Читать книгу: «Шашечный клуб»

   Глава 1

     Чемпионат страны был в самом разгаре. Вася вновь проиграл в полуфинале заклятому другу в жизни и сопернику по игре Игорю Смольникову. У Смольникова, в отличие от Васи, и на доске, и в жизни всё было замечательно. Он занимал отличную должность в госдуме, красавица жена и двое прелестных детей вызывали зависть и восхищение одновременно.

– Ничего, в следующий раз повезёт, – ухмылялся Смольников после полуфинала, – кто знает, может, и к счастью, что не выиграл.

   Сначала Васю смутили подобные слова, мол, смеётся, прилюдно унижает, но интонация, с которой он это сказал, вызвала у него сомнения.

– Неужели договорняки, – думал он про себя, – будто знает всё наперёд.

   Финал Смольников выиграл без особых сложностей, и после игры Вася зашёл поздравить победителя. Какого же было его удивление, когда в маленькой душной комнате, походившей на пыльную монашескую келью, на полу, прислонившись к стене, сидел чемпион, будто отдыхал после игры… С перерезанными венами. Глаза его, направленные в бесконечность, поняли всю тщетность бытия, а лицо лишь теперь расслабилось от жизненной гонки. Вася стоял в растерянности, не понимая, толи звать на помощь, толи рассмотреть визитку, сжатую в окровавленных руках Смольникова. Глубоко вдохнув, он зашёл в комнату и закрыл за собой дверь.

   В комнате было жарко. Лужицы крови раскинулись по полу, будто маленькие болотца, и Вася старался их не зацепить. Уняв трясучку, он вытащил скомканную бумажку. На ней каллиграфическим подчерком было выведено следующее: "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Суббота, 23:00. С-4"

   Хоронили Смольникова со всеми полагающимися почестями. Было много народу и должностных лиц. Не каждый день умирали выдающиеся люди.

  Сухо попрощавшись с родственниками, Вася спешно покинул процессию и заперся в маленькой комнатушке на пятом этаже кирпичного старого дома. Кровь на визитке высохла и напоминала бурую краску. Вася поскоблил её ногтем и вновь прошептал надпись, как заклинание: "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Суббота, 23:00. С-4". Между прочим, была суббота, и было уже без малого шесть вечера. Страх и сомнение съедали Васю, не было той железной концентрации, которой он славился на играх. Он ломал руки и кисти, покрывался холодным потом и становился бледным, как поганка.

– Была не была! – крикнул он наконец, и, схватив плащ, выбежал из дома.

   Глава 2

    На улице стояла поздняя осень и в холодном полумраке неоновых ламп сквозь туман Вася подошёл к тёмной двери с торца невысокого двухэтажного здания. Народу на входе не было, и Вася нерешительно постучал в железную дверь. Щёлкнул затвор смотровой щели и узкие проницательные глаза уставились на гостя. Вася нерешительно топтался на месте, переводя взгляд с двери на ноги и обратно.

– Чего надо? – спросил низкий женский голос.

– Я на партию в шашки, – тихо ответил Вася, мысленно проклиная себя.

– Приглашение! – громко потребовала женщина, вытягивая из створки костлявые пальцы.

   Вася достал из внутреннего кармана плаща смятую грязную бумажку и протянул в светящуюся щель. Цепкие пальцы схватили её, будто хищник приманку и резко закрыли створку.

– Ну вот и всё, – подумал он про себя и, потоптавшись секунд двадцать, побрёл восвояси.

   Однако дверь отворилась, и тонкая костлявая рука поманила внутрь. Помещение внутри оказалось большим, игроков хоть отбавляй. Разговоров не было слышно, и за каждым столом сидел комендант. Женщина, лет пятидесяти, невысокого роста, была одета в длинное чёрное платье. На шее висело большое ожерелье с амулетами.

– С-4 это большая ставка, – смерив гостя взглядом, сказала женщина, – готовы ли вы её оплатить.

   Вася опечалился, так как жил от зарплаты до зарплаты и в кармане не было денег. Пожав плечами, он уже собирался уходить, но женщина, бросив молниеносный взгляд в другой конец комнаты, остановила его.

– Не знаю, откуда приглашение, – сдержанно пробормотала она, – но раз оно у вас, вы обязаны сыграть.

   Она указала на один из центральных столов и Вася беспрекословно повиновался.

   Напротив сидел высокий худощавый человек в больших прямоугольных очках.

– Индус, – подумал Вася, – индусы сильные игроки.

   Комендант, похожий на мумию, молча разложил фигуры и дал отчёт игре. Васе показалось, что за всю игру он ни разу не моргнул. Общее время на ходы полчаса, таким образом, партия длилась не более часа.

   Индус начал агрессивно. Выстроил по центру свинью и пошёл в размен. У Васи шашки оказались разбросаны по краям, что придавало маневренности, но уменьшало силу позиции. Индус рвал центр, будто буровая установка, ни жалея ни сил, ни фигур.

– Так и до дамки недалеко, – подумал Вася и пошёл на фланговый размен.

   В итоге, на левом фланге образовалась малюсенькая брешь, благодаря которой, пожертвовав шашкой, Вася прошёл в дамки. Запахло жаренным, и индус сделал всё, чтобы завладеть хотя бы одной дамкой. Что у него и получилось. Однако общий счёт был не в его пользу. Когда прошёл час игры, комендант объявил результат. Ничья с преимуществом в две дамки на стороне Васи. Индус откинулся на стул и тяжело выдохнул.

   Подошла мадам и попросила на выход.

– С вами свяжутся, – сказала она на прощание, захлопывая дверь.

– Что бы это значило, – думал Вася, возвращаясь домой.

   Глава 3

     Прошло несколько дней, и перипетии "шашечной" ночи забылись. Вася, как и прежде, ходил на работу. Серая пелена облаков, разбавленная на секунду странным мерцанием, вновь заполонила пространство.

   Однако вместе с зарплатой в конце месяца ему выдали годовую премию. Якобы за хорошую работу. Главный инженер спустился с небес и крепко пожал ему руку, выразив удивление и благодарность за знакомство с влиятельными индийскими партнёрами, которые сделали большой заказ на их продукцию. Не забыв напомнить о хорошей недавней партии в шашки. И желании скорейшего реванша.

– Что за чертовщина, – думал Вася, возвращаясь домой.

   Деньги, конечно, грели сердце, но волнение и страх надолго поселились в душу.

   Победитель немного обустроил маленькую квартирку. Купил двуспальную кровать, так как пружины старого продавленного дивана впивались в бока. Приобрёл небольшую плазму, неизменный атрибут зоны комфорта, а так же маленький журнальный столик и ноутбук, чтобы смотреть шашечные игры, не отрываясь от работы. Чуяло сердце, что одной партией серия не закончится.

   За окном шли дни, выпал первый снег, и на остатки денег Вася прикупил тёплую одежду и обувь. Жизнь приучила жить от зарплаты до зарплаты, и, даже получив значительную сумму, он её тут же потратил. От греха подальше.

  Спустя месяц на работу принесли конверт с бумажным прямоугольником внутри.

– Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Суббота, 23:00. С-3, – прошептал Вася и спрятал письмо в карман.

   Был пятница и на остаток дня он взял отгул.

   Сидя дома за чашкой кофе, он думал, почему же Смольников покончил с собой. Может, это разводка, в которой его подставили на большие деньги. И не следует ли ему, Васе, обратиться в полицию, чтобы разворошить осиное гнездо. Или у них всё схвачено и выхода из лисьей норы нет. Так он и уснул, сидя на диване, в глубоких раздумьях и тяжёлых переживаниях.

   Глава 4

     Проснулся он в районе обеда. За окном светило осеннее солнце, которое давно не припекало и первый снег тонким слоем покрыл крыши. Заварив кофе, новоявленный игрок клуба захлопнул ноутбук и размял плечи. Предстоял бой в высшей лиге, где наградой была не просто позолоченная жестянка.

  Щёлкнула затворка и костлявая рука взяла приглашение. Через полминуты дверь распахнулась и женщина в чёрном проводила его к игровому столу. На этот раз соперником был толстый мексиканец. Клубы сигарного дыма окутывали его пышные чёрные усы, а широкополая ковбойская шляпа, надвинутая на брови, скрывала холодный убийственный взгляд. Оба молчали. Вася заметил, что в клубе никогда никто не разговаривал. Как выяснилось позже, таковым было одно из правил. Так же Вася обратил внимание, что все коменданты были похожи друг на друга, будто манекены.

– Грим, – тут же догадался он, отмахнув беспричинные страхи.

   Наступила партия и мексиканец, как и индус, рьяно бросился в атаку. На этот раз соперник расчётливо двигал линии и не давал Васе пространства для манёвра. Но Вася увидел преимущество в открытом тылу соперника и когда волны атак разбились о гранитную защиту, он провёл эффектную атаку и кинжальным выпадом протащил шашку в дамки. Мексиканец на мгновение застыл и прикусил сигару. Пепел упал на край доски, сигнализируя окончание партии.

   Без особых эмоций мексиканец поднялся из-за стола, откланялся и удалился вслед за мадам. Пока комендант убирал шашки, Вася огляделся. Как же много вокруг столов, как много игроков разных национальностей и мастей. Казалось, здесь был весь земной шар, и все играли в одну глобальную игру.

– Вам пора, – сказала мадам, указывая на выход, – вас вызовут.

   Больше она не проронила ни слова, и только хлопок двери ознаменовал возвращение Васи в реальный мир.

– Вот уж дела, – подумал он и отправился домой.

   Только теперь он почувствовал, насколько устал и вымотался.

   Глава 5

     Утром Вася проснулся от настойчивого стука в дверь. Замотавшись в халат, засоня пошарпал в прихожую. На пороге стоял курьер с небольшой бандеролью. Передав коробку и получив роспись, курьер удалился.

   Вася закрыл дверь и прошёл к журнальному столику. Коробка была обёрнута клеёнкой и скотчем. Незадачливый клиент аккуратно распечатал посылку и достал конверт с золотистым напылением. Внутри золотая карта швейцарского банка с его именем и фамилией. Вася присел на диван и вытер пот. На столике стоял включенный ноутбук и Вася вошёл личный кабинет. Через несколько секунд эмоции захватили разум в едином порыве радости, растерянности и страха. На счету пять миллионов долларов. Откуда, зачем и почему… Всё оставалось загадкой. Ясно одно. Всё это как-то связанно с клубом.

   Деньги новоявленный миллионер благоразумно решил не тратить и не выводить. Мало ли какая ошибка произошла, и если вдруг к нему придут крутые парни со стволами, он всё отдаст. Жизнь, как говорится, бесценна. А вот мадам в клубе многое может разъяснить. Осталось ждать приглашения, без него, Вася это чётко понял, вход в клуб закрыт.

   На работе Вася просиживал штаны, с нетерпением ожидая нового приглашения. Месяц, казалось, шёл целую вечность. Наконец появился очередной курьер и молча вручил Васе визитку. Сослуживцы с удивлением и завистью оглядывались, но никто не спросил у Васи, что было написано на прямоугольном клочке бумаги.

– Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Суббота, 23:00. С-2, – еле слышно пробормотал Вася.

   Глаза его искрились, будто у маленького ребёнка, получившего подарок.

   Настала долгожданная суббота. Не изменяя традициям, Вася занял стратегическую позицию в кафе, заказал кофе и бутерброд. За окном шёл снег и знакомые манекены переобулись в зимние наряды. Он думал о клубе, сопернике и предстоящей игре.

   Бодро постучав в дверь, он протянул в щель визитку. Дверь отворилась и мадам еле заметно кивнула.

– Вас ждёт уровень С-2, – сказала мадам, – прошу к столу.

   Соперником был тщедушный старик китаец. Он беспрестанно теребил в руках чётки, чем отвлекал внимание Васи. Игра началась и каждый осторожно прощупывал почву. Никто не торопился и не гнал лошадей. Не двигал задние фигуры и не пытался рубить напропалую. Доигрались до того, что не осталось ходов и Вася первым осторожно пожертвовал фигурой. Затем второй… и третьей. Начался размен, в котором китаец всё время был чуточку лучше. Вася оборонялся и огрызался, пока при фланговой атаке лишился одной шашки. Чётки онемели в руках китайца, будто хвост хищника, почувствовавшего кровь. Вася же застыл в нерешительности, судорожно перебирая в голове возможные варианты. Игра явно не клеилась, он помнил, что было при ничье с преимуществом. Китаец действовал медленно и монотонно, будто удав. Вася так отвлёкся на игру, что не заметил, как его время подошло к концу. Последние ходы он делал быстро, почти без размышлений. И закономерно проиграл.

   Только теперь, когда холодная рука мадам коснулась плеча, он понял, что произошло. Ноги подкосились, перед глазами дымчатая пелена.

– Вам пора, – сказала мадам где-то на заднем фоне. Вася с трудом поднялся, – с вами свяжутся в следующий раз. При надобности.

   Вася двигался, будто по палубе корабля, попавшего в шторм. Он медленно проплыл между столами и, спотыкаясь, вышел за порог клуба.

– Это же только игра, – пронеслось в голове.

  Холодный воздух, дунувший в лицо, показался дыханием смерти.

   Глава 6

    Утром он побрился, умылся и отправился на работу. Были опасения, что начальство оштрафует за какие-то проступки, но это мелочи. Главное, чтобы не уволили. А увольнять было не за что. И приглашение клуб в любом случае пришлёт. Почему-то Вася верил в это.

   Была морозная погода и обычный инженер спешил на работу, как не спешил никакой инженер. Любимая красная пятиэтажка.

  Раздался взрыв… Как написали позже, бытовой газ заполнял коридоры и этажи все выходные, охранник был с похмелья и проспал всю смену под вентиляторами. Короткое замыкание и большой фейерверк. Вместе с теми немногими, кто успел войти в здание.

   Вася шмякнулся на край тротуара и вытер со лба пот. Вокруг паника, мигалки и хаос. Жертвы… Такова была цена проигрыша на уровне С-2.

– Больше не пойду, – подумал Вася, вытирая белила с бетонных ограждений.

– Отказаться не получиться, – крепкий мужской голос вывел из небытия, – и не думайте, что смерть станет лёгким билетом на выход.

   Рядом стоял среднего роста стройный мужчина, в рыжем плаще и чёрной шляпе. Он курил и безучастно смотрел на окружающий хаос.

– Мой вам совет, хорошенько подготовьтесь к следующей игре, – он выбросил сигарету и растворился в толпе.

   Следующие несколько дней он не выходил из дома. С проницательностью бухгалтера он искал упоминания о шашечном клубе, но ничего не нашёл. Закрытая структура, как и полагается, ничем себя не выдавала.

   Через полтора месяца в дверь постучали. На пороге стоял мальчишка-курьер с конвертом. Вася улыбнулся и дал щедрые чаевые. Быстро вскрыв конверт, он увидел долгожданную надпись: "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Суббота, 22:50. С-3"

– Проигравшие приходят и уходят первыми, – пробормотал Вася, бросая приглашение на стол, – что ж, пусть будет так.

   В субботу он побрился, умылся и выгладил единственный чёрный костюм. Предстояла важная встреча, когда он познал проигрыш, когда соперники были неизвестны, а за отказ, судя по всему, назначалась смерть не только ему, но и всем близким.

   Перед выходом он взял визитку, пачку сигарет и отправился в кафе. Не следовало нарушать традиции, даже в случае проигрышей.

   Дверь клуба отворилась. Холодный взгляд мадам не выражал ничего. Она провела игрока к обшарпанному столу у стены, за которым сидел невозмутимый комендант. Через десять минут появился соперник, высокий азиат с тонкими чертами лица и длинным, будто у Буратино, носом. Вася сцепил руки в замок и сосредоточился. Игра началась…

   Глава 7

   С тех пор прошло много времени. Львиную долю поединков Вася выиграл, но бывали и проигрыши. Однажды две осечки подряд чуть не выбили из колеи, но он выдержал. Хотя третий проигрыш наверняка свел бы в могилу.

   После очередной победы ему светило место гендиректора и Вася решил с размахом отметить победу.

   Получив место безусловного любимчика судьбы, Вася пустился во все тяжкие. Гулянки, пьянки, изредка наркотики. Только проигрыши ненадолго отрезвляли его. До очередной серии побед. По регламенту, на каждой следующей букве проводилось на одну игру больше. Так, на D Вася провёл двенадцать игр с учётом одного проигрыша, на I двенадцать игр без проигрышей и так далее. Настало время последней буквы и Васе всем нутром на неё не хотелось, не чувствовал в себе уверенности. Даже несколько раз проиграл, но удары судьбы были слишком болезненны.

– Была не была, – плюнул он в сердцах и выиграл последнюю игру на клетке G.

– Поздравляю, – холодно произнесла мадам, – теперь ваш уровень Н.

   Никакой радости это новость Васе не принесла. Сухо попрощавшись, он сел в лимузин и отправился в клуб для взрослых и состоятельных. Последние спокойные деньки обещали пролететь быстро.

   Пятничным вечером в пентхаус на двадцать пятом этаже элитной многоэтажки позвонили. Стакан коньяка в руках Васи неестественно подёрнулся, а сам он сконфузился. Может, всё-таки плюнуть на всё и не открывать? Но настойчивые звонки будоражили душу, а труп Смольникова всплывал перед глазами.

  Курьер пытал звонок с усердием следователя.

– Слышу, – с претензией открыл дверь Вася, – что у вас?

   Курьер протянул конверт, а взамен получил десять долларов. Неплохо, за пять минут ожидания. Вася захлопнул дверь и с трудом подошёл к столу, будто в конверте был слиток килограмм двадцать. Но внутри оказалось очередное ничем не примечательное приглашение: "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Воскресенье, 23:00. Н-4"

   Никогда ещё он не играл воскресным вечером, хотя данная перемена времени ни на что не влияла. Нужно было выигрывать, только и всего.

   В день игры Вася облачился в смокинг с бабочкой. В кармане золотой портсигар с кубинскими толстыми сигарами. Лимузин подъехал и, выйдя на улицу, Вася устремил взгляд в небо. Тысячи цивилизаций, беспорядочно разбросанных по небу, которым вряд ли было до него дело, как и до предстоящей игры. Муравей в отдельно взятом муравейнике, отдельно взятого леса, на одном из континентов одного из тысячи миров. Неплохая начальная позиция.

   Мадам встретила его холодно и отрешённо. В зале чрезвычайно мало народу. Редко горящие лампы разбросаны вдоль стен, будто маяки в океане. Мадам подвела Васю к столику и удалилась. Коменданта не было, как не было и часов. За стол присел невысокий лысый человек в чёрном одеянии. Он напоминал священника, только взгляд его был холодным и расчётливым.

– Поздравляю, вы дошли до последнего уровня, – неожиданно сказал он приятным низким голосом.

   Вася оглянулся. В клубе было запрещено разговаривать, но их никто и не слышал.

– Бросьте, правила пишутся для толпы и редко соблюдаются законописцами, – отмахнулся собеседник, – а знаете почему? Потому что без правил челядь уничтожит друг друга. Разве не так? Ну а раз вы здесь, то можете нарушать правила себе во благо, – он усмехнулся, – иначе вы бы не дошли.

   Он достал из внутреннего ящика стола шашки и доску.

– Но хватит слов, – хищническая улыбка бросила Васю в холодный пот, – вы же сюда играть пришли.

   Он разложил фигуры, Васе достались белые. Тёмная сторона соперника стала ещё мрачнее.

– Прошу, – любезно указал он на доску, – начнём-с.

   Вася осторожно подвинул шашку в центр. Уже на первом ходу он не чувствовал уверенности.

– Человеческая душа всё равно, что шашечная партия, не так ли, – пробормотал соперник, делая ответный ход в центр. Его длинные ногти были покрыты чёрным лаком.

– Не знаю, не знаток душ, – вскользь бросил Вася, пытаясь сосредоточиться.

– Ну а как же, – продолжил человек в чёрном, – однажды выбившаяся в дамки шашка тащит за собой всё родовое племя, – он аккуратно подвинул чёрную фигуру в угол, – неважно, достойны или недостойны, все сгодятся в солянке власти и разврата. Не по таланту отбираются на вершину, а по связям и родству.

– И что в этом такого, – отрешённо ответил Вася, – испокон веков всегда так было.

– Верно, – задумчиво пробормотал собеседник, – в итоге, ни одна цивилизация не пережила уз родства.

– Синусоида развития давно известна, – вздохнул Вася, – первое поколение завоёвывает, второе строит, третье удерживает и наращивает, четвёртое становится терпимым и толерантным, а пятое тупеет и развращается.

– Но тогда какой смысл развития и какой путь человечества? – не унимался соперник.

– А он есть? – Вася несколько отвлёкся от доски и глянул перед собой, – любая партия заканчивается и всё возвращается в один ящик. Неважно, люди, поколения, цивилизации…

– Он так и завещал, – человек в чёрном указал пальцем наверх, – не развиваться, жить в гармонии с природой и довольствоваться даруемыми ею плодами. Так почему же человечество пошло по иному пути, если нет смысла развития, если партия всё равно закончится и циклы начнутся сначала.

– Алчность и желание управлять всегда было частью человеческой натуры, – Вася вдруг осознал, что позиция его стала несколько хуже, – и человечество от неё не откажется.

– А вы? – резко спросил соперник, отдавая шашку под рубку, – готовы ли вы отказаться от всего и следовать канонам божьим.

   Столь резкий поворот разговора и игры ввёл Васю в ступор. Человек напротив великодушно отдавал шашку, выравнивая позиции. Казалось, он продлевал игру только ради разговора.

– Ни в коем случае, – уверенно сказал Вася, забирая шашку, – моё отрешение ничего не изменит для мира, и я слишком многое пережил, чтобы…

– И что же вы пережили? – учтиво перебил соперник, – сколько кругов ада вы прошли, чтобы оказаться на этом месте?

– Достаточно, – ответил Вася, делая необоснованно агрессивный ход, – я достаточно настрадался.

   Чёрные сделали несколько удачных ходов и белые оказались в затруднительном положении. Вася сжал зубы и сконфузился.

– Не сдавайтесь, – предупредил человек в чёрном, наваливаясь на стол, – не совершайте ошибку Сифа, не пытайтесь быть серым в чёрно-белой картине. Варианты есть всегда и самопожертвование, порой, не самый плохой выбор.

   Спустя несколько ходов Вася беспомощно проиграл. Он тяжело выдохнул и откинулся на спинку деревянного стула в ожидании мадам. Но она, почему-то, не торопилась.

– Прежде чем мы расстанемся, – человек в чёрном закурил тонкую сигарету со вкусом фикуса, – объясню вам правила игры на этом уровне. Четыре подуровня, две игры в каждом. После того, как вы проигрываете, вы не возвращаетесь на предыдущую букву, вы идёте к неотвратимому концу. К финальной игре Н-1. И когда вы проиграете… В общем, вы же часто задавались вопросом, что будет в конце игры. Вот и узнаете.

   Он откланялся и исчез в полумраке помещения. Вася сидел заворожённый. Холодные капли выступили на лбу, сердце стучало, будто от разряда.

   Появилась мадам. Без лишних телодвижений она указала на выход.

– Позвольте, с кем я играл? – еле слышно спросил Вася.

   Ответа он не услышал. Мадам походила на живой манекен без чувств и эмоций.

   Глава 8

   По странному стечению обстоятельств, ни один актив Васи не упал.

   Позвонил знакомый депутат и предложил встретиться. Столик в ресторане, небольшой, но чрезвычайно дорогой ужин с белым вином и хорошо прожаренным стейком.

– Предложение у меня к тебе есть, – после нескольких дежурных фраз сказал тучный собеседник, – Смольникова помнишь? Тот, который тоже в шашки играл.

– Помню, – ответил Вася, опустошая бокал.

– Который самоубийством закончил, бедняга, – вздохнул собеседник и скупая слеза выступила на его толстом лице, – хороший был человек… Знающий.

   Вася нахмурился.

– Место вакантно, а садить кого попало не хочется, – продолжал собеседник заунывным тоном, – достойнейший был человек, и, главное, ответственный, исполнительный.

– Зачем мне в политику, мне и так хорошо, – коротко отсёк Вася.

   Немного подумав, собеседник скривил ехидную улыбку.

– А это как сказать, Василий, с какого угла посмотреть, – прошептал он, – сегодня хорошо, а завтра придут и обчистят до последней нитки. Пока вы только пассажир на празднике жизни, а надобно быть капитаном. Чтобы знать, каким курсом плыть и куда дует ветер.

– Есть время подумать? – спросил Вася.

– Единственное, чего у нас нет, это времени, – вздохнул депутат, – ничего, мы и его скоро обуздаем. Соглашайтесь, Василий, команда у нас слаженная, сильная. За своих горой стоит…

– Вот тут-то меня и подставят, – подумал Вася, – спустят всех собак и все грехи навесят. Проиграл всё-таки.

– Я бы к вам не обратился, но Смольников лично вас рекомендовал, – сделал последнюю попытку собеседник.

   Не было похоже, чтобы он лукавил, и Вася, скрипя сердцем, согласился. Собеседник обрадовался, будто ребёнок на новый год.

   Вернулся Вася домой в смешанных чувствах.

– Другой уровень, – пробормотал Вася спустя несколько дней, задумчиво теребя чёрную шашку в руках, – другой уровень… Возможно, удар будет после двух проигрышей настолько сильный, что оправиться уже не получится.

– Не буду пить и курить, пока не выиграю, – подстегнул он себя пятничным вечером, получая очередное приглашение.

   Воскресный вечер выдался холодным и пасмурным. Вася возобновил старую традицию и заказал кофе в кафе его прошлой жизни. Богатый смокинг и плащ выделяли из общего круга.

– Всего лишь игрок, – думал он про себя, оглядывая посетителей.

   Вокруг шёл старый несменяемый сериал. Новые лица, старые сюжеты.

   Время подходило и Вася отправился в клуб. Ветер продувал шею, но Вася не кутался, пытаясь заручиться природной бодростью.

   Мадам проводила игрока за тот же столик и оставила в одиночестве. Знакомая невысокая фигура появилась в полумраке.

– Вижу, вы сегодня серьёзно настроены, – улыбнулся падре всё в той же чёрной мантии, – уверен, игра будет увлекательной.

   Он достал из ящика шашки и выложил на стол.

– Переживали за инвестиции? – спросил падре, когда Вася сделал первый ход.

– Не больше, чем за сегодняшнюю партию, – ответил тот, анализирую ситуацию.

– Диверсификация, понимаю, – протянул соперник.

   Васе показалось, что он совершенно не смотрит на доску и делает ходы не задумываясь.

– Лёгкость движений, отработанная веками, – усмехнулся человек в чёрном, – поверьте, я за доской гораздо дольше, чем вы себе представляете.

– Тогда какова цель партии, если вы заведомо сильнее?

– Это хороший вопрос, – улыбнулся падре, – а кто, собственно, сказал, что я сильнее?

– Никто, – согласился Вася, – это вы играли со Смольниковым?

   Падре откинулся на спинку, и свёл руки у подбородка.

– Рано или поздно приглашение достигло бы кого-нибудь, – невозмутимо ответил он, – в данном случае это вы. И не говорите, что жалеете о первом дне игры. Тогда поменялась вся ваша жизнь. Новые горизонты, эмоции, вызовы, – он приблизился к столу и чёрные глаза сверкнули в свете лампы, – и новые риски. Скажите, вы бы испытали хоть толику этих чувств, если бы сорок лет проработали инженером? Кажется, нет более сумасшедшего занятия, чем изо дня в день ходить на восьмичасовую работу за мизерную зарплату без возможности роста. И не до пенсии, а до конца жизни, пока хребет не переломится. А ведь ходят. И не бунтуют.

– А у меня, хотите сказать, появилось право выбора, – пробормотал Вася, чувствуя, как шашки соперника вновь нависают чёрной тучей.

– Пока не выбора, но хотя бы сравнения, – падре отстранился и на душе у Васи полегчало, – говорят, книга жизни каждого человека написана до рождения и все его ходы изначально и досконально просчитаны. На мой взгляд, полная чепуха. Возможно, я ошибаюсь и это большая трагедия. Но только лично для меня.

– И то, что вы сидите здесь тоже ваш выбор?

– Заглядываете за горизонт, – усмехнулся падре, – рановато. Делайте ход.

   Вася действительно несколько отвлёкся от партии. Он оценил плачевную ситуацию и усмехнулся. Теперь его точно посадят, так как вариантов отыгрыша не было…

   Глава 9

   Вася вышел с клуба без каких-либо эмоций. Закурив сигарету, он отправился домой пешком. Лимузин лихо унёсся вдаль, оставив после себя неприятный шлейф выхлопных газов. Итак, за спиной два проигрыша подряд и львиная доля активов, скорее всего, конфискована. И депутатское место вряд ли светит.

   Через пару дней раздался звонок знакомого, который радостно заявил, что его утвердили на новой должности. Вася не знал, радоваться или огорчаться. Ну утвердили и утвердили, ничего плохого он пока не сделал, так что поводов для волнения не было.

   Мир верхов не принадлежал стране, расе или народу. Это были кочевники новой эпохи с самолётами, пароходами и собственной службой охраны, работающие во власти вахтовым методом. Активы большинства, так же как их семьи, были за пределами разваливаемой ими страны, так как не подобало успешному человеку гадить и жить в одном месте одновременно.

– Что-то вирус чрезмерно лютует, – жаловался один из чиновников, – теперь и не отдохнёшь нормально. Видать, летом в поместье придётся отсиживаться.

– А что, рыбалочка да банька тоже неплохо, – отмахивался другой, – не всё же по курортам ездить.

– Ничего, в следующем году всё нормализуется, – ратовал первый, поднимая рюмку.

   Вася слушал их вскользь, думая об игре. Осталось шесть игр, шесть месяцев, по результатам которых песенка его, возможно, будет спета.

   Занимался он в думе не то, чтобы законотворчеством, но контролем за расходами. Этому такой процент, тому такой, себе чуть-чуть, а на остатки дорогу в каком-нибудь дальнем селе песком отсыпать, а по документам асфальт провести. Всё равно ни одна старушка до центра не дойдёт, ибо некогда, выживать надо.

   А налоги шли в страну исправно. И как же так хитро всё придумали, если издревле деньги просто изымали как дань или оброк, не скрывая этого факта, мол, раб и плати, то теперь зафаршировали всё социальными программами, эфемерным стабилизационным фондом и вообще, во благо великой страны. А рабов работниками назвали, чтобы не так обидно звучало. Красота.

   Тем временем, вирус разрастался с каждым днём. Поступления в казну сократились, что негативно отразилось и на доходах чиновников. Собрали общий совет и стали думать.

– Зачем велосипед изобретать? – выступил Вася, которому вся эта шумиха порядком надоела и отвлекала от предстоящей игры, – раскулачьте бояр, немного дайте народу, остальное заберите себе. Мол, ситуация в стране сложная, нужно подушку готовить. Если начнут возмущаться, спустите с привязи "собак".

– А вдруг не на шутку взбунтуются, – выступил маленький человечек в очках, который перестраховывался по любому поводу.

– Тогда валите всё на царя, садитесь в самолёт и улетайте, – ответил Вася, – чай, не восемнадцатый век, не нужно через полстраны на лошадях скакать.

   Через неделю, заблаговременно выведя активы в серую зону, объявили прогрессивную шкалу налогов на сбережения. Народу понравилось.

   Между тем подошёл конец месяца и Васе вручили очередную визитку.

– Н-3, – пробормотал он задумчиво.

   Края приглашения отливали на свету белым золотом. Васе вспомнился позолоченный гроб одного из поп-певцов. Наверняка разграбили склеп после погребения. Интересно, насколько тщательно скрывали похороны египетских фараонов. Похлеще любой нынешней спецоперации.

– К успеху идёте, – улыбнулся падре, когда шашки были расставлены, – резво взяли вверх, не боитесь упасть?

– В чём подстава? – спросил Вася, осторожно начиная игру с фланга, – я проигрываю, а дела идут хорошо.

– Может, это и есть тот самый уровень, где независимо от совершаемых действий, всё равно остаёшься в плюсе.

– Сарказма вам не занимать, – усмехнулся Вася, – однако проигрывать вы однозначно не советуете.

– Проигрыш даёт пищу для размышлений, выигрыш – эйфорию, – сказал соперник, – и если не впадать в самобичевание и забвение, то можно открыть много нового.

– Вы знаете про меня всё, я про вас – ничего, – Вася прикусил нижнюю губу, так что кровь выступила. Он пропустил хороший ход.

– Разве это знание поможет обыграть меня? – улыбнулся падре, – все, что нужно для победы вы знаете, другое дело, стратегия. Каким бы богатым ни был человек, он не может купить бессмертие.

– А вы?

– Ответ на него в конце игры, – падре посмотрел на лампу, будто в ней была сокрыта тайна мироздания, – вы вряд ли продлите себе жизнь, а вот укоротить другим вполне способны. И когда придёт время расплаты, не пеняйте на систему, судьбу или меня.

– Взмах мотылька в одной части вызывает цунами в другой, – осторожно заметил Вася.

– Умоляю, не упрощайте, – улыбнулся падре, – вы же игрок и понимаете, где есть ваша вина, а где нет. Для таких, как вы, законы не писаны и весь расчёт на самосознание. Ну и о нём не стоит забывать, – соперник поднял палец вверх, ставя точку в игре.

   Очередной проигрыш не удивил Васю. Соперник был на другом уровне, и обыграть его казалось делом невыполнимым.

   Глава 10

– Ну а что такого, люди умирают, – развёл руками Дворянинов, тот, что порекомендовал Васю на место Смольникова, – мы то тут при чём?

   Вася горестно плюхнулся в кожаное кресло личного кабинета и осушил бокал воды.

– Не искать себе оправданий, – прозвучали в голове слова падре, – отвечать за слова и действия.

   А случилось следующее. На остатки средств, которые в скудном количестве ушли за пределы Москвы, построили дорогу в труднодоступную деревню. Ну как построили, отсыпали песком, а сверху насыпали гравием для товарного вида. На этом работы завершились. И так повелось, что на этой дороге сначала легковушка с семьёй на повороте в кювет ушла и все погибли, а затем и автобус с детьми сошёл в овраг с подмытой стороны. Прозвали дорогу "трассой смерти", как водится в русском фольклоре.

– Деньги выделить и отремонтировать так, чтобы танк проехал и следа не оставил, – пробормотал Вася, вставая с кресла.

– Василич, ну ты чего, – запротестовал Дворянинов.

– Живо, – прошипел Вася, – иначе съедят и до самолёта доехать не успеешь. Мешочек то, небось, большой подготовил для деньжат олигархических.

   Дворянинов, тяжело дыша и перебирая пальцами, вышел из кабинета. Как бы он не хотел, прав был Василич, чертовски прав.

– Надо бы президента царём объявить, – думал Вася, сидя в одиночестве, – а то вирусы всякие бродят, мигранты снуют, великое перенаселение народов, падение Вавилонской башни в виде капитализма… Ещё и Апокалипсис по Библии не за горами. Ситуацию надо максимально стабилизировать, да и своё положение обезопасить. А так если подумать, то бежать то некуда. Старушку Европу варвары вот-вот захватят, а тех, кто останется вирус добьёт. А Сибирь то вон она, большая, необъятная, развивай не хочу. Так может и бежать никуда не надо, а здесь крепость строить, – Вася усмехнулся собственным мыслям, – да только кто его всерьёз воспримет? Вассалы и ставленники запада? Которые без наставления даже в туалет не ходят. Колониальная элита тем и хорошо для хозяев, что не видит колонию своим домом. А царь никуда не денется. Он будет лакмусовой бумажкой правления, а если надо и сакральной жертвой… И он хорошо будет понимать, что бежать некуда. А там и Вася со своим активом, быть может, схоронится.

   Итак, план разработан. Нужно как-то поменять конституцию. Внешние угрозы, вирусы, всё подходило, добавить несколько смягчающих посланий для населения и всё.

   Вася перебирал варианты. Может, устроить митинг в пользу власти, выиграть международный конкурс в какой-нибудь поп-безделушке или футбольный чемпионат мира. Народ всегда голосует как надо в моменты радости и скорби.

   Между тем приглашение не заставило себя ждать. Вторая игра на уровне Н-3 обещала быть интересной…

– Управление игрой – это искусство, – сказал падре, двигая чёрную шашку, – насколько вы хороши в столь нелёгком деле?

– А что тут усложнять, – ответил пространно Вася, – держи голодную собаку на привязи и в холоде. Чтобы была рада любой кости и тёплому взгляду. И рвала бы любого за тебя. А что делает запад. Выращивает нежизнеспособных недоособей в тепличных условиях, которые и за окорок не вступятся за руку, дающую еду, потому как привыкли к корейке и шницелю. Они и во время войны будут говорить о человеколюбии, даже когда вражеские штыки будут протыкать их сердца. Такое население нежизнеспособно и бесперспективно.

– Я согласен, что необходимость в потребностях безальтернативна, – согласился падре, – в муках и страданиях душа человеческая приходит к очищению, – он сделал очередной ход, который поверг Васю в уныние, – но не человеку решать, какие испытания лягут на плечи народа на пути к светлой жизни.

– Вы вещаете с точки зрения небожителя, – парировал Вася, – люди вещают с точки зрения обывателя. И для тех, и для других мы выглядим крайне нелицеприятно, – он сделал свой ход и остался вполне доволен, – мы как масло, тонким слоем натёрты между икрой и чёрствой горбушкой хлеба. И мы первые в зоне риска при бунтах и сменах правительств.

– Ваш "плач Ярославны" неуместен, – возразил падре, – чай, не в окопах сидите с последним патроном.

– Всего лишь реализуем возможности, – партия была крайне ровной и Вася впервые почувствовал вкус борьбы, – не было бы нас, появились бы другие.

– Но за столом сидите именно вы.

– Вы считаете нас ворами?

– Извольте, – рассмеялся падре, – как вы сами сказали, вы тонкая прослойка между разбогатевшими гениями и влиятельными мафиозными кланами. Этакий выродок ублюдочного капитализма, не желающий жить среди черни народа, им же обираемого, и не принимаемый в элиту, его породившую. Вот и болтаетесь между небом и морем на ветру.

   Падре сделал несколько хороших ходов и партия была закончена.

– Только не забывайте друг мой, что любая смерть, любой проступок лягут именно на ваши плечи и ни на чьи другие. И советую вам подтянуть игру, а то серия становится скучной…

   Он растворился в полумраке, оставив Васю один на один с шашками.

   Глава 11

     "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Воскресенье, 23:00. Н-2".

– Ещё не приговор, но уже близко, – думал Вася, теребя приглашение.

   Человек в чёрном снился по ночам. Всегда шла последняя партия и Вася всегда её проигрывал. После этого человек в чёрном вставал, гасли лампы и стол погружался во тьму. Вася всегда просыпался в холодном поту.

– Как же его обыграть, – думал он вечерами.

   В субботу он перенервничал и взял в руки телефон.

– К чёрту, – подумал гроссмейстер, слушая гудки, – разберусь с дорогой, а то, не дай боже, ещё что-нибудь случится.

   Он поднял на ноги всех, кого мог поднять. Не стесняясь в выражениях, он наказал приступать к работам немедленно. К вечеру КАМАЗы с щебнем, цементом и песком вышли на смену. Когда время было далеко за двенадцать, Вася упал кресло в бессилии. Теперь он сделал всё и мог спокойно подумать об игре.

  Десятки огоньков в окнах проживали очередной бесполезный вечер, готовясь к очередной рабочей неделе, коих было бесконечное множество.

– И только я иду играть в шашки с чёртом, – усмехнулся Вася.

   Было холодно и он сел в лимузин. Простыть по дороге вовсе не хотелось.

– Вас ещё не посвятили в таинства лиги? – спросил знакомый соперник, расставляя шашки на доске.

– Какой ещё лиги? – буркнул Вася, доставая из кармана маленькую бутылку воды.

– Лига Власти, Братство Небожителей, Небесное Общество, – улыбнулся падре, – они по-разному себя называют, по сути, обычные зажравшиеся господа, развлекающиеся в угоду своему эго.

– Не посвятили, – ответил Вася, делая первый ход.

– Значит, ещё не доросли, – кивнул соперник, двигая шашку во фланг, – ничего, всё впереди.

– С моей игрой никакого "впереди" не будет, – усмехнулся Вася.

– Ну, там ничего интересного, – махнул падре, – развращают детей, кровь девственниц пьют, убивают периодически. Власть портит людей куда сильнее денег.

– И закрывают глаза?

– Многие ничего не знают. А кто в курсе, молчат и помогают. Иначе не сносить головы ни им, ни их родственникам.

– Может, вирус и есть кара небесная?

   Падре сходил и придвинулся к столу. Его чёрные глаза не отражали свет.

– Любит человечество наступать на одни и те же грабли. Оружие массового поражения изобретать, вирусы выращивать.

– То есть, сегодняшняя эпидемия искусственная? – уточнился Вася.

– Это первая, и далеко не самая сильная волна, – вздохнул падре, – людям нельзя играть в богов. Вскоре все познают масштабы трагедии.

   Следующий его ход поставил Васю в затруднительное положение.

– Если закроют границы, может тогда власть подумает о народе, – заметил Вася, – что нужно здесь жить, а не где-то на другой планете.

– Этим уже ничего не поможет, – усмехнулся падре, – как обезьяне не суждено стать человеком, так и этим не суждено просветлеть… Но с дорогой ты хорошо придумал, – рука его дрогнула и шашка медленно поползла на соседнюю клетку. Падре прищурился и унял дрожь.

– Лишь сделал то, что должен был, – ответил Вася, без раздумий забирая шашку соперника.

– Потому здесь ты, а не один из твоих коллег-тугодумов. Сегодня бумага стоит дороже души, но лишь в парадигме текущей системы. Завтра, возможно, всё будет по другому.

   Рука падре снова дрогнула и он совершил фатальную ошибку. Спустя несколько ходов, не веря собственному счастью, Вася выиграл.

   Дорогу отремонтировали на совесть. Как и было заявлено.

   Прибежал Дворянинов с двойственной ухмылкой.

– Я тут на досуге посчитал, сколько скопилось в стабилизационном фонде, – прошептал он, наполняя стакан коньяком, – порядка двадцати миллиардов. И ведь нельзя туда никак залезть, – Дворянинов осушил тару и снова наполнил, – Василич, ты же умный, придумай что-нибудь.

   Вася поморщился, будто его на преступление толкали. Всё мало этим ворам, будто на десяток жизней вперёд копят.

– Прецедент, так понимаю, – уточнил он, – если раз залезешь… Вы же осушите, года не пройдёт.

– Василич, ну что ты опять заладил, – развёл руками Дворянинов, – негоже капиталу без дела лежать. Не мы, так другие возьмут. А птичка то жирная, на дороге не валяется.

   Вася сморщил лоб и выглянул в окно. Красная площадь, голубое небо, всё, как полагается. И живи себе тихо, так нет же, пока золотой унитаз себе не поставят и слитками испражнятся не начнут, не успокоятся.

– Ладно, что-нибудь придумаю, – махнул он, не оборачиваясь, – но не обещаю. Сам сказал, птица жирная…

   Дворянинов осушил второй стакан и радостно покинул кабинет.

   Через несколько дней Васей была предложена схема. В связи с тяжёлой ситуацией, предлагалось национализировать один из топ банков со всей развитой сетью отделений и банкоматов. Мол, вирусы, падение экономик и прочее. А так, государственное будет, то бишь народное, никуда не денется. Но заявленная цена в восемь миллиардов из воздуха взяться не могла, так что предложено было распечатать кубышку. Дело правое, ради страны то можно. Естественно, цену завысили, кто их, все отделения то считать будет, и выкупили у частников банк с потрохами. Но чтобы не сломать структуру, оставили всех на своих должностях. А оставшиеся деньги поделили между собой. И снова остались довольны.

– Гений, Василич, просто гений, – расхваливал Дворянинов, поднимая бокал шампанского, – это я его привёл, слышите, это благодаря мне он с нами.

   Все радовались, будто Олимп взяли. Прецедент был создан, так что иногда залезать в кубышку теперь разрешалось.

   Между тем, приближалась очередная игра и Вася снова погрузился в раздумья.

– Любая развивающаяся система стремится к разрушению, – думал он про себя, – замысел ли это бога или просто стечение обстоятельств. Не зря, наверное, в природе существует заповедь не развития. Муравьи так и остаются муравьями, мыши мышами, змеи змеями, а обезьяны обезьянами. И никто не стремится за ареалы своего обитания, не пытается поработить другие виды и покорить космос. В этом и есть, возможно, желанный баланс, к которому природа стремится испокон веков. Только люди выбиваются из общего потока, придумав игру, под названием развитие. И ведь обнулялась эта игра уже не раз, но всё равно в неё играют.

   Конечно, он не отказался от большой жирной доли. Даже когда игра грозилась закончиться.

   В пятницу визитка обрадовала. Н-3 уже не звучало, как приговор, но как возможность камбека.

   Падре уверенно расставил фигуры и сцепил руки в замок.

– Слышал про вашу последнюю задумку, – сказал он, доставая из кармана сигарету, – неплохо работаете, слаженно.

   Вася сконфузился. В игре с дьяволом эта информация не повод для гордости.

– Я тут размышлял на тему, сколько стоит жизнь, – продолжил он, двигая чёрные фигуры, – и знаете, не пришёл к единому мнению. Со стоимостью тела всё ясно. Почки, печень, сердце, кровь… По ценам чёрного рынка недорого выходит. Но вот душа, – он затянулся так, что половина сигареты превратилась в пепел, – эта незримая и неосязаемая субстанция загнала меня в совершенный тупик.

– Бесценно то, что не имеет цены, – ответил Вася.

– Верно, – кивнул падре, – только вот система ваша деградирует до того, что прилепит и ей какую-нибудь шкалу.

– Возможно, – согласился Вася.

– Скажите, – падре откинулся на спинку и вновь закурил, – по вашему цель оправдывает средства?

– Смотря какая цель, – Вася заёрзал на стуле, – да и средства бывают разные.

– Самая банальная, разбогатеть… Конечно, данное понятие различно для разных слоёв населения, но всё равно есть некая граница между богатством и контролем над людьми, что считается следующим этапом безрассудства.

– Возможно и оправдывает, – вздохнул Вася, – я бы не нажал на курок, если для богатства пришлось кого-то убить, но так же не снимаю с себя ответственности за обнищание народа, которого от действий власти померло куда как больше.

– Что ж, понимание этого уже радует, – кивнул падре, – но только делать вы с этим ничего не собираетесь, так что партию можно заканчивать.

   В несколько молчаливых ходов Вася проиграл.

   Глава 12

    Когда Васе пришло приглашение, во многих странах ввели комендантский час.

– Ещё птицам запретите летать, – сплюнул Вася, набирая Дворянинова, – выводи все деньги из офшоров, – посоветовал он, – задним местом чую, не вернутся они на родину, если сейчас не подсуетимся.

– Но складывать яйца в одну корзину… – запротестовал тот.

– Уместно, когда курятнику грозит пожар, – перебил Вася, вешая трубку.

   Неплохо было бы забронировать место в Антарктиде, но там холодно. Лучше на необитаемых островах Тихого океана или…

– Выиграть серию, – пробормотал он, натыкаясь на визитку, – четыре месяца не такой долгий срок.

   "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Воскресение, 23:00. Н-2". Мадам взяла приглашение и дверь отворилась.

   Вася уселся за стол и скрестил руки. За месяц ничего хорошего он не сделал, и вряд ли светила удача. Появилась знакомая тень.

– Это, конечно, хорошо, что боретесь с эпидемией, – сказал он, привычно доставая сигарету, – но что дальше? Допустим, победили её, как жить собираетесь?

– Вопрос не на мою зарплату, – хладнокровно ответил Вася.

– Вопрос на любую зарплату любого человека, – возразил падре, – подумайте о мире после обнуления. Кто в нём будет жить, а кто существовать.

– Однако не для того ли проводят очищение, чтобы сравнять всех на старте забега? – спросил казначей.

– Это глупости, – отмахнулся падре, – что выживут достойнейшие и светлейшие. Выживет тот, кто в нужной точке пространства вовремя ухватится за нить удачи и вынырнет из воронки зачистки. А кто это будет, герой или злодей, простолюдин или вельможа, неважно. Такова сакральная тайна очищения. Немногие пройдут через жерло, но у всех будет шанс.

   Партия шла упорно.

– Кстати, вы снова пристрастились к алкоголю, – заметил падре, делая ход.

– А это тут при чём! – не выдержав, огрызнулся Вася. Нервы его были на пределе.

– Ни при чём, – поднял перед собой руки соперник, – просто наблюдение.

   Вася проиграл.

– Я что, должен взять автомат и перестрелять всех коррупционеров, – негодовал он, возвращаясь домой, – вернуть все деньги, возвести непроницаемый купол и сжечь всех больных? А то по-другому никак страна не выживет и не поднимется. Дураку понятно. Только непонятно всем окружающим.

   Глава 13

День реванша пришёл быстро.

– Вы действительно думаете, что можете сыграть в большую игру? – спросил падре, делая ход чёрными, – если даже меня обыграть не можете.

   Вася смутился. Вечно соперник давил на болевые точки и ставил в неловкие положения.

– Деваться некуда, – ответил Вася, – я вынужден играть.

– Не забывайте, первый шаг на эту тропу вы сделали по собственной воле.

– Пусть будет так, – согласился Вася, – но правил игры мне никто не объяснял.

– Скажите, а как вы видите будущее государства? – снова спросил падре.

– Размыто, – прищурился Вася. Казалось, соперник не ёрничал и говорил открыто, – для начала сплотить его надо. Религию подключить, веру в царя и бога подтянуть. Благо, разрушение образования по западному образцу прошло успешно, и основная масса не такая разумная, как раньше. А управлять чернью можно с помощью духовности. В общем, больше церквей, меньше школ. Науку подтянем позже, когда зона начнёт схлопываться.

– Можно и кнутом управлять, – предложил падре, – чем плох тоталитарный режим?

– Слишком кровавый, – ответил Вася, – не по вкусу мне.

– Хочешь с райского сада начать, поди-ка всем по потребностям, от каждого по возможностям?

– Тут, конечно, что-то новое изобрести сложно, – согласился Вася, – начнём с того, что товарно-денежные отношения были, есть и будут безальтернативной формой обмена. Социализм можно построить в отдельно взятой деревне, но не больше. А капитализм прожил дольше всех, велика вероятность, что он вновь станет основополагающим фундаментом новой системы.

– Тебе не кажется, что Всевышним заложена гибель животных, циклов и систем? Как бы люди ни старались, они не откроют формулу вечной жизни. Как не найдут вечно стабильной идеальной системы. И не станут богами во плоти. Смерть есть такое же естественное явление, как и рождение, – падре сделал ловкий ход и усмехнулся, – и главный порок рода человеческого, это алчность. Уж я точно знаю. И алчность эта выражается во всём. Я хочу быть богаче всех, иметь не одну мисс Мира, а всех сразу. Хочу, чтобы мне поклонялся не один народ, а весь мир. Хочу пить кровь, закусывая душами.

– Тут я, пожалуй, соглашусь, – кивнул Вася, раздумывая над следующим ходом, – алчность порождает войны и потрясения. Даже Европа со своей внешней человечностью, изнутри страшна и карикатурна. МВФ, Евросоюз… Все дают взаймы слабым странам, чтобы поиметь их экономики и выбросить на помойку. Взращиваются кластеры экономических убийц, пишутся диссертации о пользе жизни взаймы и придумываются мифические поводы влезть в любую страну, не угодную ссудному проценту. И люди принимают правила игры, так как мозги их давно промыты прессой и властями.

– Хочешь использовать такой же подход?

– Стараюсь подражать великим.

– Невелико величие перенимать дурные привычки, – заметил падре, – с кем собираешься строить песочницу?

– Пока особо не с кем, – вздохнул Вася, – сакральную жертву мы уже сделали вечным владыкой, главное, теперь, чтобы с ума не сошёл и не сотворил каких-нибудь глупостей. С остальными депутатами сложнее, деньги их за рубежом, так что вряд ли можно называть их своими. Другой вопрос, смогут ли они взять на себя ответственность, действовать без бумажки, присылаемой с запада, не прячась за занавески спортсменов и актёров…

– Ну, они там сверхлюди, – продолжил падре, – разбираются во всех областях одинаково. Сегодня ты министр здравоохранения, завтра спорта, послезавтра образования. Вот только уровень, как бы это сказать, слабоват, что ли… Если не сказать ничтожен.

   Вася пожал плечами. Подобное можно было отнести к нему.

– Деньги не мера здравомыслия, – сказал он, – труба качает, люди живут. Много ума не надо. Посмотрим, как зазвучит песня, когда трубные доходы упадут, а накопленный кэш обесценится. И золото с запада не вернут, собственным закромам же не доверяем.

– На гадь, где живёшь, не бери больше, чем откусишь, – падре сделал пару ходов и Вася вновь оказался в критической ситуации, – думайте, друг мой, думайте… Времени у вас осталось не так уж и много.

   Через десять минут Вася остался за столом один. Что на этот раз он сделал или чего не сделал, чтобы выиграть? Мадам, будто призрак, появилась у стола и указала на выход. Вася повиновался и покинул шашечный клуб.

   Глава 14

– Василич, наконец-то ты появился, – радостно вскинул руки Дворянинов, когда Вася вошёл в кабинет, – мы уже стали подозревать неладное.

   Он налил два стакана коньяка, но Вася наотрез отказался. Вид алкоголя раздражал, запах – выворачивал наизнанку.

– Опыты провалились, – сообщил Дворянинов, опуская глаза в пол, – но ничего, ребята работают, команда слаженная.

– Что по финансам? – спросил Вася, распечатываю бутылку воды.

– Как и следовало ожидать, многие сопротивляются, брыкаются, – доложил солдат, – железной рукой приходиться воспитывать. А с Америки деньги нам, судя по всему, вернуть не удастся. Как и из Швейцарии…

– Кто бы сомневался, – пробормотал Вася, – может шмальнуть по ним ради профилактики.

– Разрешите исполнять, – вскочил Дворянинов.

– Да успокойся ты, – приложил воду к виску Вася, – не хватало ещё международного конфликта посреди эпидемии.

   Вирус распространялся по земле быстрее саранчи. Как выяснили учёные, в разных местах планеты он имел различные РНК, будто очагов появления было несколько. В такой ситуации вакцину искать было сложнее, вирус становился полицентрическим.

      Надобно было сплотить разрозненные республики, чтобы добиться минимально допустимой массы для полного функционирования. Расчётная цифра в триста миллионов казалась легко достижимой. Однако двадцать лет запад не дремал, и вместо союзников на границах были теперь озлобленные помешанные зомби, видевшие в России тёмного дьявола Земли. До последнего времени Вася и сам так думал, но игра изменилась. Однако мало кто заметил, что колесо крутилось в другую сторону.

– Что с мигрантами делать? – спросил Дворянинов на очередной встрече.

– А что с ними? – не понял Вася.

– Ну, мы то своих в карантин сажаем, а те просто не хотят принимать, – пробормотал Дворянинов, – мол, нет у них ни средств, ни возможностей их дезинфицировать.

– Да там у них в разы больше заболевших, чем у нас, – повысил голос Вася, – совсем уже с катушек слетели. В союз не хотят, собственных граждан кидают. Бардак, да и только.

– За экономическую помощь то вступят, – уточнил Дворянинов.

– Всю жизнь кому-то помогаем, а потом долги прощаем, – отмахнулся Вася, – широкая русская душа. А сами народ доим, который из дерьма выбраться не может. Мы здесь систему решили менять или что?

   Возникла странная картина. Когда во всём мире стоял карантин, когда денежные потоки заморозились и пациент в виде мировой экономики впал в кому, северная страна работала, создавала и наращивала все отрасли, будто не кризис был в мире, а экономический подъём.

   "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Воскресение, 23:00. Н-1"

– Шах и мат, – бормотал Вася, вглядываясь в визитку.

   Страна скрипела, трещала, но развивалась. Всяко лучше, чем зависнуть в стазисе на неопределённый срок. Кто первым вступит на полосу препятствий, тот первым, возможно, её пройдёт.

– Спорное утверждение, – не согласился падре. Он был в хорошем расположении духа и напевал под нос весёлую мелодию, – вдруг другие учтут ваши ошибки и обойдут?

   Через несколько ходов Вася взял длинную паузу.

– Вакцина то есть? – спросил он, пристально вглядываясь в соперника.

– А мне откуда знать? – усмехнулся тот.

– Хватит лукавить, – хлопнул по столу Вася и достал сигару, – если это обнуление и останется лишь горстка, как вы говорите, рандомно выбранных людей, то зачем я стараюсь? И зачем стараются ребята, пытающиеся изобрести вакцину. И вообще, зачем кто-то ходит на работу. Сиди себе дома да проедай остатки денег, будущего же нет.

– Всё же от вас зависит, закончится жизнь сегодня или завтра, – спокойно произнёс падре, – я лишь наблюдатель. Живучесть системы определяют люди, а не демоны и ангелы. Если вы уверены, что проживёте меньше ста лет, то так и будет, уверуете в бессмертие, будете перерождаться снова и снова, пока не надоест, – он посмотрел на доску, – а пока единственное, во что вы верите, это в свой проигрыш.

   Васе порядком надоела серия, но он пытался сконцентрироваться. Как хорошо и легко было играть на прошлых уровнях, без слов и размышлений.

– На этом уровне приходиться делать несколько дел одновременно, – улыбнулся падре, – такова цена.

– Вероятность победы, как и вероятность выживания большей части планеты стремится к нулю, – Вася контролировал ситуацию как мог, – но почему тогда Бог допускает растление детей священниками, оргии с животными и подпольные жертвоприношения?

– Разум – страшная вещь, – ответил падре, – он извращает животные инстинкты и стирает законы поведения. И если дьявол, как вы говорите, играет в цивилизацию, то Бог её просто стирает. У него нет времени на подобные нелепости, – он снова удачно сходил и Вася проиграл, – у меня тоже время ограниченно, так что старайтесь, друг мой, старайтесь и побеждайте.

   Глава 15

    "Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Воскресение, 23:00. Н-1"

– Вторая игра, – Вася смял визитку и положил в карман, – какой чёрт придумал шашки.

   Все выходные он просидел за разбором партий. Однако из головы не выходили варианты выхода из кризиса, серый народ и сгнившая власть. А ещё Дворянинов со своей тупостью и Смольников с перерезанными венами. Может, он заранее предугадал события и не стал ждать плачевной развязки… Игроком то он был сильным, не то, что Вася.

   Часы пробили десять. Время поджимало и Вася, накинув на домашнюю футболку плащ, вышел из дома.

– Что толку бороться, если система всё равно раздавит, – думал он, быстрыми шагами направляясь по знакомому адресу, – но ведь кто-то же её придумал, кто-то стоял у истоков. Наверняка вполне живой и осязаемый субъект. Вот выиграю игру и на пепле обнуления…

   Он не успел додумать, как фары машины сверкнули в глазах ярким пламенем. Вася перелетел через капот и приземлился на асфальт. Машина на секунду притормозила, но потом быстро исчезла в темноте.

– Сукин сын, – прохрипел Вася, с трудом переворачиваясь на спину.

   Кажется, были сломаны два ребра. Из кровавых ссадин на ногах струилась кровь. Левая рука совершенно не двигалась, тоже, видимо, было сломана. Но Вася нашёл силы подняться. Шатаясь и спотыкаясь, будто пьяный в стельку, он поковылял к намеченной цели. Дождь усилился и вода струилась по лицу, смывая грязь и кровь.

   Правой рукой он достал из кармана визитку и протянул в щёлку. Мадам открыла дверь и безучастно указала на стол. Горела лишь одна лампа. Хромая, Вася доковылял до стула и достал смятые сигары.

– Неважно выглядите, – заметил падре, доставая шашки.

– Да что вы говорите, – усмехнулся Вася, – извините, пиджак дома оставил.

   Он снял плащ и повесил на стул.

– Начнём, – предложил падре.

– Конечно, – ответил Вася, делая первый ход.

   Они молча курили, пока дым не превратился в сплошной туман.

– Я вот не понимаю, – сказал Вася, с трудом различая соперника, – что бы я не делал, мной всё время были недовольны. Почему?

– А вы не поп-звезда, чтобы вами восхищались, – ответил падре, – так уж завелось, люди никогда не ценят старания других по достоинству. Наверное, поэтому цивилизации рушатся. Стараетесь вы или нет, нужно нечто большее. Нужно самопожертвование, отказ от внутреннего "я" ради будущего, до которого вы не доживёте. Вы видели бесцельную жизнь, так же вы познали жизнь ради цели. Но недостаточно глубоко вникли в суть происходящего. Вы хотели выиграть, основываясь на опыте прошлого, на прошлых партиях и прошлом летоисчислении. На опыте погибших цивилизаций, не пытаясь найти чего-то нового.

– А я мог? – спросил Вася, оставаясь с единственной шашкой на поле против трёх у соперника.

– Мог, раз оказались здесь, – искренне ответил человек в чёрном, забирая белую фигуру, – вот бумага о вашей отставке, подписанная президентом, которого вы возвели в ранг царя, – он положил на стол свёрток.

– Я не удивлён, – безропотно ухмыльнулся Вася, потупив взгляд.

– А вот свидетельство о вашей смерти, – падре достал второй свёрток с красной печатью.

– Даже это можете, – вздохнул Вася.

– Даже это…

– И что теперь?

– Следуйте за мной.

   Падре направился к противоположной от выхода стене. Маленькая чёрная дверь на фоне чёрной стены почти не выделялась в полумраке.

– Позвольте спросить, – хрипло произнёс Вася, когда падре взялся за ручку.

– Спрашивайте.

– Почему именно шашки?

   Падре улыбнулся и приоткрыл дверь. Запахло сыростью и в комнату повалил густой туман.

– В шахматы сыграете на другом уровне, – он указал на вход, – прошу.

   Вася достал сигару и исчез в тёмном коридоре.