Цитаты из книги «Ладья света», страница 10

Женщины не врут. Они существуют в зоне трансформирующейся, быстро изменяющейся правды. Когда Улита говорила, что ненавидит мясо, – она в это искренно верила. Потом, когда она ела курицу, ее правда поменялась, и она опять не лгала. – Не понимаю.

«Кто много ест – того девушки не бросают, потому что поднять не могут!»

– Да уж! – сказала Ирка. – Как-то она сказала мне, что не любит мясо, а через полчаса у меня на глазах сожрала курицу. – И опять не так, – мягко сказал Эссиорх. – Женщины не врут. Они существуют в зоне трансформирующейся, быстро изменяющейся правды. Когда Улита говорила, что ненавидит мясо, – она в это искренно верила. Потом, когда она ела курицу, ее правда поменялась, и она опять не лгала. – Не понимаю. – Со временем разберешься. Женщина всегда верит тому, что говорит. Когда она утверждает, что ты разбил ей жизнь, – она права. Через пять минут она скажет, что ты спас ей жизнь, – и опять же будет права…

Все-таки во многом Эдем – это теория, а тут, на земле, – практика. Втолкнуть теорию в практику порой так же сложно, как толстенный словарь – в нагрудный карман рубашки. Сделаешь хорошее тому, кому, кажется, совершенно нельзя делать добро, и он ответит добром – верным и горячим. И, напротив, тот, кто казался надежным, оказывается так себе человечишко. Тут – главное, за собой следить, чтоб собственные ноги не подломились. Сами себя не понимаем, а лезем понимать других.

Взрослая внучка — это внучка, которая кричит громче тебя! Учитывая, что воспитала тебя я, получается, что я ору сама на себя! — сказала она жалобно, явно пытаясь наладить отношения. Дмитрий Емец,

"Ладья света" (Глава 2 Планы на следующую среду).

...когда мужчине требуется заявить свое право на какой-либо предмет, он ведет себя как собачка, разве что лапку не задирает.

"Мефодий подошёл к Чимоданову и ткнул его кулаком в бок, а тот ткнул Мефа кулаком в челюсть. Они всегда так здоровались.

- Тебя ещё не грохнули? - спросил Петруччо.

Меф озабоченно потрогал челюсть, потому что Петруччо перестарался.

- Пока нет."

— Ау, гараж! Здесь нельзя разводить костры! — радостно крикнула Ирка.

— Костры нельзя — пожары можно, — проворчал Антигон и стеснительно попросил: — Пните меня, бывшая хозяйка!

Ирка пнула. Она очень старалась, даже немного разбежалась. От пинка кикимор отлетел на пол метра и ударился о дерево. Ирка даже испугалась, не убила ли его. Но — нет. Ему понравилось.

Стоял тихий московский вечер. На баскетбольной площадке кто-то резал барана. Рядом, в каменном сарайчике подстанции, кричал ишак.

А ты люби меня ради меня.Потому что я - это я. А я буду любить тебя, потому что ты - это ты. Будем радоваться радостям друг друга, ничего не желая для себя и все воспринимая как внезапный дар. Такая любовь будет надежная.