Цитаты из аудиокниги «Бесчестье», страница 10

...преподавание учит его смирению, открывая ему глаза на то, кто он в этом мире. Ирония происходящего не ускользает от него: тот, кто приходит учить, получает горчайший из уроков, а те, кто пришел учиться, не научаются ничему.

День еще не умер, еще живет.

Дэвид, я не могу строить свою жизнь исходя из того, что тебе нравится и что не нравится. Больше не могу. Ты ведешь себе так, словно все, что я делаю, это часть твоей биографии. Ты у нас главный персонаж, а я - второстепенный, который на сцену - то выходит, когда половина пьесы уже сыграна. Так вот, чтобы ты себе не думал, люди не делятся на главных и второстепенных. Я не второстепенна. У меня своя жизнь, настолько же важная для меня, насколько твоя важна для тебя, и в этой моей жизни решения принимаю я.

Удивительно, как возбуждает женщин один лишь запах скандала.

— Я жив, — говорит он. — Пока человек жив, у него, я полагаю, все в порядке.

Месяц. Три месяца. Больше. Наука ещё не определила пределов того, как долго может ждать человек. Быть может, вечность.

Красота женщины не может принадлежать только ей одной. Это часть дара, который она приносит в этот мир.

В обычной ситуации я сказал бы, что по достижении определенного возраста человек оказывается слишком стар, чтобы извлекать уроки. Ему остается лишь сносить наказание за наказанием.

— Ну, в общем, добро пожаловать и оставайся.

— Очень мило, что ты так говоришь, дорогая, но мне хотелось бы сохранить твою дружбу. А долгие визиты — это не для добрых друзей.

Он вовсе не желает расстроить ту рискованно двойственную жизнь, которую она, вероятно, ведет. Он целиком и полностью за двойную жизнь, за тройную, за жизнь, состоящую из отдельных отсеков.