Цитаты из книги «Цеховик. Книга 5. План битвы», страница 2

тебя, мента, родственник малолетний преступник, а ты его выгородить пытался. – А куда он делся-то, если под

отварная говядина, отлично. Соль, ложка сметаны и нем

пать. Захватчики уезжают, унося новую легенду об отмороженном Бро, к которому лучше не соваться. Как известно, доброе слово и кольт намного лучше, чем просто доброе слово. Так что, по большому счёту, эти выстрелы в один миг перевели меня из разряда мальчика, у которого можно

налаживать отношения с твоим преемником. Поставят какого-нибудь Снежинского и что делать? – Снежинского не поставят. Я же говорила

стоишь, как неродной. Хочешь, нет, ты только скажи, если хочешь, я это шкета с лестницы спущу, а тебя приму, как сына! О, да вы нарезались, ваше благородие. – Дядя

возомнил о себе. Ему сейчас, надеюсь, всыплют по первое число, но этого мало, такие как он никогда не успокаиваются. Разумный, только закусил, похоже. – Я вообще-то его укротить пытаюсь, и вот это всё, вся эта акция – это последствия моей работы дрессировщика.

Какой команды? Чьей? – Моей, ёпта, – бросаю я через плечо и выхожу в приёмную. – Ларчик, – подмигиваю секретарше, – ты бы коньячку шефу занесла, ему надо, мне кажется. – Это он сам

твоей жизни. Рой так, чтобы земля во все стороны летела. Придётся делать три отчёта, по числу пачек. Первый – инфа на Печкина. – На Печёнкина?

Ладно. Смотри, значит ситуация такая. Его из Берёзовского перевезли сюда, в город. Сначала решили в Междуреченск, за пятьсот километров, но я задействовал все рычаги и его сюда оперативно

Леонид. Леонид Юрьевич Злобин, полковник КГБ. Большая шишка с Лубянки. Точно. – Ну, здравствуй, Егор, – кивает он