Юлия Межова

Проводили в кладовке Пушкинские чтения. Кот спрашивает, почему у Пушкина инициалы А.С., ведь его зовут Наше Всё? Не стал вдаваться в подробности, сказал ему, что просто инициалы Н.В. уже занял Гоголь.

зачем человеку душу травить. Хорошие новости он сам расскажет, а плохие как брошенный в воду камень – только распускают вокруг себя волны, усиливая горе. Плохие вести тревожить нельзя.

пять лет. Да ещё как любил! Вот ведь как бывает… Наигралась

Ветер нагнал туч, Кузьмич - самогона, дед - немцев. К вечеру все разошлись. Кто-то по домам, а кто-то не на шутку.

Бред. Невозможно – так я отнеслась к этому вначале. Очень хорошо помню тот день, когда увидела объявление на Первом канале: стартует отбор актрис на роль в фильме «Вызов», съемки которого будут проходить в космосе. Режиссер фильма – Клим Шипенко. Я подумала: «Господи, еще одно шоу. Вероятно, будут снимать в павильонах». У меня ни на сотую, ни даже на тысячную долю процента не возникло ощущения, что это правда. Да ладно, думаю, бред!

Если не любишь мужчину – спать с ним невозможно. Если любишь мужчину – невозможно спать ни с кем другим.

тов – труп. Говорят, в такие моменты вся жизнь проносится перед глазами. Неправда. Ничего перед ними не проносится. У Сергея, к примеру, перед глазами очень медленно проползали сантиметры скользкого дерева. Вот то, что время начинает тянуться как резина, – вот это правда. Эти минуты показались ему вечностью. Лишь когда пальцы после очередного подтягивания воткнулись в камень, он облегченно вздохнул. Выбравшись на него, он обернулся. Даша сидела на другом камне и рыдала. Ей было очень страшно. – Дашка! Это совсем просто, Даш! Давай, аккуратно! – Сергей пытался перекричать шум гремящей воды. – Делай все, как я тебе говорил! Ты сможешь, я знаю! Тут-то осталось – переползти, и все! Смотри, сколько мы сегодня всего испытали! Давай, Даш! Даша не двигалась. – Ну что ты, в самом деле? Ну, вставай! Вставай уже! Сергей размахивал руками, кричал, уговаривал, но никак не мог заставить ее подняться. Уже потеряв всякую надежду, он тоже сел на камень. – Даш! Тебя же дома ждут! Слышишь? Мама, папа… А ты сидишь там… Что они делать-то без тебя будут, а? Девушка убрала руки от лица, всхлипнула и поползла… Они смутно помнили, как выбирались на берег, как молча шли по ночному лесу. Уже сидя в теплом домике лесника, закутанные в одеяла, они равнодушно слушали рассказы старика о том, что лет десять назад единственный навесной мост на тот берег решили демонтировать из-за участившихся случаев гибели людей на переправе. Трупы людей вылавливали в поселке в нескольких километрах ниже по течению. С тех пор даже местные не ходят за реку. О том, что экскурсии на водопад строго запрещены из-за постоянной угрозы камнепада. О том, что многих людей, которые зачем-то все же шли туда, так и не нашли. О том, что на том берегу он часто видит медведей, а недавно заметил, что у одной медведицы появился выводок и что встреча с ней очень опасна. Да много о чем он говорил, а они сидели молча и думали о своем… Прошло уже много времени, но Сергей до сих пор не уверен, действительно ли он просто не заметил ту спасительную соломинку, которая их и выручила, или все же ее и на самом деле там не было в тот момент, когда он первый раз посмотрел на камни. А если и была, то откуда она там появилась? Кому понадобилось переходить реку в этом гиблом месте, а главное – зачем? Вряд ли когда-нибудь он узнает ответ на свой вопрос, но когда он оказывается в компаниях, где начинаются разговоры на тему существования Бога или ангелов-хранителей, он закуривает сигарету и, хитро прищуриваясь, молча улыбается.