Цитаты из книги «Дневник Анны Франк», страница 2

Написала тут бог знает что, без всякой связи, и вообще я серьезно сомневаюсь, что когда-нибудь моя мазня кого-то заинтересует.

Чем хуже ситуация за окном, тем важнее голос из эфира, который каждый раз призывает не терять надежду: "Поднимите головы, соберите силы, придут когда-то и иные времена!"

Надеюсь, что я все смогу доверить тебе, как никому до сих пор не доверяла, надеюсь, что ты будешь для меня огромной поддержкой.

Кто будет читать когда-нибудь эти письма, кроме меня самой? Кто мне поможет? Мне так нужна помощь, так нужно сочувствие. Часто я падаю духом и

Если мы только можем спасти кого-нибудь из наших знакомых, остальное не имеет значения.

Богатство, славу – все можно потерять, но счастье сердца может только на время заглохнуть, а потом снова проснуться в тебе и сделать тебя счастливым на всю жизнь. Пока ты можешь без страха смотреть

в небо, пека ты знаешь, что сердце у тебя чистое – счастье всегда будет жить в тебе. Анна.

И тогда, только тогда чувствуешь, что все так, как надо, что бог хочет видеть людей

«Далее Гитлер соизволил сообщить своему преданному и любящему народу, что отныне все военные подчинены гестапо и что каждый солдат, которому известно о соучастии его командира в этом трусливом и низком покушении, имеет право пристрелить его на месте.
Хорошенькая история может из этого получиться! Какой-нибудь умник стер себе ноги на долгом марше, его начальник офицер обругал его. Умник хватает свою винтовку, кричит: «Ты хотел убить фюрера, вот тебе за это, получай!» Ба-бах, и спесивый начальник, который осмелился задать умнику взбучку, приказывает долго жить (а сам умирает). В конечном итоге господа офицеры будут класть в штаны от страха при любом столкновении с солдатом или необходимости что-то скомандовать, потому что у солдат оказывается больше прав и полномочий, чем у них.»

Годовой акт в пятницу прошел отлично – нас перевели. У меня совсем неплохие отметки. Только одно «плохо», по алгебре – пять, потом – две шестерки, а остальные все – семерки и две восьмерки[2]. Дома все очень довольны. Мои родители непохожи в этом на других. Им