Мария Николенко

нажал на спуск. Вместе с зеркалом, остановившим пулю, разбилось отражение человека, который был мертв, прежде чем его голова коснулась пола.

Работая в монтажной, я стал придавать более серьезное значение тому, как и на чем сосредоточивается внимание аудитории. Я понял, что, оказывается, сфокусированное внимание – редкость в нашем мире. Поэтому, придя в кинотеатр и на два часа позабыв обо всем ради нашего фильма, зритель оказывает нам огромную честь. Возможности человеческого восприятия ограниченны, и не стоит эксплуатировать их понапрасну: чтобы достичь наибольшей концентрации внимания на важных моментах, все лишнее необходимо убрать. Вырезая реплики, паузы, а иногда и целые эпизоды, я замечал, как выигрывало от этого оставшееся: словно маленькие рассеянные огоньки собирались в яркие лучи, высвечивающие главные моменты картины.

Замужество – преглупейшая вещь, которая самым печальным образом разрывает круг семьи.

ня. Стоит ли с ним тягаться? Времени у меня сколько угодно. Затем послышался шум отодвигаемых стульев, шаги в соседней комнате и жалобные увещевания стюарда, который следовал за Хэмильтоном до тех пор, пока тот не вышел из дома через парадную дверь. – Да, человек он грубый, – заметил капитан Джайлс. – Даже

Я не из тех девочек, которые с рождения считают себя неотразимыми. Я вечно в себе сомневаюсь.

Удивительное дело: мы идем по жизни с полузакрытыми глазами, притупленным слухом и спящими мыслями. Может, так оно и лучше. Вероятно, именно эта притупленность делает существование терпимым и даже приятным для неисчислимого большинства людей. Тем не менее лишь очень немногим из нас незнакомы редкие моменты пробуждения, когда мы видим, слышим и понимаем так много. Они подобны вспышке, после которой мы вновь впадаем в приятную нам дремоту.

Лучше знать самое худшее, чем мучиться неизвестностью.