Цитаты из аудиокниги «На пересдачу – с клыками!», страница 3

вот почему в детстве, если кто-то тебе не нравился, можно было стукнуть его совочком и засыпать песочком, а сейчас это статья?

И по этой его реакции я поняла: характерами с начальством мы сойдемся. Причем врукопашную.

Понял, ты уйдешь в ванную на пару минут, мне каждые полчаса помешивать еду в кастрюле.

Знаешь, – призналась я отцу, – больше никаких тусовок. – Совсем? – Папа иронично изогнул бровь, видимо вспомнив себя в моем возрасте. – Ну… разве что таких, где я бы просто лежала, ничего не делала, а все вокруг только хвалили бы меня за это… – описала я для себя идеальный вариант вечеринки. – Дочка, боюсь тебя огорчить, но такая тусовка называется похороны

В общем, утро прошло под девизом: пунктуальность – мое второе ять… ять… ять… опять ничего не успеваю

И мы подружились. Я к тому времени уже прочно вжилась в рабочий комбинезон, знала тридцать шесть рифм на «…ять» и могла собрать двухтактный двигатель образца «Максус» в абсолютной темноте за час. И Линк, которая чувствовала себя в бутике как русалка в воде, имела первый спортивный

я поняла, что если у нормального человека есть пять чувств: зрения, обоняния, осязания, слуха и вкуса,  – то у меня еще и шестое – полного офонарения. Это когда жизнь бьет ключом. Причем разводным. По голове. И ни разу не промахиваясь.

всесторонне недоразвитая личность, или проще – дурак

напоминала пушечное ядро: она тоже могла выносить стены, двери, мозги тех, кто к ней морально был не подготовлен… – Я вообще-то и сейчас на

Имя? – Не помню… – даже голос у арестованного звучал как-то помято, что ли, и шепеляво. – Род занятий? – А фтырх его знает… – Семья, дети? – Спасибо, не надо… – тоном человека, отказывающегося от сдачи, заявил допрашиваемый. – Раса? – А чё сразу так нетолерантно?.. –