Таира Мамедова

Мой опыт в области машинного обучения тоже мотивировал меня изучать причинность. В конце 1980-х годов я осознал, что неспособность машин понять причинные отношения, вероятно, самое большое препятствие к тому, чтобы наделить их интеллектом человеческого уровня.

Если ваш ум хотя бы чуть-чуть сопротивляется стоящей перед ним задаче, он будет искать новые объекты, на которых сможет сосредоточиться. Смартфон – отличный повод. Он гарантирует нашему мозгу бесконечный поток соблазнительной, подаваемой небольшими порциями информации.

если вы хотите что-то сделать или кем-то стать – и сделать это хорошо, – необходимо время. Этот конкретный вторник оказался хорошим днем, потому что большую часть времени я потратила на вещи, соответствующие моим жизненным целям. Например, я хотела писать – и пишу. На это я трачу большие отрезки времени.

"Лучшие умы моего поколения заняты тем, как заставить людей кликать мышью по рекламным объявления,- сказал мне Джефф Хаммербахер, ранее инженер Facebook.- Ужас..."

Хороший вопрос не рассчитан на правильный ответ.

На хороший вопрос нельзя ответить немедленно.

Хороший вопрос ставит под сомнение существующие ответы.

Как только вы слышите хороший вопрос, вы страстно желаете узнать ответ, но, пока его не задали, вы не имели ни малейшего представления, что вас это интересовало.

Хороший вопрос создает новые территории для обдумывания.

Хороший вопрос позволяет по-другому посмотреть на данные ответы.

Хороший вопрос — это зерно инноваций, технологий, искусства, политики и бизнеса.

Хороший вопрос задевает края известного и неизвестного, не будучи ни глупым, ни очевидным.

Хороший вопрос нельзя предсказать.

Хороший вопрос будет признаком образованного разума.

Хороший вопрос — тот, который порождает много других хороших вопросов.

Возможно, машины научатся задавать хорошие вопросы в самую последнюю очередь.

Хороший вопрос — то, для чего существуют люди.

(финны дома и в школах традиционно снимают обувь).

«глубокой интеллектуальной несостоятельности инженеров-специалистов по дорожному строительству как профессиональной группы и нежелания этих специалистов признавать влияние среды на поведение человека»