Читать книгу: «Анкнит. Сплетение»

ПРОЛОГ

Любая мало мальски приличная сказка знает, как держать читателя в напряжении, но всему должна быть мера… Поэтому не будем долго разглагольствовать и вернёмся же скорее к нашим героям — им уже не терпится поделиться своими приключениями. И так…

Гдето… или, скорее, когдато…

Душа парила в безмятежности. Не было ни страха, ни радости, ни гнева, ни обид, ни любви, ни ненависти… Только покой. Он окутывал душу словно саваном, дарил умиротворение. Душа парила в невесомости — лишь тишина и вечность, наедине с собой…

Но… Что же это?

Лёгкость сменяется тяжестью — тяжестью бренного тела! Как? Зачем? А точнее, за что?

Этинсель распахнула глаза. Яркий свет ударил по ним, словно хлыстом. Девушка тут же зажмурилась. Не размыкая век, она прислушалась: тихий шёпот леса, шуршание листвы, трели далёких птиц.

Она принюхалась: запах сочной травы, прелой листвы, хвои… и чегото до боли знакомого.

Этинсель на этот раз медленно, чутьчуть разомкнула густые ресницы. В её янтарных радужках отразилось бескрайнее синее небо с неспешно проплывающими по нему пушистыми облачками.

Девушка перевела взгляд в сторону. Лес… Её окружал густой лес. До ужаса знакомые деревья словно наступали, беря девушку в кольцо. Она медленно села и осмотрелась. Под пальцами — примятая изумрудная трава, издававшая приятный аромат. Но от него у девушки появилась горечь во рту.

«Нетнетнетнет! Только не это, только не снова!» — пронеслась непрошеная мысль.

Этинсель резко развернулась, и взгляд её упал на вспученные петлями гигантские корни, вгрызающиеся в землю, словно кровожадные змеи. Девушка вздрогнула и посмотрела выше, уже зная, что увидит. Исполинское древо, на ветвях которого тут и там вспыхивали и гасли огни…

«Воспоминания», — всплыло в памяти слово.

А следом тишину леса идей разорвал отчаянный вопль, наполненный страхом, ненавистью и праведным негодованием:

— Будь ты проклят, Анкнит! — и уже почти шёпотом: — За что снова? За что?

Глава 1

Несколькими месяцами ранее, в горах.

Этана скрутила резкая боль. Уход сразу двух хранителей, исчезновение сновидца, погасшие силы сестры и сомнительное состояние сагиттара отражались на парнишке физически. Боль от потери ломала кости и скручивала мышцы. Он упал на колени, тяжело дыша, уткнулся лбом в пыльные камни под пальцами.

— Рарх! — вырвался напряжённый крик. Но боль постепенно отпускала, заменяясь пустотой.

Этан огляделся.

Неподалёку Аксис, уткнувшись в колени, сотрясался в беззвучных рыданиях. Сердце Этана кольнула то ли ревность, то ли ехидная мыслишка: «А в реальности она со мной». А может, и всё сразу — парень не понял, но чувствовал себя прескверно. Его друг потерял всё, что имел, а он… Ревнует и злорадствует. Настоящий верный друг, ничего не скажешь.

Его терзания прервал тихий вздох сагиттара.

— Тар! Родной, открой глаза! Посмотри на меня! — запричитала Резона.

Этан подполз к ним ближе и уселся рядом.

Небо озарилось красным и, многократно отразившись от горных пиков, по всему Анкниту разнёсся жуткий грохот. Земля содрогнулась, и, пусть наши герои этого ещё не знали, изумрудное поле разрезала огромная расщелина. Из неё сочился ядовитый чёрный дым, неспешно отравляя мир вокруг — медленно, но верно.

— Кхекхе… — прокашлялся лучник. Его внешность, привычная друзьям, возвращалась: глаза стали прежними, небесносиними, кожа вернула тёплый оттенок. Чернота покинула его вены — вместе с хозяином тьмы, переклившимся в Кирана.

«Опять колдун, и почему я не удивлён?» — подумалось стражу.

— Этан, вернёшь нас домой? — тихо спросила Резона.

Юноша смерил взглядом сестру, затем сагиттара:

— Уверена? Ани сказала…

— Я помню, что она сказала. Мне нет больше тут места. Почему ты не понимаешь? — взволнованно затороторила она в ответ.

— Я понимаю. Не нервничай ты так. Верну. А за тара ты сама решаешь? Не хочешь его мнение узнать?

— Он поймёт меня и простит, я знаю.

— Ну хорошо, — согласился Этан и, чуть помолчав, добавил: — Прощайся с Аксисом. Вы видитесь в последний раз.

***

На щеках Марины ещё холодели дорожки от слёз прощания, когда брат вернул их с Алексом в мир живых — в её уютную, но теперь кажущуюся такой чужой квартирку.

Мужчина был ещё в плохом состоянии: глубоко дыша, он изредка постанывал, но тело его не слушалось…