Цитаты из аудиокниги «Двенадцать стульев», страница 45

Параллельно большому миру, в котором живут большие люди и большие вещи, существует маленький мир с маленькими людьми и маленькими вещами. В большом мире изобретен дизель-мотор, написаны "Мертвые души", построена Днепропетровская гидростанция и совершен перелет вокруг света. В маленьком мире изобретен кричащий пузырь "уйди-уйди", написана песенка "Кирпичики" и построены брюки фасона "полпред". В большом мире людьми двигает стремление облагодетельствовать человечество. Маленький мир далек от таких высоких материй. У его обитателей стремление одно - как-нибудь прожить, не испытывая чувства голода.

Маленькие люди торопятся за большими. Они понимают, что должны быть созвучны эпохе и только тогда их товарец может найти сбыт... И пока в большом мире идет яростная дискуссия об оформлении нового быта, в маленьком мире уже все готово: есть галстук "Мечта ударника", толстовка-гладковка, гипсовая статуэтка "Купающаяся колхозница"...

Между древним Удоевым, основанным в 794 году, и Черноморском, основанном в 1794 году, лежали тысяча лет и тысяча километров грунтовой и шоссейной дороги.

За эту тысячу лет на магистрали Удоев - Черное море появлялись различные фигуры.

Двигались по ней разъеденные приказчики с товарами византийских торговых фирм. Навстречу им из гудящего леса выходил Соловей-разбойник, грубый мужчина в каракулевой шапке. Товары он отбирал, а приказчиков выводил в расход. Брели по этой дороге завоеватели со своими дружинами, проезжали мужики, с песнями тащились странники.

Жизнь страны менялась с каждым столетием. Менялась одежда, совершенствовалось оружие, были усмирены картофельные бунты. Люди научились брить бороды. Полетел первый воздушный шар. Были изобретены железные близнецы - пароход и паровоз. Затрубили автомашины.

А дорога осталась такой же, какой была при Соловье-разбойнике. Горбатая, покрытая вулканической грязью или засыпанная пылью, ядовитой, словно порошок от клопов, протянулась отечественная дорога мимо деревень, городов, фабрик и колхозов, протянулась тысячеверстной западней.

Ипполит Матвеевич, почти плача, взбежал на пароход.

- Вот это ваш мальчик? - спросил завхоз подозрительно.

- Мальчик, - сказал Остап, - разве плох? Ко скажет, что это девочка, пусть первый бросит в меня камень.

Удар состоялся, - сказал Остап, протирая ушибленное место, - заседание продолжается!

любые попытки вернуться в прошлое — безумны, гибельны

От жары не было спасения. Казалось, что Ялта растает и стечет в море.

Горы не понравились Остапу.

— Слишком много шику! — сказал он. — Дикая красота. Воображение идиота. Никчемная вещь.

Казалось, что в отчаянии он бьет себя ушами по щекам.

неумело, по-взрослому, плакал

Они вышли на Улицу под карамельно-зеленое вечернее небо