Внимание! Рецензия содержит сполеры!
Прочитал роман по рекомендации ФантЛаба – привлекло сочетание исторического сюжета и мистики, тем более, что действие происходит в России.
Что могу сказать – в эту книгу нужно вчитаться. Первые несколько глав ошарашивают нагромождением иноязычных слов, диалектизмов, историзмов. Все эти загадочные термины со временем находят объяснение – но далеко не сразу. Например, кто такой «хумляльт» нам объяснят… ближе к концу романа. Похожая ситуация и с другими словами из речи пермяков, вогулов, а также древнерусскими терминами. Из-за этого поначалу книга вызывает отторжение – похожее ощущение было у меня, когда я впервые открыл «Дюну» Фрэнка Герберта. Нечто роднит «Сердце Пармы» с этой эпопеей – странная тяжеловесная поэтичность, причудливая философия, и, конечно, герой-властитель, для которого власть стала страшным бременем.
«Сердце Пармы» - книга, диктующая читателю свои правила. Ее нужно захотеть прочитать, захотеть прочувствовать – если это, конечно, вам близко. Мир ее героев – это другой мир. Не вымышленный, но давным-давно исчезнувший мир древнерусского средневековья, надолго задержавшегося на нашей земле. Самое начало ее приготавливает читателя к тому, что легкого чтива под этой обложкой нет.
Удивительно, как в этом романе сочетаются реалистичность и мистика. Очень много внимания уделяется тонкостям политики, тактике сражений – и в то же время рядом с историческими подробностями – загадочная ламия Тиче, которой подчиняются дикие звери, с которой говорят души умерших; и страшный, непобедимый вогульский князь Асыка, который преследует князя Михаила словно воплощение его злой судьбы.
Да, князь Михаил, как один из главных героев, более всего вызывает сочувствие. Он – человек, явно опередивший свое время, человек чуткий и мыслящий. Его сознание стоит на границе двух ментальностей, так же, как его княжество – на границе двух цивилизаций. Он наделен и гуманизмом христианина, и особым чувством природы, свойственным язычникам. Недаром его учителем становится таинственный зодчий Калина, вера которого противоположна формальному христианству, насаждаемому епископом. Именно от Калины перенял Михаил уважение к чужой вере и критическое мышление. Но, как ни печально – именно такое прогрессивное мировоззрение и становится причиной многих бед. Михаил отчасти напоминает шекспировского Гамлета – но годы страданий и страшное поражение в битве с московской армией сделало его характер жестче и, в конце концов, ему удается по-настоящему стать хозяином своей земли.
Из других персонажей стоит отметить Калину – пожалуй, единственного настоящего христианина в книге, смелого воина Полюда, который стал примером для многих поколений воинов; жутковатую фигуру князя Асыки, последнего властителя уходящего мира, более похожего на нежить, чем на человека. Правда, среди персонажей все же присутствует условное деление на «хороших» и «плохих» - если Калина и Полюд – личности почти безупречные, то для епископа Ионы автор не пожалел «черной краски». Довольно неприятной фигурой выглядит сын Михаила княжич Матвей; дьяк Венец, прямо скажем – отвратителен. Впрочем, это искупается хотя бы неоднозначным образом Ивана III, который из соображений государственного блага готов сравнивать с землей русские же города; образами Тиче и Асыки, похожих на призраков исчезающего языческого мира.
Да, и еще повторюсь – книга читается тяжело, стиль тяжеловесен, а непонятных слов много и напрямую их значение поясняется редко. Это может и отпугнуть. Среди небольших недостатков можно отметить также несколько избыточные в плане подробностей сцены битв – с описанием кровавого насилия автор местами переборщил. Впрочем, история есть история.
И о фантастическом элементе. В основе сюжета нет никакого фантастического допущения – но весь роман пропитан языческой мистикой. Есть даже элемент хоррора – чего стоит бесславный поход князя Васьки, закончившийся «робинзонадой» на болоте (в этом месте вспомнился уже не Герберт, а «Террор» или «Гиперион» Симмонса).
Итог: не случайно я провожу все время параллели между романом Алексея Иванова и эпопеями Фрэнка Герберта и Дэна Симмонса. Они очень похожи – только книга Иванова переносит нас не в далекую-далекую галактику на тысячелетия вперед, а в наше прошлое. Остается только выразить восхищение этой уникальной книгой и благодарность автору, вложившему в нее столько труда.
В этом мире всё просто, прекрасно и жестоко. Здесь жирные тучи, вспарывающие животы о хищные зубья отвесных скал, роняют на ельники и буреломы дожди, а позолочённые ранними осенними холодами берёзовые листья заплатками проглядывают сквозь тайгу. Здесь, под розовыми молочными восходами прищурившегося светила, земля щедро поливается кровью сросшихся в извечном противостоянии двух великих народов и двух великих вер. Здесь творится языческая чертовщина, загнанная под православные купола, и сквозь тёмную, каменную почву, почти не пригодную для посевов, проклёвываются ростки истинной православной веры, такие же стойкие и непоколебимые, как вековые сосны, раскинувшие свои ветви под солнцем уральских земель. Здесь, почти как Мона Лиза, загадочно улыбается кровожадная Сорни-Най и недобрыми красными угольками вспыхивают днища её ненасытных глаз, решающие все судьбы этих бескрайних простор. Этот мир зовётся Великая Парма. Ветвистое, как лосиные рога, эпическое повествование подобно колдовской, демонической жиже, которая поражает воображение уколом сотни тоненьких игл, чем-то неуловимо похожих на еловые, сковывает и утягивает читателя в самое своё сердце, в сердце пармы. Чего только нет в сюжете этой поистине загадочной и порой пугающей книги – как в небезызвестной присказке, здесь смешалось всё: кони, люди – и огонь неутихающей, безумной любви, палящий души людей и города до чёрных пепелищ, и беспощадные битвы, сплотившие или разогнавшие по разные стороны пермских лесов многоликие народы, и душевные терзания на грани умопомешательства как главных, так и второстепенных героев, способные перевернуть ход истории целых государств… Под высоким и тяжёлым небом пармы свились в одну и накрепко переплелись судьбы двух народов – пермяков и русских: от деревенского люда до княжеских родов, таинственных хранителей пермских тайн – хумляльтов и ламий до богатырей, спасших ценой собственной жизни не только жизни других людей, но и веру этих людей, их историю, духовность и совесть. Со страниц книги так и глядит своим прищурено-хитрым взглядом старый мудрец, не пожелавший покориться чужой вере, светловолосый и статный воевода, не сумевший простить самому себе подлость и малодушие, черноокая ведьма, идущая тропинками судьбы, хмурый справедливый князь, познавший великую истину, великую любовь и великое одиночество. Кажется, что истина произведения скрывается в нерушимом соперничестве двух великих вер, но это вовсе не так. Да, люди режут друг друга без тени угрызения совести, озлобляются в ненависти, дичают и гибнут за веру. Но на самом деле поднимается совсем иной вопрос: А настолько ли различны эти две сумасшедшие веры и эти люди, вспарывающие друг другу животы в неистовой ярости? И вообще различны ли они? Ответ появляется туманно, но в процессе чтения становится всё более очевидным: мы все ходим одними и теми же дорогами под этим синеглазым небом, молимся одним и тем же богам, по привычке называя их разными именами, да и живём-то по сути абсолютно одинаково: едим, спит, ссоримся, воспитывает ребятишек, любим и скорбим по погибшим… Так зачем тогда война? И эти нелепые православные крестоносцы-священники, насаждающие парму на копья, напоминающие кресты, московской кабалы? И на этот вопрос у талантливейшего Иванова есть свой ответ, даже два: русский и пермский, которые открываются под конец повествования, но всё же оставляют за собой право предложить читателю довольствоваться лишь многословным многоточием… Иванову по-настоящему удалось заварить муторную, мухоморную, колдовскую похлёбку повествования, которая поначалу давит читателя. Но затем, в единый миг, странная, до конца не понятная и не изведанная жидкость романа вдруг превращается в ледяные воды чистейших горных ключей, которые дают читателю, как уставшему после длительной дороги путнику, напиться и, наконец, осознать самое важное: суть книги заключена в её неимоверной энергии и силе старинных пермских легенд и былин, глядящих своими дикими, бесноватыми глазами прямо в душу, стирая с неё следы сомнения. Роман заставляет поверить лишь в единого бога, имя которому Судьба. Но именно поверить, а не сломаться под тяжестью его прямого взгляда, не надломиться и упасть, не покориться, подобно последнему рабу, и принять свою Судьбу с достоинством, что бы она с собой не несла, гибель ли или победу, предательство сына или нежданную помощь от заклятого врага… Потрясающая книга, которая оставляет после прочтения пусть и тягостные, но всё же необходимые думы о силе выбора, человеческом достоинстве, способности к самопожертвованию, истинной бескорыстной вере и способности принимать смелость идти по пути своей Судьбы, гордо подняв голову к жгучей синеве бархатного одеяла неба, утыканного стекляшками звёзд…
"Сердце Пармы" - уже второй исторический роман Иванова, который я прочитала. И так же не могла оторваться. В книге описывается приход в XV веке царской власти в Предуралье, противостояние местных князей царским наместникам, попытки крещения местных племен. С одной стороны - желание нести цивилизацию диким племенам, божественный свет в кромешную тьму. Ну и, конечно, прирастать территориями и богатой данью с покоренных народов. А с другой стороны - стремление местных сохранить своих богов, своих князей, свою землю.
Книга основательная, могучая и тягучая. Это не развлекательный роман. Я только с 4-го раза смогла погрузиться в этот прекрасный мир древней Перми. Помог срециальный словарь с толкованием незнакомых слов, которыми усеяно повествование. Я родилась и живу в Пермском крае, поэтому хотя бы различала слова, обозначающие географические названия городов и рек. Но трудно только вначале, а дальше передо мной открылся восхитительный мир, наполненный легендами, преданиями, духами, шаманами, воинами. Это не фентези. Всё, что описано в книге воспринимается как часть бытия многочисленных народов, населяющих этот суровый край до и во время правления Ивана Грозного. Книга также сложна и вместе с тем глубока и интересна, что главными действующими лицами становятся то одни, то другие герои. И вместе с ними мы погружаемся в разные судьбы и разные времена, очень тесно связанные с Пермской землёй, с Родиной. Во что человек верил, что считал своей землёй, каково его предназначение? Все вопросы глуби и серьёзны и люди проходят свой путь взросления, укрепления характера, ищут свой путь и смысл. Через всю книгу вместе с людьми проходит дух и образ Вагирьомы (золотой бабы) Если поначалу много слов были незнакомы, то к концу книги эти оболакивающие древние слова чаруют и ведут за собой по следам наших предков
Не описать словами сколько там ступеней и граней. Мне кажется, что эту книгу надо читать и перечитывать, каждый раз постигая что-то новое. Очень мудрая книга.
Планирую весной съездить на сплав по реке Вишере и посмотреть на горы Полюд и Ветлан. Прекрасная легенда.
Вчера дочитала "Сердце Пармы", истощена, как после затяжного боя с вогулами в заснеженной степи. ⠀ Если коротко, то больно, красиво, мрачно. ⠀ Задевает какие-то струны стихийного, языческого в человеке. Становится страшно от той первобытной силы, что скрывается в нашем прошлом, в наших Уральских горах. ⠀ ⠀ О чем и для кого пишет Иванов? Можно было бы сказать, что для тех, кто любит читать про историю, объединение земель, завоевание новых территорий мечом и кровью. Но это далеко не главное. Он задаёт глубокие вопросы о предназначении и о вере. Что значит "выбрать Родину"? Почему без этого выбора жить невозможно? Как уберечь душу среди искушений? Как пройти свой путь так, чтобы он был "по воле"? Ни одного ответа не будет, но будет древняя история о любви к своей земле и о судьбе, которую не выбираешь, но принимаешь в дар. ⠀ ⠀ Зачаровывают имена (Тичерть, Ассыка, Нята...) названия (тамги, хумляльты, ламии...) топонимы(Герд-Ю, Халь-Уш, Обзор...), легенды и живая история сильного и загадочного народа, древнего, как сам Каменный пояс. Отдаленный гул варгана и камлание шамана под удар бубна - вот саундтрек книги. А ещё лязгание оружия, топот лосиных копыт и сдавленный плач. ⠀ Роман хватает за грудки с первых строк и кидает в ледяную и солёную от крови Вишеру. Если выплывешь, то будет тебе счастье. ⠀ ⠀ Завидую всем, кто сначала прочитает книгу, а потом окажется в Чердыни, на вершине Полюда, у подножия Ветлана. Так история (пусть мифологическая) станет живой и осязаемой. (И да, это целых два маршрута: один на машине до Соликамска и Чердыни, а второй - сплав по Вишере с восхождениями). ⠀ ⠀ "Родину не надо искать или выбирать. Она найдется сама, когда ты станешь готов принять ее. Теперь только встань на землю обеими ногами и скажи себе: "Здесь моя Родина" - и проживи на ней всю жизнь. Это уже не трудно".
Решил прочитать перед просмотром фильма. Интересно, но не зашла фэнтезийная часть повествования, и без нее все было бы хорошо. Конечно агрессивность местных народов несколько преувеличена, но интересно показан конфликт интересов христианской Москвы, Новгорода, языческих местных племен, мусульман татар. Показано по сути зарождения Российского государства, объединение разрозненной Руси под знаменами Москвы, усиление влияния церкви. После посмотрел фильм и немного разочаровался, все гораздо проще, многие сюжетные линии выброшены из сценария.
Друзья, роман «Сердце Пармы» - это очень крутая книга. И у меня есть три аргумента в пользу своего утверждения:1) Это очень серьезная историческая и краеведческая работа, это сразу и путешествие в историю и погружение в фольклор коренных народов Перми и Прикамья.
2) Внимание автора к деталям, за счёт чего картинки описанных мест и персонажи книги представляются очень точно, возникает ощущение присутствия.3) Такие книги пробуждают аппетит к чтению и вслед за ней хочется читать ещё и ещё.
Если вы ещё не читали, обязательно поставьте это произведение в свои планы.
Книга "Сердце Пармы" Алексея Ивановна стоит на полке и в списке уже год. Планировала в бумаге прочесть. Однако Таня предполагает, а Книжный рандом располагает — Патефон предложил аудио версию в исполнении Сергея Гармаша.
Чтение вслух актёров редко нравится. Слишком увлекаются лицедейством и самолюбованием, что мешает погружению в литературу. Сергей Леонидович оказался приятным исключением. Его исполнение втащило меня в древний пермский край и забыло вытащить.
Парма Уральская и сегодня производит впечатление — грандиозные сосны, величественные реки, мифические скалы, старинные церкви, исключительная история.
Роман Алексея Викторовича считается исторически достоверным. Насколько художественная литература может быть достоверной. Критиками отмечается необычный язык произведения: "Варево из славянских, финно-угорских и тюркских протословес" (Лев Данилкин).
Мощнейшее описание природы, языческая магия, живейшие персонажи, трёхмерные картины кровавых сражений наполнили роман такой силой образности, что с первой до последней буквы сводило челюсть от буквального проживания событий.
Если ещё не знаком с Алексеем Ивановым — пора.
******
Все душевные болезни лечатся любовью к родине. Перестань врать себе и другим, трезво оглядись по сторонам и зажги в своем сердце эту любовь — ты удивишься, насколько проще тебе станет жить и как ясен сделается мир (с).
Яуже писал как-то про книгу автора, где сказал, что он очень талантлив и интересен, но совершенно не «мой». Здесь, к сожалению, ничего не поменялось: это всё так же сюжетно интересное произведение (единственное, про историчность ничего не могу сказать), с классным сюжетом и героями, с отличной атмосферой, и, к сожалению, с непосильным для меня слогом. Как и читая «Тени Тевтонов», я цеплялся за слова, спотыкался на предложениях и абзацах. Было какое-то непонятное ощущение, что книга ещё не началась, это только введение, а по факту две трети страниц остались за спиной. Повторюсь, к моей печали, этот автор, что называется, мне «не зашёл», а очень и очень жаль. Книга-то очень хороша...
Какое мощное, потрясающее повествование разворачивается на страницах этой книги! Это настоящий эпос, охватывающий множество героев, городов и станиц, растянувшийся на десятилетия. Романом-легендой назван, и это очень верно, поскольку читатель погружается в мир давно минувших дней, полный богов, верований, причудливых ритуалов, персонажей, которые не равны обычным людям. При этом веришь во всё происходящее абсолютно, потому что сам погружаешься настолько, что начинаешь жить с этими людьми, идти с ними в трудные походы, искренне переживать за их судьбы и волноваться за судьбу их деяний. Полному погружению в текст способствует и великолепный язык, полный новых доселе названий, чужеродных имён и (не)обычных слов. Фразы прекрасны, они очаровывают, словно шаман ритмично бьёт в свой бубен и морочит тебя дымом курящихся трав. Ты уже не здесь – ты там, с ними. И тебе хорошооооо…
"Сумрачно было и на душе у князя. Прежде чем везти сюда Вагирйому, он объехал свои владения, и теперь с ним лучшие манси, сын Юмшан и сыновья хаканов, с ним пурихумы-жертвы и благословение Ялпынга. Но нет в его отряде людей северной Югры, нет ернов и саранов, нет нагаев, башкортов, казани, сибиров, печоры... Некогда их ждать. Омоль уже вбил свой кол".
Что-то вы поняли сразу, что-то объяснено, что-то поймёте потом. Роман наполнен деталями, рисующими быт тех далёких времён. Ненавязчиво, вскользь, но ты словно видишь всё происходящее своими глазами:
"Пам встал, нашарил на столе бронзовую рукоятку огнива, высек искру на трут из бересты и, поддувая, запалил о него острый конец лучинки, пропитанной горючей смолой".
Всё здесь буквально дышит жизнью, словно написано с натуры. Понимаешь, что писатель в совершенстве владеет предметом, недаром он профессиональный историк, а читатель полностью доверяет ему. Узнать здесь тоже можно многое, например, почему у одних племён луки короткие, у других – длинные, на чьей стороне будет преимущество в конкретных условиях. Роман густо населён героями. Кто-то проходит по всем страницам, к ним прикипаешь душой, кто-то мелькнёт и исчезнет. Один из главных (хочется написать "первый из главных") – князь Михаил, которому по душе с детства были книги, а не ратное дело, ставший князем слишком рано, стремившийся править спокойно и мудро, заслуживший уважение даже своих "диких" соседей. Кажется, это воплощённая мечта о правителе, который заботится о своих подданных, а не только о собственном благе. У князя есть любимая жена Тичерть, дева-ламия, умеющая принимать в минуту опасности звериный облик. А опасностей здесь ох, как много! Средневековье ведь, всем жилось трудно, за жизнь приходилось в прямом смысле слова бороться: с природой, болезнями, с враждебными народами, с неправедными указами сверху, с предательством, кажется, верных друзей. В романе постоянно что-то происходит, сложное, трудное: походы, битвы, борьба за власть, осада и защита городов, но течёт и обычная человеческая жизнь с повседневными делами. Реальность сплетается с преданиями, на судьбы людей влияет то ли ход истории, то ли указы Великого князя московского, то ли решения побеспокоенных и разгневанных богов. Не раз вспомнит князь Михаил просьбу-пророчество любимой жены, печальный, почти лебединый крик: "Не ходи за камень, Михан! Не ходи!..." Пошёл. Не мог не пойти. Вплетаются и рассуждения об очень важных вещах: о смысле правления, о вере, о смысле жизни, в конце концов. В этом историческом, авантюрном, приключенческом повествовании нашлось место очень важным вещам. Вот одну давнюю-давнюю историю рассказывает шаман:
"Он уже и сам не знал, из-за чего началась эта война, что не поделили на этой огромной земле два маленьких народа. Когда он победил, он плакал от горя!"
Что не поделили на этой огромной земле два маленьких народа – это ведь практически вопрос всей истории человечества, да и сегодня ещё на него нет ответа. И как важно, что плачет от горя не побеждённый, а победитель! Пусть хотя бы в книге это будет возможно. Здесь бесконечно прекрасна ещё одна главная героиня - древняя Парма, удивительный, гордый и суровый край, воспетый автором на страницах. Ей поклоняются, восхищаются, её приходят покорять или сродниться с ней, оплетая своими корнями её могучие камни, прорастая на этой могучей земле, полной тайн и сокровищ.
"Только Мертвая Парма горбилась, как глыба подземной тишины. Для старого шамана она была словно бы мускул огромного сердца земли, которое обнажилось из-под почвы и медленно бьется вместе с высоким ходом судеб, что как тучи плывут над памом и князем, над Мертвой Пармой, над народами, богами и звездами".
Вот к этому биению сердца земли и высокому ходу судеб и прислушаемся мы на страницах романа.
Комментарии, 559 отзывов