Цитаты из книги «Козел отпущения», страница 8

— Все матери страдают из-за своих сыновей. Страдание — часть нашей жизни. Мы не виним вас за это.

И пока я произносил эти слова, что-то стало распадаться на части, слой за слоем рушилась стена, защищающая каждого из нас от нападения внешнего мира, стена, сквозь которую не слышен никакой зов, не виден никакой сигнал; на какой-то краткий миг самая ее сущность, замкнутая в себе, стала обнажаться, сжимавшая мою руку рука говорила мне об одиночестве долгих лет, об омертвевших чувствах, напоенном ядом уме, пустом сердце. И я ощутил, как все это перешло через наши сомкнутые руки ко мне, стало моей неотъемлемой частью, и бремя это оказалось невероятно тяжелым.

Отношения между людьми ничего не стоят, ведь те, к кому манит нас, обычно не любят друг друга.

- Что ж, скажу вам откровенно, по-моему, нет ничего мучительней, чем всем сердцем любить человека и знать, что ему грош цена.

Куда легче было погрузиться в прошлое, наполовину реальное, наполовину созданное воображением, и закрыть глаза на настоящее.

— Когда вы в последний раз исповедовались, сын мой? — спросил он; это напомнило мне школьные дни, когда, задав похожий вопрос, старшая сестра давала мне порцию слабительного.

— Я всегда считала, что истинная сущность человека проявляется на его лице в первый час после смерти. Иногда вера в это служит утешением.

- Мы делимся ею [любовью], - сказала Бела, - но она при этом не убывает. Как вода в колодце. Даже если он высохнет, источник остается.

Падать легче — нам доказывает это закон земного притяжения.

- Смерть прекрасна. Мадам Жан похожа на небесного ангела.

Я был не согласен с ней. Смерть - палач, отсекающий голову цветка до того, как он распустится. На небесах - красота и великолепие, но не в сырой земле.