Цитаты из аудиокниги «Три мушкетера», страница 45

Судьба - куртизанка: сегодня она благосклонна, а завтра может повернуться ко мне спиной.

Лучше ехать одному,чем со спутником,который трясётся от страха.

«Обычно люди обращаются за советом, — говорил Атос, — только для того, чтобы не следовать ему, а если кто-нибудь и следует совету, то только для того, чтобы было кого упрекнуть впоследствии».

..., но разве для истинной любви, для подлинной ревности существует иная действительность, кроме иллюзий и химер.

Вид внешних предметов-таинственный проводник,который сообщается с тончайшими нитями нашей памяти и иногда,помимо нашей воли,пробуждают ее.Эти нити,подобно нити Ариадны,ведут нас по лабиринту мыслей,где мы иногда теряемся,гоняясь за тенями прошлого,именуемыми воспоминаниями

Играть можно со всяким,драться-только с равным

Обычно люди обращаются за советом только для того,чтобы не следовать ему ,а если кто-нибудь и следует совету,то только для того,чтобы было кого упрекнуть впоследствии

Неплохо оберегать себя, когда так хорошо оберегаешь других. (ришелье-мушкетерам)

- Разве не правда, Арамис? - спросил Портос, обращаясь к другому мушкетёру.

Этот мушкетёр был прямой противоположностью тому, который обратился к нему, назвав его Арамисом. Это был молодой человек лет двадцати двух или двадцати трёх, с простодушным и несколько слащавым выражением лица, с чёрными глазами и румянцем на щеках, покрытых, словно персик осенью, бархатистым пушком. Тонкие усы безупречно плавной линией оттеняли верхнюю губу. Казалось, он избегал опустить руки из страха, что жилы на них могут вздуться. Время от времени он пощипывал мочки ушей, чтобы сохранить их нежную окраску и прозрачность. Говорил он мало и медленно, часто раскланивался, смеялся бесшумно, обнажая красивые зубы, за которыми, как и за всей своей внешностью, по-видимому, тщательно ухаживал. На вопрос своего друга он ответил утвердительным кивком.

Центром одной из самых оживлённых групп был рослый мушкетёр с высокомерным лицом и в необычайном костюме, привлекавшем к нему общее внимание. На нём был не форменный мундир, ношение которого, впрочем, не считалось обязательным в те времена - времена меньшей свободы, но большей независимости, - а светло-голубой, порядочно выцветший и потёртый камзол, поверх которого красовалась роскошная перевязь шитая золотом и сверкавшая, словно солнечные блики на воде в ясный полдень. Длинный плащ алого бархата изящно спадал с его плеч, только спереди позволяя увидеть ослепительную перевязь, на которой висела огромных размеров шпага.