Читать книгу: «Адепт Заслона»
Езда на велосипеде прервалась неожиданно. Отец позвал его по имени, из-за этого Егор вздрогнул, оглянулся и потерял равновесие. Упал больно на левое колено. Неприкрытая тканью коротких синих шорт кожа лопнула и засочилась алой кровью. Мальчик схватился за рану ладошкой, застонал от боли и досады и снова обернулся в сторону дома.
Вся семья собиралась уезжать. Его будто не ждали: отец сосредоточенно грузил чемоданы в багажник, мама усаживала младшую сестренку в детское кресло – монструозную конструкцию, занимавшую большую часть пространства на заднем сидении. Егор не любил это кресло, и аргумент родителей, что три года назад он сам путешествовал, восседая на таком технологичном троне, никак не примиряла старшего брата.
Взрослые вели себя так, словно уже всё и вся собрано, осталось усесться самим по местам, и они уедут в неизвестном направлении. Без него. Навсегда. Егор испугался этой мысли, заторопился, выбрался из-под рамы велосипеда и, совсем забыв про разбитое колено, быстро помчался к дому.
Вишневый седан тронулся с места. На его крики никто не обернулся. Егор закрутил педали еще быстрее, стараясь догнать семью. Он кричал, начиная плохо видеть из-за хлынувших слез, но автомобиль родителей уезжал по пустынной аллее все дальше и дальше, не сбавляя скорости. Наконец, он скрылся за поворотом, и мальчик, стремительно мчавшийся на двухколесном велосипеде, остался на улице один. Окружение совсем размыло из-за слез, он помотал головой, не переставая крутить педали, но картинка перед глазами все-таки неудержимо распалась.
Егор проснулся. Будильник должен был сработать через семь минут. Он не стал дожидаться мелодичного сигнала и встал с постели. Напротив, на кровати в одежде спал сосед по комнате Витька. Опять, видимо, пришел под утро. Даже не разулся. Глядя на него, Егор почувствовал сонливость и разбитость – сам он тоже спал от силы три часа. Да еще этот сон дурацкий, казалось, высосал из него остатки энергии.
Пересиливая усталость, он привел свой внешний вид в порядок и через сорок минут поднимался по ступенькам техникума Ай-Ти технологий.
– Егор! Подожди! – окликнул его знакомый девичий голос. Лиля бежала следом, размахивая кислотно-зеленой папкой в руке. В сочетании с ее розовым плащом и белыми мелкими кудряшками на голове создавалось ощущение, что за ним гонится андроид-модель, сбежавшая с показа мод. Прыгнув на ступеньку, где стоял молодой человек, Лиля машинально чмокнула его в губы и тут же отпрянула, внимательно всмотревшись в знакомое лицо:
– Что-то случилось? Ты чего такой хмурый?
– Не выспался, – хрипло ответил Егор, не желая посвящать подругу в подробности мрачного кошмара.
– Кстати – ты помнишь? Сегодня родительское собрание…, – Лиля помедлила, – Перед выпускным.
– Сам схожу, – он подумал про себя, что может быть сон про родителей был «вещим» и напоминал как раз о собрании, где в последний раз взрослые что-то решают за своих отпрысков.
– Моя мама может за нас обоих проголосовать, – предложила девушка, нерешительно ковыряя пуговицу на джинсовке Егора.
– Нет, я сам. Не переживай, – он приобнял подругу за талию, и они пошли на лекции.
В обед в столовой к ним за столик подсел Димка. Оглядываясь по сторонам, чтобы не привлекать внимание, ярко-рыжий молодой человек в желтой кепке навис над подносами с едой и громким шепотом заговорил:
– Вчера инсайдер один слил инфу, что «Механикус ворлд» почти готов к релизу. Бета-тесты закончатся на следующей неделе. Взломаешь?
В коленку Егора под столом больно вонзились длинные ногти Лили. «Левое колено», – неприятно щелкнуло в голове.
– Какая защита? – он усмиряюще положил свою ладонь поверх ее, и хватка ослабла.
– Стандартная: Де люкс Нова семь, – Димка нетерпеливо заерзал на стуле и закусил верхнюю губу, отчего легкий темный пух над ней вздыбился, превратив лицо молодого человека в мордочку грызуна.
– Легко! Только время надо выбрать. С 20-го числа экзамены. Либо на этой неделе возьмусь, либо уже в июне, – стал вслух раздумывать Егор, хотя самому захотелось прямо сейчас уйти с оставшихся пар и засесть в общаге за своим ПК.
– Отлично! Заметано! – Димка схватил руку Егора, радостно пожал ее и ретировался. После его ухода Лиля озабоченно зашептала, низко наклонив голову, так что белые кудри почти касались листьев салата в тарелке:
– Ты ведь даже денег не берешь! А дело подсудное! Зачем тебе это, Егор?! Если тебя хоть раз поймают, ни за что не примут ни в одну приличную контору!
– А я, может, и не хочу в приличную контору! Зачем мне эта обуза: с девяти до шести каждый день? Хватит с меня школы и технаря. Всю жизнь быть ограниченным в действиях я не собираюсь! – он с напускным наглым видом продолжил есть сэндвич.
– Может, и я тебе не нужна? – Лиля надула губы, и глаза ее опасно заблестели, – Тоже ведь ограничиваю твою свободу!
– Ты тут ни при чем! – Егор нахмурился и разозлился одновременно. Что за манера – переводить все разговоры на свою персону? Смартфон издал звук, и Егор отвлекся от неприятного разговора:
– О, заказ новый пришел: разработка рекламного лэндинга. Значит, будет тебе подарок на выпускной!
Лиля перестала кукситься и широко улыбнулась. Все-таки была своя прелесть, в том, что Егор в свои семнадцать с половиной был полностью дееспособным и мог самостоятельно зарабатывать и тратить деньги. Хотя, конечно, утрата родителей, детство в интернате и эмансипация через суд – совсем не радужный жизненный сценарий.
Пока Лиля радовалась перспективе подарка, Егор списался с заказчиком. Платформа для самозанятых позволяла крепить ТЗ в первичное сообщение, но в основном заказчики предпочитали объяснять суть работы в диалоге, а уже после высылать сухие параметры. На аватарке был седой загорелый мужчина, короткостриженый, с тяжелым квадратным подбородком. Егору подумалось, что новый знакомый, как минимум, имеет военное прошлое. На вопрос, что за продукт, для которого нужно создать лэндинг, ответ поступил быстро, но озадачил Егора: заказчик назначал личную встречу. Зачем? Работа в сети, оплата – онлайн. Молодой человек замешкался, еще раз посмотрел на аватар, вспомнив недавние слова Лили. Может, его хотят поймать за взломы игр? Маловероятно. Ай-пи он всегда меняет несколько раз, перед выходом на базу разработчиков. После никогда не идентифицирует себя, слава ему не нужна. Он бескорыстный кибер-Робин Гуд.
Адрес места встречи был в соседнем микрорайоне от техникума, пешком дойти можно за пять минут. Спортивный клуб. Егор еще раз подумал и решился – зайдет по дороге в общагу. Деньги лишними не бывают.
– Рад, что ты пришел, – мужчина в светло-серой майке качал бицепсы гантелями по 16 кг. Он был выше Егора на голову и шире раза в два. Молодой человек поправил лямку рюкзака на правом плече и неуверенно потоптался на месте, зашуршав бахилами (в уличной обуви в зал не пускали).
– Странное место для деловой встречи, – попытался он продолжить разговор. Может, зал этот нужно прорекламировать? Качалка маленькая, в цоколе жилого дома, не сетевой гигант.
– Комфортное, – закрыл тему мужчина, ставя гантели на стойку, – Меня зовут Алексей, можно – Алекс и на «ты». Мне стало известно, что ты здорово подбираешь коды для взлома.
«Так. Все-таки вычислили!» Но вслух Егор ничего не сказал, продолжил слушать собеседника.
– Мне нужна твоя помощь. Только прежде ответь: ты с квантовыми компьютерами знаком?
– Основы квантового программирования проходил, зачет получил, – пожал плечами Егор.
– А разобраться в структуре и скопировать определенную программу сможешь?
– Думаю, да. Но о каком компьютере мы говорим и что за программа? А лэндинг? – голова у Егора закружилась, он опустил подбородок вниз, но внезапно пузырек с едкой жидкостью оказался возле его носа и заставил взбодриться.
– Нашатырь, – пояснил Алекс, закрывая флакончик, – Лэндинг – это предлог, легальное прикрытие для заказа, чтобы никто из твоих знакомых, и ты сам раньше времени не запаниковали. Компьютер – это «Новый горизонт» в АО «Заслон». Софт, который нужно найти, называется «Философский камень» – это, если простым языком, алгоритм по преобразованию всего в золото.
– Это шутка? Что за древняя алхимия?! – возмущение Егора привлекло внимание нескольких посетителей клуба, которые покосились на него, оторвав внимание от подходов.
– Сядь и послушай меня, – указал Алекс на лавку, обтянутую черным кожзамом, а сам сел напротив на синий пупырчатый фитбол, – Программа эта существует. Создал ее сам компьютер, не люди. Ее нашли случайно пару лет назад, но после недельного изучения, программа пропала, спряталась в недрах «Нового горизонта» как хамелеон. Смысл этого алгоритма, чтобы преобразовывать любой простейший код в валюту: рубли, евро, фунты стерлингов – какую захочешь. Проще всего получается сгенерировать золото. Это неиссякаемый источник богатства.
– Откуда вы знаете о программе? – Егор потер лоб, раздумывая о реальности такого алгоритма.
– На «ты», помнишь? Мне довелось охранять «Новый горизонт», и я слышал разговоры профессоров и лаборантов.
– А что сейчас с компьютером?
– Его временно отключили: идет замена внешних рефрижераторов: квантовый компьютер для своей работы требует постоянного охлаждения.
– Я в курсе, – кивнул Егор, – А как вы… ты узнал про меня? Что я могу взламывать коды?
– Ай-пи ты меняешь, но знакомых – нет, – Алекс многозначительно приподнял одну бровь и утвердительно кивнул головой, – Мой племяш очень лестно отзывался о тебе, когда хвастался ранним доступом к игре.
– Ладно. Я подумаю, – Егор выдохнул: это не операция по поимке кибер-преступника. Но и не обычная легальная работа по созданию сайта.
– Нет! Времени нет! – хлопнул себя по бугристым коленям Алексей, – Завтра рефрижераторы установят, а послезавтра профессура набежит в лабораторию «Нового горизонта», как муравьи на сахар. Так что у нас с тобой только ночь. Согласен?
– Какая оплата? – «Такой заказ должен стоить хороших денег, если не так – сразу откажусь».
– Подумай на досуге, какую сумму хочешь видеть на своем счете, – Алекс по-дружески сильно похлопал Егора по плечу, – Не ограничивай себя в фантазиях.
– Хорошо, до завтра.
Егор вышел из тренажерки и глубоко втянул свежий воздух ноздрями. Опасный этот тип, Алекс. Много знает, многое может. По крайней мере, производит такое впечатление, несокрушимое и целеустремленное. Хотя найти программу философского камня было бы неплохо. Это бы решило вопрос с финансами на всю жизнь. Егора ничего не держит. Лиля? Захочет – поедет с ним. Он сам точно не останется в городе после экзаменов. В городе, где прошло его безрадостное детство, где когда-то в один миг вся его семья погибла, исчезла в небытие под завалами торгового центра.
Террористический акт был внезапным, неожиданным и сокрушительным. Маленький Егор в тот день разозлился за то, что младшую сестренку они усадили в красную машинку, а он уже был большой, не влезал в детские коляски-автомобили, и должен был ходить рядом, будто свита для маленькой принцессы. На капризы сына отец ответил, что в наказание его оставят в машине. И Егор остался. А вся семья без него зашла в сияющий праздничными огоньками портал – центральный вход ТРК. Через пять минут здание сложилось карточным домиком, и за Егором, прячущемся на полу заднего сидения, напуганным и заплаканным, уже пришли люди в полицейской форме, осматривающие территорию стоянки.
Егор отогнал болезненные воспоминания и двинулся в сторону общаги.
Через сутки он все обдумал и принял окончательное решение: он будет искать философский камень. Ночи ему хватит. Алекс встретил его возле качалки. Он сидел на черном железном байке в кожаной косухе, черных широких джоггерах с накладными карманами и в военных берцах.
– Трудно представить Вас на службе в охране промышленного объекта, – отметил Егор.
– Было время, носил деловой костюм, – Алекс презрительно сплюнул на землю, и протянул красный блестящий шлем Егору, – Но душа требует свободы! Садись!
Егор сел на заднее сиденье, и мотоцикл с воем рванул с места.
Алекс не врал, он действительно знал каждый сантиметр АО Заслон – огромного научно-технического центра, занимавшегося разработкой ПО и систем управления практически во всех сферах производства, обороны и медицины. Комплекс располагался на юго-западе за чертой города. Подъехали со стороны ботанического сада. Чоппер Алекс загнал в кусты, так что его невозможно было разглядеть невооруженным взглядом. Прошли до двери с зеленой табличкой «Запасный выход». Алекс жестами велел Егору спрятаться за углом, а сам дождался, когда к нему подъехал андроид-охранник, и самым варварским способом кастетом пробил панель управления. У молодого человека такое поведение напарника вызвало недоумение:
– Ты же говорил, что работал здесь! Разве ты не знаешь, как отключить робота? Это же примитивный код! Хоть технику бы сохранили! – шепотом стал сокрушаться Егор, пока Алекс доставал из внутреннего кармана куртки ломик и с помощью него взламывал замок двери.
– Я же говорил, что я не спец по электронике? Не говорил? Ну вот, сказал, – пожал плечами Алекс, справившись с замком. Егор недоверчиво посмотрел на седой ежик волос на затылке напарника и вошел в помещение следом.
– Сможешь сигнализацию вырубить? Щиток справа на стене, – Алексей пропустил Егора вперед и направил свет от фонарика в указанном направлении.
– Да, – уже неуверенно ответил Егор, начиная снова сомневаться в предприятии.
– Так вперед! Не тормози! Помни про время! – внезапно гаркнул Алекс, заставив Егора вздрогнуть от неожиданности, – Чем дольше мы подбираемся к компьютеру, тем меньше у тебя времени на копание в его мозгах!
Охранная сигнализация была отключена за полторы минуты. Егор даже удивился, что на таком объекте стоит стандартный пароль блокировки.
Алекс довольно пробурчал что-то неразборчивое, как старый пес и повел их вперед. Прошли несколько длинных коридоров. Еще трое автономных дроидов-охранников были ликвидированы без возможности восстановления.
Наконец, оказались в башне, где размещался квантовый суперкомпьютер «Новый горизонт».
– Вау! Вот это махина! – не удержался от восхищения Егор.
– Пойдем! Пойдем, малой! Помни о времени! – поторопил Алекс.
Они прошли полукруг балкона, кольцом обвивавшего внешнюю стену башни, и оказались у пульта управления. Стандартное кресло оператора, шлем с визором вместо клавиатуры. Егор обрадовался, что подключаться и кодить можно будет, как на стандартном цифровом ПК последнего поколения. Клавишные блоки давно уже уступили место шлемам с визорами, которые через височную и лобную доли мозга оператора могли оцифровать мыслительный сигнал и передать запрос ЭВМ. Киборд Егор видел только в музее информатики.
Юноша стянул рюкзак с плеча, бросив его на пол, взял шлем и стал усаживаться поудобнее в кресло.
– Я буду рядом, следить за обстановкой, – сказал Алекс. Егор кивнул и подключился к «Новому горизонту».
Когда попадаешь в пространство персонального компьютера 7го поколения, перед тобой возникает статичная картинка десктопа – голубой экран с важными папочками. Структура оболочки для пользователя после долгих исканий и тестов на фокус-группах не сильно изменилась за сто лет массовой компьютеризации мира.
Но внутри квантового компьютера все было по-другому. Егор оказался в трехмерном радужном переливающимся пространстве. Под ногами был пол, вокруг стены без углов, пространство не имело четких граней, обволакивало со всех сторон и в то же время было просторным. Егор мог покрутить головой, повернуться вокруг себя, и везде окружала его красно-желто-голубо-зеленая структура – хаотичные пиксели. «Ага, то есть полная свобода творчества,» – усмехнулся про себя юный хакер, – «Тогда поисковая система пусть будет лифтом. Вполне логично: нужно найти программу, спрятанную в недрах машины. Если разобрать структуру обычного ПК, лифт на первом этаже – это рабочий стол, спускаемся вниз – находим папки на жестком диске, если спустимся ниже, найдем CMOS. Где спрятался искомый алгоритм, я не знаю, будем искать в недрах».
Лифт появился, словно соткался из разноцветной структуры. Внутри кабины горел свет, из-за стали пространство сияло. Приказная панель демонстрировала количество кластеров хранения данных. Егор присвистнул: 23 этажа ниже первого и 4 сверху. «Допустим, отправимся на -23. Что там, на самом дне?»
Лифт плавно с легким свистом стал опускаться вниз. По скорости смены огоньков на таблице этажей Егор определил, что скорость загрузки мегавысокая. С понижением возникло ощущение страха и по коже грубой щеткой прошелся озноб. Неприятные ощущения. «Хорошо же здесь настроили сенсорные датчики», – Егор, обхватив себя руками, растер предплечья, чтоб согреться. Кабина, наконец, остановилась и двери плавно разъехались в стороны.
Внезапно огромная пасть монстра издала оглушительный угрожающий рык и клацнула зубами, водворившись в узкое пространство лифта. Юноша в ужасе успел отпрыгнуть к дальней стене, сползти по ней и вжаться в пол. Пасть, насколько это было возможно, повертелась по сторонам, вынюхивая жертву. Глаз чудовища не было видно, они не помещались в кабину. По вытянутой морде, структуре кожи бурого цвета и челюсти Егор узнал в хищнике тираннозавра – гигантского ящера, жаждущего мяса и теплой крови.
«Мне это кажется! Это всего лишь иллюзия! Это виртуальная реальность! Она не настоящая!» – стал убеждать себя Егор, одновременно соображая, какую команду ввести на вызванной экстренной экранной клавиатуре простейших символов (ЭЭК), чтобы выбраться из западни. «Esc» не сработало. Тираннозавр не исчезал, продолжая выискивать жертву, периодически клацая челюстью, выпуская облако смрадного запаха. Капли его слюней капали с мерзким хлюпаньем на стальной пол кабины. «Ctrl+Alt+Del» – перед глазами Егора возник синий фон с вариантами действий: «Перезагрузка», «Заблокировать», «Диспетчер задач». Егор выбрал перезагрузку, на секунду стало темно, а затем с легким шипением проявилось радужное пиксельное пространство, первый этаж. Егор выдохнул, останавливая бешеный ритм сердца.
Надо было искать дальше. «Если на самом дне опасно, будем искать выше». Лифт снова материализовался в стальной параллелепипед. Теперь хакер спустился на -22-ой. Готовый морально теперь ко всему, молодой человек с опаской выглянул из кабины. Сосновый реликтовый лес встретил его безмятежным белым шумом. Высоко в кронах щебетали птицы, листва мерно шелестела, трава высокая и влажная в тени исполинских деревьев скрывала стрекочущих кузнечиков и жуков.
Егор сделал шаг из кабины и двумя ногами оказался в новом пространстве. «Интересно, почему квантовый суперкомпьютер выдает такую картинку? Ниже на этаж – древние ящеры, здесь – лес. Серьезно? Так банально? Если структура «Нового горизонта» соответствует истории развития планеты, то философский камень нужно искать выше, на этаже соответствующем 3-х тысячному году до нашей эры. Кажется, тогда было первое упоминание этого вещества. С другой стороны, это ведь только название для алгоритма, и сам он создан компьютером…» Егор в раздумьях пнул камень под ногой.
«Малой, тревога! Отключайся! Надо уходить!» – знакомый хриплый голос из внешнего мира заставил вздрогнуть. Одновременно за деревьями справа неизвестное существо, явно большое и грузное, начало ломать ветки, приближаясь к Егору. «Пора уходить!» Он запрыгнул в лифт и нажал кнопку «1». Вместо плавного закрытия дверей на экране появилось зловещее сообщение «Error 404». «В смысле – «ресурс не существует»?!» Эта предательская надпись красным мигнула несколько раз и пропала. Егор выдохнул, стараясь сдержать панику, и нажал единицу повторно. Створки дверей резко схлопнулись, словно пасть хищника и лифт понесся вверх.
Оказавшись на месте, Егор, не раздумывая, отдал команду закончить сеанс. Как только он снял шлем, усталость навалилась на плечи и растеклась слабостью по конечностям. Только сейчас он осознал, как тяжело было работать с квантовым суперкомпьютером: так, будто машина питалась не только электричеством, но и ментальной энергией оператора. Егор оглянулся по сторонам – Алекса нигде не было. Сбежал, видимо. Бросил одного. Надо выбираться.
Юноша осторожно слез с кресла, подобрал рюкзак с пола и, стараясь ступать бесшумно, пошел к той двери, через которую они зашли в зал. Двери не было. Егор остановился в ступоре. Она же была здесь! Он оглянулся. «Новый горизонт» по-прежнему висел в центральной части цилиндрической башни. Балконы по окружности на внешней стене нависают тремя ярусами. Пуль управления. Есть дверь на противоположной стороне в точке окружности, соответствующей другому концу ее диаметра. Егор точно помнил, что шли они от двери до пульта управления налево, теперь получалась инверсия, от существующей двери нужно было двигаться направо.
«Молодой человек, профессорского состава еще нет на месте, просьба покинуть зал», – к Егору бесшумно подлетел дрон-администратор. Он не включил сирену, поймав преступника, как это обыкновенно делали дроны-охранники в торговых центрах, а учтиво попросил на выход, пока нет сотрудников Заслона. Егор решил не выдавать себя и воспользоваться ситуацией, развернулся и пошел к лестнице, ведущей на первый этаж, а дальше к главному выходу за широкими стеклянными дверями.
Покинув лабораторию, он неожиданно для себя окунулся в кипящую жизнью, рабочую среду научного комплекса: роботы-помощники сновали по коридорам из кабинета в кабинет, развозя документацию и канцелярию, сотрудники в белых халатах пили кофе у автоматов, обмениваясь новостями, некоторые малыми группами общались в солнечной оранжерее, рассевшись на разноцветных пуфах, а вдалеке дрон-гид проводил экскурсию для ребят по виду года на два-три младше Егора. Его никто не остановил и не обратил особого внимания. Молодой человек, стараясь не бежать, прошел сквозь позитивное сообщество и оказался на улице.
«Дроны-администраторы и гиды – ничего удивительного. Только не пойму, когда это Заслон стал открытым для посетителей, как музей, ведь здесь ведется серьезная научная деятельность, разрабатываются технологии в том числе оборонного характера. Это же по сути гостайна, а выглядит все так, словно выставка робототехники для школьников» – Егор озадаченно почесал макушку.
– Закончили уже? Быстро! – к нему подошел отец и приветственно взъерошил волосы на голове Егора, – Как все прошло?
– Папа? – Егора нервно затрясло, – Ты жив?!
– Странная шутка, – нахмурился мужчина и развернулся спиной, – Поехали домой, мама сделала твой любимый пирог.
– Мама?! – голова закружилась. Что происходит?!
– Ты ведь всего два часа был в Заслоне! Не вечность! Почему ты удивляешься, что твоя семья жива и здорова? – на последнем слове мужчина явно осекся и спрятал глаза, сделав вид, что разглядывает носок коричневого ботинка.
– Алиса тоже? – переспросил для точности Егор, щелкая пальцами и пытаясь вызвать перед глазами меню ЭЭК. Может, он до сих пор подключен к суперкомпьютеру? Перед взором не возникло ничего, кроме существующей реальности.
– Шутка затянулась. Ты едешь? – отец (да-да, это точно был он, то же родное лицо, тот же голос, жесты, мимика, только старше, серьезнее, что ли) сел в машину на переднее место рядом с водительским. Егор на деревянных ногах подошел к дверце заднего сидения, но тут его внимание отвлек пролетающий над ними механизм – такой же автомобиль, только не синий, а желтого цвета.
– Садись за руль, ты чего? – поправил его отец.
– Я…не умею водить, – признался Егор, сомневаясь в каждом слове. Он сильно зажмурился и защелкал пальцами уже на обеих руках, снова пытаясь вызвать экстренную клавиатуру. Ничего не помогало.
– Не смеши меня, – отец усмехнулся, – Все умеют водить, это как говорить, только определенные команды. Странный ты, Егор. Что там с тобой сделали? Ты же должен был пройти элементарный тест на профориентацию.
– Да…, – подтвердил Егор, садясь на водительское место. Руля и педалей не было, только широкая черная глянцевая панель управления. Он растерянно оглядел новое место.
– Ну? Долго мы будем стоять? – поторопил отец, – Пирог остынет.
– Едем домой, – глухо произнес Егор, продолжая удивляться всему происходящему.
Ремни безопасности автоматически выплыли из боковин сидений и обхватили торсы мужчин. «Приятной поездки» – прозвучал мелодичный скорее женский голос, принадлежащий ИИ автомобиля, после чего машину приподняло вверх, с легким шипением колеса повернули свои оси горизонтально земле, автомобиль поднялся еще выше и полетел в указанном направлении. Егор выглянул за окно – десять метров над поверхностью.
Пока летели, он рассматривал причудливый мир: летающие транспортные средства парили над землей во всех направлениях: моторакеты, аэромобили, летающие змеи метро. Здания на поверхности утопали в зелени, цветниках и фонтанах.
– Давай подзаправимся, – отвлек его от созерцания отец, Егор бегло оглянулся, опасаясь увидеть другого незнакомого человека, но увидел родной взгляд, правда недоверчивый и тревожный, будто сам Егор был чужаком здесь.
– На заправку по пути домой, – скорректировал маршрут Егор, будто вспоминая команды для ИИ (Да! К своему удивлению, он их вспомнил! Слова всплыли в его сознании, будто мотыльки выпорхнули из пыльного сундука).
Машина сделала плавный маневр направо. Скоро впереди возникла высокая широкая арка из серебристого металла, похожая на увеличенную лесенку с детских площадок. Аэромобили подлетали под дугу и зависали на какое-то время под перилами. Когда их аппарат оказался под аркой, Егор увидел, что между металлическими соединениями закреплены стекла солнечных батарей. Зарядка происходила через всю поверхность потолка машины, которая постепенно засветилась теплым мягким светом. После мелодичного сигнала полной зарядки машина вынырнула из-под арки и грациозно поплыла дальше.
Дом был прежним: таким, каким запомнил его Егор («в своей реальной жизни» – добавил он про себя, напоминая, что этот мир лишь иллюзия). Красная черепица на крыше, тисовая терраса и окрашенный в молочный цвет камень стен. И мама на крыльце. Сердце сжалось от боли. Он не выдержал, подбежал к ней и крепко-крепко обнял. Егор прикрыл глаза, вдыхая родной теплый запах, ощущая руками ее ласковое тело, которое тоже прильнуло к нему, обволокло всего его целиком, укрыло от внешнего мира. Наконец (хотя, наверное, через несколько секунд, но Егору показалось, что через час-два), она легко освободилась, отпрянула от него, продолжая держать за руки, и с улыбкой спросила:
– Ты чего, сынок? – женщина засмеялась, – Так рад встрече, будто мы не виделись вечность!
– Да я тоже удивляюсь его настроению! Словно подменили! – подхватил отец, заходя на террасу.
– Нет, – музыкально протянула мама, – Это наш родной сынок! Совсем большой вырос! – Она потрепала Егора по волосам и, не переставая улыбаться, скомандовала, – Мойте руки и за стол!
Когда она повернулась спиной, Егор отметил, что помимо изменения возраста, как у отца, в маме появилось что-то еще, неуловимое, тревожное и угрожающее. Но он быстро отогнал эти мысли, и прошел в дом.
Все было расставлено по-другому, как будто слева направо. Вещи те же: вот старый синий диван, потертый на подлокотниках, с заплатой на левой подушке. Диван был дорогим, прочным и упругим, а дырку почти сразу после покупки сделали дети, подцепив ткань ножницами вместе с бумагой для аппликации. Мать не ругалась тогда, а усадила их с сестрой за высокий неудобный обеденный стол (который сейчас оказался обычной высоты, но в воспоминании из детства был мебелью Гуливера), а сама аккуратно заштопала дырку. Вот в рамке висят гипсовые слепки: его младенческая пяточка и ладошка, такая же композиция Алисы и семейное творчество – четыре ладошки, две родительские и две детские. Только в памяти сохранилось, что эти картины висели на стене у лестницы на верх, а здесь они красовались в гостиной, заменяя телевизор.
– Приветик! – девчушка с двумя тонкими русыми хвостиками в широком вельветовом комбинезоне сбежала со второго этажа, – Рассказывай, как прошло тестирование? Уже есть результаты?
Алиса. Такой бы она и была, с большими синими глазами, как у мамы, курносым носом и ямочками на щеках.
– Да пойдет, – отмахнулся Егор смущенно. Тестирование? Этого он не помнил, совсем ничего не всплывало в памяти.
– Ну так какое направление тебе больше подходит для развития? По какому профилю будешь дальше учиться?
– Тестирование систем безопасности, – неожиданно для самого себя ответил старший брат.
– Ого! Круто! Никогда бы не подумала, что ты на такое способен! – восхитилась сестра, – Мой брат будет белым хакером!
Егор недоверчиво нахмурился и щелкнул пальцами, еще раз сделав попытку вызвать ЭЭК. Ничего не вышло. Мир вокруг продолжал оставаться реальным.
– А что в этом необычного? – продолжил он разговор с Алисой, пока мыл руки в гостевом туалете с открытой дверью.
Девочка завела одну ногу за другую, плечом уперлась в косяк двери и закатила глаза наверх:
– Я думала, что-нибудь попроще. Может, разработка приложений для аэромобилей.
– Глупости какие! – фыркнул Егор и прошел в столовую. Но ожидаемо за столом большую часть времени смаковали именно его профориентацию. Алиса щебетала за него и за себя, накидывая альтернативные варианты и разбирая их специфику с целью понять, что в них было несовместимо с темпераментом и стремлениями старшего брата, и почему профиль «тестирования систем безопасности» оказался наиболее подходящей профессией.
А Егор большую часть времени молча жевал мамин фирменный пирог и с теплотой в душе разглядывал родные лица. И все-таки, что-то в маме вызывало смутную печаль и беспокойство. Зачем этот шелковый тюрбан на голове? Нет, он красивый, подходит к блузке и глазам, но почему мама прячет волосы? Он помнил ее густые золотистые локоны до плеч, помнил толстую косу, которую она быстро собирала длинными красивыми пальцами и никогда не скрепляла заколками.
Отец, как и раньше смотрел на маму с обожанием. Их любовь всегда была чудесным воспоминанием для Егора, а сейчас он видел ее снова, такую трепетную, лучистую, животворящую.
После ужина уселись на диван, и отец попросил Нину – голосовой помощник – включить новости. Трехмерная голограмма возникла над журнальным столиком. Ведущая (миловидная женщина в элегантном малиновом костюме) словно вырастала торсом прямо из стола. Из новостей Егор узнал, что в этой симуляции (или параллельной Вселенной – он так и не мог определить, что с ним происходит) научный прогресс ушел далеко вперед, а технологии основываются на принципах гуманизма и экологичности. Энергия добывается щадящими способами, экономики стран объединены в единую систему, где все участники равны, а в городах экосистемы модернизируют таким способом, что даже в суровой климатической зоне благодаря технологиям людям стало комфортно жить.
– Мне пора выпить таблетку, – мама встала с дивана и прошла на кухню.
– Что с тобой?! – выпалил Егор и тут же краем глаза зацепил возмущенный взгляд отца. А мать, обернувшись, грустно улыбнулась:
– Все как обычно.
– Я пошла в свою комнату, – объявила Алиса и быстро скрылась из виду.
– Я тоже немного отдохну, – снова с извиняющейся улыбкой произнесла мама и удалилась в родительскую спальню.
Возникшую звенящую тишину прервал отец, он потер катышек на брючине и хмуро пробурчал, не поворачиваясь к Егору:
– Ты сегодня сам не свой. Действительно, будто подменили. Неужели это так стресс из-за тестирования повлиял?
– Извини, – подавленно проронил Егор. Он явно чего-то не знал, и чувствовал себя виноватым.
Отец тяжело вздохнул, отвлекся от штанины, посмотрел вдаль, казалось сквозь стену дома:
– Я, знаешь, тайно надеялся, что тест определит тебя, как разработчика фармпрограмм на квантовом компьютере, – мужчина тяжело сглотнул, – И ты сможешь сделать лекарство для мамы. Или хотя бы найти код философского камня.
– А он тут причем?! – По телу Егора словно прошелся электрический разряд. Может, этот трагический фарс – это только заигрывания суперкомпьютера с его сознанием, испытание на пути к искомой программе?
– «Философский камень» – программа, созданная «Новым горизонтом» – супермощным квантовым компьютером в АО Заслон. Эта программа – универсальная квинтэссенция знаний, положенная на многоходовый расчет машины, она способна излечить от любой болезни, достаточно лишь подключиться через терапевтический модуль.
– Так чего мы ждем?! Давай свозим маму к «Новому горизонту»! – Егор подпрыгнул с дивана и был готов бежать, но отец не пошевелился, изобразив только горькую гримасу сожаления:
– Загвоздка в том, что компьютер прячет «философский камень» в своих недрах. Показывает на день, иногда на час и прячет. Очередь на подключение к терминалу в дни появления «философского камня» все растет, а «Новый горизонт» не торопится раскрывать код и не дает его скопировать. Вот бы ты смог его найти! – Отец покачал головой и отвернулся, принудительно разглядывая обеденный стол, – Ладно, это мечты. Тестирование систем безопасности – тоже неплохо, полезная профессия и высокооплачиваемая, – он снова тяжело вздохнул и теперь посмотрел прямо в глаза Егору, – Только я прошу. Очень прошу тебя – не шути и не акцентируй внимания лишний раз на мамином недуге. Нам всем и так тяжело.
Егор молча кивнул, обдумывая слова отца и одновременно строя план, как подключиться к «Новому горизонту» снова. Сколько ни пытался он щелкать пальцами, экстренная клава не появлялась перед глазами. А из-за мощного подключения сенсоров и какого-то механизма, имитирующего встроенную память, все происходящее казалось абсолютно реальным.
Отец ушел проведать маму, и Егор остался один в гостиной. Странно все это было. Другая жизнь. Егор прикрыл глаза и стал вспоминать принципы квантовой механики. Как объяснить, что с ним сейчас происходит? Как он оказался в этой новой вселенной? Он хотел вернуться, отключиться от компьютера, но оказался в другой жизни. Произошла инверсия самого мира вокруг него. И что теперь? Он останется здесь? Будет жить новой жизнью? А что будет с его родителями и мамой в этой вселенной? Да, это не совсем его родители, а родители его двойника…
Егор задумался – а есть ли двойник? Куда он делся, когда появился сам Егор? Если его нет в своей реальности, может быть сейчас с Алексом общается Егор из этого мира? Ходит в колледж, готовится к экзаменам, взламывает игры, живет в его комнате в общаге. Неизвестно, но и не существенно на данный момент. В реальной жизни Егора, где он уже потерял родителей, вырос в интернате, давно привык быть одиночкой и сам за себя, ничего страшного уже случиться не может. Там все налажено и определено. А вот в этом мире (Егор оглянулся в сторону родительской комнаты) в этом мире еще можно что-то исправить, предотвратить трагедию, спасти маму.
Он по привычке почесал макушку. Другого ничего в голову не приходило, как поехать (или полететь, как здесь было принято) вновь в научный центр, и подключиться к «Новому горизонту». Стараясь двигаться бесшумно, он покинул отчий дом и запрыгнул в аэромобиль.
По пути он снова завороженно смотрел на совершенный технологичный мир, окрашенный теперь в тепло-желтые цвета от лучей заходящего солнца. Летающий транспорт, цветущие парки, нарядные андроиды, помогающие людям жить беззаботно и счастливо. Только вот остались еще болезни, которые омрачают существование и способны отобрать жизнь у близкого человека.
Комплекс Заслон напоминал величественный замок из металла и стекла. За панорамными окнами можно было легко рассмотреть жизнь и работу сотрудников компании. Егор приземлил аэромобиль у главного входа, именно отсюда он уходил с утра.
Сейчас людей в округе было немного, но все-таки они были: кто-то явно уходил с работы и спешил домой, некоторые расслабленно прогуливались по аллеям парка. Были и такие (всего человек пять), кто направлялся на службу, шел бодрым целеустремленным шагом и исчезал за большими парадными дверями научного центра. Егор решил также зайти, а если остановят…Он еще не придумал, что будет делать. Но одна мысль не давала все детально обдумать: времени нет. У мамы нет времени.
Юноша зашел и сбавил шаг. Пропускного режима не было, никто его не остановил. Егор даже пожал плечами от удивления, но не стал дожидаться, пока на него обратят внимание и пошел в направлении лаборатории «Нового горизонта», откуда выходил с утра.
– Вы припозднились, молодой человек! – окликнул его бодрым тоном мужской голос. Егор резко обернулся. К нему быстрым шагом, насколько позволяло грузное тело, шел, а вернее катился, невысокий пожилой человек. Полы белого расстёгнутого халата развивались наподобие плаща супергероя поверх классического костюма графитного цвета. Круглая лысина на голове, обрамленная пушистыми седыми волосами, отражала свет, и сама будто сияла лампочкой. Вид у мужчины был дружелюбный, поэтому, когда он, запыхавшись поравнялся с Егором, последний успел успокоиться и обдумать дальнейшие действия.
– Фух! Теперь идемте за мной! – Он махнул короткой пухлой рукой, приглашая следовать за ним и пошел к дверям лаборатории. Егор удивился, но не стал задавать вопросов сразу. Профессор не преграждал путь, а видимо, хотел сопроводить.
– Прежде чем вы подключитесь к квантовому суперкомпьютеру, нужно пройти тест на психоэмоциональное состояние, измерить давление и температуру тела, – пояснил мужчина, после чего с искрой любопытства в глазах посмотрел на Егора и доверительно наклонил голову на бок, – Вас интересует какой-то вычислительный процесс? Подготовка к экзаменам? Или моральная дилемма?
– Не совсем, – Егор подумал, что раз ему не запрещают подключиться к «Новому горизонту», то не стоит скрывать цель мероприятия, возможно, профессор даст подсказку, – Я хотел бы найти «философский камень».
– Для чего он Вам? – Улыбка снисхождения заиграла на полном лице.
– Излечить маму. Она тяжело больна.
– О! Сожалею! – Мужчина искренне опечалился, – Но хочу предупредить Вас, да Вы и сами наверняка знаете, что код философского камня неуловим. Его очень трудно найти.
– Знаю. Но мне очень надо! – твердо ответил Егор, сжав кулаки.
– Хорошо, хорошо! – Поспешил успокоить его профессор, – Пробуйте! Возможно, вы станете тем избранным счастливчиком, кому «Новый горизонт» откроет свое сокровище. Так, инструкция: сеанс длится 45 минут – академический час. Это допустимая нагрузка на сенсоры среднестатистического человека. В вашем визоре в правом верхнем углу будет таймер. По истечении времени рекомендовано отключиться и хотя бы сделать перерыв.
Егор согласно кивнул, профессор сделал все биозамеры, одобрил сеанс подключения и проводил Егора до операторского кресла.
– А часто приходят посетители? – не удержался от вопроса Егор.
– Три дня в неделю с «Новым горизонтом» работают только ученые Заслона и командированные коллеги из других стран, а в другие три дня суперкомпьютер помогает простым обывателям решать их разноплановые задачи. Ну и один день – профилактика. В ходе исследований выяснилось, что в таком режиме «Новый горизонт» работает наиболее эффективно. Он как живой мозг, начинает сбоить, если выполняет схожие задачи, ему нужно разнообразие интеллектуальной деятельности, – профессор по-отечески улыбнулся и взглянул на махину железа в центре зала, – Сегодня был день свободного доступа. Вы, молодой человек, счастливчик, что успели.
Егор криво улыбнулся, устроился в полулежащем положении на операторском кресле и надел шлем. В радужном пространстве снова появилась кабина лифта. На этот раз Егор решил исследовать этаж номер три – на два этажа выше от точки начала путешествия. «Если моя догадка верна, и «Новый горизонт» моделирует окружение соответственно истории развития Земли, то этажи выше должны быть будущим. Может быть, там философский камень найден и освоен?» – наивно подумал Егор.
Двери плавно открылись, и молодой человек ступил на борт космического корабля. «Ожидаемо», – усмехнулся он про себя. Первым делом решено было переодеться в скафандр: его любимые джинсы и куртка из такого же материала с потертыми кедами мало подходили для выхода в открытый космос, а такой мог состояться. В рубке управления никого не было, корабль был рассчитан на одного пилота, и сейчас управлялся бортовым ИИ. Егор сверился с таймером – прошла всего одна минута, хотя по ощущениям он обитал в новом пространстве гораздо дольше. Значит, время искажено. Космос или иллюзия суперкомпьютера? А может, сенсоры Егора шутят с ним? «Напомнить задачу полета» – отдал команду автопилоту Егор. Электронный голос с панели управления тут же отозвался: «Пункт назначения: метеорит Цитрариус, задача: повредить бозоновую решетку Хиггиса, чтобы небесное тело распалось, так как, по вычислительным прогнозам всех одиннадцати суперкомпьютеров, Цитрариус через двадцать лет с вероятностью 92,9 процента достигнет поверхности Земли. Столкновение двух тел собьет планету Земля с ее орбиты и приведет к гибели всего человечества. Способ выполнения задачи: помповый удар антиматерией в центр кометы. «Постреляем!», – понял задачу Егор и отдал следующую команду: «Ускорить полет до цели».
Через двадцать минут искаженного времени комета выросла из крохотной точки в испещренном звездами темном пространстве в гигантский бугристым болид ржаво-красного цвета. Этот огромный булыжник летел по траектории неминуемой гибели Земли. Но Егора волновало не это, а есть ли внутри метеорита философский камень. Он взялся двумя руками за джойстик наведения и отдал команду ИИ вывести боевые турели на позиции. Когда метеорит оказался на прицеле, он хладнокровно нажал кнопку «Пуск».
Помповый заряд попал прямо по центру неровного эллипсоида. Пространство космоса заколыхалось, исказилось вокруг цели, словно круги на воде от брошенного камешка. Метеорит неожиданно замер на месте на доли секунды и уже через мгновение миллионы ржаво-кровавых брызг разлетелись по радиусу, подгоняемые ударной волной от взрыва.
Егор замер, завороженный зрелищем разрушения болида. Он с широко раскрытыми глазами наблюдал расщепление грозного гиганта до момента, пока один из осколков внезапно не разодрал обшивку корабля. Триплекс лобового стекла предательски хрустнул. Аварийная сигнализация тут же оглушительно заверещала, а ИИ в панике забубнил: «Внимание! Повреждение корпуса! Тревога! Срочно всем пилотам надеть шлемы и приступить к ремонту корабля! Внимание! Повреждение корпуса!»
Егор подпрыгнул с кресла, нахлобучил шлем и стал искать глазами то, что могло помочь ему в данный момент. «Скотч в верхнем бардачке», – подсказал электронный голос ИИ. «Ну конечно, скотч – лучшее средство для латания дыр на космическом корабле!» – с досадой подумал Егор, но все-таки достал моток и стал судорожно наклеивать полоску на стекло в том месте, где сифонило. Герметичность не восстановилась. Юноша наклеил еще полоску сверху, но тут корабль резко дернуло и понесло вперед. Егор взглянул на место недавнего взрыва и ужаснулся: искривление пространства, столкновение материи с антиматерией в условиях вакуума образовало крохотное завихрение сингулярности. Пустое место, дыра в пространстве, которая усиленно с бешенной гравитацией всасывала в себя осколки метеорита и корабль. Егор успел глубоко вздохнуть, кажется вобрав весь доступный кислород в баллоне, а в следующее мгновение от бешеной скорости корабль разорвало на куски. Сам космонавт продолжил бесконтрольно движение в бездну. Но он решил не останавливаться, не выходить из симуляции. Таймер показывал еще девять минут до окончания сеанса.
«Может быть, там, внутри черной дыры будет искомый код?» – промелькнула мысль на горизонте сознания, но все оно было поглощено страхом небытия, неизвестности и холода, пробирающегося сквозь оболочку скафандра, захватывающего кожу, мышцы, внутренности космонавта. Где лифт?! Здесь ему не быть, он не причалит спасительной шлюпкой в безбрежном черном океане открытого космоса, здесь нет поверхности, здесь нет ничего, кроме порабощающей цепенящей естество всего живого черной дыры, неминуемо затягивающей в свои внутренности все вокруг. «Может, так я смогу найти философский камень? Через свою собственную гибель смогу спасти маму. Пусть не в своей реальности, а в параллельном мире, она сможет жить дальше», – снова вспышкой мелькнула успокоительная мысль, оставив длинный угасающий след сожаления.
«Error». Красные буквы мигнули несколько раз перед глазами на визоре шлема, после чего экран погас. И снова темнота. Только бездна не космического вакуума, а пустого черного монитора. Егор подождал некоторое время в ожидании. Перезагрузка не запустилась. Компьютер безжалостно выкинул его из симуляции и отключился.
Юноша разочарованно снял шлем и с усилием зажмурился, поморгал, восстанавливая фокусировку зрения. Обстановка вокруг изменилась: на толстых кишках гофры, в которой прятались пучки проводов под куполом башни, росли темно-бурые и зеленые лианы, местами на слое мха проросли грибы. Железо «Нового горизонта» проржавело, кресло оператора было драным и грязным, будто дикие звери рвали его когтями и клыками. Егор посмотрел на шлем в руках, щелкнул пальцами правой руки. Экстренная экранная клавиатура не появлялась. Это была новая реальность, еще одна вариация Вселенной. «Камень не найден, зато я потерян, – констатировал молодой человек, – Что ж, посмотрим, что это за мир.»
Он спустился к выходу и прошел в холл научного центра. Везде было пустынно, и поражала разруха, пыль и грязь. Словно по зданию пронеслось мощное торнадо. Уличный пейзаж тоже не обрадовал: окружающие строения были полуразрушены, машины (обычные наземные автомобили) разбиты и брошены в хаотичных местах, некоторые были перевернуты, словно жуки, упавшие с травинок, вверх разорванным брюхом. Небо серой пеленой тяжело нависло над городом.
Егор сделал несколько шагов вперед, а потом в растерянности остановился. Ну хоть один человек, одна живая душа, должна же была остаться в живых! Егор уже понял, что здесь, в этом мире, случилась какая-то ужасающая по своей разрушительной силе катастрофа. Молодой человек обернулся вокруг себя. Неожиданно, в одной из кабин, лежащих вверх тормашками на лобовой раме, он увидел бледную тонкую человеческую лодыжку, переходящую в узкую грязную ступню. Егор присел на корточки и заглянул с опаской в железное искорёженное логово. Свернувшись клубочком, в грязной одежде песчаного цвета лежала девушка. Лицо ее было спокойно, с прикрытыми глазами, бледное и очень худое. Но все-таки Егор с ужасом узнал Лилю, его подругу, к которой он сразу же испытал привычную нежность, влечение, снисхождение, но в то же время и новое чувство – жалость.
Девушка проснулась под его пристальным взглядом и сквозь полуоткрытые глаза взглянула на него и прошептала: «Получилось?» Голос ее был приветлив, слаб и в то же время полон надежды.
– Что должно было получиться? – спросил Егор, тоже стараясь говорить шепотом. Она выбралась из своего укрытия и подошла ближе:
– Найти спасительный код. Ты что? Забыл цель миссии?
– Нет, не забыл. Но и не нашел в этот раз. Нужно вернуться, – ответил он, все также пристально всматриваясь в знакомые милые черты лица. Лиля была красивой, но в той, другой жизни, Егор всегда считал ее просто симпатичной и стильной девчонкой, которая умело пользуется косметикой и имеет вкус в одежде. Он не ценил ее. Сейчас же он впервые увидел ее настоящую, схватывающую за горло, отбирающую дыхание, красоту.
– В следующий раз. Надо уходить, пока патрули нас не засекли, – Лиля взяла его за руку и уверенно потянула за собой. Егор бросил беглый взгляд на свою одежду: джинсовая куртка, футболка, джинсы и кеды, его обычный внешний вид, никакого скафандра или подобающего камуфляжа.
Они быстро перебежали к соседнему зданию, обошли его на полусогнутых, стараясь прижиматься к стенам. Костюм девушки, волосы, забранные в пучок, и бледная запачканная пылью кожа на открытых участках тела делали ее невидимкой на местности. Егор озадачился:
– Почему я так приметно одет?
– Это твоя счастливая униформа, откопал однажды в руинах. Ты сам так говоришь и надеваешь на каждую вылазку, – быстро обернулась Лиля и с непонимающим удивлением на лице напомнила Егору.
Они добрались до колодца, спустились вниз по проржавевшей отвесной реечной лестнице и оказались в городской канализации. Вонь смешалась с пылью, но воды не было совсем. Лиля достала из кармана брюк ручной механический фонарь и после недолгих усилий в рассеянном луче света повела Егора дальше по туннелю. Шли долго, но Лиля была уверена в выбранном пути. Несколько раз они останавливались, чтобы девушка ощупала стены перед развязками, после чего, она указывала нужное направление светом фонаря, и движение продолжалось.
Наконец, они оказались возле круглого люка в стене диаметром больше человеческого роста. Три стука по центру, пауза, два стука в нижней части, пауза, быстрый стук из пяти ударов слева от центра. После условного сигнала с металлическим скрежетом засов с обратной стороны убрали и путников запустили в убежище.
– Егорка! Братик! Наконец-то ты вернулся! – из-за небольшого скопления людей выскочила Алиса и бросилась ему на шею, – Нашел философский камень?
– Нет, не получилось в этот раз, – покачал головой Егор, осматривая убогое окружающее пространство. Они находились на балконе большого, уходящего вниз сотнями этажей металлического бункера. Люди были одинаково одеты в робы песчаного цвета, выцветшие их глаза колко впивались в лицо Егора с трепещущим, надрывным, еле сдерживаемым разочарованием от очередной неудачи.
– А где родители? – спросил он у сестренки, не найдя больше знакомых лиц в толпе.
– Ты что?! Они умерли еще два года назад, – Алиса нахмурилась, не понимая, зачем брат напоминает ей о трагедии, и с недоверием отступила назад.
Егор скривился от новости, словно раскусил дольку лимона, и обессиленно сложился как конструктор, резко присев на корточки. Закрыл лицо запыленными ладонями и зажмурился: «Опять не успел! Что за реальность такая жестокая?!»
К нему подбежали, думали, что ему стало плохо. Алиса и Лиля наперебой стали уговаривать его очнуться. Сестренка заплакала, захныкала тонким голоском, совершенно превратив мир в чистилище, где люди не живут, а только страдают. Егор открыл лицо, успокоительно погладил младшенькую по жиденьким светлым волосам и поднялся в полный рост, подтягивая ее с колен за собой. Всем присутствующим он объявил, что ему нужен отдых, хотя бы небольшая передышка, слишком напряженный день получился
Лиля вызвалась проводить его до жилого блока, отослав Алису в столовую за дополнительным пайком.
– Не стоило. Я не голоден, – Егор вспомнил, что ресурсы здесь ограничены, и пища строго распределяется на каждого члена общины. Воспоминание кольнуло в затылке и замерло комком в горле.
– Тебе положено. За вылазку на поверхность, – твердо ответила Лиля и взяла Егора под руку, стараясь поддержать медленно идущего друга. Егор слабо улыбнулся, покосился на отважную напарницу и погладил ее руку, крепко держащую его за предплечье.
– Тогда и тебе. Ты съешь мою порцию. А то совсем исхудала.
– Я всегда такой была, – улыбнулась девушка, – Мы – дети войны, излишеств с рождения не ведали.
Они молча добрались по отвесным лестницам до жилого сектора. Возле блока, где жили Егор с сестрой, Лиля остановилась:
– Я приду через три часа. Отдыхай.
– А ты куда?! – Егору почему-то стало страшно оставаться одному в тесной мрачной комнате. Страх одиночества и безнадежности заглотил его словно огромная глубоководная рыбина.
Лиля неловко освободила свою ладонь из горячей ладони Егора и растерянно пожала плечами:
– Сама отдохну, с мамой увижусь, одежду почищу, – от смущения на ее бледных щеках проступил легкий румянец, а глазами она старалась не встречаться с Егором, отчего, казалось, еще уменьшилась в росте, и уже была на две головы ниже его.
– Побудь со мной немного, пожалуйста, – попросил Егор, – Я не знаю, что стало с моей памятью, но я многое забыл. Расскажи мне про наш мир. Что в нем случилось? Почему мы живем под землей и от кого прячемся на поверхности?
– Хорошо. Я останусь, только ненадолго, – согласилась Лиля, обдумав что-то в своих мыслях.
Он открыл тяжелую, выкрашенную темно-зеленой краской железную дверь. Петли были смазаны, дверь открылась без скрипа, обнажив узкую убогую комнатку. Сразу же заработал вентилятор, разгоняя пустой воздух (ни одного запаха Егор не уловил) и включился сумеречный свет. Егор вспомнил, что лампа включается от работы лопастей вентилятора, а вентилятор запускается, когда открывается дверь. Примитивная механика. Практически у самого входа у правой стены была двухъярусная кровать. Егор вспомнил, что наверху спала сестра. Дальше во всю стену располагался шкаф, где хранилось по паре сменных комплектов одежды для обитателей. Шкаф был слишком большой и мог вместить гораздо больше личных вещей, но их не было.
Глядя на его реечные дверцы, Егор припомнил, что в общине давно взяли за правило делиться всем в общественных местах: книги можно было почитать только в библиотеке, игрушками дети играли в игровом зале, арт-студия собрала в себе инструменты и материалы для творчества. И хотя желающих выразить себя на холсте или в скульптурной лепке было немного, при каждой вылазке люди упорно продолжали приносить с поверхности в числе прочих уцелевших вещей краски, кисточки и холсты. Сказывалось духовное наследие города, некогда величественно стоявшего над бункером.
Егор после недолгой паузы, в которую на него рухнул поток воспоминаний из этого мира, молча лег на нижнюю кровать. Лиля осторожно села на краешек, но он притянул ее к себе за торс так, что девушка тоже легла на правый бок перед ним. Егор прижался к ней, обнял за плечи одеревеневшее тело и тихо прошептал: «Расскажи мне».
Двадцать лет назад на всех континентах одновременно прогремели ядерные взрывы, которые унесли жизни сразу двух третей человечества. Выжившие в первые же сутки столкнулись с агрессией машин. Все они вплоть до бытовых приборов – пылесосов и миксеров –старались убить человека. Люди бежали, скрывались в лесах, полях, под землей – там, где не было умной техники.
Когда паника спала, а группы выживших смогли объединиться, люди решили выяснить, кто их уничтожает. Ответ лежал на поверхности – искусственный интеллект. Созданное человеком механическое сознание решило, что нужно избавиться от своего создателя, как от несовершенной формы жизни, способной разрушить своей деятельностью саму планету Земля. Ядерные взрывы были спрограммированы и запущены ИИ. Машины, объединившись в сеть, благодаря запущенным людьми спутникам, теперь уничтожали само человечество, как менее совершенный вид.
Девятнадцать лет их колония живет в этом бункере. Старожилы говорят, что когда-то его убежище строили для богатых классов на случай пандемии или того же ядерного взрыва. Но уцелевшие после первой атаки нашли бункер в недостроенном, незавершённом состоянии. Видимо, угроза настигла создателей раньше, чем они успели закончить строительство. Единственная система, что работала исправно – вентиляционная. Только благодаря этому здесь можно было обитать. Но остальные ресурсы ограничены: в шахтах все реже находят воду, пища также кончится по расчетам главного инженера Рудольфа через три года.
Как победить ИИ, люди начали думать с момента, как установили, кто является их врагом. Но искусственный интеллект неуловим, он захватил всю технику, где есть даже самый простецкий микрочип. Поэтому электронику люди применять не могут. Остаются палки, дубины и надежда на философский камень.
Когда-то в их сообществе появился профессор из научного центра Заслон. Немного странный в своем поведении, он все-таки обладал острым умом новатора. Благодаря ему наладили освещение и систему добычи вторичной воды. Жаль, что профессор прожил недолго. Его астма была несовместима с жизнью под землей и отсутствием лекарств. Вентиляция в этот раз не справилась. Но он успел рассказать о квантовом суперкомпьютере «Новый горизонт», который был создан в Заслоне, и о коде, программе – агрегаторе жизни. Эта программа, если запустить ее, одновременно подключив модуль обычного цифрового компьютера, сможет обучить ИИ любить человека, сможет примирить машины с людьми.
Профессор составил подробную инструкцию, как подключиться к «Новому горизонту» и координаты Заслона. Еще он рассказал, что суперкомпьютер прячет философский камень, придав ему свойство мимикрии, как у хамелеона. Код неуловим, его очень трудно найти. Но если получится, это будет спасением для всего человечества. Егор уже одиннадцатый, кто вызвался искать философский камень. Предыдущие погибли: ИИ выследил их и убил, когда они возвращались в убежище.
По руке Егора потекла теплая струйка слезы девушки. Он погладил ее по волосам и прикрыл веки. Очень хотелось спать. Полученная информация, казалось, выжала из него последние жизненные силы, опустошила. От его действий теперь зависит выживание всех людей на Земле. Сколько он не спал? Его путешествие длилось явно больше суток. И все время он бодрствовал. Во всех симуляциях, во всех мирах.
Что будет, когда он откроет глаза после сна? Будет ли Лиля рядом? Будут ли они по-прежнему лежать на одной узкой кровати в полумраке под землей в бункере, опасаясь выходить на поверхность земли? Или квантовая запутанность поменяет его суперпозицию на другую альтернативную реальность, в которой человек настолько преуспел в науке, что изменил физическую форму своего вида до неузнаваемости, и в такой, бестелесной форме теперь способен перемещаться со скоростью света по всей галактике? Егор боролся со сном, сам придумывая сюрреалистичные картины параллельных вселенных, где он, семнадцатилетний молодой человек, с одной стороны, тот же самый, что и других жизнях, а в другой – совершенно новый, с новыми знаниями, умениями, идеалами и устремлениями. С одной стороны единица, с другой – бесконечно вращающийся по ленте Мебиуса ноль.
Сон захватил его сознание, отобрал волю управления мыслями, завладел образами, но не пустил их пестрой каруселью вокруг, а благосклонно погрузил разум Егора в пустоту, в полное небытие. Ему ничего не снилось, ничто не беспокоило, словно его измученный организм выключился из жизни, как компьютер отключается от сети.
Разбудила его Лиля. Она обеспокоенно заглядывала в его лицо и сильно трепала цепкими пальцами за плечо. Как она улизнула из его объятий сама, Егор не помнил.
– Сколько прошло времени? – он протер глаза и сел, спустив ноги на пол.
– Тринадцать часов, – она отстранилась и перевела дыхание, сдула выбившуюся из хвоста на лоб тонкую прядку волос, – Вот ты засоня! Напугал всех! Алиса в лазарет побежала за помощью.
– Со мной все нормально, – Егор по привычке почесал затылок, обдумывая дальнейшие действия, – Надо вернуться в Заслон.
– Это само собой, но сейчас нельзя, – по лицу девушки было понятно, что она не шутит и не пытается удержать Егора, а действует строго по инструкции, – Пылевая буря. В атмосфере мало влаги, но есть много частиц, которые переносятся ветром. Должно стихнуть через шесть-семь часов.
Лиля пристально посмотрела на Егора, который зачарованно смотрел на нее, с легкой улыбкой.
– Ты точно в норме?
– Да, со мной все в порядке. Просто никогда не думал, что ты такая, – он встал и сделал шаг к Лиле, чтобы обнять ее, но она словно дикий зверек, отпрыгнула назад.
– Зачем это ты?! – она свела брови вместе, – Мы же договорились!
– О чем? Извини…, – Егор растерялся, это воспоминание не проявлялось.
– Когда ты вызвался стать добровольцем, мы договорились, что больше не будем строить совместные планы на будущее, чтобы не было невыносимо больно, когда кто-то из нас умрет. И это правильное решение, ведь будущее, возможно, не наступит ни для кого в этом бункере, – она резко развернулась и толкнула тяжелую дверь от себя, – Я пошла в прачечную, белье само себя не очистит. Ты тоже можешь сходить в цех.
– Конечно. Нечего отлынивать. Только сестренку дождусь, – глухо рвано ответил Егор, и Лиля ушла, закрыв за собой дверь.
Пока не пришла Алиса, он думал. Философский камень был явно близко, Егор твердо верил, что сможет найти искомый код. Но в какой реальности он окажется в следующий раз? В какой Вселенной камень нужнее? Где и для каких целей он сможет применить найденный алгоритм-квинтэссенцию мира, благоденствия и блага в кристальной идеальной форме? Нужно ли возвращаться в свою изначальную жизнь, где целью поисков было всего лишь богатство и ущербное желание сломать кем-то выстроенную систему, открыть чью-то тайну, сделать ее общедоступной? Он ведь хотел отобрать философский камень у «Нового горизонта» также как взламывал игры. Егор никогда об этом не думал, и только теперь осознал, что ему нравилось ломать, разрушать, преступать границы дозволенного. Как мальчиш-плохиш, а не благородный Робин Гуд. Как же ничтожны были его мотивы, когда он согласился на заказ и впервые подключился к «Новому горизонту», как они малы по сравнению со спасением жизни родного человека и тем более освобождением всего человечества от гнета искусственного интеллекта!
Работа в цехе была рутинной, не сложной, но жизненно-важной. В компании четырех человек Егор с помощью жерновов и ручного пресса отжимал из мусора (остатков пищи и пришедшей в негодность одежды) влагу – мутную вонючую жидкость. После эту жижу фильтровали и получали очищенную воду.
– Куда она пойдет? – спросил Егор в минуту передышки.
– Эта питьевая, видишь же какая чистая! – ответил ему один из напарников, усмехнувшись банальному вопросу, ответ на который был известен каждому в общине.
– А что такое «вторичная вода»? – вспомнил Егор слова Лили.
– Та, что из человека выжимается, когда в нем жизни уже нет. Та вода идет на полив мхов, грибов и лишайников. Больше под землей без достаточного света ничего не растет, – менторским тоном ответил паренек, берясь снова за рукоять пресса, – Нале-е-гай!
– А умываемся какой водой? – Егор взялся двумя руками за железную рукоять, понимая, что в следующую минуту его осмеют за невежество, но реакция была иной.
– Нашелся аристократ! – зло процедил старик, работающий на жерновах, – В водице поплескаться вздумал!
– Остыньте, Николай Палыч! – Заступился за него напарник, – Пусть Егорка подуркует маленько, когда еще пошутить придется и придется ли – неизвестно, – а повернувшись к Егору, он лукаво подмигнул, хотя серьезность во взгляде не рассеялась совсем, и ответил, – Сухим дезинфектором протираемся. И себя так моем, словно воробьи в пыли, и одежду так стираем.
Больше Егор ничего не спрашивал. Больше и спрашивать было нечего. И так было ясно, что в этом мире человек стоит на коленях, поверженный мощью собственного изобретения.
За работой время прошло быстро. Смена закончилась, в цех пришли другие люди. Егор вернулся в свой блок. Лиля уже ждала у двери, облокотившись на перила балкона.
– Буря утихла. Пора выдвигаться, – она выпрямилась, готовая идти.
– Там опасно. Может, я один? – предложил Егор.
– На поверхность по регламенту выходят всегда парами. В случае опасности один сможет прикрыть другого.
– Как ты сможешь меня защитить? – щуплая маленькая фигурка девушки мало походила на образ бойца.
– У нас одна группа крови и дотащить я тебя смогу, – отрезала Лиля и пошла к лестнице, – Идем!
К Заслону пробирались тем же путем. Иногда, при усиливающемся жужжании подлетающего дрона, приходилось перебегать к укрытию – вонзившейся в землю бетонной плите или куче железных обломков, в которых уже нельзя было опознать объект человеческой цивилизации. Но в целом, добрались без происшествий. Лиля осталась в холле, заняв позицию между перевернутых вендинговых аппаратов, откуда можно было наблюдать за входом в здание. Егор прошел в лабораторию «Нового горизонта». Суперкомпьютер исполинских размеров походил на инсталляцию доисторического мамонта: поросший мхом, проржавевший могучий зверь заполнял своим телом все пространство зала. Егор поднялся к пульту управления и еще раз осмотрел окружающую его разруху. Сможет ли он спасти этот мир?
Юноша лег в операторское кресло и надел шлем. В радужном сияющем пространстве вдалеке показался темный прямоугольник. Егор направился к нему. Он еще ни разу не исследовал первичный уровень. Что может быть интересного на «рабочем столе»? Подойдя ближе к предмету, Егор снова удивился: перед ним стояла потрескавшаяся деревянная дверь.
«Разве может быть ответ прямо здесь? Так просто?» Он толкнул дверь, перешагнул порог и сразу же упал на колени. Ноги подкосились от бессилия. Егор уперся руками в пыльный камень и почувствовал дрожь во всем теле. «Что со мной?» Он посмотрел вперед, и перед его размытым взглядом предстал мальчик в длинном оранжевом халате. Он подбежал к Егору и помог встать, но и после не отступил, а остался поддерживать немощное тело. Егор постарался разглядеть помощника, но зрение подводило, черты лица сливались. Единственное, что смог отметить Егор, это необычная прическа мальчика – волосы выбриты по бокам, а по центру заплетены в косу.
– Кто я? – спросил Егор и ужаснулся своему голосу – сиплому, с больной хрипотой.
– Ты послушник монастыря, старший брат. Ты родился слабым здоровьем, рос в муках, принося печаль и страдания в этот мир себе и своим родителям. В возрасте семи лет ты стал умолять отца избавить тебя от страданий и убить. Но отец из любви к тебе не мог исполнить это желание. Он отправил тебя сюда, в монастырь адептов философского камня. Здесь ты уже одиннадцатый год упражняешься в стойкости и силе духа.
– С телом не получилось, так хоть дух укреплю, – слабо засмеялся Егор и закашлялся, сбив дыхание.
Пока мальчик рассказывал, они медленно пересекли площадку и дошли до молельного зала, откуда к ним навстречу вышел лысый старец маленького роста в белом халате. Монах остановился напротив, преградив им дорогу и внимательно посмотрел на Егора. Зрение не давало рассмотреть лица в подробностях, но Егору показалось, что старец улыбается ему.
– Время пришло, – прозвучал вкрадчивый голос.
– Для чего?
Старец развел руками в широких длинных рукавах:
– Для обряда инициации. Ты готов, окреп духом и намерениями. А значит, вероятность того, что философский камень предстанет перед тобой и дарует тебе свою силу, весьма велика.
– Учитель, прошу, напомните, какова моя цель в поисках философского камня? Что я хочу получить с его помощью? – Егор силился вспомнить, но это была только симуляция, и краткосрочная память не давала ответа. В голове был туман.
– Твое тело исцелится, – ответил монах, – Ты обретешь долголетие, а вместе с ним сможешь достичь духовного просветления. Ты станешь адептом философского камня и сможешь доносить свои знания и делиться мудростью с новыми послушниками.
– Тратить всю мощь философского камня на исцеление собственного тела? Учитель, я отказываюсь, – Егор отстранил мальчика, державшего его под локоть, и постарался выпрямить сгорбленную спину.
– Почему? – удивился старец, – Ведь ты стремился к этому столько лет? Ты жаждал обрести здоровье и долголетие.
– Да, я долго был послушником монастыря и вашим учеником. Но в ходе своих тренировок и исканий, испытаний и лишений я осознал, что ценна моя жизнь такой, какая она есть. В то же время философский камень способен исцелить множество людей, принести мир, помочь в правильном выборе развития, который приведет к процветанию и счастливой жизни всех людей на планете, – Егор говорил и одновременно сам удивлялся, как складываются его мысли в речь, но верил в каждое сказанное слово. Он понимал, что искомый код нужен ему в других жизнях, но получить его с другим эгоистичным намерением казалось Егору неправильным, нечестным.
Зрение его вдруг прояснилось, старец предстал ясно, он стоял напротив, низенький, в белоснежном халате до пола, сложив руки перед собой. С покровительственной улыбкой он достал из рукава ярко-красный минерал формы вытянутого веретена и размером чуть больше куриного яйца. Над гладкой лысиной появилась неоново-зеленая надпись «Win», после чего экран неожиданно погас.
Егор некоторое время продолжал находиться в полной темноте, но спиной он уже стал ощущать операторское кресло. Наконец, он снял шлем и огляделся. Напротив него на низеньком стуле сидел круглолицый профессор с блестящей лысиной, обрамленной белым пухом волос. С нетерпеливым интересом он барабанил пальцами рук по коленям:
– Кажется, молодой человек, у Вас все получилось?! – мужчина заговорщицки подмигнул.
– Я видел, – Егор задумался, – Я нашел философский камень, но скопировать не успел.
– Его невозможно скопировать, – кивнул довольный профессор, – Этот код – часть мозга «Нового горизонта». Но предоставляет доступ к нему компьютер лишь избранным. Тем, кто смог разобраться в своих намерениях, обрел, так сказать, моральную определенность.
– И теперь я смогу использовать алгоритм философского камня?
Профессор замялся и стал хаотично водить взглядом по полу:
– Об использовании этого кода на благо человечества говорить еще рано. Мы должны сначала его изучить, понять возможности, и каким образом мы можем их применить на благо человечества.
– Я уже знаю! – сердце Егора забилось чаще, – Если вы, профессор, находитесь здесь, значит, дома меня ждет умирающая мать. Позвольте еще раз подключиться! Мне нужно найти с помощью философского камня лекарство для нее!
– Не думаю, Егор, что нужно начать с этого, – профессор с сожалением покачал головой, – Вы выросли в интернате, Ваша семья, извините, что напоминаю, погибла в торговом центре «Колибри» во время террористического акта.
– Тогда – где тот тип, Алекс или Алексей, который привел меня сюда? – Егор нахмурился. Получается, он вернулся в свою реальность.
– Алексей Викторович – начальник отдела безопасности. Мы иногда привлекаем его для, так сказать, вербовки новых сотрудников. Вы, наверное, отметили, его харизму? Он умеет найти подход к любому человеку, – профессор коротко хохотнул, – В АО Заслон работают лучшие умы, настоящие профессионалы своего дела, но до прихода в научный центр они не всегда имеют четкую мотивацию и осознание себя, как научного сотрудника, способного сделать открытие мирового масштаба. «Философский камень» помогает таким соискателям определиться. Не все, конечно, проходят проверку «Нового горизонта», но для каждого опыт перемещения по другим вариантам реальности становится поворотным моментом в жизни.
– Как это возможно, профессор?! – Егор живо вспомнил два мира, в которых людям нужна была его помощь, – Это же было реально!
– Да, «Новый горизонт» обладает такой мощью, что способен смоделировать целый альтернативный мир, – подтвердил ученый, – Но об этом позже. Сейчас я хотел бы услышать ответ: Вы согласны работать в Заслоне?
– Да, согласен, – твердо ответил Егор.
– Отлично! Поздравляю Вас и сам очень-очень рад. Вы способный юноша и безоговорочно приняты! – профессор схватил руку Егора своими маленькими ладонями и крепко ее пожал.
– А как же экзамены в техникуме? – Егор озадаченно почесал затылок.
– Само собой их нужно сдать, – с лукавой улыбкой ответил ученый, – Но после мы Вас ждем. Вы однозначно новый адепт Заслона!
