Читать книгу: «Ход Волшебницы»

Часть I. Двойная игра

Пролог

За много ходов

до начала Игры

– Я создам новый мир, и он будет моим собственным, – шептала богиня с серебристыми волосами, и каждая вспышка света посреди чёрной Бездны означала победу. Духи безмолвно вились вокруг Доски, ставшей поистине огромной. Потянулись из живой земли ростки, забили ручьи, и купол жёлтого света накрыл Доску вместе с опустившейся на неё богиней.

– И этот мир станет особенным, – шептала она, гладя новорожденные травинки на огромной поляне. Взглядом богиня разыскала живые фигурки – те в страхе разбежались и спрятались под кустами. Ведь их-то богиня не увеличила вместе с Доской! Она прикусила губу чёрно-красными зубами, поразмыслила – и просто взмахнула рукой. Новая вспышка света – и вот уже фигурки все до единой стояли перед богиней. Испуганно задирая головы, смотрели ей в лицо. Даже Драконы не решались взлететь, даже Мудрецы в растерянности чесали свои бороды, не понимая, что случилось.

А богиня покровительственно улыбнулась им:

– Не бойтесь! Вас ждёт новая жизнь – а вернее, много жизней. Я задумала то, что моей старшей сестрице и в голову бы не пришло!

С этими словами богиня распростёрла свои тонкие белые руки над сжавшимися в комок фигурками. Вспышка света… и все, кроме Правителей, упали бездыханными на землю. А в разных уголках Доски стали появляться пешки, Жрецы, Всадники… живые, настоящие! Они родились заново, а фигурки теперь были просто деревяшками. И поднимутся они лишь по слову богини. А она улыбнулась остолбеневшим Правителям:

– Не бойтесь, вам я оставлю по кусочку души. Лишь для того, чтобы те Правители, которые станут вашими двойниками, жили вечно! Их жизнь продлится, пока всё хорошо с вами!

Вспышка света – и фигурки Правителей покачнулись, но не упали. У каждого в груди загорелся крохотный огонёк – знак того, что богиня вынула не всю душу. Но огоньки эти были видны только их создательнице!

Богиня прикрыла глаза, и под веками у неё ярко вспыхнуло видение: Правители-двойники появились на свет. Выпрямились, отряхнули свои длинные мантии, подняли посохи. Снова лёгкая улыбка скользнула по тонким губам богини:

– Неплохо для той, кто был самой малой частицей Изначальной Сущности, а?

Богиня гордилась собой. Когда-то Изначальная Сущность поделилась на много-много частей, и всё это были разумы. Впоследствии они назвали себя богами и создали удивительные, ни на что не похожие миры. Самый прекрасный мир – Террею – сотворила старшая сестра Лэйгика, и до поры до времени там было уютно.

– А потом я решила, что тоже могу создать свой маленький мир, – задумчиво произнесла богиня, подняв деревянных Правителей на ладони к своему лицу. Они внимательно слушали. – И если у Лэйгики живут по одним правилам, то у меня будут жить по другим!

Богиня опустила фигурки на траву и снова взмахнула рукой. В ладони её появились крохотные часы, и как только богиня поставила их на землю, они начали увеличиваться.

– Да будет Игра! – прошептала богиня, когда Часы стали выше её, и протянула руку к огромным чёрным стрелкам. Точка отсчёта, начало Игры и новой жизни. Богиня уже знала, какой будет эта Игра, продумывала её правила, и, наконец, воскликнула:

– Не видит никто, как я изобретательна! Даже Лэйгика!

Во вспышках жёлтого света вырастали из-под земли хищные растения, чьи побеги напоминали щупальца. Скручивались из песка вихри в пустыне, рождались в лесах звери, разноцветные птицы, жужжащие мускашки. Прямо на глазах у радостной богини и бесстрастных духов рождался новый мир.

Невиданный… а затем ставший опасным.

Глава 1

В недалёком прошлом, когда я была пешкой, дожди лили редко. К тому же Каис ниспосылала их по ночам – как она сказала, чтобы «не беспокоить мои фигурки». А когда мы с друзьями шли по Уровням, гроза и вовсе разразилась лишь однажды. Видимо, потому, что испытаний на нашу долю и так выпало много… Говоря обо всём этом, Каис наверняка рассчитывала, что я поблагодарю её и признаю, что по-своему она заботилась о нас. Но я красноречиво промолчала…

Надо мной плотно смыкались зелёные кроны деревьев, и несмотря на то, что капли усердно стучали по листве, в моё убежище они не просачивались. Я сидела на поросшем мхом пеньке и равнодушно смотрела, как хлестал дождь из потемневших, почти чёрных облаков. Иногда что-то сверкало – наверняка те синие молнии, которые я однажды видела во сне.

Мой плащ успел промокнуть, прежде чем я спряталась под деревьями, и пришлось его снять. Теперь он был разостлан на траве, и я лениво подумывала, когда же он высохнет.

Торопиться было некуда – в ближайшие два хода участие Волшебницы в Игре не требовалось. Единственное, чем я могла себя позабавить – это найти пару-тройку чудищ на ловушечном подуровне и уничтожить их. Да, к сожалению, став фигурами, я и мои друзья не избавились от вероятности сражений с чудищами. Игра постоянно создавала новые ловушечные подуровни как для пешек, так и для фигур – так уж всё устроила Каис.

Где-то сейчас были Ройк с Ауфеной? Нужно ведь следить за ними! Кристалл висел у меня на груди, на металлической цепочке – верное средство проследить за кем хочешь. Я поднесла его к глазам, стараясь сосредоточиться. Кристалл замерцал.

– Во имя Игроков! – Голос Ауфены прозвенел так близко, что померещилось, будто она где-то рядом. Я вздрогнула, невольно огляделась и снова уткнулась взглядом в кристалл.

Ауфена сражалась с крохотными существами, облепившими её с ног до головы. У них была серая, похожая на древесную кору кожа и выпуклые злобные глазки. Молитвенник Ауфены валялся рядом на земле.

Я не могла понять, чем эти маленькие твари навредят подруге – да, на кистях рук и на шее у неё виднелись царапинки, но и только.

Ауфена запела, и пение её было тихим, монотонным и убаюкивающим. Существа постепенно ослабели, она стряхнула их с себя, как надоедливых мускашек. Нагнулась, подобрала молитвенник, а затем быстро зашагала прочь. Я уже хотела оставить её и вызвать изображение Ройка, когда Ауфена пошатнулась. Лицо её залила бледность, а царапинки стали лиловыми. Подруга осела на землю, прижав молитвенник к груди.

Я стиснула кристалл в руке. Вмешаться? Кинуться к ней через всю Доску? Да, это помешает моим планам – Каис решит, что я не сломлена, не приняла условия Игры, и насторожится. Но дать подруге умереть… Промелькнула мысль гораздо хуже: как я помогу Ауфене? Меня никто не учил исцелять!

– Игроки, помогите мне, – её отчаянный лепет заставил меня вглядеться в кристалл повнимательнее. Ауфена молилась!

Когда я думала о том, что её ждёт в будущем, у меня болезненно сжималось в груди. Её доверие к «Игрокам» ещё больше пошатнулось с тех пор, как они не соизволили поговорить с ней. Я опасалась, что однажды её вера и вовсе иссякнет, как ручеёк, заваленный каменной глыбой. Тогда погибнет и сама Ауфена…

Между тем, слова молитвы тихо и неуверенно, но всё-таки слетали с её губ. И едва заметное золотистое сияние коснулось шеи и рук Ауфены. Царапины вновь стали красными! Тут я увидела, как сзади неё зашевелились проснувшиеся «древесные» существа. Скорее бы она уходила отсюда!

Ауфена решила иначе. Едва исцелив свои царапины, она запела хорошо знакомую мне разрезающую молитву. Я видела, как древесные существа дёргаются и распадаются на две половинки. Вот у одного отлетел сучок, служивший ему рукой, у другого – «нога»… Наконец, все враги оказались мертвы, а бледная до синевы Ауфена, шатаясь, поплелась прочь. Она уронила молитвенник, остановилась, присела на корточки и дрожащими руками взяла его с земли. А тем временем прозвучало голосовое сообщение от Игры:

Чудища уничтожены. Жрица получает два плюса к силе молитвы.

Всего два плюса к силе молитвы. Для того, чтобы молитва действовала эффективнее, осталось набрать ещё два.

Я приподняла брови. Это было что-то новое! Стоило мысленно обратиться к Каис, как та пояснила:

«Это то, о чём нарочно не рассказывают в Башне, чтобы вы сами всё узнали. Отлично придумано, верно? Чем больше уничтожаешь чудищ, тем больше плюсов к твоей силе в бою».

«А на моём жезле это каким образом скажется? Искр прибавится, что ли?» – Я вынула его из кармана и повертела в руках. Рубин безмятежно переливался красным, а сама палочка блестела, будто начищенная. Красивая вещь всё-таки.

«Нет, – сухо ответила Каис. – Искр положено сто на один ход, не больше и не меньше. Если ты потеряешь жезл, то другого не получишь до самого конца Партии».

«Тогда что…»

«Увидишь в бою. Я тебе не Кувшиночник, Ферджина, чтобы приставать ко мне с глупыми вопросами. Я – богиня Каис», – величаво прозвучал её голос у меня в голове. Я хмыкнула.

«Ты не Кувшиночник, а на вопросы не отвечаешь так же, как и он».

Тишина. Пожалуй, я начинала понимать, отчего создательница мира вычеркнула своё имя отовсюду и заставила всех Жрецов и Жриц молиться именно Игрокам. Если уж я одна успела надоесть Каис, задав ей не так много вопросов, что говорить об остальных обитателях Доски?

Значит, увижу в бою… Смутное воспоминание закопошилось в памяти: тот Волшебник на Первом Уровне! Он ведь сумел искрой создать целый огненный круг – и управлял им с помощью жезла. Я в волнении сжала свободную руку в кулак: значит, и у меня получится не хуже, если убью пару-тройку чудищ! Каис права – отлично придумано.

Дождь всё не прекращался, зато воздух стал заметно свежее. Глубоко вздохнув, я спрятала жезл обратно в карман и снова поднесла кристалл к глазам. За Ройка я беспокоилась не так сильно, как за Ауфену, но так или иначе, нужно было проверить, всё ли с ним в порядке.

Передо мной возникла уменьшенная фигурка с луком в руках и колчаном стрел за спиной. Ройк стоял под дождём, не обращая на него внимания, и целился во что-то. Кругом врагов не наблюдалось. Я уже хотела сменить картинку или вовсе убрать её, но что-то в напряжённой позе Ройка привлекло моё внимание. Он тяжело, прерывисто дышал, потемневшие от дождя пряди светлых волос падали на лоб и наверняка мешали целиться, как следует. В выражении лица мне почудилась… тоска?

– Нет, – вдруг пробормотал Ройк вслух и опустил лук. – Не в беззащитную пешку, Игроки, чтоб вас…

Он выругался, помянув и Бездну, и приказы Чёрного Правителя, и правила Игры. И тогда я всё поняла. Лучникам и Лучницам говорили стрелять на расстоянии в кого угодно, и необязательно это был вооружённый, воинственный и равный тебе противник. Это могла быть усталая, ковыляющая по ловушечному подуровню пешка с ножиком или тоненькой книжечкой в руке…

Стало тихо, и не сразу я сообразила, что дождь закончился. Ройк, между тем, бросил лук и сел на землю, закрыв голову руками. Выстрелит он в ту пешку или нет? У меня сильно билось сердце, и я ждала, пока Ройк не поднял голову. Вид у него сделался такой, будто он к чему-то прислушивался. Мог ли Чёрный Правитель на расстоянии требовать: «Исполни мой приказ»?

Искрой в сознании сверкнула мысль. Я же могу отвлечь Чёрного Правителя, явившись к нему якобы за приказами! Это не будет выглядеть подозрительным, зато расстановка сил на Доске успеет смениться. Та пешка уйдёт с ловушечного подуровня или попадёт в пещеру с артефактами, и может статься, Ройку не придётся никого убивать.

Я опустила кристалл – тот закрутился на цепочке – и подхватила с земли ещё влажный плащ. Накинула его на плечи, поёжилась, но стерпела неудобство. Превратилась в чёрный вихрь и понеслась на Вертикаль Правителя на том же Восьмом Уровне.

Здесь стоял чёрный шатёр с треугольной крышей, который при необходимости переносили в другое место. Разумеется, его никто не сторожил – зачем это нужно, если на соседних Клетках преданные бойцы, которые не дадут врагу подобраться близко?

– Ваше Величество! – я ворвалась в шатёр, отчего Правитель резко обернулся ко мне. Я изобразила почтительность, которой вовсе не испытывала:

– Пришла за высочайшим повелением.

Кажется, он немного удивился. Я заподозрила, что фигуры сами сюда не являлись – ждали, пока их вызовут.

Изнутри шатёр Правителя выглядел как комната с небольшим количеством мебели: стол, трон, на котором можно было не только сидеть, но и дремать в своё удовольствие, и стул. А на столе я увидела огромных размеров хрустальный шар, где отражалась в уменьшенном виде вся Доска, и рядом – чёрный, сделанный из неведомого материала квадрат. На нём засветились цифры, после чего прозвучало сообщение:

До следующего хода осталось пятнадцать мгновений… четырнадцать… тринадцать…

Голос продолжал считать, а где-то там, в Башне, дрожала стрелка Часов, готовая переместиться вперёд. Я слушала, как зачарованная, и вдруг подумала: Башня всё ещё набирала новых пешек. Значит, Правитель должен послать туда своё говорящее изображение… Возможно, мне и не требовалось отвлекать его от Ройка. Это сделает сама Башня.

Три… два… одно.

Голос замолк, цифры потухли. Картина боя на Доске поменялась: кто-то переместился на следующую Клетку, кто-то упал мёртвым и развеялся по ветру пылью, а ещё кто-то с довольным видом вытер лезвие меча о траву.

– Чего ты хотела? Повеления? – Я подняла голову и столкнулась с испытующим взглядом Правителя. Он, как и я, наверняка помнил тот день в Башне, когда наградил меня головной болью чуть ли не до самого конца Партии. Я покосилась на чёрный посох в его руке. Странно, но теперь он казался и вполовину не таким устрашающим, как раньше. С тех пор я столкнулась с куда худшими страхами…

– Да, Ваше Величество.

Правитель в задумчивости поднёс руку ко лбу. Его облик тоже не казался таким грозным, как в Башне; я отметила скошенный подбородок, узкий лоб и то, как небрежно чёрная мантия была наброшена на плечи. Да и ростом Правитель был ненамного выше.

– Есть у меня одна мысль… Вовлечь и тебя, и ещё парочку фигур в комбинацию, – принялся рассуждать Правитель. – Но для этого вам надо поднабраться опыта и иметь побольше плюсов. Сколько их у тебя?

Интересно, что такое комбинация? Я сосредоточились взглядом на посохе:

– Пока что ни одного, Ваше Величество.

– То есть, ты даже не очистила от чудищ ту Клетку, на которой была? – Голос Правителя стал заметно холоднее.

Я выпалила, начиная чувствовать себя неловко:

– Там же всё равно появятся новые чудища! Полноценной «чистки» не выйдет, решила я. А про плюсы ещё не зна…

– Глупая Волшебница! – рявкнул Правитель, перебивая. Теперь его голос напоминал те грозовые раскаты, что напугали меня в Башне, но я всего лишь ощутила лёгкое волнение. Он мне ничего не сделает! Не за что!

– Знай, – продолжал Чёрный Правитель, размеренно постукивая по земле посохом, – если ты один раз почистила Клетку от чудищ, ты можешь спокойно туда возвращаться. Сбежать от врагов, если понадобится! Новые чудища появятся на этой Клетке уже для тех фигур или пешек, которые ступили на неё впервые, поняла?

Я послушно кивнула. Всё же Каис оказалась добрее, чем я о ней думала. Но всё равно это лишь капля доброты в огромном озере жестокости – причём весёлой, отвратительной жестокости, которую мне не дано понять.

– Хотела повелений? Так получай! – Правитель ударил о землю посохом. – Прежде всего, вернись на свою Клетку и набери там плюсы. А затем иди вперёд по Вертикали! И только когда наберёшь хотя бы десять или двенадцать, перемещайся сюда. Если что-то надо будет передать…

Он вдруг вытянул сухую костлявую руку и коснулся ею моего лба. Я отпрянула, и отвращение, наверное, ясно отразилось у меня на лице, потому что Чёрный Правитель ухмыльнулся, опуская руку:

– …То я сделаю это на расстоянии.

Мне показалось, или лоб знакомо заныл от боли? Я стояла и ждала несколько мгновений. Если бы ко мне вернулись те мерзкие, тошнотворные ощущения, я бы выхватила у Правителя посох и разбила ему голову! Но к счастью, обошлось.

– Будет сделано, – буркнула я, развернулась и вышла. Снаружи я вздохнула с облегчением и отметила, что Правитель так и не отлучился в Башню. И ничем не показал, что та его позвала, или он отправил своё говорящее изображение встречать учеников. Странно. Может быть, очередные забавы Каис, и теперь в Туманном Поле оказались уже не две пешки сразу, а три?.. И Башня задержалась, как говорил бывший наставник!

Я тряхнула головой, избавляясь от воспоминаний, которые полезли в голову. Нет. Я не стану думать ни о покойном Шэве, ни о Кувшиночнике, которого выбросила из окна и не смотрела, погиб он или выжил. Передо мной стояла задача набрать побольше плюсов, чтобы выжить. А в дальнейшем я найду способ перехитрить Каис, и она ещё пожалеет о том, что была так «добра» и «милосердна» ко мне и моим друзьям!

Ловушечный подуровень встретил меня настораживающей тишиной. Слабо шевелились травинки на ветру, а воздух был таким упоительно сладким, что его хотелось вдыхать снова и снова. Меня взяло сомнение – а ловушка ли это была? Я сжала покрепче жезл и огляделась, ища среди тёмной зелени кустов зубастые цветы или чьё-нибудь чешуйчатое тело с шипами на лбу. Но сколько ни всматривалась, ничего подозрительного так и не увидела. Только глаза заболели от напряжения. Я прошлась туда и сюда по огромной поляне, вдохнула сладкий воздух полной грудью… и сама не поняла, как очутилась на траве. Невыносимо хотелось спать. Я поймала себя на том, что давно не спала; хорошо было Правителям – сиди в уютном шатре, спи на троне, сколько тебе заблагорассудится… Веки начали смыкаться, а пальцы, державшие жезл, ослабели – вот-вот он выскользнет на траву. Перед глазами возникла пелена, уши как будто заткнули кусочками чего-то тёплого и мягкого. Я слышала звуки и смутно видела приближение кого-то, но так не хотелось вставать…

– Отдыхай, юная Волшебница, – голос, произносивший эти слова, нежным ручейком лился в мои уши. – Всё будет хорошо… Всё будет просто замечательно… Спи.

Я легла и, удивляясь, почему травинки не колют щёки, а ласкают их своей шелковистостью, закрыла глаза.

Глава 2

Я видела лестницу, сотворённую из золотого света – видимо, чьей-то молитвой. Безумно хотелось поскорее взобраться по ней, потому что нижние ступеньки пропадали одна за другой, и я боялась не успеть. Упасть в Бездну.

Меня поддержала чья-то рука, и стало гораздо легче идти. Я покосилась на нежданного помощника, и, к своему удивлению, узнала в нём Носатого.

…Все видения рассеялись, и я открыла глаза. Моргнула, огляделась, пытаясь пошевелиться. Бесполезно – руки и ноги были опутаны липкой, холодной, прозрачно-белой слизью. И меня как будто засунули в гигантский пузырь из этой слизи.

Жезл, вспомнила я, и меня обдало волной страха. Неужели потерялся?! Или, быть может, его забрала неведомая тварь, заточившая меня в этот пузырь?

Хоть кристалл был на месте! Он тоже запачкался в слизи, но не так сильно, чтобы в нём нельзя было ничего увидеть. Я посмотрела на кристалл и сосредоточилась. Тот слабо засветился и показал чудище… с моим жезлом в руках.

Я едва не вскрикнула от злости и желания разорвать эту тварь на части! Она выглядела омерзительно – короткопалое морщинистое тельце с огромной головой и тремя круглыми выпуклыми глазами, причём один – на лбу. Вместо носа были две дырки, а губы – синие, толстые. На шее у чудища висело нечто вроде ожерелья из лесных ягод. Я такое видела в первый раз и засмотрелась – пока холод, исходивший от моего пузыря, не напомнил о том, что надо как-то выбираться отсюда.

Чудище что-то бормотало нежным, совершенно неподходящим ему голоском и любовно поглаживало жезл. А затем высунуло длинный серый язык и провело им по рубину. Я поморщилась, но решила не мешать. Пусть лижет, если нравится. Ягоды на шее чудища были красными, и мне пришло в голову, что оно могло принять рубин за такую же ягоду. Отличная мысль! Пусть попробует ещё надкусить. Я затаила дыхание, стараясь не думать о том, как мерзко в этом пузыре. В носу защекотало, и я скорчила отчаянную гримасу – лишь бы не чихнуть. Лишь бы не отвлечь чудище от рубина!

Тем временем оно издало мелодичный звук и снова повертело жезл в руках. На физиономии урода промелькнуло что-то отдалённо похожее на недоумение. Не мешать ему, не мешать! У меня начала чесаться кожа на кистях рук и лодыжках – то ли от слизи, которая их опутала, то ли ещё отчего-то. Я еле сдерживалась, чтобы не начать дёргать руками и ногами в попытке избавиться от зуда. Пузырь зашевелится – и всё, чудище обратит на него внимание.

Стиснув зубы, я сосредоточила внимание на кристалле. Так, чудище лизнуло рубин ещё раз… И нечаянно придавило своим мерзким языком. Из жезла вырвалась искра и вошла твари прямо в раскрытую пасть! Чудище страшно вытаращило глаза, захрипело и рухнуло в траву. Жезл выпал из его руки.

И вот теперь я принялась разрывать пузырь. Швырять в разные стороны огромные белые комки слизи. Высвободив руки и ноги, я подбежала к жезлу, наклонилась и хотела взять его. Урод – он был ещё жив! – ухватил меня за руку. Я наступила ему на запястье. Хватка ослабела, я отпрыгнула и осыпала врага искрами.

По лесу поплыла мерзкая вонь, от чудища пошёл дымок. Я отвернулась, зажав ладонью рот и покрепче стиснув жезл в кулаке. У Каис поистине воспалённое воображение – создать такую гадость!

Чудище уничтожено. Волшебница получает два плюса к силе кристалла.

Всего два плюса к силе кристалла. До получения дополнительного свойства – Ослепления – осталось набрать ещё два.

Я не сразу поняла, о чём речь, но потом мне вспомнилось, как Волшебник ослеплял нас с друзьями своим кристаллом на Первом Уровне. Набрав плюсы, я смогу делать так же! Довольная этой новостью, я посмотрела на свой, уже потухший кристалл, и скривилась: его надо чистить, как и одежду. И волосы, и кожу! Я проведу в безопасном лесу больше времени, чем рассчитывала!

Я торопилась, как только могла, чтобы не предстать перед Чёрным Правителем со слизью на голове. Но он, похоже, всё ещё обдумывал свою комбинацию – до сих пор меня не позвал… Наконец, я ступила на мокрую чёрную землю следующего подуровня и огляделась, держа жезл наготове.

Внезапно я обнаружила, что Клетка стремительно уменьшается в размерах. Неприятное предчувствие холодной струйкой просочилось в сердце: так бывало перед поединком с вражеской фигурой. И предчувствие меня не обмануло: на соседнюю Клетку, которую я теперь отлично видела, прилетел белый вихрь. И обернулся знакомым русоволосым Волшебником в белом же плаще.

– Здравствуй, Ферджина, – легко поздоровался Носатый, держа свой жезл рубином вниз. Словно собирался не драться, а поговорить по душам.

Я хмуро и недоверчиво уставилась на него:

– Тебе что-то надо?

Интересно, что означал тот сон с Носатым, помогавшим мне забраться по лестнице в небо? Все мои предыдущие сны почти сбывались. Вероятно, Носатый поддержит меня под локоть, чтобы затем – когда мы поднимемся выше – скинуть вниз?

– Мне-то ничего, – его губы растянулись в ухмылке. – А вот Белый Правитель велел, чтобы я не проходил мимо тебя без поединка… Защищайся!

Говоря это, он подмигнул мне и вскинул жезл таким нарочитым жестом, что я всё поняла. Носатый предлагал мне изобразить небольшую битву и разойтись миром на следующем ходу.

– Попробуй напади! – отразив его искру своей, я переместилась на край Клетки. Носатый – тоже. Мы ходили туда и сюда, целились друг в друга, словно и вправду собирались стрелять. На всякий случай я держалась настороженно. Если бы Носатый всё-таки решил атаковать – я успела бы защититься.

– У тебя слизь на плаще, – непринуждённо заметил он, и я невольно скосила взгляд. Мгновенно Носатый переместился на мою Клетку – только ветром дохнуло – и обхватил меня поперёк туловища, крепко прижав мои руки к телу. Я возмутилась, хотела пнуть его, но услышала торопливый шёпот:

– Я кое-что дам тебе. Выпьешь ровно три капли, когда будешь на безопасном уровне. Действует один ход, так что мы успеем поговорить. Ты можешь доверять мне!

И Носатый, ослабив хватку, что-то сунул мне в карман. Я отпихнула его, резко повернулась и упёрла ему в грудь жезл. Сузила глаза, пытаясь хоть что-то понять в лице Носатого, но оно было совершенно непроницаемым. И рот сжался в тонкую линию – никаких ухмылок, которые выдали бы сразу. Что он задумал?

– Сжечь тебя или помучить? – спросила я, гадая, смотрит ли на нас Каис со своего белого трона. И если смотрит, заметила ли она манёвр Носатого.

Тот вихрем увильнул от меня на свою Клетку:

– Сначала помучить, конечно! Чему тебя учили, Волшебница? – Голос его преобразился, интонации стали до того напоминать Башню, что я фыркнула. И снова мы закружились в танце фальшивого поединка. Пару раз в памяти вспыхивали далёкие воспоминания – о той Жрице в белом, что издали дразнила Всадника и насмехалась над ним. Обо мне. Возможно, теперь мы поменялись местами, и это «можешь мне доверять» – не что иное, как издёвка? Или хуже – Носатый решил напоить меня какой-то опасной гадостью? Я тут же возразила самой себе: если б он хотел мне навредить, то сделал бы это ещё в конце прошлой Партии! Мысли так и метались в голове.

Тем временем Носатый старался не тратить попусту искры, как и я. Но для убедительности мне пришлось всё-таки поджечь ему рукав. Противник стал тушить огонёк, а я украдкой похлопала себя по карману: похоже, там пузырёк. Вот только с чем?!

Время поединка Волшебников истекло. Поединок закончился ничьей.

Голос умолк, Носатый помахал мне жезлом, крикнул: «Я тебя прикончу в следующий раз!» и исчез. Надо отметить, угроза его прозвучала весьма естественно.

Я перешла на безопасный подуровень и очутилась на берегу озера. Воздух наполняли цветочные ароматы, доносилось уютное жужжанье мускашек. Вода озера была такой прозрачной, что я разглядела на дне крохотных трукатов. Те лениво копошились среди водорослей.

Я присела на берегу. Украдкой заглянув в карман, обнаружила, что в пузырьке какая-то фиолетовая жидкость. Удивительно! Носатому удалось сделать новое зелье, о котором ничего не говорили в Башне?! Интересно, как оно действует, но не испытывать же на себе. Неужели Носатый в самом деле решил, что я выпью, не думая? Я хмыкнула и решила пока не выбрасывать пузырёк. Может, потом найду ему применение.

Прежде всего нужно было посмотреть, всё ли в порядке с Ройком и Ауфеной. Кристалл показал их одного за другим – Ауфену с привычным молитвенником в руках, сидящую под кустом, а Ройка с подстреленным зверьком, которого он намеревался выпотрошить. Забавное совпадение – мы все трое были в безопасных местах. Жаль, я не могла поговорить с друзьями через кристалл, ободрить их, похлопать по спине или сжать в объятиях.

Я вынула гребень, расчесала волосы как следует, морщась, когда тот цеплялся за спутанные пряди. Затем сняла с себя всю одежду, сапоги и залезла в озеро. Тут было неглубоко, вода скорее прохладная, чем тёплая, и это хорошо – я не разнежилась, а могла подумать.

Итак, мне необходим новый план. Если я хочу изменить мир, я должна понять, как это сделать – и чтобы Каис не успела меня остановить. Сразиться с ней я не могу. Что, если поднять восстание среди фигур и пешек? Я живо представила себе, как соберу всех недовольных, встану перед ними и провозглашу:

– Обитатели Доски! Чего вы хотите – всю жизнь покорно делать то, что вам прикажут, или стать свободными?

Да, вероятно, несколько фигур начнут бормотать: «Свободными… хотим быть свободными». Ройк и Ауфена горячо поддержат меня. Кто-то замрёт в ужасе, кто-то сбежит, а Чёрный и Белый Правители завопят, что меня надо схватить и сбросить в Бездну.

– Да здравствует свобода! – успею крикнуть я, прежде чем на меня набросятся рукха, призванные богиней Каис с неба. Друзья попытаются мне помочь, но всё равно это закончится нашей гибелью. А переродившись пешками, мы отправимся в Летающую Башню и станем такими же, как все остальные. Безропотными.

Конечно, можно втайне поговорить с другими чёрными фигурами, надеясь, что Каис не услышит. Внушить им, как хорошо было бы освободиться из-под власти Игроков, призывать к борьбе. Но это окончится тем же – провалом, когда одна из фигур донесёт о нашей беседе Чёрному Правителю. И на сей раз он выберет для меня более суровое наказание, нежели выстрел золотым лучом в лоб.

Тогда что же делать?

Мне стало совсем холодно, кожа покрылась мелкими противными пупырышками, и я вылезла на берег. Отряхнула как следует рубашку, штаны, плащ и принялась одеваться. Чувство голода напомнило о себе – последние несколько ходов я ела одни только ягоды. А всё потому, что рядом не было заботливого Ройка с его добычей… Передо мной ярко, чересчур ярко встали наши с друзьями посиделки у костра: мы делились не только едой, но и мечтами, как заживём в новом мире. Стало так горько, что у меня потекли слёзы. Я поспешно отогнала воспоминания, провела ладонью по глазам и услышала голос Каис:

«Стоило мне оторваться от своих дел и посмотреть на тебя, а ты уже плачешь, как никчёмная пешка».

Её пренебрежительный тон разозлил меня.

«Какие у тебя могут быть дела?! Игра идёт сама по себе. Дождь закончился. Сидишь на троне, скучаешь!»

Каис помолчала.

«Ты права, Ферджина, управлять созданным мною мирком оказалось скучнее, чем я думала. Но в этой Партии у меня есть замечательное развлечение, – она сделала паузу, – и это ты».

Жаль, что нельзя было запустить в неё чем-нибудь. Не отвечая, я подняла голову и всмотрелась в небо. Серые облака образовывали причудливые фигуры чудищ, деревьев, птиц с коронами на головах; вот мимо проплыло облако, напоминавшее огромного араня. Каис и вправду заскучала, раз уже принялась играть с облаками.

«Ферджина, ты слышишь меня?»

«Слышу».

«А я тебя ещё и вижу… Знаешь, когда ты ощущаешь своё бессилие, у тебя такое смешное лицо делается. Ты бы ещё кулаками мне погрозила!»

Я опустила голову и послала ей мысль:

«А толку грозить? Я же понимаю, что ты победила».

Кроме того, Каис ясно дала знать, что не всё время следит за мной. Но этого я говорить про себя не стала. Я только надеялась, что картинки, которые мне представлялись в уме, и не проговорённые мысли недоступны богине. Иначе победить её станет попросту невозможно.

«О, Ферджина, только не уверяй меня, что ты покорилась! Я же всё равно не поверю, – голос богини весело звучал у меня в ушах, заставляя чувствовать себя неуютно. – Ты что-нибудь да и сделаешь против правил Игры. Я в этом уверена. Ну, а мне будет интересно понаблюдать».

Я молчала и с тоской ждала, когда она уберётся из моей головы. Каис пожаловалась на Игроков – дескать, плохо к молитвам Жрецов и Жриц прислушиваются. Потом заметила, что охотно напоила бы меня травяным чаем в своей чёрно-красной комнате, да только не желает отрывать от Игры. К тому времени, как красноречие создательницы мира иссякло, у меня заболела голова, а в животе неистово заурчало.

Напоследок Каис непринуждённо посоветовала:

«Обойди весь безопасный подуровень, загляни даже в самые укромные уголки. Глядишь, что-нибудь хорошее для тебя найдётся».

Я вздохнула с облегчением, потёрла лоб и направилась обыскивать все кусты. Не прошла и четверть хода, как под ноги мне выкатился знакомый мешок в чёрных и красных квадратах. И столь же знакомый Деревянный Голос уведомил:

Чёрная Волшебница получает дополнительную награду за первое очищение Клетки от чудища. Можно выбрать любое блюдо.

И передо мной засветились картинки с едой. При одном виде куска птичьего мяса, расположившегося на деревянной тарелке, потекли слюнки. Я ткнула в него пальцем, картинка свернулась, и прозвучало сообщение:

Блюдо выбрано.

Мешок пропал. На ближайшем пеньке материализовалась та самая тарелка, я подсела ближе и принялась за мясо, отдирая от него полосы и суя себе в рот. Давясь от жадности, я услышала голос Каис:

«Видишь, какая я добрая? Такой награды не существует, но ты совершенно беспомощна, и мне захотелось тебя покормить».

Первым моим побуждением было швырнуть тарелку в кусты. Но я напомнила себе, что силы ещё понадобятся – меня вот-вот позовёт Чёрный Правитель для своей комбинации, что бы это ни означало. Разбрасываться подачками Каис было глупо.

«Молчишь? – Она рассмеялась своим низким грудным смехом. – А я думала, вспыхнешь от негодования».

Нет уж, не доставлю тебе удовольствия!

«Богиня Каис, – я отрывала такие же большие куски, но жевала гораздо медленнее. – Если тебе так скучно всё время, почему ты не хотела поговорить с Ройком и Ауфеной? Подумаешь, обращалась бы Ауфена к тебе, а не к Игрокам…»

Каис перебила меня:

«Ну, уж нет! Совсем у тебя короткая память, Ферджина. Я же сказала, по какой причине вычеркнула своё имя из Истории. Ты-то ко мне обращаешься редко, а вечные молитвы Ауфены раздражали бы».

Я молча доела мясо и пошла искать ручеёк. Пока я до него добиралась, Каис пояснила ещё кое-что:

«К тому же, дорогая моя Волшебница, твои друзья мне неинтересны. Они слишком просты. Слишком однозначны. Я обращаю на них внимания не больше, чем, скажем, на чудищ или духов, созданных Игрой».

Я зачерпнула воду из ручейка и выпила полную пригоршню, стараясь не поддаваться злости, стучавшей у меня в висках. Каис ещё ответит за то, как обошлась с моими друзьями. Закрыв глаза, я мысленно представила себе богиню, с отчаянным воплем падающую в Бездну. Вот она ухватилась за подлокотник трона, пытаясь удержаться, но пальцы соскальзывают, и Каис летит вниз, рассыпаясь чёрной и красной пылью…

«…пожалуй, оставлю тебя надолго».

Вслед за умолкнувшим голосом богини раздался другой – громкий, набирающий силу так, что у меня зазвенело в ушах:

«Чёрная Волшебница! Чёрная Волшебница! Немедленно явись на Вертикаль Правителя!»

Едва наступила блаженная тишина, как я торопливо зачерпнула ещё пригоршню воды и выпила. И только после этого понеслась на зов.

Глава 3

Я вошла в шатёр и увидела Чёрного Правителя в глубокой задумчивости. Он упёрся ладонями в стол, изучая расстеленное на его поверхности полотно. То было расчерчено квадратами, и, подойдя ближе, я заметила, что некоторые места отмечены красным. Карта, шепнул мне внутренний голос, это карта Доски! Правитель кивнул мне и снова уткнулся в изображение, что-то обдумывая и морща лоб. А тем временем раздался топот копыт, ржание кнейта и звуки, будто бы кто-то спрыгнул с седла. Вслед за этим послышались знакомые, родные мне голоса, и я встрепенулась. Вскоре в шатёр ввалился угрюмого вида Всадник с царапиной на щеке и в разорванной кольчуге. А за ним – мои друзья.

«Ауфена! Ройк!» – едва не вскрикнула я. Даже хотела шагнуть навстречу и обнять их, но вовремя опомнилась. В шатре Чёрного Правителя нельзя так себя вести!

Друзья ответили мне неловкими улыбками, которые тут же исчезли, и следом за Всадником приветствовали своего Правителя.

Тот, наконец, оставил карту в покое, сел на трон и поочерёдно оглядел каждого из нас, пока не остановился взглядом на Ройке.

– Лучник, у тебя есть первое предупреждение, – голос Правителя казался поистине ледяным, и я заметила, как Ройк весь подобрался. – Но тебе предоставляется возможность искупить свою вину! Ты поучаствуешь в комбинации.

Мне почудилось, что сейчас прозвучит: «Готов ли ты это сделать? Варианты ответов: Да/Нет», но ничего подобного не последовало. Даже Башня давала иллюзию выбора, здесь же тебе просто приказывали, и попробуй ослушаться!

– Сколько у тебя плюсов к меткости выстрела? – спросил Правитель, и Ройк буркнул:

– Десять.

На суровой физиономии Правителя промелькнуло одобрение. Он развалился на троне поудобнее и взял в руку чёрный посох. Я не сводила с того глаз, а Правитель расспрашивал Всадника.

– Восемь!

– И такой результат приемлем. Теперь ты, Жрица – много ли чудищ истребила, много ли у тебя плюсов?

Я с тревогой всмотрелась в лицо Ауфены – она как будто похудела ещё больше, а под глазами залегли тёмные круги. И ответила подруга тихо и неуверенно:

– Четыре…

И теперь все повернулись ко мне. Я почувствовала, как противная теплота заливает щёки, и разозлилась на себя, окружающих и на этот нелепый подсчёт плюсов. Можно ведь по дороге набрать!

– Волшебница, – Чёрный Правитель побарабанил своими узловатыми пальцами по древесине посоха. – Я велел тебе подготовиться к комбинации. Ты это сделала?

Да, вместо того, чтобы сидеть в озере, мне надо было пройти на следующую Клетку по Вертикали и поубивать ещё несколько чудищ! Я понимала, что сама виновата, и оттого злилась на Правителя ещё сильнее.

– Не совсем, Ваше Величество. Я набрала только два плюса к силе кристалла… за убийство одного-единственного чудища.

Наступила тишина, Правитель нахмурился и стиснул посох крепче. Я не сдержалась:

– Вы теперь накажете меня золотым лучом?

Вместо грозного «Да!» он посмотрел на меня с откровенным изумлением, приподняв редкие тёмные брови.

– О чём ты говоришь, Волшебница? Я не наказывал тебя лучом. Не в этой жизни, – прибавил он, имея в виду наши перерождения, но совершенно не помня того, что случилось в Башне. Я упорствовала:

– В этой. Вспомните чёрную пешку, которая хотела сбежать из Башни!

Медленно-медленно на лице Правителя проступило осознание чего-то важного, он выпрямился на троне и поспешил сказать:

– Да, теперь вспомнил. Чёрная пешка, верно! Дерзкая чёрная пешка!

Его голос прозвучал бесцветно, глаза забегали, и Правитель, явно торопясь исправить ошибку, ткнул пальцем в карту:

– Это всё неважно! Посмотрите лучше сюда.

Мы все подошли ближе – я, угрюмый Всадник, мои недоумевающие друзья.

– Я рассчитывал начать комбинацию позже, когда вы успеете набраться опыта, но белые организовали атаку на моё убежище. Начнём сейчас! Ваше появление в их же собственном лагере, несомненно, отвлечёт врагов!

Чёрный Правитель ногтем провёл черту по одной из Вертикалей:

– А теперь смотрите, на каких Клетках вы будете стоять, – он указал на места, отмеченные красным. – Тут – Всадник, там – Жрица…

Перечислив нас всех, Правитель добавил:

– Ваша обязанность – прорваться на эти Клетки. По вертикали, диагонали или горизонтали, или прыжками, как это делает Всадник – но встать на Клетку и оборонять её. Кто бы ни пытался пройти мимо, убейте; кто бы ни сгонял вас с Клетки, стойте насмерть. Поняли?

Мы закивали, и у меня вырвалось:

– А в чём же заключается комбинация? Я подумала, это что-то сложное и хитрое…

Правитель пронзил меня взглядом холодным и острым, как меч Всадника.

– Именно так, Волшебница. Сложное и хитрое заключалось в том, чтобы придумать наилучшие позиции для фигур. Это я и сделал. Теперь ваша очередь.

– А как же вы, Ваше Величество? – неожиданно заговорил угрюмый Всадник. Мне послышалось или в его голосе прозвучала искренняя тревога за Правителя?

Тот махнул посохом:

– Меня будут защищать три пешки и две фигуры. Этого довольно! А у вас своя задача.

Чего-то он недоговаривал. Но по одному только взгляду Правителя мне стало ясно, что он больше не скажет о комбинации ни слова. И жаждет того, чтобы мы покинули его уютный шатёр и побежали на поле боя – возможно, умирать. Я неохотно произнесла:

– Вынуждены повиноваться, Ваше Величество.

Остальные молча склонили головы, и мы дружно направились к выходу. За спиной прозвучало сообщение:

До следующего хода осталось пятнадцать мгновений… четырнадцать… тринадцать…

Едва мы покинули шатёр, как Всадник свистнул своего кнейта, вскочил на него и ускакал, поднимая клубы серой пыли. Я осталась лицом к лицу с Ройком и Ауфеной. Оба старательно отводили глаза, но я схватила их за руки:

– Мы теперь участвуем в одной комбинации… стоять будем недалеко друг от друга! Если что-то случится, я смогу вам помочь!

Ауфена сжала мою ладонь и грустно вздохнула:

– Ох, Ферджина, ты себе постарайся помочь. Мы слышали, сколько у тебя плюсов. А на Волшебницу враги кинутся охотнее, чем на нас с Ройком, верно? – она посмотрела на него, прижимая к груди молитвенник, и друг тотчас откликнулся:

– Это верно!

Мне стало горько и досадно: некому было помочь нам всем.

– Берегите себя! Я боюсь, что кто-то из нас в этой Партии станет жертвой, – голос дрогнул, и я выпустила руки друзей. Хотелось заплакать, но голосовое сообщение привело меня в чувство:

Чёрные фигуры – Волшебница, Жрица и Лучник – должны немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрные фигуры – Волшебница, Жрица и Лучник – должны немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрные фигуры…

Назойливый Голос бил по ушам своими деревянными интонациями, и Ройк выругался, помянув Бездну. Я была полностью с ним согласна и молча обняла Ауфену, слыша, как она шмыгает носом, будто растерянная, напуганная пешечка.

– Всё будет хорошо, – пробормотала я ей в плечо. – Вы мне верите?

Ауфена рывком высвободилась из моих объятий. Слёзы дрожали на её длинных чёрных ресницах:

– Мы ещё встретимся! Давай, Ройк, займём свои места!

Ройк напоследок пожал мне руку, попытался ободрить улыбкой и следом за Ауфеной помчался на «свою» Клетку.

Я смотрела им вслед, думая, что они так и не ответили, верят мне или нет. Монотонно заговорил Голос:

Чёрная Волшебница должна немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрная Волшебница должна немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрная Волшебница…

– Пошёл вон! – крикнула я в пространство, обернулась чёрным вихрем и понеслась сначала на Третий Уровень. Далековато, но оттуда я быстрее доберусь на нужную Клетку!

Меня встретила иллюзия. Ядовито-зелёные и неестественно голубые травы; жёлтые, как луч из посоха, цветы с огромными головками и толстыми стеблями… Да ведь это же Стражи! Точно – один открыл глаза, лишённые радужек, и сердито зашипел, высунув длинный язык:

– Пошшшла вон отсссюда!

Я хмыкнула и испепелила его одной искрой. Остальные испуганно сжались и даже языки втянули обратно. Жалкие твари! Пусть и в иллюзии, но мне было приятно расправиться с одним из них. Интересно, что ещё мне уготовил этот разноцветный лес и как скоро я отсюда выберусь? Я нашла узкую чёрную тропку и зашагала по ней.

Луч из посоха… Интересно, почему Правитель так странно и суетливо себя вёл в шатре? Как будто понимал, что сболтнул лишнее. И если это не он наказал меня в Башне, тогда кто же? Очередные забавы Каис? Я бы проговорила все эти мысли про себя, обращаясь к богине, но очень уж не хотелось с ней беседовать. Да и в лесу-иллюзии лучше не отвлекаться…

На меня прыгнуло что-то рыжее – невыносимо яркое, до рези в глазах – и вцепилось в волосы. Я завизжала от боли, ткнула жезлом в бок твари, опасаясь выстрелить и себя же убить искрой. Маленькое чудище зашипело и резануло меня когтем по лбу. Полилась кровь. Я снова закричала – не только от боли, но и от злости, жгучей волной ударившей в голову. Да что же это, я Волшебница, а не та неудачница, которой меня выставил в шатре Правитель!

Удар кулаком, затем жезлом – и тварь спрыгнула с моей головы. Попыталась ускакать прочь по синей траве. Кровь заливала мне глаза, но, щурясь, я всё-таки попала искрой в гадину! Кое-как вытерев лицо, посмотрела, что от неё осталось. Только кучка пепла… так ей и надо!

Немедленно прозвучавшее сообщение от Игры меня порадовало:

Чудище уничтожено. Волшебница получает два плюса к силе кристалла.

Всего четыре плюса к силе кристалла. Теперь доступно ещё одно его свойство: Ослепление. Длится несколько мгновений.

Всё, как я и думала.

Ранку на лбу пришлось перевязать чёрной лентой, раньше стягивавшей волосы на затылке. Жаль, горевшую от боли голову не перевяжешь. Я пощупала её, скривилась и застонала: несколько прядей волос мне вырвали с корнем. Как хорошо, что после выхода из иллюзии я снова буду целой и невредимой!

А все беды потому, что я думала о проклятом луче и Правителе. Сначала выберусь на безопасный подуровень, спокойно расположусь на настоящей травке и подумаю.

Я шла и шла, а лес всё не заканчивался. Где-то поблизости зажужжал целый рой мускашек. Я насторожилась, поправила повязку, уже насквозь мокрую от крови. Наверняка эти мускашки летают здесь неспроста! Внезапно поняла: мне трудно оттого, что я привыкла к путешествиям втроём. Ауфена и Ройк помогали мне, и когда мы шли вместе, она легко бы отогнала таких вот мускашек коротенькой молитвой. Эх, Ауфена, и ей сейчас нелегко…

Мускашки налетели огромным шумным облаком, и я расстреляла часть из них искрами. Кто-то улетел, а кто-то кинулся жалить меня в щёки, в кисти рук, не прикрытые одеждой, и в шею. Закрыв глаза, я отмахивалась от мускашек. Наугад махала кулаками. Пыталась направить на маленьких врагов кристалл…

Вдруг всё исчезло, и стало тихо. Неужели я выпала из иллюзии? Запахи в воздухе витали всё те же – лесные, но как будто искусственные и слишком сильные. Я утёрла лоб, сдвинув повязку вверх, открыла глаза и огляделась.

Конечно, иллюзия! Только теперь кругом было спокойно и мирно. Я шла по тропке, то и дело вытирая лоб, пока не заметила растение с широкими, покрытыми белёсым пушком листьями, росшее неподалёку. Откуда-то пришла мысль, что такой лист можно размять, и выделившийся из него сок вылечит ранку. А потом и к голове приложу… Я свернула с тропки, присела на корточки рядом с неизвестным растением и уже хотела сорвать лист, как вдруг опомнилась. С чего я решила, что он меня исцелит?!

Я вскочила, судорожно оглянулась на тропку – та принялась исчезать прямо на глазах. Не раздумывая, я шагнула обратно и со всех ног побежала по ленте чёрной земли. Если та пропадёт целиком, выхода из иллюзии не станет, я это чувствовала!

От затекавшей в глаза крови я уже ничего не видела. На бегу ударилась рукой о колючее дерево – обожгло новой болью. А затем меня с силой дёрнули за ногу. Я упала, едва не выронив жезл на землю. Выстрелила назад, не глядя, и державшие меня щупальца разжались. Я поползла вперёд, на яркий свет и…

…Оказалась на мокрой от дождя дороге.

Рубашка и штаны мгновенно промокли, зато боль волшебным образом исчезла, а кровь остановилась. Я пощупала лоб свободной рукой, с трудом поднялась на ноги. Казалось, я бежала целую вечность, и Партия вот-вот закончится… Но нет, это просто время в иллюзии шло иначе.

Я обнаружила, что стою между пропастью слева и горой справа. Всё выглядело знакомым: грозовое небо, камни, бурлящая внизу река…

– Ах вот оно что! – вырвалось у меня. Мы с Ройком и Ауфеной уже шли по этой дороге – Третий Уровень и ловушка с Жертвой! Только гора была слева, а река справа. Странно, ведь для фигур создаются иные ловушки, нежели для пешек?

Разбираться во всём этом у меня не было времени. Я только вслух подосадовала на то, что иллюзия перебросила меня сюда, а не на безопасный подуровень. Подул ветер, бросая мне волосы в лицо. Я попыталась закрутить их узлом, поскольку лента пропала в иллюзии. Ничего не вышло – узел то и дело развязывался, спутанные волосы падали мне на плечи. Я махнула рукой и пошла вперёд, сжимая жезл в одной руке, а другую на всякий случай подняв к груди. Зря, что ли, у меня теперь четыре плюса к силе кристалла?

Ветер пробирал меня холодом через промокшую одежду и хлопал полами моего плаща. Я устало подумала, что старый знакомый из горы наверняка обрадуется мне. Я ведь могу оборвать его страдания, приняв Жертву. Может, Каис для того меня сюда и отправила. Такого своеобразного милосердия от неё следовало ожидать.

– Добро пожаловать, Волшебница юная, – приветствовало меня чудище, когда я забралась внутрь горы, и осветило глазами с ног до головы. Я молча устроилась в углу, повертела в руках жезл. Верхушка привычно мерцала красным, вселяя хоть немного уверенности в своих силах.

– Зачем пришла ты, Волшебница? Неужели просьбу мою исполнить, покой мне даровать? Чтобы растворился я в бездне чёрной, ибо нет перерождений у чудищ.

Я чуть не захлопала в ладоши – до того замечательная мысль пришла мне в голову. Только бы сейчас Каис не следила за мной! Могло ведь так случиться, правда же?

– Да, чудище-из-горы. В обмен на то, что ты расскажешь мне кое-что.

Ответом предсказуемо была тишина – чудище размышляло, как мне ответить. И, наконец, проговорило:

– Расскажу тебе, Волшебница, всё, что знать желаешь ты.

– О Часах расскажи мне правду истинную, – я невольно принялась говорить, как он, растягивая слова и переставляя их местами, но тут же спохватилась. – Ты сам говорил, что был и Драконом, и Мудрецом – значит, ты жил ещё в те давние времена… когда её имя, – я понизила голос, – не вычеркнули из Истории.

Свет вдруг погас – чудище закрыло глаза, и темноту рассеивал только рубин на моём жезле.

– Многое уже знаешь ты, Волшебница. Многое… Расскажу я тебе о Часах.

Его речь потекла дальше, как волны неторопливой, обманчиво мирной реки.

– Часы, о Волшебница юная, есть не что иное, как артефакт священный, куда священнее, чем жезл любой, или кристалл, подобный твоему. Ибо с них начался отсчёт не только на доске маленькой, но и на Доске большой…

Я слушала, притаившись, как майси, и боясь шелохнуться, а голос моего собеседника стал ещё тише:

– С тех самых пор и не смеют фигурки остановиться, и нет конца Игре, пока идут Часы, пока охраняет их Башня…

Вот оно как! От волнения я стала кусать кончики пальцев. Только бы не проговорить возникшую мысль про себя, только бы удержаться! Между тем чудище помолчало, видимо, ожидая вопросов. Поскольку я не задала их, речь его возобновилась:

– Рассказал я о Часах тебе, Волшебница юная, теперь выполни просьбу мою и покой даруй мне.

Я встрепенулась:

– Погоди. Ты мне не так уж много рассказал!

Чудище распахнуло свои огромные веки, плеснув мне светом прямо в глаза. Я невольно зажмурилась.

– Не было уговора, Волшебница юная, чтобы я тебе много рассказывал.

Я вздохнула и постучала рубином по ладони, думая, что поторопилась с условиями. Оставалось надеяться, что хоть о Часах собеседник сказал мне «правду истинную». В любом случае, придётся поверить ему на слово.

– Даруешь ли ты мне покой? – настойчиво спросило чудище.

Я вздохнула ещё раз, подняла жезл и нехотя прицелилась.

Глава 4

Ловушка оказалась похожей на ту, в которую попадались майси в Башне. Из дерева и металла. С надёжно защёлкнутой дверцей и толстыми прутьями. Я посмотрела себе под ноги – поджечь бы деревянный пол и сбежать, или дверцу отпереть с помощью искр… Если бы только ловушка не висела в воздухе, а это означало, что я полечу вниз и разобьюсь насмерть. И лететь придётся долго – в самые недра Доски.

Вот и помогла чудищу! Избавила от вечной участи Жертвы, покой даровала. А потом земля провалилась под ногами, и опомнилась я уже в наглухо закрытой ловушке… Как теперь отсюда выбираться?

Подняв голову, я прищурилась: где-то там, наверху, пробивалась полоска света. Ловушка была подвешена за массивный крюк, привязанный к толстой верёвке, а та, надо думать, уходила на поверхность земли. Что, если попробовать втиснуться между прутьями, вскарабкаться на крышу и потом лезть вверх по верёвке?

Да, Ауфена на моём месте испугалась бы высоты, а меня больше всего страшила мысль, что руки задрожат, или жезл выскользнет из кармана. Не в зубах же мне его держать!

Я подождала ещё немного. Если это ловушка, подобная тем, что сооружаются для майси, значит, должен появиться хищник. И я бы не удивилась огромному цветку, похожему на Кувшиночника!

Но, к счастью, никого похожего на моего покойного наставника здесь не оказалось. Зато при свете Рубинового Жезла я разглядела неторопливо ползущих по прутьям существ с яркими, разноцветными блестящими панцирями и длинными усиками. В голове родилась только одна мысль: атаковать, что я и сделала. Запах горящих панцирей неприятно пощекотал ноздри. Сожжённые твари с дымком и шипением полетели вниз. Я прислушалась: даст ли мне Игра награду за них?

Молчание. Возможно, существа и не собирались нападать, просто шли по своим делам, но мне это было безразлично. Цена ошибки слишком высока!

В конце концов, я решила не дожидаться настоящего хищника и, сунув жезл поглубже в карман, втиснулась между прутьями. Обхватила их руками и ногами, начала подтягиваться изо всех сил. Это оказалось гораздо труднее, чем я думала. Вспотевшие от волнения пальцы то и дело соскальзывали, кристалл болтался на цепочке и пару раз ударился о прутья. Я всерьёз боялась, что разобью его. Плащ за что-то зацепился, я дёрнула его раз, другой и нечаянно порвала.

Снизу донёсся странный звук – будто кто-то свистел, причём всё громче и громче. К тому времени, как я, тяжело дыша, забралась на крышу ловушки, свист сделался оглушительным. И от него становилось всё больше не по себе. У меня начали дрожать руки и ноги, я скорчилась на крыше ловушки, зажимая уши пальцами и лихорадочно соображая, что делать.

«Затычки! – мелькнула спасительная мысль. – Мне нужны затычки!»

Я отняла одну руку от уха и, морщась, терпя свист, оторвала и так уже болтавшуюся полосу от своего плаща. Потом вцепилась зубами, дёрнула, разорвала эту полосу надвое. Скомкала куски ткани и поскорей запихала себе в уши. И только хотела полезть вверх по верёвке, как снизу начало подниматься что-то огромное… длинное… с блестящей, похожей на отполированный металл шкурой. Неведомая тварь, шипя, подняла круглую голову, где умещалось три ряда глаз и широкая разверстая пасть. Из неё так и капало слюной, и когда частица этой слюны упала на прутья клетки, те расплавились!

Я вскочила и заорала так, как ещё никогда не орала. Мечась по крыше ловушки, я стреляла искрами в неведомую тварь. По счастью, та была лишена лап или щупалец, которыми могла бы меня схватить. Я заметила только крохотные отростки по бокам от крупного, вытянувшегося во всю свою длину тела.

Плевки твари прожигали дыры в деревянной крыше ловушки и в подоле моего плаща. Мои выстрелы давали куда меньше результатов. Искры то и дело отскакивали от земляных стен и шкуры чудища. А оно вертело головой, чтобы я не смогла попасть в глаза… Но вот, наконец, мне удалось задеть тварь! И она засвистела так, что затычки едва не вылетели у меня из ушей. Очередной плевок пролетел мимо верёвки и моей головы. Чудище нырнуло куда-то вниз, и на время воцарилась тишина.

Трясущимися руками я спрятала жезл и попыталась влезть по верёвке… Как бы не так! Съехала так, что едва не содрала кожу с ладоней. Сердце стучало так громко, что казалось – оно переместилось ко мне в горло.

Я чуть не плакала от бессилия. Сейчас тварь опомнится и снова поднимется ко мне! Нет времени на слабость! И плевать на содранные ладони, когда меня саму могут таким же плевком уничтожить!..

Я лезла к свету, несмотря на боль, колотящееся сердце и слабость. Я лезла так быстро, как только могла, и в моей голове кричала одна мысль: «Только не верёвка! Только не верёвка! Только не…»

Подо мной раздалось шипение расплавленного металла и яростный свист. А свет был всё ближе, он ослеплял. Я щурилась и тянулась к нему, рыдала и карабкалась… И вот, наконец, выползла из-под земли! Жёлтое сияние обласкало меня с ног до головы. А я до того обессилела, что даже радоваться не могла… Пожалуй, я бы не удивилась, если б опять раздался жуткий свист, и Подземное Чудище явилось за мной – утащить обратно. Но вместо этого я услышала бесстрастный Голос:

Испытание пройдено. Чёрная Волшебница получает награду. Можно взять только один предмет.

Я вытерла рукавом мокрое лицо. Рядом со мной плюхнулся знакомый мешок в чёрных и красных квадратах. Он нетерпеливо шевелил горловиной, и я усилием воли заставила себя сесть. Меня всё ещё трясло, но со второго раза я сумела вынуть из ушей затычки. Они тут же окрасились кровью с моих ладоней, и стало ясно, какой предмет я возьму. Пузырёк с целебной мазью! Только б он оказался в мешке!

Едва я успела об этом подумать, как передо мной возникло светящееся изображение с несколькими наградами сразу. Я еле попала пальцем в нужную.

Волшебница получает награду: Пузырёк с целебной мазью.

Стоило мне щедро размазать содержимое пузырька по ладоням, как боль утихла. Я блаженно вдохнула аромат мази – лучше любых цветов!

Плащ, рубашка и штаны были перепачканы кровью и землёй, но это не имело никакого значения. Я наконец-то в безопасном лесу, и всё хорошо!

А самое главное, поняла, что должна сделать в будущем.

Собирая в лесу фунги, я позволяла мыслям проскакивать в голове образами и картинками. И ни одну из них не проговаривала словами так, чтобы это стало слышно богине Каис. Потому что это были очень важные мысли: о том, как обновить мир. Полностью изменить его, чтобы диктовать правила могла не только Каис, но и я. Конечно, я осознавала могущество Каис и то, как легко она может переиграть всё назад. Тем не менее, я была полна решимости, и останавливало меня только одно: сама не справлюсь. Мне, как и раньше, нужны были помощники.

Утолив голод с помощью поджаренных на костре фунги, я велела кристаллу показать мне Ройка, а затем Ауфену. Тот засветился… и показал обоих разом.

Клетки, расположенные наискосок, отчего-то уменьшились в размерах; Ройк стоял на краю своей, подняв лук, и я увидела стрелу в полёте. Невдалеке сидела на траве Ауфена – бледная, неподвижная, с упавшими на лицо волосами.

Сначала я ничего не могла понять. Двойной Удар? Или, может быть, попытка Сквозной Атаки? А затем кристалл поймал фигуру белого Всадника. Клетка Ауфены была как раз у него на пути, и он явно намеревался убить обессилевшую Жрицу, отбросить со своего пути, словно помеху. Наверняка последнее, что она успела сделать – это уменьшить Клетки. И, услышав зов Ауфены, Ройк бросился ей на помощь.

У Всадника в руке был круглый металлический щит, которым он с удивительной ловкостью отбивался от стрел. Третья, пятая, десятая… Я перевела кристалл на Ройка: не истратит же он весь запас на врага? Да и Чёрный Правитель будет опять недоволен! Ещё приговорит к какому-нибудь наказанию…

Я заметила, каким напряжённым стало лицо Ройка на несколько мгновений. Как если бы он делал тяжёлый выбор… Свистнула стрела, раздалось ржание кнейта. Белый Всадник ничего не успел сделать, когда кнейт пал мёртвым под ним. А затем прилетела вторая стрела и нашла уже самого растерянного Всадника – он даже не позаботился закрыться щитом. Не до этого было – ведь только что потерял друга.

Кристалл показал мне, как Ройк отвернулся, резким движением сбросил с головы шапочку Лучника и тяжело опёрся о дерево. Кора с виду была жёсткая и наверняка больно кололась, но по-моему, Ройк этого не заметил. Он стоял, опустив голову, Ауфена же встала и потянулась к нему через Клетку, и я услышала нежное, грустное:

– Ох, Ройк… Бедный, бедный…

И в памяти всплыли его слова, такие живые и искренние: «…А как в лучший мир попадём, я буду кнейтов разводить. Давно об этом мечтал…»

Я закрыла глаза. Так и сидела без движения, пока догорал костёр, а недоеденный кусочек фунги лежал рядом на камне. Было очень плохо. Хуже, чем после сражения с Подземным Чудищем. А затем пришла злость – как всегда, горячая и красная, подобно искрам из Рубинового Жезла.

Я должна одолеть Каис, хотя бы попытаться!..

Кристалл всё ещё слабо светился, когда я взглянула на него, и послушно показал Носатого. Тот сидел под деревом, грыз ножку паони и облизывал жирные пальцы. Не самое приятное зрелище, но я не любоваться им собиралась.

Вспомнила, что он говорил при нашей прошлой встрече. «Выпьешь ровно три капли, когда будешь на безопасном уровне. Действует один ход, так что мы успеем поговорить…» И тот сон с лестницей – он ведь что-то да означал, верно?

Я нащупала в кармане пузырёк с фиолетовой жидкостью. Зажала его в ладони, поднесла ко рту, понюхала, скривилась и капнула на язык – один, два, три. Поспешно спрятала пузырёк и стала ждать, глядя в кристалл. Сначала ничего не происходило, а затем меня потянуло в сон. Я едва успела устроиться поудобнее под деревом, подумала: как хорошо, что костёр погас, и мне не грозят ожоги, пока я буду спать. Перед тем, как потухнуть, кристалл показал мне Носатого – тот вскочил, забегал, суетливо выбросил остатки еды в кусты и тоже полез в карман. Будто что-то почувствовал.

Я усмехнулась, и глаза у меня закрылись сами собой.

…Сна глупее мне ещё не доводилось видеть – а что это не явь, было очевидно хотя бы потому, что моя одежда и сапоги были совершенно чистыми.

Я находилась внутри гигантского фиолетового пузыря, плававшего по чёрным волнам. Как будто сама Бездна превратилась в мирно плескавшуюся реку, и конца-края этой реке не было видно. Я сидела на дне пузыря и через полупрозрачные его стены видела, как медленно подплывает другой пузырь… Стенка его лопнула, соприкоснувшись с моим, и пузыри слились вместе.

Разумеется, внутри сидел Носатый в своём ослепительно-белом плаще, поигрывая жезлом. И сразу же набросился на меня:

– Почему ты не выпила зелье, как только очутилась на первом же безопасном уровне?! Я тебе помочь хотел!

Помочь? Он? У меня невольно раскрылся рот от изумления.

– Погоди-ка. Начнём сначала, – я сложила руки на груди и смерила Носатого взглядом, от которого его горячность мгновенно испарилась. – С чего ты взял, что я побегу пить эту гадость по твоему приказу? Последний раз, когда мы виделись, ты даже руки мне не подал, чтобы вытащить из пропасти!

Носатый посмотрел на меня со знакомой гримасой раздражения на лице. И как ни странно, это меня немного успокоило.

– Я не так глуп, чтобы напрямую помогать тебе на глазах у Игроков. Территория зачарованных снов, – он обвёл широким жестом наш, теперь уже общий пузырь, – создателям неподвластна.

Я почувствовала себя сбитой с толку. Каким образом Игрокам – а вернее, Каис – может быть что-то неподвластно в ею же созданном мире?! Эту мысль я и озвучила вслух, только слово «Игроки» не стала заменять именем богини.