Цитаты из аудиокниги «Проклятые», страница 24

Мои родители вечно хотели, чтобы я расширяла сознание - нюхала клей или бензин, жевала пейотовые таблетки.

Мои друзья находили под елкой щенка или котенка, а я - нового брата или сестру из какой-нибудь кошмарной бывшей колонии. У моих родителей были добрые намерения, но дорога в ад вымощена пиар-ходами. любое усыновление случалось в течение медиа-цикла, когда выходили фильмы моей мамы или начиналось первичное размещение акций у папы. После ураганного шквала пресс-релизов и фотосессий моих новоиспеченных родственников помещали в соответсвующий интернат. Мои мама и папа спасали их от голода, давали им образование и лучшее будущее, но за наш стол больше никогда не приглашали.

Больше всего меня беспокоит надежда. В аду надежда – это очень-очень плохая привычка, вроде курения или обгрызания ногтей. Надежда – жесткий и приставучий репей, который нужно от себя отодрать. Это пагубная страсть, от которой надо избавиться.

Между прочим, именно папа с мамой посоветовали мне высвободить напряжение и поэкспериментировать с легкими наркотиками.

Если есть ад, говорила моя мама, туда попадают за то, что носят шубы из натурального меха или пользуются косметическим молочком, испытанным на крольчатах нацистскими учеными, сбежавшими во Францию. Если есть дьявол, говорил мой отец, то это Энн Коултер.

Тихий голосок внутри меня спрашивает: ну что плохого может случиться? Я жила. Я страдала. Я умерла - худшая судьба, какую только может представить себе смертный.

Я уже не пассивная девица, которая ждет, чтобы ее судьбу решили обстоятельства; теперь я стала негодяйкой, головорезкой, Хитклиффом собственных мечтаний. Я твердо намерена себя спасти. Ведь теперь я воплощаю все качества, которые так надеялась найти в Горане. То есть я уже не ограниченна.

What makes earth feel like Hell is our expectation that it should feel like Heaven. Earth is earth.

It simply makes sence that I should miss my parents more than they miss me, especially when you consider that they only loved me for thirteen years while I loved them for my entire life.

И да, я побеждала демонов. Я смещала тиранов и забирала у них армии. Мне тринадцать, и я успешно перевела тысячи умирающих в следующую жизнь. Я так и не закончила среднюю школу, но я перелопачиваю самую природу ада, причем укладываюсь в рамки времени и бюджета. Я умело жонглирую словами вроде «адаптация», «гемофилия» или «вербализировать», но теряюсь, услышав, как плачут мои родители…