

Они неспешно направились навстречу потоку людей, спешивших по своим делам. Алёна вводила Яну в курс дела и заодно без лишней скромности расспрашивала обо всех подробностях жизни новеньких.

– Обзавелась уже местными друзьями?

– Пока особо некогда было, работа занимает много времени... Есть пара знакомых мамочек, в парке гуляли вместе с детьми и всё пока.

– Ничего, мы это быстро исправим, – авторитетно заявила Алёна.

Она тут же приветственно махнула рукой какой-то женщине и широко улыбнулась.

– Это, кстати, прошла ещё одна мамаша из нашего садика. Мой Лёша вечно дерётся с её Максимом. А папаша у него, представляешь, депутат нашего района. Ксюха у него секретаршей работала пару лет, пока не родила. И, главное, всем говорит, что сын не от него, хотя он копия отца. А у того семья и трое детей! – она говорила это тихо, доверительным тоном, и не дав Яне опомниться тут же продолжила: – Так о чём это мы? Вы насовсем к нам?

– Надеюсь, – нехотя ответила Яна.

– А до этого где жили?

– У родителей.

Яна помолчала секунду, собираясь с духом. Она не любила говорить о своей жизни, но Алёна смотрела на неё с таким искренним интересом, что отмалчиваться было неловко.

– Решила, что достаточно сидеть с ребёнком на шее у родителей. Хочется независимости. И постоянства.

– Одна воспитываешь дочь? – Алёна слегка замедлила шаг. – Муж-то есть?

Яна ожидала этого вопроса. Она вздохнула и попыталась улыбнуться, преодолевая внутреннюю скованность и уже сожалея о своей попытке быть раскрепощённой в разговоре. Она не очень любила вспоминать об этом.

– Нет, разъехались несколько лет назад.

– Он бросил тебя с ребёнком? Вот урод.

– Да нет, так даже лучше. Думаю, у нас всё равно бы ничего не вышло. Наши отношения закончились вскоре после рождения дочки, так и не успев перерасти в брак. – Яна надеялась, что этих подробностей хватит, чтоб от неё отстали с расспросами, но она ошиблась.

– Как жаль. А почему, расскажи? – Алёна во все глаза разглядывала её лицо.

Они шли, словно две старые подруги, которые не виделись долгое время. Яна почувствовала, что краснеет. Обычно, она никому не рассказывала эту историю. Но сейчас слова вылетали сами собой.

– Его звали Андрей. Он писатель. Мы познакомились в издательстве. Начался бурный роман. Красивый. Но короткий.

– Ну и?

Яна набрала в лёгкие воздух и продолжила, глядя куда-то вперёд слегка задумчивым взглядом:

– Он оказался слишком ранимым. Меня отец с детства учил принципу «да, жёстко, но зато правда». Я была с ним честна. Критиковала его работы, давала советы, которые он не просил. А он очень болезненно переносил. Театрально обижался, после чего исчезал на несколько дней... в поисках вдохновения.

– Писатель... ничего себе! И где он сейчас?

– Исчез, – тихо сказала Яна.

– С деньгами-то хоть помогает?

– Сначала помогал, но через пару лет пропал внезапно и навсегда.

– Вот козёл!

– Нет. Он просто... неприспособленный. К реальности, к семье, к быту... Но он не плохой человек. Мы были с ним почти два года, и я до сих пор вспоминаю наши с ним разговоры. Он был очень умный...

Яна вздохнула. Ей не нравилось откровенничать, и она сама удивлялась, как этой Алёне удалось быстро разговорить её. Она выдала ей свои тайны за полчаса, хотя обычно редко кого посвящала в подробности личной жизни, и сама не часто вспоминала времена, когда ей казалось, вот началась та самая, самостоятельная жизнь.

– Я ему даже благодарна отчасти. Он дал хороший стимул работать и стремится к чему-то. Я четыре года работала как сумасшедшая, чтобы вырваться от родителей.

– А чем ты занимаешься?

– В основном переводами. Технические тексты. Иногда заключаю договоры с издательством на переводы книг. Ну и занимаюсь онлайн-репетиторством, помогаю детям с иностранными языками.

– Сидишь дома целыми днями. Это плохо, – резко сказала Алёна, прервав поток воспоминаний Яны. – Надо устроить личную жизнь, а у нас тут интересных мужчин нет. Все новостройки забиты молодыми семьями и пенсионерами. Сплошные коляски да палки для скандинавской ходьбы.

– М-м-м, – наиграно печально протянула Яна. – Пытаюсь расстроиться по этому поводу, но не получается.

– Ну и зря! – Алёна театрально закатила глаза и вздохнула. – Если учесть, что ты работаешь дома, то твой шанс встретить кого-то сводится к минимуму.

– Да я и не стремлюсь, – пожала плечами Яна. – Мне и так хорошо.

– Ой, да ладно! – Алёна понизила голос. – Не знаю ни одной женщины, которая бы отказалась от хорошего мужика! Как бы все не отнекивались, но от них зависит наше женское счастье. Как ни крути.

– Не всегда.

– Не всегда. Но зачастую. И чем старше становишься, тем иногда больше хочется... Ладно, проехали. Слушай, – сказала Алёна, глядя на часы. – У меня маникюр через полчаса, я побегу. Но давай я тебе вечером позвоню?

Они обменялись номерами и, махнув рукой, Алёна быстро зашагала по своим делам, отстукивая чёткий ритм каблуками. Ее белокурые волосы колыхались в такт шагам, и прохожие невольно бросали на неё восхищенные взгляды.

Яна свернула на свою улицу и почувствовала, как солнечные лучи приятно проникают под кожу. Утро было по-настоящему летним, тёплым и прозрачным. Мимо всё так же спешили люди. И в самом центре этого шумного утра она шла, чувствуя, как внутри стало спокойнее. Теперь у них с дочкой всё обязательно сложится. Новый дом. Новые друзья. Новая жизнь.

А потом были звонки, встречи, совместные утренние чашки кофе. Алёна стала для неё окном в мир, через которое в тихую жизнь Яны врывались люди и события.

Через пару недель Алёна и Яна вновь прогуливались вместе по утренним аллеям, болтая ни о чём. Алёна не умолкала ни на секунду.

– Наши местные мамаши, – говорила она, поправляя на плече дорогую сумку, – это настоящий сериал. Турецкому и не снилось. Вот, видишь ту яркую брюнетку у машины?

Яна проследила за её взглядом. Женщина лет тридцати пяти в облегающем платье, с безупречным макияжем, стояла, разговаривая по телефону.

– Кристина, – продолжила Алёна, понизив голос до заговорщицкого шёпота. – Её муж – человек влиятельный. У него здесь свой магазин. Оттого у неё и корона на голове. И это при том, что он ей постоянно изменяет. Она знает, но терпит. Потому что если разведётся – останется ни с чем.

Яна невольно перевела взгляд на Кристину, и та, заметив их, кивнула Алёне, улыбнувшись.

Они подошли к кофейне, и Алёна, как ни в чём не бывало, взяла её под руку.

– Давай зайдём, я угощаю, – предложила она.

Яна хотела отказаться, но Алёна уже распахнула дверь. Помявшись на входе, Яна вошла следом.

Они сели у окна. За соседним столиком сидели две женщины, и Алёна снова зашептала:

– Видишь их? Это Наташа и Таня. Они вроде подруги, но я знаю, что Наташа спит с мужем Тани. И та подозревает, но молчит, потому что у них ипотека и они не могут развестись.

Неожиданно, дверь в кафе распахнулась и на пороге появилась невысокая женщина. Не обращая ни на кого внимания, она прошла к стойке и заказала кофе с собой и только потом, оглянувшись, заметила Алёну. Та тут же замахала ей руками, приглашая к их столику.

– Лена, привет! Знакомься, это Яна. Яна – это Лена, наша местная мать-героиня!

– Да ну брось ты. Я так давно тебя не видела!

– Я как раз собиралась тебе звонить. Мы с Сашей сможем подъехать к тебе в конце недели. Тебе будет удобно?

– О, Алёна! Спасибо вам огромное! Я уже не знаю, как благодарить тебя за помощь!

– Не стоит. Даже не думай об этом!

Поболтав ещё несколько минут, Лена так же быстро ушла, как и появилась в кафе. Алёна тут же сбросила улыбку с лица и тяжело вздохнула.

– Боже, эта Лена! У неё на еду нет денег, а она по кафе бегает. Связалась с каким-то неудачником, нарожала четверых детей. Теперь вещи у всех собирает, вечно просит деньги в долг. У них не то, что на одежду, на еду не хватает! Каждый год я организую для неё сборы, мы с мужем привозим целые мешки всего необходимого. И она уже так привыкла, что ждёт этой помощи каждый раз и сама ничего не делает! И вот сейчас надо завезти ей мешки.

– Может, ей просто тяжело? – тихо спросила Яна. – Четверо детей – это серьёзно.

– А я не говорю, что ей легко, – Алёна пожала плечами. – Но если ты не работаешь, а сидишь дома и только и ждёшь, что кто-то тебе принесёт, – это уже безответственность, это образ жизни такой.

Яна промолчала, медленно поставила чашку на стол, почувствовав, как внутри неё захлопывается дверца. Алёна только что приоткрыла её, но теперь Яна знала: эту дверь надо закрыть на все замки.

«Если она так легко говорит про других, – подумала Яна, – то, что она говорит про меня, когда я не слышу?»

Но Алёна продолжала:

– Мне тоже бывает тяжело. Я иногда тоже так устаю, – призналась она очень тихо, так, чтобы соседи не слышали. – Всем кажется, что я баловень судьбы и катаюсь как сыр в масле. Если я всё время улыбаюсь, это ещё ничего не значит! Я просто умею брать себя в руки и не показывать, что все раздражает. Иногда можно и притвориться.

Она устремила взгляд в окно и немного осунулась и продолжила:

– Все привыкли, что я сильная и никому нет интереса, как я на самом деле я себя чувствую.

Яна смутилась, но спрашивать тотчас, у неё «как дела?» не стала, решив, что не время и надо просто дать ей возможность выговориться. Но и в самом деле, думала она, Алёна всегда производит впечатление сильной и неунывающей. Где бы она ни появлялась. Её энергия бьёт через край, заполняя собой всё пространство. И никто бы не подумал, что с ней может быть что-то не так.

Проходили недели. Яна и Алёна виделись почти каждый день: приводили детей в сад и вместе возвращались домой, иногда заходили в кафе, обсуждали дела, книги, успехи детей. Алёна делилась впечатлениями от театров, куда ездила с мужем, Яна – рассказывала, над какими текстами работает. Они обнаружили общие вкусы, общие взгляды на многие вещи.

Но чем больше Яна узнавала Алёну, тем сильнее понимала: эта женщина – как матрёшка. Одна маска скрывает другую, а под ней – третья. И никто не знает, что там, в самой середине.

Однажды они вышли из калитки детского сада, и пошли шли по аллее, и Алёна снова болтала, провожая взглядом их общую знакомую:

– Ха-ха! – она хохотала во весь голос. – Ну зачем она так подстриглась? Ты только посмотри! С её узким лицом и длинным носом она похожа на афганскую борзую! Ну что за нелепость! Она выглядит на десять лет старше!

«А ведь эта женщина, – подумала Яна, – наверняка считает Алёну лучшей подругой. Они, наверное, вместе чай пьют, а Алёна улыбается ей в лицо, а потом вот так обсуждает за спиной».

– Кстати, я заметила, что в последнее время её муж больше не приводит ребёнка в сад. А раньше я по утрам всегда его встречала. С чего бы это?

– Да мне всё равно, – несколько резко ответила Яна. – В конце концов, это их дело.

Алёна изумленно посмотрела на подругу и застыла. Её щёки вспыхнули на мгновение, потом она быстро улыбнулась:

– Ты слишком серьёзная. Мы же просто болтаем, никто никому зла не желает. Тем более, я только с тобой так откровенна!

– Все равно это неправильно и неприятно.

Они разошлись у перекрёстка, как всегда, и Яна, сворачивая к своему дому, посмотрела вслед уходящей подруге. Алёна шла быстро и она выглядела так, будто у неё всё под контролем.

«Ну да, – подумала Яна. – У неё всё под контролем. И это её главная проблема».

Она вздохнула и вошла в подъезд.

С тех пор между ними появилась трещина. Невидимая, но ощутимая. Алёна стала чуть более сдержанной с Яной, а Яна – чуть более осторожной.

И когда Алёна впервые привела Яну в компанию, где были её «старые подруги», Яна почувствовала это сразу. Алёна, которая в их разговорах один на один была почти искренней, на людях превращалась в другую женщину. Она была вежлива с Яной, но отстранена. Она улыбалась ей, но улыбка эта была дежурной – словно Яна была просто ещё одной мамой из сада, а не той, кому она признавалась в усталости и одиночестве.

Яна поняла тогда окончательно: в этой дружбе есть свои правила. Она думала о том, как удивительно устроена дружба. Как она может начинаться с искренности и превращаться в игру. Как можно знать человека годами и не знать о нём ничего. И как иногда проще довериться незнакомцу, чем тому, кто каждый день улыбается тебе в лицо.

Яна ворвалась в раздевалку как ураган – запыхавшаяся, с растрёпанным хвостом и диким чувством вины за очередное опоздание. Пунктуальность никогда не была её сильной стороной. Она пыталась бороться с этим: ставила будильники раньше, готовила вещи с вечера, даже записывала расписание на стикерах и клеила их на зеркало. Но время всё равно ускользало, словно вода сквозь пальцы.

– Рита, давай быстрее, – шепнула она дочери, помогая снять куртку. – Мы опять последние.

Она распрямилась и только тогда заметила, что раздевалка полна мам. Они стояли плотной группой у входа в группу, и в центре этого женского круга, как всегда, царила Алёна. С ручкой и листом бумаги в руках, с деловым видом заправской ведущей, она раздавала указания по подготовке утренника:

– Так, значит, Татьяна берёт на себя оформление зала, закупает шарики. Ирина, ты отвечаешь за корзину с яблоками и орехами. Ксюша, ты договорись с видеографом.

– Он в последнее время ценник задрал. Может, сами на телефоны запишем?

– Ну уж нет! Это последний год в саду и надо оставить качественные воспоминания. На всех сумму раскидаем, даже не заметим этой надбавки. Кто ещё остался без задания?

Яна попыталась стать невидимой. Она отступила к шкафчику, притворяясь, что ужасно занята – поправляла вещи, разбирала дочкину сменку, делала вид, что происходящее её совершенно не касается.

Не сработало.

– Яна! – голос Алёны прозвенел над ухом, и Яна вздрогнула. – Ты где? А, вот ты!

Она обернулась и с ужасом осознала: все мамы смотрели на неё. Она явно что-то пропустила, и теперь от неё ждали ответа.

– Ну так что? – Алёна вскинула бровь, постукивая ручкой по бумаге. – Умеешь шить?

– Я? – Яна почувствовала, как кровь прилила к щекам. – Шить? Ну... разве что на самом примитивном уровне...

Она отвернулась, делая вид, что поправляет дочкину расчёску. Пожалуйста, только не это. Только не шитьё.

– Если найти в интернете урок, справишься? – не отступала Алёна. – Там ничего сложного! Нужно сшить длинный сарафан для воспитательницы на роль Красавицы-Осени. Ткань, кружево, немного фантазии.

Яна поморщилась. Она действительно умела шить. Но сейчас... сейчас её ждал перевод романа, который захватил её целиком. Главная героиня только что узнала тайну своего происхождения, и Яна сгорала от нетерпения, чтобы перевести эту сцену.

Но совесть, как всегда, оказалась сильнее.

– Ладно... могу попробовать, – выдохнула она, мысленно проклиная себя за мягкотелость.

– Отлично! – Алёна просияла. – Сейчас по дороге всё расскажу. Никуда не уходи!

– Слушаюсь, наш генерал! – тихо ответила Яна, сдерживая порыв отсалютовать.

Несколько мам хихикнули. Алёна сделала вид, что не расслышала. Яна помахала дочке, которая уже скрылась в группе, и осталась стоять в раздевалке, слегка опираясь плечом на шкафчик. Она наблюдала, как Алёна руководит этим маленьким женским войском, как ловко распределяет роли, как улыбается каждому, и как никто не осмеливается ей перечить.

Через пять минут мамы начали расходиться. Алёна дождалась, пока раздевалка опустеет, и повернулась к Яне с той самой обезоруживающей улыбкой:

– Ну наконец-то! Все задания распределены! Когда пишу в общем чате – никто не отвечает. Пришлось ловить всех за руки с самого утра.

– Я заметила, – Яна попыталась изобразить печаль. – И горько сожалею, что не пришла на пятнадцать минут позже.

Они вышли из сада, и Алёна ввела её в курс дела.

– А не проще было скинуться и заказать готовый костюм? – спросила Яна, когда они остановились у ворот.

– Проще. Но времени уже нет, – Алёна вздохнула. – Прошлый костюм куда-то пропал. Кто-то после выступления в прошлом году не вернул. А спохватились только вчера. Поэтому времени нет, надо срочно, сделаем сами.

Яна потёрла указательным пальцем бровь. Она уже чувствовала, как вечером у неё заболит спина и она будет ругать себя за то, что не сказала «нет».

– Да не волнуйся ты так! – Алёна хлопнула её по плечу. – Я сейчас съезжу за тканью, кружевом, нитками. А ты пока найди мастер-класс, накидай идеи. Приходи ко мне через час. У меня как раз первая половина дня свободна. Вместе быстро управимся!

– Ага... – безрадостно протянула Яна.

Алёна уже бежала к своей машине, на ходу приветствуя какую-то знакомую. Обернулась на секунду и крикнула:

– Через час! Не опаздывай!

– Я не опаздываю, я просто... – начала Яна, но Алёна уже скрылась в салоне. – ...прихожу немного позже, чем планировала, – закончила она шёпотом.

Ровно через час Яна стояла на пороге квартиры Алёны.

– Заходи! – Алёна распахнула дверь и тут же исчезла в глубине квартиры. – Я на кухне, доделываю кофе! Проходи в гостиную, там всё готово!

Яна прошла в гостиную, охваченная тяжёлым предчувствием, что работа обещает быть долгой. Она уселась по-турецки на пол, где уже лежала аккуратно разложенная огненно-рыжая ткань.

Алёна грациозно вплыла в комнату, сжимая в обеих руках по огромной чашке с кофе и на ходу отчитывая кота, который всё время путался у неё под ногами.

– Ты чего-то сегодня невеселая. У тебя все в порядке?

– Да, просто, если честно, мне катастрофически лень шить. Хочу вернуться к книге.

– Понимаю, я бы тоже сейчас с удовольствием полежала и почитала, – Алёна мягко улыбнулась, гладя мурлыкающего на коленях кота.

– Ну что, начнём? – Алёна уже улыбалась. – Я склею выкройку, а ты будешь кроить?

Они проработали почти час. Кот безуспешно пытался привлечь их внимание: тёрся о ноги, ложился на ткань, мяукал всё настойчивее. Наконец Алёна раздражённо вздохнула:

– Чёрт, Блэк! Я же тебя не покормила!

– А кто это додумался назвать рыжего кота Блэком? – усмехнулась Яна.

Улыбка мгновенно сошла с лица Алёны, и она уставилась на Яну изучающим взглядом. И лишь потом ответила каким-то равнодушным голосом:

– Саша, мой муж. Я долго его уговаривала на кота. Наконец, он согласился, но с одним условием – он настаивал на чёрном, а я купила рыжего. Вт и пришлось уступить ему хотя бы в кличке.

Алёна встала и вышла на кухню.

– Янк! – крикнула она оттуда. – У меня корм для него закончился! Сбегаю в ближайший магазин, это внизу. Минут на десять, максимум пятнадцать. Если, конечно, никого не встречу… – добавила она уже приглушённым голосом, с улыбкой заглядывая в комнату из коридора.

– Валяй! Я пока перенесу выкройку на ткань.

Алёна ушла, и Яна принялась за работу, ползая по полу на четвереньках. Услышав, как хлопнула входная дверь, Яна отметила про себя, что подруга и впрямь сбегала в магазин очень быстро. Она обрадовалась, что Алёна вернулась и теперь они продолжат работу вместе.

– Во-первых, – не поднимая головы, крикнула Яна Алёне, – благодаря твоему коту у нас получается не сарафан, а тулуп с шерстяной подкладкой. А во-вторых, от стояния на карачках на твёрдом полу у меня будет больше синяков на коленях, чем было во времена моего самого бурного и, что уж скрывать, единственного романа!

Не дождавшись ответа, Яна наконец оглянулась, скорчив недовольную гримасу, и буквально остолбенела от испуга. В дверном проёме стоял незнакомец. Она подскочила. Сердце ухнуло куда-то в пятки.

Высокий мужчина, широкоплечий, в тёмно-серой рубашке с закатанными рукавами. Тёмно-каштановые волосы, чуть тронутые сединой на висках, правильные черты лица, спокойные, почти непроницаемые. Глаза – серые, внимательные. Он смотрел на неё с тем особенным выражением, которое трудно описать: смесь иронии, любопытства и чего-то ещё, чего Яна не могла расшифровать.

Чувствуя, как горит лицо, она поправила футболку, откинула волосы назад.

– Здравствуйте...

– Доброе утро, – голос низкий, спокойный, с лёгкой хрипотцой. Звук, от которого у Яны на мгновение перехватило дыхание.

– Вы, наверное, удивились...

– Гораздо больше, чем вам может показаться! – ответил он серьёзным тоном, но в глазах мелькнула усмешка.

– Прошу прощения, я думала, Алёна вернулась...

– А её нет дома?

– Она выбежала ненадолго. Купить корм для кота.

Мужчина окинул её долгим изучающим взглядом. Как будто он пытался понять, что она здесь делает и кто она вообще.

– Понятно... – Он чуть склонил голову, и мягкая улыбка тронула его губы. – Александр. – Он выждал паузу, глядя ей прямо в глаза.

– А... Ой, да! Яна! – она смущённо кивнула, чувствуя себя школьницей, которую застали за списыванием.

– Что ж, не буду вам мешать, – Александр жестом указал на пол, где всё ещё лежал кот, развалившийся прямо на выкройке. – Можете располагаться и... берегите свои колени.

Она коротко кивнула, не зная, что сказать.

В этот момент дверь распахнулась, и в квартиру влетела Алёна – шумная, энергичная, с пакетом корма в руках.

– О! А ты что делаешь дома? – спросила она, заметив мужа. В голосе её послышалось безрадостное удивление. – Ты же сказал, что уехал до вечера по делам.

– Планы поменялись. Пришлось закончить пораньше, – Александр стоял в коридоре, держа в руках папку с документами.

– Ну ясно-ясно. – Алёна прошла мимо него, не глядя. – И чего тут встал? Иди куда-нибудь. Мы работаем.

Тон её был резким, даже грубым. Яна никогда не слышала, чтобы Алёна так разговаривала с кем-либо.

– Я ненадолго, – ответил Александр. – Просто за документами.

Он задержался ещё на секунду и бросил быстрый взгляд в сторону комнаты, где стояла Яна. Она быстро отвернулась, делая вид, что не слушает их.

Алёна вошла в комнату и закрыла дверь прямо перед его лицом, шумно выдохнув.

– Это мой муж.

– Мы уже познакомились, – тихо сказала Яна.

– Он вчера приехал на неделю домой, – Алёна говорила быстро, почти не останавливаясь. – Большую часть времени живёт и работает в Москве. Приезжает раз в месяц на несколько дней. Не знаю, зачем он вообще приехал.

Она поднесла ладонь к горлу, изобразив удушение, и высунула язык.

– Всё в порядке? – осторожно спросила Яна.

– Всё отлично, – Алёна улыбнулась, но улыбка была механической. – Давай работать. Что там у нас осталось? Много?

– Я почти закончила с выкройкой. Осталось сшить, – Яна кивнула в сторону швейной машинки. – Можем перенести на завтра, если хочешь.

– Вот ещё! Давай сегодня закончим. Чтобы больше не возвращаться к этому.

Они работали в тишине. И в этой тишине Яна пыталась осмыслить то, что увидела. Неожиданный холод Алёны. Напряжённый взгляд Александра. Дверь, которую закрыли перед ним, как перед чужим.

«Что здесь происходит?» – думала она, строча на машинке. – «Они же образцовая семья. Все так говорят. А выглядят как... как чужие».

Вернувшись домой, она продолжила размышлять. Алёна явно не выглядела счастливой, когда говорила о муже. И это резко контрастировало с восторженными рассказами подруг об их образцовой семье.

«Значит, я вижу только фасад, – поняла Яна. – А за ним – что-то другое. Что-то, что Алёна не хочет показывать».

В последующие дни из случайных фраз, обронённых Алёной на прогулках, Яна поняла: их брак, вероятно, не был таким уж идеальным, каким казался со стороны.

Александр оставался для неё человеком-загадкой. В одну встречу он мог ей приветливо улыбнуться и завести дружескую беседу, но при этом он неизменно смотрел чуть мимо неё, даже когда улыбался. В следующий раз мог отделаться лишь сдержанным кивком головы, толком не удостоив даже взгляда. Её не пугали молчаливые и замкнутые люди, она и сама была из таких и умела с ними общаться, но он был другой. К нему невозможно было подобрать ключ.

Он был по-настоящему красив, очень мужественен, вежлив и спокоен, но от этого она ещё больше перед ним терялась. После каждого вынужденного разговора, она ругала себя за желание быть милой и дружелюбной с ним.

Однажды зимой, выбегая из магазина, она увидела его, разговаривающего с ещё одним их общим знакомым. Они встретились взглядом и Яна, непроизвольно улыбнувшись, уже хотела приветственно махнуть рукой, но он тут же отвернулся, сделав вид, что не заметил её. Это было неприятно. С любым другим человеком она бы просто не обратила на это внимания, но здесь её вновь охватило жгучее чувство досады и неловкости. В тот миг она дала себе слово: в следующий раз ответить ему тем же.

И выполнила обещание при первой же возможности: заметив его улыбку, она опустила взгляд к сумочке, достала телефон и сделала вид, что отвечает на звонок. Но легче ей не стало. Она снова злилась на то, что придаёт их секундным встречам крайне много значения, будто пытается что-то ему доказать. Было бы гораздо проще, если бы она оставалась к нему совершенно равнодушна, она уже не в том возрасте, чтобы играть в эти игры.

Поэтому со временем Яна стала всячески избегать с ним встреч. Узнав, что он вернулся в городок, она старательно обходила их дом стороной, забирала дочь из сада пораньше или вовсе устраивала ей выходные – лишь бы не испытать мучительной неловкости при случайной встрече. Если видела его впереди, то сворачивала за угол или переходила дорогу.

Шло время, и она пыталась выбросить всё из головы, однако образ этого мужчины преследовал её, как навязчивая мелодия. Она всегда чувствовала его присутствие, даже когда он находился у неё за спиной, но стоило ей обернуться, как он тут же отводил взгляд, делая вид, что не заметил её. Когда же им не удавалось избежать столкновения нос-в-нос, его лицо озаряла искренняя, открытая улыбка, но уже через мгновение она становилась сдержанной, а после совсем угасала. Они ограничивались парой ничего не значащих фраз и расходились.

Она сказала: «Не стоит»

Вечер опустился на город внезапно. Воздух наполнился ароматами дыма и специй – где-то за холмом уже вовсю работали ночные лотки. Яна сидела на террасе, поджав под себя ноги, и ждала. Не одна. С ней были Марк и Глеб – два соседа, два спасательных круга в этом вечере, который она не хотела проводить с Алёной наедине.

Погруженная в полумрак крыша едва освещалась тёплым жёлтым светом от светильников, выстроившихся вдоль стеклянного ограждения. Создавалась иллюзия, что они будто парят на ней в темноте.

По углам стояли кадки с ярко-розовыми бугенвиллеями, осыпавшиеся цветы которой создавали причудливый узор на полу. У каждого выхода из апартаментов стояли по два шезлонга с огромными, сложенными на вечер зонтами, а в центре располагалась зона барбекю и большой низкий плетёный стол, заваленный чипсами и бутылками местного пива. Вокруг стола стояли плетёные диванчики и кресла в том же стиле.

Марк развалился на диване, вытянув длинные ноги так, что они почти касались дивана Яны. Он лениво крутил в руках бутылку и наблюдал за Глебом, который в очередной раз отжимался от пола в паре метров от стола.

– ...двадцать шесть... двадцать семь... двадцать восемь... – Глеб пыхтел, не сбавляя темпа.

– Короче, Глеб, всё заканчивай. Раздражаешь! – Марк перевёл взгляд на Яну. – Слушай. Ты когда-нибудь стояла на доске? Ну, сёрф?

Яна вздрогнула, отрываясь от созерцания Глеба.

– Пару раз, – она поморщилась от воспоминаний. – Больше ныряла, чем стояла.

– Давай завтра утром на пляж? Я покажу тебе всё с нуля. Глеб, ты не против, если она твою доску возьмёт?

Глеб закончил отжиматься, шумно выдохнул, подошёл к столу и одним глотком допил пиво.

– Может, это ты нам с ней свою дашь? – он подмигнул Яне.

– Марк, не суетись, – Яна покачала головой. – Я завтра на рафтинг уезжаю. На три дня.

– Точно, забыл. Ну после возвращения?

– Не-а, – она мотнула головой. – Мне хватило прошлого раза. Я тогда столько воды наглоталась...

– Я стану для тебя лучшим тренером, – Марк подался вперёд, загадочно улыбаясь. – Аккуратным... Внимательным... В меру строгим.

– Ха! Аккуратным! – Глеб рухнул на соседний диван. – Ян, не верь ему. Видел я его «аккуратно». Короче, в прошлом месяце он так красиво вылетел на камни. Кровь хлестала со всех коленей.

– Я экспериментировал с траекторией, – Марк отмахнулся. – И вообще, случайность. Местный сказал, духи злые были в тот день. Поэтому море штормило...

– Это тебя штормило, – Глеб сделал глоток и загадочно улыбнулся во весь рот.

– И что? Теперь перед заплывом будешь задабривать духов? – спросила Яна.

– Да он теперь с ними напрямую общается, – хохотнул Глеб. – У него большой опыт. Особенно после того, как он башкой об камни приложился.

Ребята переглянулись, и Марк улыбнулся другу лишь уголками губ.

Неожиданно слева хлопнула дверь. Голоса, шаги по лестнице. Яна обернулась через плечо.

Алёна поднималась первой – уверенная, свежая, с распростёртыми руками, будто актриса на поклон. Следом, чуть позади, шёл Александр.

От Яны не укрылось, как жадно скользнул взгляд подруги по парням. И неудивительно: оба – с лёгкой щетиной, обаятельными улыбками, безукоризненным телосложением. Яркие спортивные майки, сексуальный загар, накачанные руки. Алёна смотрела с откровенным восхищением. Александр – едва удостоил их взглядом и принялся изучать обстановку.

– Привет! – Алёна одарила всех ослепительной улыбкой, чмокнула подругу в щёку. В этот вечер она была само очарование.

– Привет. Знакомьтесь, – Яна указала рукой на парней. – Это Марк и Глеб. А это мои друзья – Алёна и Александр.

Она чуть не добавила «её муж», но вовремя сдержалась. Алёна не оценила бы.

Александр продержался рядом ровно минуту. Взял предложенную бутылку пива и отошёл поодаль, осмотрел террасу и устроился в кресле так, чтобы видеть всех, но быть вне компании. Алёна проводила его взглядом со смесью раздражения и облегчения. Поправила волосы, повернулась к парням и улыбнулась.

– Это про вас на рассказала Яна, что уже год здесь живёте? – она перевела взгляд на Яну и снова повернулась к ребятам.

– Думаю, что про нас, – с улыбкой ответил Марк. – Надеюсь на это. Но если она сказала при этом «два бездельника», то нет. Не про нас. Это про других соседей.

– А где жили до этого?

– Много где, но в основном на Бали, – ответил Глеб, оценивающе разглядывая Алёну.

– Бали… Мы там ещё не были. А почему уехали?

– Слишком шумно стало. Да и цены на жильё задрали.

Алёна одёрнула ворот футболки и откинула волосы назад.

– Как же душно...

– Надеюсь, ты про погоду, – улыбнулся Марк. – А не про нашу компанию.

– Я просто не привыкла ещё, – Алёна взяла со стола бутылку, покрутила в руках и протянула ему, чтобы открыл. – У нас там, дома, холодно. Вы вот совсем не скучаете по дому? По смене сезонов?

Парни переглянулись и расхохотались. Глеб наклонился вперёд, пододвинул к ней пачку с чипсами:

– Вообще нет. Нигде не найдёшь такой свободы.

– А еще комфорт за меньшие деньги, по сравнению с домом.

– Ага, – подхватил Марк. – Лучше, чем в офисе по расписанию. У меня сегодня во время созвона с заказчиком из Мюнхена ящерица по стене проползла. Я говорю: «Герр Шмидт, извините, это мой ассистент, хочет поздороваться».

Яна невольно рассмеялась.

– Янк, давай к нам переезжай, – Марк подмигнул. – Мы тебе клиентов подгоним, будешь обучать местных русскому языку.

Яна немного наклонилась в его сторону и коварно улыбнулась:

– Ты не знаешь, кому и что ты предлагаешь. Я не ты и не могу сказать, что я мягкий преподаватель. Я доведу твоих клиентов до истерики на втором занятии.

– Во-первых, я тебе не верю. Во-вторых, мы ещё вернёмся к этой теме.

– Хорошо, уговаривай меня.

Он тоже подался к ней, протянул свою бутылку:

– Давай за это выпьем?

Алёна и Глеб подхватили тост. Александр лишь приподнял свой напиток, кивнул с натянутой улыбкой.

Вокруг звенел смех, летели шутки. Только Саша чувствовал себя чужим. Яна ловила его неодобрительные взгляды, замечала, как он поджимает губы, с какой отстранённостью разглядывает террасу. Его лицо не выражало ничего, кроме вежливой скуки.

Внутри у Яны всколыхнулось знакомое раздражение, тут же сменившееся злостью на себя. «Ты ему не нянька, – напомнила она себе. – Ты здесь не при чём. Не обязана развлекать». Но желание спасти его от одиночества оказалось сильнее.

Она повернулась к нему, и их взгляды встретились. Секунда – и оба, словно уличенные в чём-то постыдном, отвернулись.

Сердце сделало мощный удар. Щёки вспыхнули. Ей ужасно захотелось заговорить с ним, разрушить дурацкий барьер. Но духа не хватало. Она перебирала в голове банальные фразы, чтобы просто втянуть в общий разговор.

– Александр... – она осеклась, поймав себя на официальном «вы» и попыталась перефразировать на ходу: – Может, поближе к нам?

Он учтиво улыбнулся и подвинулся. Сделал это без лишних слов, просто взял кресло и переставил ближе.

Марк оценивающе посмотрел на него и перевел взгляд на Алёну:

– А что вас сюда привело?

– То же, что и всех. Желание отдохнуть, сменить обстановку, – ответила она.

– Вы тоже завтра на рафтинг планируете?

Александр и Алёна повернулись к Яне.

– Да, мы все вместе завтра отправляемся.

– На самом деле, я что-то волнуюсь. Не слишком ли это рискованно, - добавила Алёна.

– Не переживайте, вас сразу на «бочку» никто не отправит. Сначала потренируетесь на маленьких порогах. Жилет, каска. Если страшно – откажетесь от второго захода. Главное, чтобы не было паводка.

– Ты успокаиваешь или пугаешь? – кокетливо поинтересовалась Алёна.

– Пугаться не нужно, – Марк сиял улыбкой и поправил рукой выгоревшие на солнце растрепанные волосы. – Слушайте инструктаж. Кивайте капитану. Всё будет хорошо.

– А если что-то пойдёт не так? – Алёна склонила голову.

– Там профи, – отрезал Марк. – После несчастного случая там работают только лучшие. Сами не заинтересованы.

– Какого случая?

Яна и Алёна с Сашей внимательно смотрели на Марка.

– Не так давно парнишка погиб. Из местных. Рафт перевернулся буквально в тридцати метрах от старта. И не смог выбраться. Нашли тело через два дня поисков.

Повисла напряженная тишина.

– Ты знала? – резко спросила Алёна Яну.

Яна взволнованно сглотнула и ей потребовалось немало усилий для невозмутимого ответа:

– Нет.

– Об этом мало информации. Местные не любят распространяться. Стараются замять, понятное дело.

Марк сделал пару глотков.

– Да расслабьтесь вы. Все будет нормально, - он перевёл взгляд на Яну. – Ян, ты тоже так волнуешься? Хочешь, я завтра с тобой поеду? – неожиданно спросил Марк, подавшись вперёд и облокотившись на колени.

Яна не растерялась. Посмотрела ему прямо в глаза:

– Нет. – Она выдержала паузу и добавила: – Если, конечно, не хочешь, чтобы с нами гарантированно что-то случилось. Ты будешь меня отвлекать.

– Не отказывайся так сразу! Я научу тебя правильно держать весло. Чтобы не потерять.

– Весло – не главное, – тихо, почти отстранённо, сказал Александр. – На порогах гибнут не от того, что теряют вёсла. А от того, что теряют голову.

Пауза повисла в воздухе.

– Но всё-таки... – Алёна кокетливо улыбнулась, – есть какие-то секреты обращения с веслом?

– Боишься потерять голову – оставайся на диване, – Марк проигнорировал её вопрос, глядя на Александра. – Играй в экстремальные игры на телефоне.

– Именно такие самоуверенные и становятся причиной несчастных случаев, – Александр спокойно откинулся на спинку кресла.

– А я предпочитаю верить в свои силы. Мне знаком привкус адреналина. Риск – дело благородное, но не для всех.

– Риск – это подготовка и расчёт, – парировал Александр. – А благородство – вовремя составить завещание. Чтобы близкие не расплачивались за твой несостоявшийся подвиг. Или не вытаскивали твой труп из воды.

Марк смотрел с лёгкой ухмылкой. Александр – с демонстративным спокойствием. Алёна переводила взгляд с одного на другого, тщетно пытаясь понять причину его раздражения.

– Марк, – Яна вмешалась, – не откроешь нам с Алёной ещё по пиву? Наше закончилось.

Он перевёл на неё взгляд, взял бутылку, открыл и протянул через стол.

Напряжение понемногу рассеялось. Разговоры продолжились. Ребята уже не скрывали интереса к девушкам. Алёна, слегка захмелевшая, теряла самоконтроль. Её флирт становился откровеннее. Она будто забыла о муже.

А Яна, встречаясь глазами с Александром, уже не пугалась, спокойно выдерживала его. Ей казалось, что его мысли витают далеко, а в лице таится что-то невысказанное, личное и оттого бесконечно искушающее.

На улице окончательно стемнело и наступила ночная тишина.

– Поздно, – сказал Глеб, потянувшись. – Пора закругляться.

Александр вновь погрузился в размышления и очнулся, когда до него долетели слова Марка, обращённые к Яне:

– У меня есть отличная непромокаемая сумка. Для сплава – самое то! Могу принести чуть позже.

Яна усмехнулась:

– Спасибо, не надо. Она тебе самому пригодится.

– Я принесу, – Марк не отводил от неё взгляда. – Главное – не засыпай. Или дверь оставь открытой.

– Я сказала – не стоит.

– Да брось... Обещаю не оставаться до утра. Успеешь выспаться, – он сел на край дивана и провёл тыльной стороной пальцев по её колену.

– Эй. – Голос Александра прозвучал тихо, но жёстко. – Тебе сказали: нет.

Это прозвучало неожиданно для всех, включая самого Александра. Повисла тишина. Все уставились на него. Он не смутился.

– А тебя это как-то касается? – Марк ухмыльнулся.

– Нет. Просто не люблю, когда не слышат. Если она сказала «не стоит», значит, не стоит.

– Если бы я не видел, что ты пришёл со своей женщиной, я бы решил, что ты ревнуешь, папаша.

Яна заметила, что перестала дышать. Марк явно провоцировал, но Александр выдержал паузу и ответил спокойно:

– Нам с девушками ещё обсуждать завтрашние планы. Наедине. Так что прояви благоразумие – иди отдыхай.

Он сделал глоток, поставил бутылку на пол. Разговор был окончен.

Алёна переводила взгляд не только с одного на другого, но и за реакцией Яны.

– Мальчики, нам пора, – поднялась она. – Надеюсь, через пару дней соберёмся снова, обменяемся впечатлениями.

Все поднялись. Марк мгновенно оказался рядом с Яной, обнял за талию, притянул к себе и поцеловал в уголок губ. Она упёрлась ладонью ему в грудь, готовая дать отпор.

– Спокойной ночи, – сухо сказала она, пытаясь высвободиться.

Александр стоял напротив, не скрывая отвращения. Он не сводил с них глаз. Яна заметила это – и не оттолкнула парня.

– Ну и друзей ты себе выбираешь... – тихо шепнул Марк ей на ухо, всё ещё держа за талию.

– Ты теперь тоже мой друг! Но что касается именно этого, – она слегка кивнула в сторону Саши и ответила шёпотом, хитро улыбаясь, – то мне самой от него страшно. Так что лучше делай, как он говорит. Ещё раз, спокойной ночи, Марк.

Она высвободилась и пошла догонять Алёну с Александром, которые уже направились к апартаментам.

На лестнице Александр шёл первым. Спустившись на площадку перед квартирой, он открыл дверь и подал руку жене, помогая пройти. Затем повернулся к Яне, готовый повторить жест, но она проскользнула мимо, словно ветер, избегая любого прикосновения.

В комнате Алёна рухнула на диван, скрестив руки на груди. Нервно покачивала ногой, сверлила мужа взглядом. Он и Яна встали по разные стороны стола, лицом друг к другу.

– Ну что ж, – сказал Александр, глядя на Яну. – Поговорим о деле? Вы обещали рассказать, что и когда запланировали.

Она упёрлась ладонями в стол, посмотрела ему в глаза. Спокойно, чётко, чеканя каждое слово выговорила на одном дыхании:

– Завтра в два часа – трансфер до озера Тоба. Дорога – пять-шесть часов. Там заселяемся в хостел. Следующим утром – тренировка и сплав. Потом – ещё одна ночь в хостеле, – она улыбнулась, выделяя последнее слово. – Затем второй сплав. Вечером возвращаемся. День отдыха – и на Яву. Культурное обогащение. Духовное просветление. Есть вопросы?

По лицу Александра скользнула тень восхищения. Впервые за вечер – настоящая улыбка. Он смотрел на неё внимательно, отмечая перемену. Здесь она была хозяйкой положения, а не как обычно Алёна. И, сам не понимая почему, Александр ловил себя на том, что ему это нравится.

– Две ночи в хостеле? – недоверчиво переспросила Алёна.

Её проигнорировали. Лишь через небольшую паузу Яна коротко кивнула ей, не прерываясь от зрительной дуэли с мужем подруги.

– Другого выхода не было, – смягчилась она. – Но есть и положительные моменты: он находится недалеко от пляжа с белоснежным песком. И в свободное время, я уверена, мы сможем там немного расслабиться.

– Благодарю за подробности. Всё ясно, мы согласны. Итак, до завтра?

Его подчёркнутая вежливость начинала раздражать Яну.

– До завтра! – она не сдвинулась с места, не пошла их провожать. Она лишь молча наблюдала, как они уходят. Едва дверь захлопнулась, девушка погасила свет и, погрузившись в темноту, намертво заперла дверь, ведущую на крышу.

Ей хотелось поскорее остаться одной, чтобы всё обдумать, вспомнить каждую мелочь, каждый взгляд, каждое его слово. Она по-прежнему ощущала его присутствие. В квартире не хватало воздуха, к тому же тишина стала давить, и, чтобы разбавить её, она распахнула окно, впуская незнакомые звуки ночи. Сердце учащённо билось, она чувствовала его даже в кончиках пальцев, а во всём теле появилась слабость. Возникло странное ощущение: это лишь их первый совместный вечер, а ей уже нестерпимо хочется сбежать от собственных друзей. В попытке успокоиться, она с глубоким вздохом откинула голову и закрыла глаза, подставив лицо звёздному небу. Что ж, поздно что-либо менять. Надо лишь понять, что она чувствует сильнее – страх или странное, запретное волнение.

Не стоит прикасаться к козлам.

Это случилось в последний учебный день перед каникулами. Маргарита влетела в квартиру, размахивая красивой тёмно-синей открыткой:

– Мам! Лёша приглашает на день рождения! В конный клуб! Там верёвочный парк, лошадки, зоопарк! Я поеду?

Яна взяла открытку, пробежала глазами.

– Конечно, поедешь.

Клуб располагался неподалёку от городка и занимал огромную территорию, большая часть которой – живописный сосновый бор, по которому по выходным организовывали конные и пешие прогулки по специальным тропам.

Яна и Маргарита приехали в клуб к назначенному часу. Гости уже собирались. Дети шумной гурьбой столпились в стороне, погружённые в свои дела. А Алёна с мужем стояли в окружении других родителей на красочно украшенной террасе. Просторное помещение с деревянным полом и полупрозрачной крышей заливал солнечный свет. По периметру сплошной линией стояли горшки с пышно цветущей петунией, над которыми, словно в сказочном саду, кружили десятки жёлтых бабочек. В центре террасы стоял длинный стол, полностью готовый принять юных гостей. Справа от него лежала гора ярко упакованных подарков, торжественное вручение которых было запланировано на вечер.

Яна с огромным букетом роз подошла к Алёне, готовая произнести несколько тёплых слов в адрес мамы именинника.

Но та, лишь на секунду изобразив натянутую улыбку, тут же демонстративно отвернулась к другим женщинам. Всё её существо было очарованием: она живо болтала, переходила от одной гостьи к другой, принимала поздравления, – но упорно игнорировала Яну. Александр, стоя у входа и опираясь плечом на косяк, молча наблюдал за этой сценой. Наконец Алёна повернулась к Яне

– Привет! С днём рождения сына! – Яна протянула букет.

Алена мельком глянула на цветы, выдавила улыбку и не глядя, небрежно отложила их на стол позади себя.

– Ах, спасибо, дорогая. - Она повернулась к другим женщинам и продолжила разговор:

– ...да, мы ещё заказали шоу мыльных пузырей. Дети будут в восторге...

Яна застыла. Она явно стала невидимой.

– Алёна... – начала она.

– Ой, Ян, – обернулась та, – спасибо, что привезла Марго. Забирай её не раньше шести, у нас долгая программа.

И Алёна, ловко обойдя Яну, выскользнула на улицу. Александр, стоявший у входа, перевёл взгляд с жены на Яну, а затем неспешно последовал за женой.

Яна замерла посреди зала, растерянно глядя вслед удаляющейся подруге. Она быстрым взглядом окинула помещение – никто из родителей, казалось, не собирался уходить. Однако истолковать слова Алёны иначе было невозможно: её попросили уйти.

– Яночка, привет! Давно не виделись! – окликнула её знакомая, проходя мимо.

– О, Маша, привет! Скажи, пожалуйста... – начала Яна, чтобы уточнить догадку, но вовремя спохватилась. – Хотя... нет, ничего. Спасибо!

Легко коснувшись руки Маши, она с понимающей улыбкой уверенно направилась к выходу. Лишь на секунду задержавшись у дочки, Яна шепнула: «Я вернусь за тобой вечером» и нежно чмокнула её в щеку. Она пересекла двор в сторону стоянки такси, когда ветер донёс обрывки разговора супружеской пары. Она невольно обернулась – Александр стоял в шаге от жены, и даже на расстоянии было видно, как он напряжён.

– ...грубовато, – донеслось до неё.

– О, дорогой, я оказала ей услугу, – голос Алёны звучал приторно-сладко. - Ей будет здесь скучно.

Яна отвернулась, не желая больше смотреть на них, направляясь наперерез к подъезжающей машине.

– Янчик, привет! – Лена вышла из такси и тут же заключила её в объятия. – Ты что, уже уезжаешь? Мы же только приехали!

Яна замерла. Сказать правду, что Алёна её выставила? Нет, это повлечёт кучу сплетен и вопросов.

– Привет! Да, знаешь, тут... одно срочное дело. Работа... – она выдавила улыбку, и рывком открыла дверь такси, из которого та только что вышла.

– Ну, если что – звони, мы тут ещё долго.

Но Яна, не отвечая, уже нырнула в салон, пытаясь спрятаться от дальнейших вопросов.

– Девушка, вы чего! – опешил водитель.

– Прошу прощения! Отвезите меня до центра, пожалуйста. Я заплачу напрямую, по двойному тарифу.

– А, ну что ж, тогда другое дело, – смягчился он. – Поехали.

Яна снова краем глаза посмотрела на Алёну, она что-то говорила мужу, активно жестикулируя. Потом она коснулась его руки и улыбнулась «публичной» улыбкой.

Яна закрыла глаза. Дура. Какая же она дура. Опять повелась. Опять поверила, что в этот раз будет иначе.

«Она испугалась, – поняла Яна. – Испугалась, что я проболтаюсь, что кто-то узнает, что она говорит за спиной. Легче избавиться от одной, чем рисковать всеми и всем».

Яна хлопнула себя по колену. Хватит. С неё хватит.

Вернувшись к условленному часу, Яна застала праздник в самом разгаре. Терраса была полна сновавших повсюду детей. Слегка растерявшись, она обратилась к официантке, которая в одиночестве стояла в углу, равнодушно наблюдая за детской суетой.

– Скажите, – Яна подошла к ней, – а где родители именинника? Здесь вообще есть кто-то из взрослых?

Девушка медленно, оценивающе окинула Яну взглядом и только после паузы буркнула:

– Все в соседнем зале. Через ту дверь, – она лениво кивнула налево, – и первая дверь по коридору направо.

Неприятное предчувствие охватило Яну, но выбора не было. Она решительно направилась на поиски Алёны. Подойдя ближе к другому залу до Яны долетел смех и гул голосов. Она распахнула дверь и вошла, практически сразу нарвавшись на Алёну, окруженную общими знакомыми.

– О! Ты уже здесь. К сожалению, придётся ещё немного подождать, полчаса как минимум. Можешь налить себе шампанского, – небрежно махнула она рукой в сторону буфета и снова повернулась к другим женщинам.

Яна старалась держать себя в руках и выслушала это, не меняясь в лице и не позволив себе ни единой колкости. Театральные сцены были не в её духе.

– Яночка, привет! Я тебя и не видела тут! – К ним подошла ещё одна гостья и, улыбаясь, приобняла Яну.

– Неудивительно, меня здесь и не было, – ответила та с улыбкой – единственным способом сохранить спокойствие и избежать расспросов.

– Жаль, мы так редко видимся...

– Яна не любит массовые мероприятия, – не дав гостье договорить, вмешалась хозяйка праздника. Её быстрый взгляд метался от одной девушки к другой. - Она у нас скромная и стеснительная.

Яна посмотрела на неё секунду, другую. Потом развернулась и, взглянув на часы, вышла, не проронив больше ни слова. Она сделала это не ради Алёны, а только ради себя самой. Оставалось лишь набраться терпения до конца праздника. Ради дочери – выдержать эти тридцать минут, а уж потом послать Алёну куда подальше и навсегда вычеркнуть из памяти.

Их дружба давно растеряла всю свою значимость.

Несмотря на тёплый вечер, Яну била дрожь. Внутри всё клокотало от обиды, злости и разочарования. Остановившись на ступеньках террасы, она окинула взглядом территорию. Всё здесь было как в сказке с неведомыми дорожками: налево пойдёшь – в лес попадёшь, прямо пойдёшь – к мини-зоопарку выйдешь, направо – парковка и выход. Но туда ей было ещё рано. Конюшни располагались позади террасы, но идти туда она тоже не хотела. Она ничего уже не хотела, в том числе ни с кем разговаривать.

Ветер шевелил её волосы. Где-то кричали дети, смеялись взрослые. А она стояла и смотрела на лес, и думала только об одном: как же она устала. Устала притворяться. Устала быть удобной. Устала ждать, что Алёна изменится.