Цитаты из книги «Эмма», страница 12

Он был столь удручен предстоящим отъездом, что в первые минуты не мог говорить. Его подавленность бросалась в глаза. Он сидел, погруженный в тяжелое раздумье, а когда очнулся, уронил только: - Нет в мире ничего страшней расставанья.

- Прошу исключить меня из числа тех, для коих он столь неотразим. Я буду рад с ним познакомиться, когда увижу, что с ним есть о чем поговорить, но если это всего лишь паркетный пустозвон, то он не будет занимать собою ни времени моего, ни мыслей.

На известие об этом отозвались так, как принято отзываться на подобные известия. Все притихли, присмирели, взгрустнули об усопшей, посочувствовали ее близким и во благовременье, приободрясь, полюбопытствовали, где ее похоронят.

Только тогда можно составить верное сужденье о женщине, когда вы видите ее в домашней обстановке, в ее привычном окружении такою, какова она всегда.

Несправедливо судить о поступках человека, ежели нам не все досконально известно о его положении.

Мужчине никогда не понять, как это женщина может отказаться выйти замуж. Мужчина всегда воображает, что женщина готова пойти за всякого, кто ей сделает предложение.

Лелеять замысел никому не возбраняется; замысел вещь безобидная. Сродни мечте.

<...>все наши восторги, все воспаренья зависят более от состояния духа.

Живой ум и в праздную минуту найдет чем себя занять и довольствуется малым.

В неизъяснимом тщеславии она возомнила, будто умеет читать в чужих сердцах, в непростительной гордыне покушалась распоряжаться чужою судьбой и, оказывается, кругом ошибалась - и добро бы сидела сложа руки, а то ведь натворила бед.