Цитаты из книги «Файролл. Два огня», страница 7

Хотя возможно, что все тираны из серьезных, из тех, которые вошли в мировую историю, были такими же. Иван Грозный без того, чтобы перекреститься, ни одну казнь не начинал, Нерон актером любительского театра себя считал, Сталин русские народные песни уважал, Калигула – тот и вовсе лошадок любил. И только Ленин был гриб!

У денег выходных не бывает, – маг иронично посмотрел на нее. – Они бывают только у тех, у кого их нет

бывает враг, которого ненавидишь – но безмерно уважаешь. Он ближе, чем женщина. Дороже, чем друг. Роднее, чем мать. И когда ты забираешь его жизнь, ты испытываешь такую пустоту, как будто ты себя убил. И наслаждение от того, что он мертв, а ты нет.

шаг – а чего, у меня теперь есть запасной вариант, мне уже не так суетно и маетно жить. Нет, по-прежнему вертел

что дуэгаров нет, или это плохо? Как бы не вышло вообще от противного, как бы мне еще их искать не пришлось, если тут заплутаю. А я, скорее всего, и заплутаю

что с ним были. И Старик тоже.

Весь мир с ума сошел, все стали такие занятые. Никто не хочет просто остановиться, поднять голову вверх и посмотреть на солнце или звезды, чтобы понять, как они прекрасны, и навсегда сохранить эту красоту в своем сердце. А потом, когда придет их час покидать этот мир, они думают: «Боги, почему я ничего вспомнить не могу, кроме того, что все время куда-то бежал? Ведь было же чтото еще кроме неотложных дел в этом мире?». А как он может чтото вспомнить, если прожил свою жизнь в постоянной гонке, по

– Я поняла, поняла, – покладисто согласилась Эбигайл, явно понявшая

Слаб человек по сути своей, а мужчина вдвойне, особенно в тех случаях, если речь идет о вкусной еде.

правда все мужики гомосеки?»), то в пьяном могут и хорошенько отволохать, вкладывая в удары всю нелюбовь к тем, кто, по их мнению, забрал себе все народные деньги, мечты