Цитаты из аудиокниги «Игра в бисер», страница 59
…non entia enim licet quodammodo levibusque hominibus facilius atque incuriosius verbis reddere quam entia, verumtamen pio diligentique rerum scriptori plane aliter res se habet: nihil tantum repugnat ne verbis illustretur, at hinil adeo necesse est ante hominum oculos proponere ut certas quasdam res, quas esse neque demonstrari neque probari potest, quae contra eo ipso, quod pii diligentesque viri illas quasi ut entia tractant, enti nascendique facultati paululum appropinquant. Albertus Secundus tract, de cristall. spirit. ed. Clangor et Collof. lib. 1, cap. 28.
мудрых и магических играх, которые были в ходу у монахов, ученых и при гостеприимных княжеских дворах, например в виде шахмат, где фигуры и поля имели кроме обычных
они, даже вне всяких сомнений, поступили неверно, и все же они как-то поступили, они что-то совершили, они отважились сделать прыжок, для этого нужна храбрость. У нас же было прилежание, было терпение, был разум, но сделать мы ничего не сделали, прыжка мы не совершили
наше назначение – правильно понять противоположности, то есть сперва как противоположности, а потом как полюсы некоего единства.
У совершенной музыки есть свое основание. Она возникает из равновесия. Равновесие возникает из правильного, правильное возникает из смысла мира. Поэтому говорить о музыке можно только с человеком, который познал смысл мира.
за едой я его сотрапезник, на прогулках – его провожатый, при музицировании – аккомпаниатор, а ночью – его сосед за стеной.
У совершенной музыки есть свое основание. Она возникает из равновесия. Равновесие возникает из правильного, правильное возникает из смысла мира. Поэтому говорить о музыке можно только с человеком, который познал смысл мира.
... известны слова одного тогдашнего профессора высшего учебного заведения в республике массагетов: "Сколько будет дважды два, решает не факультет, а наш господин генерал".
Есть дни, когда и солнце не светит, и дождь не льет, а небо тихо заволакивается и тонет в себе самом, когда пасмурно, но не до черноты, душно, но грозы нет, - такими становились постепенно дни стареющего Иосифа.
Мы – два дипломата, а общение дипломатов – это всегда борьба, даже если она принимает дружественные формы.









