Читать книгу: «Право на ошибку»

Предисловие

1

Едва дождавшись, когда стрелка часов подползет к цифре шесть, означающей конец рабочего дня, Ольга схватила сумку и вихрем вылетела из автосалона. Она чуть не сбила с ног, так некстати появившуюся в дверях его хозяйку Анну Бекетову. Анна возвращалась с каких-то важных переговоров и для нее в восемнадцать ноль- ноль рабочий день только начинался. Если бы они с Анной не были подругами, Ольга, конечно же, смутилась бы и сделала вид, что она выскочила на улицу всего на одну минутку выкурить сигарету. Ведь все знали, что Анна и сама засиживалась допоздна в салоне и любила, когда подчиненные проявляют к работе неуемное рвение, что, кстати, Ольга частенько демонстрировала. Когда-то именно этот факт сблизил их с Анной. Но сегодня был особый случай. Сегодня был их с Антоном день, и Ольга не собиралась приносить его в жертву на алтарь работомании. При всей ее любви и уважения к начальнице.

– Уже убегаешь? – Анна скользнула по Ольге благосклонным взглядом, из чего Ольге стало ясно, что переговоры завершились успешно, и ей сейчас не грозит сверхурочная задержка на рабочем месте.

– Сегодня год, как мы с Антоном познакомились, – глаза Ольги полыхнули счастьем, – и я хочу сделать ему сюрприз.

– Балуешь ты его. – Анна укоризненно покачала головой. Она не любила Антона, как и всех приезжих, наводнивших Москву в последнее время. Антон приехал из Украины на заработки. Работал на стройке не то начальником участка, не то каким-то мастером. Анна не вдавалась в такие подробности, они вызывали в ней скуку. Для нее он был примитивным работягой и неудачником, вынужденным искать счастье в чужих краях. И хоть Ольга, с которой она сблизилась, тоже была не москвичка, но это совсем другое дело. Ольгу она ценила. Ее подкупала в ней живость и легкость характера, способность все происходящее принимать как данность, с которой не стоит спорить или бороться, а следует просто принять и смириться. Сама Анна так не умела, она всегда сопротивлялась любой несправедливости и активно против нее протестовала. В свое время ее родители хлебнули с ней неприятностей. Когда Анна была подростком, она ушла из дома в знак протеста против произвола родителей, как ей казалось тогда. Повзрослев, и став мудрее, поняла, что родители ее просто любили и держали в жестких рукавицах из самых добрых побуждений. Если бы у Анны были дети, она не сомневалась, что применила бы к их воспитанию именно такой опыт. Только вот детей ей бог что-то все не дает…

Анна слегка нахмурилась, вспомнив о своей наболевшей проблеме. Взглянула на Ольгу, всю сияющую в предвкушении праздника, подумала, что подруга на ее месте не очень парилась бы и взяла ребенка из детского дома. Может и ей так поступить? Надо будет посоветоваться как-нибудь с Ольгой на эту тему, решила Анна. Она сама не знала, почему в таких вопросах доверяла ее суждениям.

– Ань, я тебе сейчас не нужна? – Ольга умоляюще заглянула Анне в глаза.

– Да иди уже, – снисходительно скривила губы Анна. – Если б даже и нужна была, как-нибудь сегодня я это переживу, в твой великий день.

Но Ольга уже не слышала конца этой фразы. Она стремительно сбегала вниз по ступенькам, прикидывая в уме, что ей еще осталось купить в магазине для сегодняшнего вечернего торжества. Ольга решила сделать праздник своей любви легким и романтичным, каким она видела его в одном итальянском фильме, герои которого пили весь вечер белое вино, закусывали его устрицами и предавались любви на ковре перед пылающим камином… Это было так красиво. Правда, с устрицами у Ольги возникла проблема, она не умела их готовить, поэтому решила заменить на креветки. Камина в их съемной квартире не было и в помине, и Ольга решила обойтись свечами. Зато с вином все было просто отлично. В ближайшем супермаркете Ольга приобрела подходящую бутылку еще неделю назад и спрятала его в холодильнике за коробками с кефиром и молоком, чтобы Антон раньше времени не заметил, что у них намечается торжественный ужин.

Конечно, Ольга хотела бы, чтобы не она в этот день подарила Антону романтический вечер, а он ей. Но за год, что они вместе, Ольга прекрасно успела изучить своего любовника, как облупленного. Он на такие подвиги не способен. Хорошо, если вообще вспомнит, что у них сегодня годовщина. Но, даже если и так, Ольга на него не обидится, ведь она женщина и этим все сказано. Она обязана быть тоньше, чувствительнее и мудрее своего мужчины. И она собиралась быть сегодня именно такой. Осталось только заскочить в магазин и купить свечи.

Ольга выбрала плавающие свечи красного цвета в виде сердечек, призванные символизировать их ярко пылающие чувства. Их она собиралась зажечь в ванной, которую надеялась принять вместе с Антоном в конце вечера. Такую сцену она тоже когда то видела в одном фильме, правда кажется, уже французском… Она с детства любила ходить в кино.

Счастливо улыбаясь, в предвкушении чудесного вечера, Ольга открыла дверь и проскользнула в квартиру. В коридоре она увидела грязные ботинки Антона. Ольга насторожилась. Ведь он должен был быть еще на работе. Неужели вспомнил об их дате и пришел домой пораньше, чтобы сделать ей сюрприз. Как она в нем ошибалась! Считала его толстокожим и бесчувственным, неспособным на романтические порывы, а он оказывается совсем другой. Ольга осторожно сняла туфли, и, держа их в руках, на цыпочках прокралась к двери. Ей хотелось увидеть, как ее любимый собирается ее удивить. И любимый удивил.

Антон сидел за столом. Перед ним стояла кастрюля с креветками, которые Ольга хотела разложить по красивым тарелкам и украсить нежными веточками петрушки. Рядом с кастрюлей возвышалась спрятанная ею бутылка вина, уже почти пустая. Антон запускал руку в кастрюлю и, отхлебывая вино прямо из горлышка, хмуро смотрел перед собой. Казалось, он совсем не замечал Ольгу, застывшую, как изваяние, в проеме двери.

– У тебя что-то случилось? – Ольгин голос предательски дрогнул от увиденного святотатства, но она постаралась сохранить спокойствие и для начала выяснить, что происходит, прежде, чем запустить в него туфлями, которые она все еще продолжала держать в руках.

– Я уезжаю, – мрачно изрек Антон и вылил в себя остатки вина из бутылки.

– Как уезжаешь? – Туфли упали на пол из ослабевших рук Ольги, вслед за ним полетела сумка, набитая алыми свечами-сердечками. Сумка раскрылась, и сердечки покатились по полу, как маленькие капли крови.

– Я ушел с работы. Хватит! Надоело! – Антон хватанул по столу крепким рабочим кулаком так, что подскочила кастрюля с жалкими остатками креветок. – Сколько можно за гроши ломаться.

– А как же я? – Глаза Ольги медленно стали наполняться слезами. – Ты что бросаешь меня тут? Одну?

– Почему одну. У тебя работа. Бабок получаешь больше, чем я. Проживешь, не дрейфь.

– Ты что меня совсем не любишь? – До Ольги только сейчас дошел весь ужас сложившейся ситуации.

– Люблю, – насупился Антон, глядя в кастрюлю, высматривая там креветки, но рачков там уже не было. – Только любовь не картошка, ею сыт не будешь. И что ты на ужин сегодня приготовила, гадость какую-то. – Антон брезгливо поморщился и швырнул посуду на пол. Он встал на ноги, но, запнувшись об валяющуюся около ножки стола кастрюлю, поскользнулся и упал на пол. Грязно выругавшись, Антон стал медленно подниматься.

– Антон! – Ольга рванулась к любимому. – Не уезжай. Останься. – Она обхватила его ноги руками и прижалась к нему всем телом.

– Уйди, – отмахнулся от нее мужчина. – Надоело мне по чужим углам мыкаться. Я привык в своем доме жить. А здесь разве жизнь.

– Мы придумаем что-нибудь, Антошечка, милый. Только не уезжай, – твердила Ольга, как заведенная.

– Нет. Все. Решено баста. Мне эта комната поперек горла. Завтра же собираю монатки и домой. – Антон оттолкнул Ольгу и, пошатываясь, пошел к кровати. Рухнул на нее и тут же отключился.

– Антон! – Ольга кинулась на него, как раненая волчица, которая теряет своего детеныша. – Антон, я все для тебя сделаю, все понимаешь. – Она тормошила Антона, но он никак не реагировал.

– А хочешь, я продам свою квартиру в Иваново, на нее можно будет купить жилье в Подмосковье, – Ольга сказала первое, что пришло ей на ум. – Будем вместе там жить.

– Квартиру, говоришь, – Антон открыл глаза, – так у тебя там жильцы.

– Да выгоню я их, к чертовой матери. Только не уезжай, Антон. Ты ведь не уедешь, правда?

– Ты, правда, можешь продать квартиру? – Антон недоверчиво смотрел на подругу.

– Продам. Завтра возьму отпуск и поеду в Иваново. А ты оставайся здесь и жди меня. Будешь ждать? – Ольга впилась взглядом в Антона.

– Ладно, так и быть останусь, – снисходительно процедил Антон и притянул Ольгу к себе. – Давай, раздевайся уже. Сколько можно болтать.

Ольга, путаясь в складках одежды, стала стаскивать с себя платье. Да не так она собиралась провести этот вечер. Но ничего, будет на их улице еще праздник. Обязательно.

2

Римма Викторовна вышла из лифта и направилась к квартире, где проживали ее сын с невесткой. Они, конечно, взрослые люди, но Римма Викторовна считала, что материнское внимание к молодой семье никогда не будет лишним. Тем более при такой невестке, как Анна. При воспоминании о ней Римма Викторовна нахмурилась. Она недолюбливала ее. Уж больно та ведет себя независимо и высокомерно. Никогда ни о чем не спросит, не посоветуется. Вот сын всегда заглядывал ей в рот и ловил каждое ее слово. Еще бы! Она воспитала его одна, без мужа. Столько сил приложила, чтобы вырос из него хороший послушный мальчик. Надеялась, что на старости лет будет ей опора и поддержка. Но вот пришла эта вертихвостка, и ее любимый послушный сыночек забыл про мать. Он теперь всегда рядом со своей женщиной, словно верный оруженосец, превратился в ее тень.

Она сделала из ее Русланчика примитивного подкаблучника, с негодованием думала Римма Викторовна про Анну. Но ничего, так просто этой хищнице она своего сына не отдаст. Ему нужна совсем другая жена, которая будет жить его интересами, а не заставит мужа жить своими.

Римма Викторовна вовсе не собиралась сдавать позиции. В борьбе за любовь и внимание сына она выбрала определенную стратегию, одним из пунктов которой являлось ее постоянное неусыпное внимание к молодой семье. Римма Викторовна надеялась, что однажды ее невестка допустит какой-нибудь промах, который она сумеет обернуть себе на пользу. Так постепенно, шаг за шагом, она вернет себе любовь и обожание сына.

Римма Викторовна осторожно нажала на кнопку звонка, чтобы не повредить длинные искусственные ногти, которые она наращивала в салоне и за их коррекцию отваливала каждый месяц по тысяче рублей. Ее невестка, глядя на ее яркий маникюр, каждый раз презрительно поджимала губы, но открыто никогда не высказывала своего мнения по этому поводу. Очевидно, она считала, что в таком возрасте, как у Риммы Викторовны, женщине остаются только носить мрачные старушечьи платья да стоптанные туфли? А вот и нет! Римма Викторовна в какой уже раз посмотрела на свои красные лакированные туфли на каблуках и осталась довольна собой. Надо бы к этим туфлям подобрать какую-нибудь сумку в тон, подумала она и снова нажала на кнопку звонка.

Дверь открылась, и на пороге возник заспанный Руслан. Римма Викторовна подставила ему лицо для поцелуя и, получив формальный чмок в щеку, прошла в глубину квартиры. Она осмотрелась. Ее цепкий взгляд скользил по окружающей обстановке и выхватывал все интересующие ее детали. В квартире царил легкий беспорядок, на мебели лежал тонкий слой пыли.

– Твоя жена плохая хозяйка. – Римма Викторовна провела наманикюренным пальчиком по телевизору и показала серый след пыли, осевший на руке.

– Она все время работает, когда ей, – равнодушно изрек Руслан. Демонстрация матери явно не произвела впечатления не сына.

– Я тоже все время работала, но у нас дома все блестело и сверкало, если ты еще помнишь.

Руслан ничего не ответил и пожал плечами. Даже если он и помнил, сейчас его явно занимала совсем другие мысли.

Римма Викторовна прошла на кухню. Взглянула на плиту. Радостно заметила, что она грязная и заляпанная, о чем не преминула тут же сообщить Руслану. Но он и на этот раз никак не прореагировал. Римма Викторовна возмутилась.

– Тебя, что не задевает, что ты живешь в таком свинарнике?

– По-моему все нормально, мам. Мы тут мало бываем. Только вечером. А все дни на работе. У нас в салоне все сверкает и сияет, именно как ты любишь. Сходи, сама увидишь.

– Эх, добрая ты душа, все оправдываешь свою женушку, – с огорчением вздохнула Римма Викторовна, видя, как с треском провалилась очередная ее попытка дискредитировать невестку в глазах сына. – Кстати, где твоя благоверная? Уже двенадцатый час ночи, а ее что-то не наблюдается в семейном гнездышке.

– У нее деловое свидание.

– Что? – Глаза Риммы Викторовны сделались совершенно круглыми. – Ты так спокойно говоришь о свидании?

– Обычное деловое свидание.

– Деловое, говоришь. Ха! В такое время. И ты этому веришь?

Руслан снова пожал плечами. На этот раз Римма Викторовна вспылила, видя на абсолютное безразличие сына.

– Нет, это надо же! – Она театрально закатила глаза и сцепила в замок длинные пальцы. – Твоя жена вешает тебе всякую лапшу на уши, а ты безоговорочно ей веришь! И это мой сын!

– И это ваш сын, – раздался спокойный голос Анны.

Римма Викторовна вздрогнула, она не услышала, как открылась дверь и пришла невестка. Римма Викторовна прищурила глаза, густо подведенные тушью, и пристально уставилась на Анну.

– Добрый вечер, Римма Викторовна, – поздоровалась Анна и прошла мимо нее в ванную так, словно ее тут и не было.

Это откровенное пренебрежение взбесило ее.

– Кому добрый, а кому как, – процедила Римма Викторовна сквозь зубы и проследовала за невесткой. Она остановилась в проеме двери и зло посмотрела на Анну.

– Вы будете смотреть, как я принимаю душ? – усмехнулась Анна и стала снимать платье.

– Бесстыжая! Постеснялась бы, – прошипела Римма Викторовна.

– Чего? – спокойно произнесла Анна, бросив платье в корзину для грязного белья. – Или кого. Вас?

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю.

– Нет, Римма Викторовна, не знаю, – Анна расстегнула лифчик и осталась в одних трусиках. – Вы и дальше будете тут стоять?

– Гулящая! – выкрикнула Римма Викторовна и выскочила из ванной. За ее спиной тут же щелкнул замок. Это Анна закрыла дверь, чтобы обезопасить себя от дальнейшего вторжения свекрови. За дверью послышался шум льющейся воды. Римма Викторовна высоко вскинула голову и молча проследовала мимо сына к выходной двери.

– Мам, ну зачем ты все это устроила? – раздраженно буркнул Руслан ей в спину.

– Ты еще наплачешься с ней, тогда вспомнишь мать, – пафосно выдохнула Римма Викторовна и шагнула за дверь, не прощаясь.

3

Анна стояла у окна своего кабинета, курила сигарету и наблюдала за тем, что происходит в торговом зале. В свое время она специально выбрала для своей резиденции именно это помещение, так как из него хорошо просматривалась почти вся торговая площадь. Но сделала вовсе не для того, чтобы следить за своими сотрудниками, по крайней мере, это было не главным. Ей было приятно смотреть на то, как идет работа, приходят посетители, осматривают автомобили, совершают покупки. Это доставляло ей постоянное удовольствие, приносило ощущение своей значимости в этом мире, переполненном амбициями и честолюбием. Ей нравилось, как бы ненароком подводить своих деловых партнеров к этому месту, откуда они могли обозревать ее владения. Пусть понимают, с кем имеют дело. И, как ни странно, этот нехитрый прием часто производил нужное впечатление. До того момента, как это происходило, нередко переговоры двигались не просто, подчас заходили в тупик. А после неожиданно сдвигались с места и быстро приходили к требуемому ей финалу. Вот что значит подходящий визуальный ряд, он способен сильно воздействовать на человека. Тем более в свое время она позаботилось о том, чтобы придать ему по возможности привлекательный вид. Понятно, что эта блажь, как выразился тогда Руслан, влетела им в копеечку, зато результат налицо. Посмотреть на эти интерьеры забегают даже конкуренты. А простым посетителям просто нравится находиться среди этой красоты. Многие покупают машину тут именно по этой причине.

Странно, что Руслан не понимает таких, в общем-то не сложных истин. Он отличный инженер, хорошо наладил дело, но вот эстетическое чувство у него не на высоте. Он полагает, что главное – это продавать исправные авто, качественно производить их ремонт. И тогда от посетителей отбоя не будет. И не понимает, что таких салонов в городе преогромное множество, и все они предлагают точно такие же услуги. А вот такого изящества, как у них почти нигде нет. Чтобы добиться успеха, надо действовать не только на сознание, но и на подсознание. А именно ему и принадлежит решающий голос при принятии решений. А следовательно…

Анна задумалась. Некоторое время назад у нее возникло намерение провести в салоне капитальную реконструкцию. Да, тут красиво, но это вовсе не значит, что все должно оставаться неизменным. Люди быстро ко всему привыкают, их это перестает удивлять, восхищать. Даже если бы они повесели на стену оригинал Джоконды, то через какое-то время посетители перестали бы приходить сюда. А зачем, если все знают, что можно в любой момент посмотреть на картину. Поэтому требуется постоянное обновление. Такова философия ее бизнеса. И она этим уже занимается. Пора поделиться с мужем своими планами.

Руслан сидел напротив Анны и напряженно слушал жену. И чем дальше развивала она свои планы, тем больше хмурилось его лицо.

– Я нашла по Интернету замечательного дизайнера, он итальянец, живет в Риме. И даже списалась с ним. Я видела некоторые его работы, ты даже не представляешь, насколько они оригинальны. Я просто заболела, когда их увидела. Ни у кого ничего даже близкого нет. В наш салон повалят толпами, чтобы посмотреть на то, что он тут сделает.

– А сколько это будет стоить? – спросил Руслан, не сводя глаз с жены.

Прежде чем ответить, Анна достала из пачки новую сигарету.

– Дорого, очень дорого. Этот парень очень много берет за работу. Но она стоит того. Настоящее искусство не может быть дешевым. А речь идет именно об этом.

– Да, я понимаю, – мрачно отозвался Руслан. – Искусство не может быть дешевым. Только объясни, где мы возьмем деньги на эти изыски? Ты не хуже меня знаешь, что вот уж несколько месяцев подряд у нас снижаются объемы продаж. Если так дело пойдет и дальше, придется думать о том, как платить зарплату людям.

– Не преувеличивай, ты слишком быстро впадаешь в панику. Пока дела наши идут совсем не плохо. А сбои в бизнесе бывают всегда.

– Я думаю о будущем.

– Я тоже о нем думаю. Почему у нас падают продажи? – Анна выжидательно посмотрела на Руслана.

– И почему?

– Мы перестали изумлять посетителей. Им стало у нас скучно.

– Они сюда приходят не за весельем, а за автомобилем.

– Не скажи, дорогой. – Анна улыбнулась. – И за весельем – тоже. И кто знает, зачем больше. Я решила, мы будем тут все перестраивать.

– А мое мнение тебя не интересует?

– Ты же знаешь, всегда интересует. Но не в этом вопросе. Я, как женщина, лучше понимаю в таких вещах. – Анна подошла к мужу и неожиданно села ему на колени, ее руки обручем обвились вокруг шее. Она прижалась к нему.

– Ты что, увидят, – встрепенулся Руслан.

– Пусть видят, какие у нас прекрасные отношения. Мы муж и жена.

– Но не на работе.

– Полагаешь, что в салоне наше свидетельство о браке теряет силу? – насмешливо произнесла Анна.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я. И все же где ты намерена найти деньги?

– Деньги – это не проблема, – беспечно махнула Анна рукой. – Я уже говорила вчера на благотворительном вечере с одним банкиром. Он готов их нам ссудить.

– И на каких условиях?

– На обычных.

– Значит, процентов под пятнадцать.

– Ты отлично знаешь, что у нас банкиры дают деньги под меньшие проценты разве только своим любовницам. Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я стала бы ей.

– Мне не нравятся эти твои шутки.

Анна быстро, но ласково провела рукой по лицу мужа.

– Тогда придется возвращать кредит по полной программе. Зато мы получим такую красотищу. Вот увидишь, эти деньги не зря будут потрачены. Они окупятся.

Руслан с сомнением покачал головой.

Анна положила руки на плечи мужа.

– Ты же знаешь, у меня всегда все получается. Поверь мне и на этот раз. Так как, согласен?

– Хорошо, пусть будет так, как ты хочешь. – В голосе Руслана прозвучало сомнение.

4

– Руслан, застегни мне платье. – Анна повернулась к мужу спиной. Руслан повиновался, аккуратно потянул за тонкий замок, тянувшийся через всю спину черного кружевного одеяния, которое Анна надела на день рождение его матери. – Как ты, думаешь, – задумчиво произнесла Анна, глядя на себя в зеркало, – это платье не вызовет гнев твоей мамаши.

– С чего бы это, – буркнул Руслан. – Черное, как у монашки.

– Ты думаешь, монашка устроила бы твою мать в качестве невестки? – усмехнулась Анна.

– Вполне.

– Не повезло ей, я, увы, не монашка. – Анна аккуратно провела алой помадой по пухлым губам. – Если бы захотела в свое время, могла стать моделью.

– Ты мне ничего об этом не говорила.

– Сейчас говорю. У меня были такие предложения. – Анна взяла салфетку и аккуратно промокнула ею накрашенные губы, уменьшив немного цвета. – Так будет лучше? – она повернулась к мужу и вопросительно взглянула на него.

– Ты же сама знаешь, мама не любит ничего вызывающего.

– Только на мне, – поправила мужа Анна. – Сама же она одевается, как попугай.

– Только не вздумай когда-нибудь сказать об этом матери, держи свое мнение при себе.

– Если бы такой совет ты еще дал своей матери относительно меня, было бы просто замечательно.

Руслан насупился. Ему не нравилась холодная война между двумя самыми дорогими для него женщинами.

Зазвонил телефон.

– Подойди, – попросила Анна, – я еще не закончила свой макияж.

Руслан взял трубку, ответил. Анна увидела, как изменилось его лицо, как будто он проглотил кислый лимон.

– Хорошо, мама. – Руслан со всей силы грохнул трубку на рычаг.

– Что там? – Поинтересовалась Анна.

– Мама просила не приходить тебя на ее день рождения. – Руслан неловко кашлянул, как будто был в чем-то виноват перед Анной лично.

– Это что-то новенькое, – только и нашлась, что сказать Анна. Горло ее сдавил неприятный ком. – Римма Викторовна открыто решила объявить мне войну? Ну, что ж. На войне, как на войне. Передай ей, что я глубоко скорблю по остаткам ее разума, которые она окончательно потеряла сегодня.

– Ты знаешь, что я этого не сделаю.

– Да пошел ты! – Анна сняла с ноги туфлю и запустила ею в мужа.

Руслан вовремя увернулся.

– Ты-то хоть разум не теряй. Иначе, что я буду делать с двумя сумасшедшими сразу. – Руслан поспешно покинул квартиру.

Оставшись одна, Анна со злостью рванула платье так, что разошелся замок на спине. Анна стащила платье через голову и в сердцах швырнула его на кресло. Она натянула домашний халат, влезла в тапочки и уселась в кресло. Рука сама потянулась к пачке с сигаретами.

Она вспомнила, что давно собираюсь бросить курить, но разве бросишь тут, с досадой подумала Анна, когда ее свекровь такая стерва. Она прикурила и с наслаждением затянулась. Сидела в кресле и тупо смотрела в окно. На душе было мерзко, как будто ее вываляли в полном дерьме. Сигарета не успокоила, как рассчитывала Анна. Тогда она решила применить тяжелую артиллерию. Открыла бар, достала оттуда начатую бутылку коньяка. Налила полную рюмку и быстро опрокинула в себя ее содержимое. В это время в квартиру позвонили.

Неужели Руслан вернулся? – изумилась Анна. Хотя на его месте именно так и должен был поступить настоящий мужчина. Дать понять этой старой карге, что она не имеет право оскорблять его жену и покинуть ее дом. Анна поспешно спрятала коньяк в бар и пошла открывать. На пороге стояла Ольга.

Женщины расцеловались.

– Проходи, – весело улыбнулась Анна. – Ты как нельзя кстати. Сейчас у нас будет девичник. – Анна прошла к бару и вытащила, спрятанную минуту назад бутылку.

– Ой, что ты, я на минутку заскочила, – проговорила Ольга.

– Ничего, где минутка, там и две, – Анна уже разливала коньяк на две рюмки.

– Держи, – она протянула рюмку подруге.

– Нет, – мотнула головой Ольга, – извини, но я действительно ненадолго.

– Что у тебя? – нахмурилась Анна. Ее надежда на то, что Ольга поможет ей пережить неприятность, улетучилась, и она почувствовала досаду.

– Ань, я хочу взять недельку за свой счет, – Ольга виновато посмотрела на подругу, – отпустишь?

– На Канары своего борова повезешь?

– Какие Канары, у меня проблема.

– И у тебя тоже? – удивилась Анна, – надо же какое совпадение. Тогда за это надо обязательно выпить. Пей, – скорей не предложила, а приказала она и снова протянула рюмку Ольге.

– Ань, так как ты меня отпустишь? – жалобно протянула Ольга.

– Да иди ты, куда хочешь. Хоть на луну. – Анна опрокинула в себя свою рюмку. – Отпускаю.

– Ой, Аня, я знала, что ты не будешь мне вставлять палки в колеса. Я приеду и тебе все расскажу. Ладно? А сейчас мне надо бежать. – Ольга встала.

– Ну, я пошла?

– Угу, – потянулась Анна к Ольгиной рюмке. – Иди, что ты стоишь, а то передумаю, и никуда ты не поедешь.

Ольгу, как ветром сдуло. Оставшись одна, Анна уставилась на бутылку. Там оставалось совсем немного напитка. Анна подумала и выпила весь остаток.

5

Римма Викторовна все просчитала. Она придумала, как досадить этой выскочке, своей невестке. Она живо представила какой эффект произвела ее просьба не приглашать на свой день рождения Анну. Да еще переданную в самый последний момент.

И поняла, что не ошиблась в расчетах. Руслан пришел к ней расстроенный. Очевидно, его женушка закатила ему настоящий скандал. Но ничего, пусть побесится. Анне это пойдет только на пользу. Может немного укоротит свой норов. А для усиления эффекта от содеянного Римма Викторовна решила пригласить на свой день рождения Ниночку Шмелеву – первую любовь Русланчика. Когда-то сын хотел на этой особе даже жениться. Но Римма Викторовна не дремала и грудью встала между влюбленными, не позволив захомутать своего сыночка совсем в юном возрасте. И, как показала жизнь, зря, с Ниной была бы меньше проблем. Римма Викторовна горько вздохнула. Если бы знать тогда, какая жена попадется ее сыну, то она сама, собственными руками привела бы Ниночку к Руслану.

Но, что не сделано тогда, можно сделать сегодня, рассудила Римма Викторовна, приглашая Нину на свой день рождения. Оттого и Анну она велела не звать, чтобы не спутала ее планы. А в планы ее, ни много не мало, входило поссорить супругов, крепко поссорить. Если повезет, то даже довести их до развода. На это, конечно, Римма Викторовна, не очень надеялась, зная любовь Руслана к своей благоверной. Но надежда, тем не менее, все же теплилась в ее материнском сердце. Да и просто подгадить Анне доставляло преогромное удовольствие.

Римма Викторовна поправила локон, выбившийся из прически, и вошла в гостиную, где собрались гости. Она намеренно пригласила сегодня очень ограниченный контингент. Пару своих подружек, ее же возраста и Павла Сергеевича, который когда-то, очень давно, ухаживал за Риммой Викторовной, но, не добившись взаимности, остался ее верным и надежным другом. Из молодых были только Ниночка и Руслан. Римма Викторовна специально посадила их вместе, сама села рядом с Ниной и время от времени, как бы в шутку, нашептывала ей на ушко, что ее сын, кажется, до сих пор не равнодушен к ней. Захмелевшая Ниночка, которая все никак не могла выйти замуж, тихо смеялась и кокетливо поглядывала на Руслана. Чувствовалось, что эти слова Риммы Викторовны ей, как бальзам на душу.

Похоже, девочка до сих пор влюблена в моего сына, делала выводы Римма Викторовна и в душе ее крепла надежда, что между Ниной и Русланом может что-то сложиться. Чем черт не шутит.

Римма Викторовна подошла магнитофону и нажала клавишу. По квартире поплыл бархатный голос любимого певца ее весьма бурной молодости – Джо Доссена. Римма Викторовна вернулась на свое место и, проходя мимо Руслана, шепнула ему: «пригласи Нину на танец». Руслан не заставил себя долго ждать, и вот они уже закружились в танце.

Римма Викторовна краем глаза следила за парой. Ей нравилось, что Нина взяла инициативу в свои руки и крепко обвила шею Руслана руками. Меньше ей нравилось поведение сына; Руслан вел себя с бывшей подругой любезно, но не более того. Римма Викторовна с грустью думала о том, что он, кажется, пошел в отца. Такой же мямля и размазня, подкаблучник своей жены. Настроение у Риммы Викторовны резко испортилось, в душе все больше и больше нарастало раздражение против Анны.

Музыка закончилась, и гости стали собираться по домам. Павел Сергеевич пошел провожать подруг Риммы Викторовны, а Руслан решил проводить Нину.

– Зайди потом ко мне, – попросила сына Римма Викторовна. Она сегодня серьезно решила с ним поговорить об Анне и ее роли в жизни Руслана. Руслан, конечно, же опять скажет, что она капает ему на мозги. Но ничего, вода и камень точит.

Когда все разошлись, Римма Викторовна с грустью опустилась в кресло. Безрадостные мысли теснились в ее голове. Вот она стала еще на один год старше. Годы идут, а счастья все не прибавляется. Если бы у нее были внуки, пожалуй, она тогда смягчилась бы к своей невестке. Но эта эгоистка, хочет жить только для себя, а на других ей наплевать. Карьеристка!

В дверь позвонили. Римма Викторовна удивилась, что Руслан так быстро пришел. Она пошла открывать. На пороге стояла Анна. От нее попахивало спиртным.

– Можно, я пройду? – задала риторический вопрос Анна. Римма Викторовна молча пропустила ее в квартиру.

– А где Руслан? – Анна села в кресло, хотя Римма Викторовна ее не приглашала садиться.

– Он пошел провожать Ниночку.

– Ниночку? – удивилась Анна. – Какую Ниночку?

– Шмелеву, – Губы Риммы Викторовны расплылись в злорадной улыбке. Она была в курсе, что Анна знала о роли Шмелевой в жизни Руслана. Этот простак признался ей перед свадьбой, как на духу, как священнику на исповеди, что когда-то у них был роман. Глупее ничего не придумаешь, но такой уж у нее сын. Он не умеет ничего скрывать.

Анна какое-то время молчала, переваривая полученную информацию. Брови ее нахмурились, наконец, она разжала губы.

– Вы это специально сделали?

– Что сделала? – прикинулась непонимающей Римма Викторовна.

– Вы пригласили эту Шмелеву для Руслана?

– Я не намерена перед тобой отчитываться в своем собственном доме. Кого хочу и того и приглашаю.

– А кого хотите того не приглашаете, – усмехнулась Анна.

– Именно так. – Римма Викторовна высокомерно вскинула голову. – И благодаря этому все мои гости были очень довольны.

– И Руслан? – спросила Анна, зло прищурившись.

– А Руслан в особенности, – не осталась в долгу Римма Викторовна, – он весь вечер не отходил от Ниночки. Таким счастливым я его давно не видела.

– Ах, ты, старая сводня, – угрожающе прошипела Анна и двинулась прямо на Римму Викторовну.

– Что? – взвизгнула Римма Викторовна и попятилась к входной двери, к которой она стояла спиной. В это время дверь открылась и, вошедший Руслан чуть не споткнулся о свою мать. Римма Викторовна юркнула за спину сына и громко крикнула.

– Убери отсюда эту психопатку!

Руслан перевел взгляд с матери на красное возбужденное лицо Анны и понял, что женщины поссорились.

– Она назвала меня старой сводней, – истерично выкрикнула Римма Викторовна из-за спины сына. – Руслан, она меня оскорбила в моем собственном доме.

– Анна, зачем ты пришла? – Руслан взял жену за локоть и почувствовал запах алкоголя. – Ты пила?

– Конечно, пила. На днях рождениях всегда пьют. Впрочем, какое тебе до меня дело, – Анна выдернула руку, – когда твоя мамаша подкладывает под тебя всяких сук, а ты и рад! Ха-ха, маменькин сынок. Может она вам еще и свечку предлагала подержать? Предлагали Римма Викторовна? – Анна зло сверкнула глазами в сторону матери Руслана. Та снова спряталась за спину сына.

– И ты стерпишь такое оскорбление своей матери!? – завопила Римма Викторовна.

– Ненавижу! – Анна оттолкнула Руслана вместе с его мамашей и рванулась вон из квартиры. На пороге она остановилась и повернулась к мужу.

– Ты идешь или остаешься?

Руслан промолчал и не сдвинулся с места. Анна сбежала по ступенькам вниз. Выскочила на улицу и немного постояла, ожидая, что Руслан выйдет за ней, но он так и не вышел.

6

Обычно они ехали на работу вместе. Причем, у них даже существовало правило, которое они соблюдали неукоснительно, по четным машину вел Руслан, по нечетным – Анна. Но на этот раз ей надо было ехать в банк обговаривать условия кредита. Вернулась она только к обеду, радостная, так как переговоры прошли успешно. Банкир согласился со всеми ее условиями, то ли под впечатлением от успехов ее бизнеса, то ли под впечатлением от вида ее круглых коленей. Она специально надела короткую юбку, по опыту зная, что имея дело с мужчинами, этот аргумент подчас бывает решающим.

Анна сильно проголодалась, а потому хотела как можно быстрей отыскать мужа, чтобы пойти с ним обедать. Обычно они ходили в расположенное неподалеку кафе. Цены были там кусачие, зато еда вкусная.

Мужа она отыскала в ремонтной мастерской, вместе с рабочими он обследовал пригнанный для починки сильно искореженный автомобиль.

– Руслан, не желаешь пойти пообедать? – спросила Анна. – Помимо того, что хотелось есть, не в меньшей степени она жаждала рассказать мужу об одержанной только что виктории.

Обычно, отвечая на призыв жены, отправиться обедать, Руслан тут же бросал все дела и шел вместе с ней. Однако сейчас поведение супруга слегка озадачило ее, вместо того, чтобы прервать работу он хмуро посмотрел на нее.

– Подожди минут тридцать. Мы тут докончим и тогда пойдем обедать, – сказал он.

Будь они одни, Анна бы знала, что ответить мужу на этот демарш. Но выяснять отношения при подчиненных она считала ниже своего достоинства. А потому, молча повернулась, и направилась в свой кабинет. Там задернула штору, села в кресло, положила ноги на стол и закурила. Она ни о чем не хотела думать, сигарета помогала расслабиться. И все же в каком-то уголочке души она ощущала непривычную тяжесть.

Они сидели в кафе, Анна оживленно рассказывала о прошедшей в банке встрече. Но Руслан, как казалось ей, слушал без всякого интереса. По крайней мере, пока она с упоением излагала ход состоявшихся переговоров, он не промолвил ни слова, лишь молча ковырялся в тарелке. И только иногда бросал на нее непривычно холодные взгляды.

Анна внезапно замолчала на самом драматичном месте.

– Тебя это не интересует? – спросила она.

– Я внимательно все слушаю, – отозвался Руслан.

– Может и внимательно, но только так, как посторонний человек. А ведь это наш семейный бизнес.

– Я помню.

Анна едва не вспылила, но в последнее мгновение накинула узду на свои эмоции. Только не хватало им еще поругаться на людях. Она подумала о том, что трещина в их отношениях случилось очень не вовремя, именно в тот момент, когда они начинают большое дело. И согласие между ними необходимо как никогда. Почему-то ее мысль переметнулась к свекрови, не будь этой ведьмы они вряд ли бы сейчас сидели за одним обеденным столом, как чужие.

Анна посмотрела на часы. Ладно, отношения с мужем она будет налаживать дома, для этого у нее есть кое-какие чисто женские аргументы, а сейчас у нее и без того полно дел. Они и так растянули обед, хотя лично она как следует и не поела. Ну, ничего, для фигуры это даже к лучшему.

Вечером Анна отправилась на закрытый показ мод, куда ее пригласил один известный модельер, недавно купивший в их салоне престижный автомобиль. В принципе он пригласил ее с Русланом, но она знала, что муж не любитель подобных мероприятий. Но была еще одна причина, почему она пошла одна, хотя признавалась в ней Анна неохотно – ей не хотелось снова видеть рядом с собой его мрачное лицо. Одной было комфортней.

Анна вернулась домой довольно поздно, возбужденная увиденным. Ее всегда манила красота, она никогда не оставляла ее равнодушной. Хотелось поделиться переполняющими ее впечатлениями с мужем. Но едва она его увидела, как это желание мгновенно улетучилось. Руслан стоял одетый в прихожей, явно собираясь куда-то уйти.

– Ты куда-то собрался так поздно? – растеряно спросила она.

Несколько мгновений Руслан молчал.

– Я иду к маме.

– К маме? – удивилась Анна. – С ней что-то случилось? Заболела?

– Слава богу, все в порядке. – Он снова ненадолго замолк. – Этой ночью я переночую у нее.

– Почему вдруг?

– Я не могу жить с женщиной, которая так плохо относится к моей матери, которая ее оскорбляет. Если хочешь, чтобы продолжилась наша совместная жизнь, ты должна пересмотреть свое отношение к ней. Подумай об этом, а я не буду тебе мешать.

Руслан открыл дверь и вышел из квартиры. Несколько секунд Анна находилась в полном оцепенении, затем достала сигарету. Но вместо того, чтобы закурить, с яростью бросила ее в дверь.

– Ну и катись ты к своей мамаше! – крикнула она.

7

Руслан ушел. Анна прислушивалась к его шагам, пока они окончательно не затихли. Какое-то время она пребывала в полной неподвижности, словно бы ее сковал ступор. Неожиданно Анне вдруг нестерпимо захотелось бежать из квартиры, где она получила такой болезненный и очень ощутимый удар. Анна выскочила на улицу. Куда идти, где найти успокоение? Она не знала. Анна медленно побрела по тротуару, тупо глядя перед собой. Мимо проезжали машины, шли и смеялись люди. Город жил своей обычной размеренной жизнью. Только Анна в нем сейчас не находила себе место.

Внезапно ей пришла в голову мысль. Она подняла руку и тормознула машину. Через полчаса она уже входила в свой салон. Анна прошла в кабинет и огляделась. Нахмурилась, пожала плечами – а зачем она сюда приехала? Затем медленно подошла к бару, достала бутылку виски, налила из нее в бокал. И словно раздумывая, правильно ли поступает, стала пить маленькими глотками.

Что-то странное происходит в ее жизни, вдруг подумала она, буквально за считанные дни все разладилось. Еще недавно все казалось замечательным, между нею и Русланом царило взаимопонимание, она была уверенна, что у нее крепкий и если не самый счастливый, то вполне благополучный брак. И вот сейчас от этой иллюзии ничего не осталось. Она ощущает себя старой, несчастной женщиной, которая всеми забыта, которая никому не нужна.

Что же произошло между ними? Может, потому что нет детей? Она отлично знает, как хочет Руслан маленького. Когда видит чужого малыша, его глаза загораются; она неоднократно замечала, как меняется его лицо в таких случаях. В последнее время они практически не говорили о детях, словно бы эта тема была под запретом. Но она-то знает, что он думает. К тому же свекровь его подзуживает, не буди она этот вопрос не стоял бы так остро между ними.

А что ей теперь делать? Без Руслана, если он уйдет, она не потянет бизнес, у нее не хватит ни сил, ни упорства. Она делает свое дело, у нее это неплохо получается. Но не больше. Ей требуется верный, надежный партнер. И Руслан был именно таким. И где найти замену, не представляет, сегодня никому нельзя доверять, люди только и желают воспользоваться чужим трудом.

Анне стало вдруг так плохо, что захотелось плакать. Она представила, что придет завтра в салон и не увидит Руслана. Что же она станет делать, чем будет заниматься? Это все его мать, между ними очень быстро сначала возникла взаимная неприязнь, а потом и ненависть. А после того, как она поняла, что ей не светит появление внуков, совсем озверела, сучка.

Анна вдруг решительно взяла бутылку и налила в бокал слегка дрожащей рукой. На этот раз она выпила виски одним залпом. Какая же она несчастная, так еще в детстве повелось, все было как-то не так, как она хотела. Вот и выкидывала разные необычные поступки, которые подчас сводили родителей и учителей с ума. Потом ей казалось, что она успокоилась, стала более выдержанной и предсказуемой, прежде всего для самой себя. Но сейчас ее не отпускает ощущение, что это было лишь временным состоянием. А на самом деле все осталось по-прежнему.

Анна знала, что быстро пьянела. Но сейчас ей было на это наплевать. Как-нибудь доберется домой на такси. Поэтому вполне может позволить себе напиться. Она наполнила в очередной раз бокал, достала сигарету и села в своей любимой позе, положив ноги на стол.

Внезапно Анна засмеялась. Ну и пусть все катится ко всем чертям. Ей все равно. У нее есть прекрасные виски и ее любимые сигареты. А что еще надо, чтобы быть счастливой? Мужики. Да пошли они все подальше, кроме неприятностей и расстройства ничего другого не доставляют. А если нужен секс, можно заказать мальчика по вызову. Одна ее подруга так и делает, прогнала дурака-мужа и когда хочет себя ублажить, приглашает профессионала. Она ей говорила, что ничего подобного с супругом не испытывала. Вот и она так станет поступать.

Анна снова налила, затем достала сигарету. Она уже выпила порядочно, и в голове все кружилось, перед глазами предметы мелькали и тут же исчезали. Она не без труда закурила, огонек зажигалки все время куда-то уклонялся от кончика сигареты. Это ее разозлила, и едва Анна ее зажгла, как тут же бросила в пепельницу. И не заметила, как маленький горящий снаряд пролетел мимо нее и упал возле занавески.

Анна огляделась, пытаясь понять, что происходит. Но в голове стоял такой гул, что он блокировал весь мыслительный процесс. Единственное, что она сумела понять, что если сейчас не уберется отсюда, то заснет прямо тут на полу. Не без труда она выбралась из кабинета.

Прохладный вечерний воздух слегка освежил ее, по крайней мере, настолько, что удалось быстро поймать такси. Пробормотав адрес, она погрузилась на заднем сиденье в дремоту.

Она вышла у дома, поднялась в свою квартиру. У нее теплилась слабая надежда, что ее встретит Руслан. Но ее встретила лишь тишина и пустота. Ну и ладно, пусть так все и идет. Она вошла в их супружескую спальню, и, не разбирая постель, упала лицом на одеяло. Через минуту Анна уже крепко спала.

8

Всю ночь Анне снились кошмары, они чередовались, как сцены в фильме. Что-то ужасное творилось в ее подсознании, фантасмагория образов и событий проносились перед ее взором, в некоторых она сама была участником, в других лишь зрителем, с ужасом смотрящего на происходящее. И когда кто-то стал ее трясти за плечо, впервые минуты она была уверена, что это не что иное, как новый поворот ее ночного киносеанса.

– Вставай, да вставай же! – пробились сквозь плотную пелену тяжелого сна чьи-то слова.

Анна с трудом открыла глаза и увидела рядом с кроватью Руслана. Теплая волна радости мгновенно пронеслась по всему телу.

– Руслан! – проговорила она. Руки Анны потянулись к его шее, чтобы обвить ее.

Но вместо объятия она получила удар по ним.

– Вставай! У нас страшное происшествие. Наш салон почти сгорел дотла.

Анна резко приподнялась на кровати и не понимающе посмотрела на мужа.

– Что ты мелешь? Как это сгорел?

– Обыкновенно. Вчера был салон, сегодня одни головешки. – Руслан сел на кровать и закрыл лицо руками. И по этому жесту отчаяния до Анны наконец-то дошло, что это не шутка, не розыгрыш, а случилось на самом деле нечто ужасное.

Она вскочила с постели и стала напяливать на себя первое, что попалось ей под руки.

– Едем! – крикнула она. – Ну что ты сидишь, словно обмороженный.

Еще издали они увидели пожарные машины и людей в форме и касках. Впрочем, огонь уже был потушен, и пожарники уезжали с места события. Они вышли из автомобиля, и подошли к салону. Вернее, к тому, что от него осталось.

Они молча смотрели на пепелище. По большому счету не уцелело ничего, по крайней мере, сгорело все ценное. От смотрового зала не осталось и следа, дорогие автомобили превратились в груду обгоревшего металла. Сгорели и ремонтные мастерские.

Анна представила размер понесенного ущерба, и ей стало страшно. У них никогда не хватит сил восстановить это все. А ведь еще надо рассчитываться с поставщиками, с кредиторами. К тому же из экономии ничего не было застраховано. Лучше бы она сгорела вместе со всем имуществом.

К ним подошел какой-то человек в форме.

– Извините, но не вы являетесь владельцами этого салона? – вежливо и негромко поинтересовался он.

– Да, это мы, – ответил Руслан.

– Я следователь, мне поручено вести следствие по этому пожару. Моя фамилия Городничий Игорь Владимирович.

– Очень приятно, – произнес Руслан. Анна же по-прежнему молчала. Ее уже ничего не интересовало.

– Ну, приятного тут мало. Я выражаю вам свое сочувствие. Я бы хотел с вами побеседовать о пожаре.

– Разумеется, мы готовы.

Городничий внимательно посмотрел на Анну.

– Мне кажется, что сейчас вам будет трудно сосредоточиться.

– Скажите, а что-нибудь уже известно? – спросил Руслан.

– Пока только самые предварительные данные. Их мне сообщили пожарники.

– Можете нам их сказать?

– Скорей всего пожар начался в кабинете директора. Может быть, короткое замыкание, может быть, непотушенная сигарета. Несколько их штук нашли в пепельнице. Она уцелела.

Внезапно Анна вдруг стала оседать, и если бы мужчины не поспешили ей на помощь, она бы упала на грязную, покрытую лужами, оставшиеся после тушения пожара землю. В ее сознании ярко вспыхнул эпизод, она бросает сигарету. А вот попала ли она в пепельницу, Анна это не посмотрела.

– Руслан, умоляю, отвези меня домой. Мне плохо, – едва слышным голосом попросила Анна.

9

Ольга вышла из поезда в приподнятом настроении. Все прошло, как нельзя лучше. Намного лучше, чем она ожидала. Ольга боялась, что не уложится с продажей квартиры за неделю, которую выклянчила у Анны, и думала, что наверняка ей придется звонить и просить еще дни. Но, судьба сама, казалось, шла им с Антоном на встречу. Жильцы, которые снимали Ольгину квартиру, оказались людьми не бедными и давно подумывали над тем, чтобы предложить хозяйке продать им свое жилище. Так самым неожиданным и причудливым образом соединились желания хозяйки и квартиросъемщиков. Они быстро сошлись в цене и так же быстро оформили сделку.

Конечно, никому не удается продать квартиру за столь феноменальный срок, ведь сбор одних документов чего только стоит. Но жизнь опять неожиданно пошла Ольге навстречу. У покупателей квартиры везде оказалось все схвачено. Во всех необходимых инстанциях сидели свои люди, которые за определенную плату ускорили весь процесс до самого минимально возможного срока к взаимному согласию обеих сторон. В результате уже через неделю Ольга тряслась в вагоне, пряча на себе довольно круглую сумму, которую ей никогда до этого еще не приходилось держать в руках. Разумеется, можно было положить деньги на карточку, но тогда она бы потеряла определенный процент, от своих кровных. А Ольга не хотела терять ни копейки. Ведь она еще не приценивалась на квартиры в Подмосковье и совсем не представляла конъюнктуру рынка. А вдруг ей не хватит всего ничего, какой-то досадной мелочи. Ольга тогда просто не переживет. Ведь Антон, скорее всего, не даст на квартиру ни копейки и ей одной придется вносить полную сумму за их общее жилье.

Ольга по этому поводу не очень-то и расстраивалась. Зато в таком случае она на полном основании оформит квартиру на себя. Это даже лучше, что Антон будет жить у нее, просто как квартирант, так будет легче его держать на коротком поводке и даст возможность манипулировать им, если конечно он только не женится на ней. А может именно этот факт, что у нее появится своре жилье в Подмосковье, подтолкнет Антона к судьбоносному решению, и он сделает Ольге предложение?

У Ольги сладко заныло сердце. Она давно и в тайне надеялась обрести статус официальной жены Антона, но в течение года, что они вместе, он ни разу не завел разговор с ней на эту тему. А самой делать ему предложение у нее не хватало смелости. Хотя многие ее подружки именно таким образом и поступали, и советовали Ольге последовать их примерам. Но Ольга ждала и надеялась, что ее Антон первый произнесет эти заветные слова. Тем более, теперь у нее будет очень веский аргумент для подобного исхода событий.

Размышляя подобным образом, Ольга добралась до квартиры. Пока доставала ключи, нос ее уловил соблазнительный запах жареной картошкой с луком. Неужели Антошка в ее отсутствие сам себе готовит? Это на него так не похоже, он ведь терпеть не может заниматься кулинарией. Или это он к ее приезду решил устроить ей сюрприз? Хотя в это время он, обычно на работе. Ах, она совсем забыла, ведь он уволился. Ольга торопливо повернула ключ в замке и шагнула в квартиру.

Когда она открыла дверь, запах почувствовался острее, он был таким густым, что даже заставил ее остановиться, так как Ольга почувствовала легкую тошноту.

– Антончик, милый, что ты тут устроил? – Ольга прошла в комнату и остановилась в изумлении. Возле стола стояла молодая, довольно полная черноволосая женщина. На женщине был одет Ольгин халат. Халат явно ей был мал, он не сходился на ее могучей груди и был застегнут не на пуговицы, а просто перехвачен поясом на талии. В распахнутых полах халата Ольга разглядела свою ночную рубашку из прозрачного тончайшего красного шелка на тоненьких бретельках, которую она купила специально для их с Антоном ночных забав. Ольге безумно нравилась эта ночнушка, она ее одевала не каждый день, а только по особым случаям. А сейчас эта корова напялила на себя это великолепное и ужасно дорогое одеяние и расхаживала в нем, как в своем собственном белье. Ольгу охватила такая сильная ярость, что даже не сразу подумала о том, а что, собственно, делает эта мадам в ее квартире. Вернее в их с Антоном квартире!

Женщина же, насупившись смотрела на Ольгу, сверлила ее злобным взглядом своих маленьких черных глазок.

– Так вот ты какая, сучка, – вдруг с ненавистью выплюнула черноволосая в лицо Ольге.

Ольга опешила. До нее, кажется, стало что-то доходить. В груди сдавило от предчувствия неотвратимо надвигающейся беды.

– Вы, вы кто? – растерянно прошептала Ольга, как будто это не она, а ее застукали в чужой квартире и в чужой одежде.

– Я? – изумилась черноволосая, как будто Ольга обязана была знать ее в лицо и по имени отчеству. – Я законная жена Антону Савельеву. А ты, извиняюсь, кто?

– А я его девушка, – Ольга почувствовала, что ее ответ прозвучал очень неубедительно.

– Ах, девушка, говоришь, – насмешливо пропела черноволосая и угрожающе двинулась в сторону Ольги. – Кошка драная ты, сучка поганая! По чужим мужикам шляешься, проститутка! Мало тебе свободных что-ли! Я тебе сейчас покажу, как живого отца у детей уводить, как чужую семью разбивать! – вдруг выкрикнула она и кинулась на соперницу.

Женщина вцепилась Ольге в волосы и что есть силы рванула ее на себя. Ольга взвыла от боли и, не помня себя, схватила черноволосую за голову. Крича, царапаясь и визжа, они сцепились, как дикие кошки. Подоспевший Антон растащил их по разным углам.

Жена Антона, тяжело дыша, пыталась еще раз кинуться на Ольгу, но Антон прикрикнул на нее, и она сразу присмирела. Ольга забилась на кухне. От пережитого потрясения и унижения по ее щекам катились слезы, хотелось рыдать громко и безутешно. Она понимала, что ее любви с Антоном пришел конец.

– Ты, это не плачь. – В проеме двери появился Антон, но к Ольге он не подошел, а так и остался стоять на пороге кухни. – Прости, что так получилось. Мы сегодня вечером уезжаем домой, так уж может, разрешишь нам тут до вечера побыть. Не в гостиницу же идти, у нас сейчас с деньгами совсем плохо.

– Что!? – слезы Ольги враз высохли. Она просто оторопела от такой наглости.

– А ну пошли отсюда! Оба! Пока я милицию не вызвала. И пусть твоя корова снимает мои вещи, а то я ей глазки ее поросячьи враз повыцарапаю!

Ольга продолжала чувствовать такую ярость, что готова была убить обоих прямо на месте. Для большей убедительности она схватила первое, что попалось под руку, и замахнулась табуреткой на подошедшую жену Антона. Та взвизгнула и быстро стала снимать Ольгины вещи. Когда она стягивала с себя ночнушку, тонкая ткань лопнула, и вещь разошлась по шву. Ольгу потряс символизм этой сцены. Ее жизнь трещала по швам точно так же, как эта ночная рубашка, которую она с такой любовью и надеждой на свое женское счастье выбирала.

Когда эта парочка, наконец, убралась из квартиры, Ольга собрала вещи, которые были на чужой женщине, с отвращением скомкала их в комок и сунула в помойное ведро. Бессильно опустившись на пол от пережитого напряжения, она обхватила колени руками и заголосила. Наконец, она могла поплакать в полный голос, от души, вволю. Ни кого не стесняясь.

10

Находиться долго в квартире было свыше ее сил. Сколько счастливых минут и дней она тут провела. Это самое обычное жилище она еще совсем недавно воспринимала как райский уголок. Счастье, безграничное счастье – вот что ассоциировалась у нее с ним. После работы она неслась сюда, как будто ее ждало тут нечто такое замечательное, что есть в мире только там. Хотя для нее так оно и было. Но теперь все это в прошлом. И уже никогда не вернется. Ее горячо любимый человек оказался вруном и предателем. А она для него не любимой женщиной, а всего лишь машиной для наслаждения.

Что бы как-то облегчить свое состояние Ольге захотелось немедленно покинуть квартиру. Но куда идти? На работу. Хотя она должна выйти в салон только завтра, но Анна лишь обрадуется, увидев ее. Она-то знает, что без нее ей трудно. Хотя кто-то будет рад ее возвращению.

Ольга поспешно переоделась и вылетела из дома. Автобус повез ее привычной дорогой. Вот и ее остановка. Ольга пробралась сквозь плотный забор пассажиров, ступила на землю, обернулась – и обомлела. Вместе привычного здания салона она увидела какой-то обгоревший остов.

Ольга стояла неподвижно и смотрела на то, что осталось от еще недавно процветающего предприятия. Она была в таком подавленном состоянии, что у нее даже не возникло желания позвонить Анне и узнать, что же произошло. Какая разница, в любом случае рабочего места у нее больше нет. Ни любимого человека, ни работы. Все сгорело в один день. Такого отчаяния она еще не переживала.

Ольга побрела на остановку. Села в автобус, который повез ее в обратном направлении. Она почти не соображала, что делала, ею управлял невидимый автомат. Он заставил ее слезть возле ее дома, войти в подъезд, открыть дверь в квартиру.

Ольга села на стул, растеряно огляделась. Она смотрела по сторонам, но ничего не видела. Словно какой-то туман застилал глаза. Затем внезапно встала, подошла к сумке с деньгами. Взяла ее в одну руку, в другую сумку с вещами, которая она не успела распаковать. И вышла из квартиры.

На вокзале как всегда было много народа. Ольга встала в очередь в билетную кассу. Двигалась она медленно, но ей было абсолютно все равно. Ей не куда было торопиться. Она вполне могла бы тут простоять и всю ночь.

Она протянула деньги кассиру.

– Мне билет, – сказала она.

– На какой поезд вам нужен билет? – спросила кассир.

– Мне все равно. На любой.

– Что значит на любой! – возмутилась кассир. – Говорите, куда вам ехать или уходите.

– Дайте мне билет на самый ближайший поезд, какой есть.

Кассир посмотрела на нее взглядом, словно пытаясь удостовериться, а нормальный ли перед ней человек.

– Вот вам билет, отправление через двадцать минут. Поспешите.

Ольга вышла на перрон, отыскала нужный путь и пошла вдоль состава. Остановилась возле нужного ей вагона. Перед тем, как войти в него, она несколько минут смотрела на здание вокзала. Но никого сожаления от того, что покидает этот город, не испытывала. Она не желает тут больше оставаться ни минуты.

В купе кроме нее ехали двое мужчин и женщина немного постарше ее. Мужчины почти сразу завались на верхние полки, и вскоре оттуда стало доноситься их равномерное похрапывание.

Женщины же почти сразу разговорились. Все эти часы, предшествующие отъезду Ольги, она провела почти в полном молчании. И сейчас ее внезапно прорвало. Ее охватило неудержимое желание поделиться своей болью.

В попутчице она нашла сочувствующего слушателя. Ольга сразу же прониклась к ней доверием и симпатией. И потому рассказала ей все, в том числе и о том, что продала квартиру. Женщина спросила, за сколько, и Ольга тут же выложила все условия сделки.

Их разговор продолжался до глубокой ночи. Измученная Ольга захотела так сильно спать, что отключилась помимо своего желания. Попутчица помогла ей постелить постель, а затем аккуратно поправила одеяло. И под мерный стук колес Ольга погрузилась в глубокий сон.

Колеса все так же равномерно стучали, когда она проснулась. Судя по струящемуся из окна свету, день был в полном разгаре. Ольга посмотрела на место напротив. К ее изумлению вместо вчерашней попутчицы сидела совсем другая женщина.

Ольга села.

– А где та женщина, что ехала тут? – спросила она.

– Так они все ночью слезли, а мы сели на их места, – ответила новая попутчица.

Ольга задрала голову. Вместо мужчин теперь на верхних полках ехали двое мальчиков.

– Это мои сыновья, – пояснила женщина.

Ольга снова легла. Она была огорчена. Ей так понравилась та женщина. Хотелось продолжить беседу с того момента, на котором ее прервал сон. Как ни странно, но с этой незнакомой женщиной она не чувствовала себя одинокой. А теперь она снова одна. Ольга закрыла глаза. Но это не помешало слезам оросить ресницы и потечь дальше по щекам.

Внезапно она почувствовал голод, и вспомнила, что не ела уже сутки. Ольга открыла глаза. Никаких продуктов она не купила. Значит, надо идти в вагон ресторан.

Она сунула руку под подушку, куда она спрятала сумку с деньгами. Но сумки не обнаружила. Она вскочила, перевернула постель, затем подняла полку и стала искать потерю в ящике для багажа. Но нигде ее не было. Страшная мысль проникла в ее сознание: деньги украли. Она же сама рассказала о них вчерашней попутчице. Что же ей теперь делать? Без работы, без жилья, без средств к существованию.

Рыдания сотрясли ее тело, она выбежала из купе, и ни на что и ни на кого не обращая внимания, пошла по вагону. В голове, словно барабанная дробь, гремела только одна мысль: ей не зачем больше жить.

11

Ольга миновала несколько вагонов. Она шла бесцельно, как на автопилоте. В голове теснились одни и те же мысли: за что жизнь так жестоко наказала ее? Лишила в один момент любви, работы, квартиры, денег. Правда у нее осталась подруга. Но подруге сейчас вряд ли до нее есть дело. У Анны самой стряслась беда. Ольга знала, что значит для Анны ее салон. Ее бизнес был самой важной частью жизни и теперь его не стало. До Ольги ли ей сейчас? Самой бы выжить. А вот Ольге выживать не хотелось. Она чувствовала смертельную усталость, ей казалось, что жизнь предала ее самым страшным образом.

Предаваясь невеселым размышлениям, Ольга оказалась в вагоне-ресторане. В этот утренний час он был почти пустым. Только за одним столиком сидела молодая мамаша с двумя детьми. Да у столика в конце вагона расположился одинокий мужчина. Дети вели себя шумно и требовали от своей родительницы то одно, то другое. Их мать старалась одергивать и постоянно прикрикивала на них, но толку от ее усилий было мало.

Вдруг один из проказников заметил Ольгу, словно сомнамбула двигающуюся между столиками. Мальчишка соскочил с сиденья и подбежал к Ольге. Он вытащил из-за спины детский пистолет и направил его на Ольгу.

– Стой, стрелять буду! – завопил мальчишка на весь ресторан.

– Стреляй, – бесцветным голосом проговорила Ольга.

– Пиф, паф, все ты убита, – завопил мальчик возбужденно, блестя глазами.

К ним подскочила смущенная мамаша. Она оттащила своего сына от Ольги и стала перед ней извиняться.

– Вам не в чем передо мной извиняться, – перебила ее Ольга, – я уже давно мертва. Ваш мальчик только констатировал этот факт.

Женщина уставилась на нее ничего не понимающим взглядом. На секунду в ее глазах мелькнуло сочувствие, но тут же быстро погасло. Кто-то из детей позвал ее. Женщина сразу забыла про Ольгу и рванулась к своим сорванцам.

Ольга двинулась дальше по проходу в следующий вагон. Она совсем не обратила внимания на мужчину, сидящего за крайним столиком вагона-ресторана, который проводил ее пристальным внимательным взглядом.

Ольга миновала весь состав и оказалась в последнем вагоне. Она остановилась в тамбуре. Дальше идти было некуда. Состав закончился, так же, как заканчивалась ее жизнь. Ольга уже знала, как ее завершить. Оставалось только набраться мужества и совершить последний, самый важный поступок.

Ольга распахнула дверь и подошла к самому краю площадки тамбура. Резкий ветер ударил по щекам так, что Ольга слегка задохнулась. Перед ней замелькали деревья, верхушки которых слегка подсвечивались утренним солнцем. Ольга посмотрела на небо. Оно раскинулось высоко и привольно, ослепляя своей яркой голубизной. И природа, и небо своей красотой и величием прославляли восторг и радость жизни, но Ольга больше не хотела ничего этого видеть. Она хотела только одного: попрощаться со всем этим навсегда. Вот только последний разок посмотрит – и все.

Ольга смотрела и смотрела на небо, как загипнотизированная, понимая, что скоро уже никогда больше не увидит этой красоты. Наконец, она решилась. Перед тем, как шагнуть в неизвестность, она плотно закрыла глаза, ее тело подалось вперед, осталось только оттолкнуться и прыгнуть…

Ее полет не состоялся. Чьи-то сильные руки обхватили молодую женщину за плечи и увлекли назад в глубину тамбура. Ольга пыталась сопротивляться, но руки не выпускали свою добычу и тянули и тянули ее прочь от распахнутой двери.

– Стой, здесь! – над Ольгиным ухом прозвучал повелительный мужской голос с красивым бархатным тембром.

Ольга посмотрела на своего спасителя и к своему изумлению узнала мужчину из вагона – ресторана. Он оставил ее, но только на секунду, для того чтобы плотно прикрыть дверь тамбура. Затем повернулся к Ольге и в упор посмотрел на нее.

– Идем, – резко обронил мужчина и, взяв ее за руку, увлек ее за собой. Ольга подчинилась. У нее не было желания сопротивляться. Последние силы она потратила на то, чтобы решиться прыгнуть в бездну. Но, раз ее прыжок не состоялся, значит не судьба. На вторую такую попытку ей уже не решиться. Раз Бог отвел ее, теперь будь, что будет, решила Ольга и покорно двинулась за мужчиной.

Мужчина привел Ольгу в свое купе. Усадил на мягкий диван, сам сел напротив. Заглянула проводница. Предложила чай. Мужчина заказал два стакана. Проводница попалась расторопная и уже через пять минут на столике между Ольгой и незнакомцем дымились два стакана с чаем. Мужчина достал из пакета какие-то булочки, печенье, несколько бутербродов с колбасой и сыром и выложил все это на стол.

– Ешь, – коротко сказал он тоном, которому было невозможно не подчиниться.

Только сейчас Ольга почувствовала, как голодна. В ней проснулся зверский аппетит. Руки сами потянулись к еде. Ольга старалась есть спокойно, но голод делал свое дело. Она быстро покончила со всем съестным, которое ей было предложено. Чай постигла та же участь. Мужчина придвинул ей свой стакан, к которому он даже не притронулся. Ольга выпила и его. Посмотрела на своего спасителя виноватыми глазами.

– Хочешь, что-нибудь еще? – спросил он.

– Нет, спасибо. Я больше не хочу, – соврала она. У нее было чувство, что она бы съела еще столько же. Но просить неудобно, он и так, поди, выложил перед ней все свои припасы.

– А из вагона выпрыгивать хочешь еще?

– Нет, – сдавленно проговорила Ольга и отрицательно замотала головой. Как будто ее слов могло оказаться не достаточно.

– Теперь рассказывай, что с тобой приключилось? – спокойно и властно проговорил незнакомец, откинувшись на спинку дивана, – Как ты дошла до жизни такой? Или кто тебя до нее довел?

Ольга начала повествовать о своих злоключениях. В этот момент ей казалось, что она рассказывает горькую историю не просто случайному попутчику, а самому богу исповедует свою жизнь. Мужчина слушал ее внимательно и с большим интересом, как будто все, что он слышал, непосредственно и очень близко касалось и его самого. Его лицо, показавшееся сначала Ольге властным и надменным, сейчас выглядело совсем иначе. Глаза излучали такую теплоту и сердечное участие, что Ольге хотелось говорить и говорить, не переставая, лишь бы он и дальше продолжал смотреть на нее вот так.

Когда она закончила, мужчина помолчал немного, затем веско произнес, как будто все уже между ними было давно решено и десять раз обговорено.

– Я тебе помогу. Поедешь со мной. Будешь звать меня Отцом.

– А, как вас по имени отчеству? – робко поинтересовалась Ольга, смутно осознавая, что спросила что-то не то.

– Соколов Борис Олегович, – но все меня зовут просто Отец. – У меня большая семья из таких же заблудших душ, как и ты. Впрочем, сейчас не будем об этом. Когда приедем на место, я тебе все объясню. А сейчас тебе лучше поспать. Ты много страдала. Сон освежит тебя и придаст новых сил.

От его слов повеяло такой добротой и заботой, как- будто Ольга на миг вернулась в детство к маме. Была бы она жива, поехала бы сейчас к ней. Но она давно уже лежит под гранитной плитой. Ольга послушно легла на диван и прикрыла глаза. И через минуту почувствовала к своему телу мягкое прикосновение теплого пледа, которым Отец заботливо укутывал ее.

Глава 1

1

Три месяца спустя.

Руслан на кухне готовил завтрак. Теперь на нем была обязанность приготовления еды, да и вся остальная работа по дому тоже. С тех пор, как сгорел салон, все в их семье резко переменилась. Бизнес, который они с Анной с такой любовью и с таким трудом создавали ни один год, рухнул в одну ночь. Оказалось достаточно одной единственной не затушенной вовремя сигареты, чтобы разрушить самое важное дело их жизни и пустить его с Анной по миру. Поначалу у Руслана это никак не укладывалось в голове, казалось диким абсурдом, совершеннейшем бредом. Как такое может быть! Но ведь случилось же. Экспертиза убедительно доказала, что причиной пожара послужило возгорание в кабинете Анны в районе ее стола. Позже Анна призналась, что была у себя в кабинете вечером накануне пожара и много курила. Она винила во всем только себя одну, просила прощение у мужа. Он-то ее простил, да только на общую ситуацию это никак не повлияло. И в первую очередь на виновницу несчастья.

А оно повлияло на нее самым скверным образом. Всегда деятельная и энергичная Анна вдруг резко потеряла всякий интерес к жизни. Глаза потухли и утратили прежний блеск. Она перестала следить за собой, почти совсем не выходила из дома и проводила все дни, сидя в кресле, уставившись в одну точку, или просто лежала в кровати, глядя в потолок пустым равнодушным взглядом. Налицо были все признаки сильнейшей депрессии. Руслан перепугался и вызвал врача из дорогой частной клиники с хорошей репутацией.

Врач осмотрел больную, побеседовал с Анной, если это можно было назвать беседой: она отвечала нехотя и через силу, словно делая одолжение. Наконец, он поставил диагноз, который был и так очевиден – тяжелая депрессия. Врач выписал кучу лекарств – каких-то жутко дорогих антидепрессантов, назначил витамины, свежий воздух, прогулки, а также посоветовал определить Анну в пансионат, который занимается больными с подобными проблемами.

Руслан пунктуально выполнил все рекомендации врача и первым делом купил Анне путевку в дорогой пансионат, расположенный на живописном берегу Женевского озера, несмотря на то, что денег было в обрез. Она приехала оттуда через месяц, повеселевшая, отдохнувшая, с легким загаром на лице. В первый момент, Руслану показалось, что перед ним прежняя Анна. Он воспрял духом и стал ждать дальнейшего улучшения ее состояния, продолжая строго выполнять все предписания врача. Но через неделю Анна снова замкнулась, как и до отъезда, перестала выходить из дома, отвечать на звонки, а потом и вовсе разговаривать с Русланом.

Руслан впал в отчаяние. Деньги, потраченные на лечение жены, были совсем не маленькие. А, чтобы продолжать и дальше действовать в этом направлении столь же эффективно, требовались еще не меньше средств. А средства-то как раз с каждым новым днем уменьшались с катастрофической скоростью. Они с Анной не работали, а просто проживали остатки когда-то заработанного. Руслан понимал, что долго так продолжаться не может. Ему придется искать заработок. О том, чтобы куда-то устроилась Анна, пока не могло быть и речи. А если он найдет работу, то на кого оставит жену? Голова Руслана пухла от вопросов, на которые пока не было ответов. Но он надеялся, что рано или поздно, он найдет правильное решение.

Руслан зажег конфорку, поставил на огонь кастрюлю с молоком, всыпал в нее горсть овсяных хлопьев. Анне по утрам требовался диетический завтрак. Пока каша готовилась, он помыл ананас и, очистив его от шкурки, нарезал тонкими ломтиками. С горечью подумал, что скоро вместо ананасов придется довольствоваться обыкновенными яблоками, а потом и вовсе отказаться от фруктов, а кашу готовить на воде. Его невеселые размышления прервал звонок в дверь. Руслан удивился, он никого не ждал. Неужели мама пришла? Наконец-то, им давно следовало бы помириться с Анной, эта бесконечная размолвка угнетает всех троих.

Руслан пошел открывать. На пороге стояла Ольга.

– Можно войти? – Ольга весело сверкнула глазами. – А почему ты дома и где Анна?

Руслан изумленно смотрел на нежданную гостью; вот уж кого он не ожидал увидеть. После пожара она сразу исчезла в неизвестном направлении. Анна пару раз спрашивала о ней, но он ничего не мог сообщить жене об ее подруге.

Ольга засыпала Руслана вопросами, но почти не слушала его ответов. У него создалось впечатления, что они ее не очень интересовали. Ее мысли были заняты чем-то своим.

Ольга прошла в квартиру, бросила небольшую дорожную сумку около кресла и по старой памяти направилась прямиком в комнату Анны. Руслан пошел на кухню, ему надо было проследить за кашей, чтобы не подгорела. Он решил, что Ольге с дороги не мешало бы попить чай. Руслан занимался готовкой и прислушивался к звукам, доносившимся из комнаты жены. Он надеялся, что встреча подруг благотворно скажется на Анне. Вдруг ей станет лучше?

Тонкий слух Руслана отмечал, что говорит пока одна только Ольга. Неужели Анна и с ней не будет разговаривать, с огорчением подумал Руслан. Вдруг до его уха донесся тихий всхлип, который в один момент перерос в бурные безутешные рыдания. Руслан кинулся в комнату жены. Анна лежала на кровати, свернувшись калачиком и, обхватив голову руками, громко стонала. Ольга стояла рядом с ней и с испугом смотрела на подругу.

Руслан подошел к ней и потянул ее вон из комнаты Анны.

Через час Ольга уже была в курсе о болезни Анны. Она сидела на кухне, пила чай с медом и с широко раскрытыми глазами слушала Руслана. Ей казалось странным и непостижимым такое совпадение в их судьбах. Как будто кто-то невидимый, но могущественный, взял и тяжелым катком в одно и то же время прошелся по их жизням. Но Ольге повезло. Она встретила человека, которого теперь просто боготворила. Ведь это он не позволил ей уйти из жизни.

Ольга стала рассказывать Руслану об Отце, о том, что в глухих таежных лесах, он основал свою общину. Он привечает в ней всех, кого этот мир использовал, изломал и безжалостно выбросил на помойку. Отец дает этим разуверившимся во всем и во всех людям надежду и возможность начать жизнь заново. Она, Ольга, это в полной мере испытывала на себе.

– А что, если вам бросить тут все и поехать со мной к Отцу? – вдруг предложила Ольга Руслану. Эта мысль озарила ее внезапно, как удар молнии. В другой обстановке, она показалась бы Ольге абсурдной и невозможной, и она не осмелилась бы даже озвучить ее. Даже и сейчас, она не была уверена, что делает правильно, предлагая Руслану такой шаг. Но Руслан выслушал ее спокойно, будто бы она говорила о чем-то вполне обычном и само собой разумеющемся и обещал подумать и поговорить с Анной, как только это станет возможным. Если она скажет да, то они приедут. Кто знает, может это поездка окажется благотворней, чем к Женевскому озеру.

2

Машина высадила их у поворота. Деревенский водитель, которого они наняли в селе, показал им рукой вперед в сторону, где зеленел лес.

– Вам туда, к этому лесу. Пройдете его, выйдите прямиком к озеру. Пойдете по берегу и там увидите их поселение.

– Вы там бывали? – спросила Анна.

– Нет, местные туда не ходят.

– Почему?

Мужчина замялся.

– Да, разное говорят про них. К тому же они чужих, как бы и не привечают. Была у них тут одна наша баба, так убежала. Говорит, там как-то все не привычно, не по-людски. Впрочем, сам не был, врать не стану. В общем, счастливо вам добраться, а у меня дела. – Мужчина многозначительно посмотрел на Руслана, тот поспешно достал из бумажника купюру и протянул ему.

Мужчина явно остался доволен достоинством купюры, быстро сел в машину и помчался назад, словно бы опасаясь за свою жизнь.

– Уверен, что он помчался прямо в магазин, – задумчиво произнес Руслан, провожая быстро удаляющуюся машину.

– Какое тебе до этого дела. Пойдем, быстрей, столько времени едем, а никак не доедем. Я устала, хочу есть, – капризно протянула Анна.

– Мы же недавно ели, – возразил Руслан.

Анна ничего не ответила. Она сама не понимала, что с ней творится. И зачем она послушалась Ольгу и притащилась за несколько тысяч километров от дома в эту глушь.

Анна шла чуть сзади мужа по узенькой тропинке. Она была так поглощена своими переживаниями и мыслями, что не смотрела по сторонам.

– Взгляни, как тут красиво! – услышала она восторженный возглас мужа.

Анна подняла голову и огляделась. Они вышли на берег озера. Огромное и идеально ровное, словно отшлифованное искусным мастером, зеркало воды простиралось на большое расстояние, уходя в неизвестность. Растущие по берегам деревья отражались в нем, как и голубое небо. И все это напоминало картину художника, нарисованную на водном холсте.

Анна посмотрела на мужа; она и не помнила, видела ли когда-нибудь на его лице столь восторженное выражение. Что это с ним, ну красивый пейзаж, но таких картинок можно увидеть где угодно. У них рядом с дачей тоже есть озеро, и в нем отражаются деревья и небо ничуть не хуже. Но почему-то тамошняя природа такого восторга у него не вызывала. Она даже не уверена, замечал ли он ее красоту.

– Да, красиво, – безучастно подтвердила она. – Но где это поселение, черт возьми?! – раздраженно буркнула Анна.

– Да вон же оно! – воскликнул Руслан. – Видишь, стоят дома.

Анна пригляделась и действительно разглядела несколько домиков. Они показались ей такими невысокими, что увидеть их сразу было не просто.

Их встретила Ольга. При виде их, ее лицо озарилось лучезарной улыбкой. Она бросилась к Анне и покрыла ее горячими поцелуями. Потом подошла к Руслану и поцеловала его в щеку.

– Отец вас уже ждет, – торжественно сообщила она.

Анна, удивленная ее интонацией, посмотрела на подругу. А Ольга сильно изменилась, мысленно отметила она, в Москве она была совсем другой – порывистой, неспокойной, бурлящей эмоциями. А тут словно бы успокоилась, стала даже немного степенной, в глазах появилась какая-то важность, чего раньше не было совершенно. Неужели это действительно место, где люди преображаются столь кардинально. Ей вдруг захотелось поскорее встретиться с этим таинственным отцом. А вдруг он каким-то чудом решит ее проблемы. Хотя как это он может сделать, никому не в силах восстановить ее салон. Разве что Богу. Но он не Бог.

Воспоминания о салоне наполнили глаза слезами, которые потекли по щекам. Ольга снова бросилась к ней и прижала к себе.

– Вот увидишь, моя дорогая, все скоро у тебя наладится. Тебе будет хорошо, даже лучше, чем в той жизни. Поверь.

– Ты в этом уверенна? – с сомнением спросила Анна.

– Да, – горячо произнесла Ольга. – Только ни в чем не сомневайся. Пойдемте, я вас отведу к нему.

В одну руку она взяла ладонь Анны, в другую – Руслана и словно маленьких детей повела их к дому.

Они оказались в небольшом доме, обставленным самой простой мебелью. Здесь было только самое необходимое, обстановку можно было даже назвать аскетичной. Отец, как называла его Ольга, сидел за столом. Когда они вошли, он не встал, но несколько мгновений пристально смотрел на каждого из них. И, встретившись с его взглядом, по телу Анны совершенно неожиданно рысью побежала дрожь.

Внезапно Отец встал, подошел именно к Анне и заглянул ей в лицо.

– Я знаю, ты никому не веришь. И мне не поверишь, что я тебе ни скажу, – вдруг быстро стал говорить он. – И правильно, вера – это слишком большая ценность, чтобы растрачивать ее на каждого, кто случайно окажется рядом. Ведь все желают, чтобы им верили. А скажите, за что? Что они сотворили, чтобы им была оказана такая честь.

Отец снова сел на стул. И внезапно улыбнулся гостям.

– Садитесь. Оленька, родная, спасибо, что привела их ко мне. А теперь мы тут сами разберемся.

Ольга ободряюще посмотрела на Анну и Руслана и вышла. Несколько секунд все молчали, Отец, казалось, был поглощен какими-то своими глубокими размышлениями.

– Я знаю, что вас сюда привело, – вдруг произнес он. – Вы находитесь в полной уверенности, что ваша жизнь потерпела крах, что все, чем вы занимались, сгорело за несколько часов, оставив вас не только без средств к существованию, но без цели и надежд. И что впереди лишь мрак и беспросветность.

– А разве не так? – В голосе Анны невольно прозвучал вызов.

Отец снова улыбнулся, на этот раз грустно и сочувственно.

– Душа человека, его сознание окутаны плотной паутиной заблуждений. И пока мы барахтаемся в ней, то обречены на несчастья. Успех, слова, деньги – это все лишь приманки и козни дьявола. Они очень привлекательны, но крайне ненадежны. Иногда достаточно одной не потушенной сигареты, чтобы от всей этой блестящей мишуры ничего не осталось.

Анна невольно вздрогнула, картина сгоревшего салона необычайно ярко вспыхнула в ее сознании. Эта реакция не прошла без внимания Отца.

– С вами все в порядке? – заботливо спросил он.

– Да, – ответила Анна.

Отец неожиданно взял Анну за руку.

– Я знаю как вам тяжело. Конечно, вы не поверите в то, что я скажу, но мое сердце обливается кровью, когда я смотрю на вас. Вы созданы для большого счастья, а вместо этого вы глубоко несчастны. Но что такое несчастье, как вы думаете, дорогие мои? – Отец посмотрел на Анну, затем на Руслана.

– Несчастье, это когда очень плохо, – раздраженно произнесла Анна. Вопрос ей показался ужасно банальным.

– А вы как думаете, Руслан? – поинтересовался Отец.

– Я не знаю. Наверное, Аня права. Хотя не уверен, что до конца. Возможны другие варианты. Вы думаете по-другому?

Отец вдруг встал и прошелся по комнате.

– Несчастье – это всегда только одно – заблуждение. И больше ничего. Людям кажется, что для несчастья есть тысяча причин. А на самом деле оно всегда возникает только по одной – человек идет чужим путем. Если человек идет своим путем он просто не может быть несчастливым. Миллионы людей идут не свой дорогой.

– И, по-вашему, все они несчастны? – прервала его Анна.

– Вопрос лишь времени. Вы тоже испытывали какое-то время счастье. Но зазвучал колокол судьбы – и все мгновенно исчезло в огне пожара. – Отец вдруг склонился над Анной. – Никто не знает, где и когда пробьет роковой час! Да, некоторые избегают услышать этот трубный глас, и уходят из жизни с иллюзией, что прожили ее замечательно. Но не всем это удается. Вас избрали для другого пути.

– За что же нам такая честь? – желчно спросила Анна.

– Поверьте, нет смысла задаваться таким вопросом, на него все равно не будет ответа. Но мне дано знать, почему выбор пал именно на нас. И это замечательно!

– И что же тут замечательного? – спросила Анна.

– Бог обратил на вас внимания, он выделил вас из серой массы. Он дал вам знак, чтобы вы вступили на другой путь.

– И что это за путь? – на этот раз спросил Руслан.

– Это ваш путь. Понимаете?

– Если честно, не совсем, – произнес Руслан.

– У каждого человека есть свой путь. Не тот, которым мы идем, подчиняясь трафаретам общества, а подлинный, истинный. Выйти на него невероятно сложно. Но если это происходит, человек испытывает подлинное счастье. И даже не счастье, а блаженство. И вам дали знак, что вы предназначены для того, чтобы его испытать. Спросите Олю, когда я впервые увидел ее, она хотела покончить собой. А сейчас это сияющее облако бесконечной радости. Все ее прежние беды испарились, как дымка с нашего прекрасного озера, которая его окутывает поутру. И с вами однажды случится то же самое. Вы вдруг почувствуете, что все прежнее – наносное. А потому тяжесть упадает с ваших плеч. И вы ощутите небывалую легкость. – Рука Отца легка на плечо Анны. – И вам станет так хорошо, что вы воспарите высоко, высоко. – Он снова сел. – Вижу, я вас утомил. Давайте на этом закончим нашу первую беседу. Оля покажет ваш дом, посмотрите наши окрестности, вы увидите, как тут красиво. Только там, где по-настоящему красиво, человек способен обрести свой путь.

3

Выходные Балтин не любил. От вынужденного безделья он не знал, чем занять себя. Когда-то Балтин пробовал назначать приемы своим пациентом эти дни и сразу одним выстрелом убивать двух зайцев. Но, как показала практика, люди не любили тратить свободное от работы время на лечение. Они предпочитали проводить его в кругу семьи или посвящать его более приятным делам, нежели самосовершенствование своей души. Вот и сегодня, в очередной выходной, Балтин маялся, не зная, куда приткнуть себя.

Вконец измучившись, он решил прогуляться по ближайшему парку. Раньше этот парк был самым заурядным небольшим островком зелени среди серых бетонных коробок окружающих его домов. Но последние два года его территория подверглась большим изменениям. Власти решили превратить ее в зону отдыха горожан и сильно преуспели в этом направлении. Для начала парк основательно почистили и убрали сухостой, установили вдоль дорожек резные деревянные скамейки, разбили цветники, в нескольких местах соорудили детские площадки. Для любителей посидеть за столиком кафе, построили небольшой ресторанчик с летней верандой, где очень вкусно и недорого готовили. Балтин иногда заходил туда, брал что-нибудь поесть, когда надоедали пельмени из пачки или котлеты-полуфабрикаты.

Балтин уже обувался, когда раздался звонок телефона. Звонила Маргарита. Она была явно чем-то расстроена.

– Вадим, у нас проблемы. – Маргарита горько вздохнула, – вся надежда только на тебя.

– Ты же знаешь: твои проблемы – мои проблемы, так что давай, не стесняйся.

– Между прочим они касаются тебя непосредственно, – отчего-то разозлилась Маргарита. – Гений собирается бросить институт!

– Этого и следовало ожидать. Я же говорил тебе, что это не его путь, но ты и слушать меня не хотела. Как же, когда этот институт благословил сам Трегубов.

– Перестань! Сейчас не до разборок. Надо спасать положение. Гений едет к тебе. Объясни ему, что это не надо делать.

– А вы разве не сумели объяснить?

– Он уперся и никого не слушает, если и ты не найдешь веских аргументов, его заберут в армию! – Голос Маргариты завибрировал в трубке на таких высоких нотах, что Балтин отодвинул ее подальше от уха, чтобы не быть вконец оглушенным.

– Хорошо я постараюсь.

– Постарайся, я тебе потом перезвоню.

Балтин решил дождаться Гения внизу около подъезда, а потом прогуляться вместе с ним по парку. Он спустился на улицу и сел на скамейку. Погода начинала портиться. Налетел ветер и нагнал облаков. Казалось вот-вот пойдет дождь. Когда подошел Гений, о прогулке уже не могло быть и речи. Начал накрапывать мелкий дождичек.

Балтин предложил сыну посидеть в ресторанчике, а то у него дома шаром покати. Гений не привередничал и уже через десять минут они сидели в уютном зале, за столом, накрытым белой крахмальной скатертью. Молодая официантка, зажгла на их столе свечу и приняла заказ. Балтин взял зразы из баранины с овощами, большой стакан пива и к нему креветок. Гений попросил мороженое, апельсиновый сок и десерт с клубникой. Балтин одобрил его выбор. Хотя сам в его возрасте, Балтин уже предпочитал более крепкие напитки, о чем он благоразумно промолчал.

– Как дела в институте? – начал Балтин, делая вид, что не в курсе планов сына.

Гений, с аппетитом уплетающий мороженое, перестал есть и отложил в сторону ложечку. Кажется, у него сразу пропал аппетит.

– Пап, мне там не нравится.

– Я тебя предупреждал, чтобы ты десять раз подумал, прежде, чем идти в медицинский.

– Ты же сам знаешь, почему я туда поступил, – насупился сын.

– Знаю, но что это меняет, если тебе там не нравится.

– Мама хочет, чтобы я был врачом.

– Значит, будешь, – стараясь казаться бесстрастным, обронил Балтин. – Ешь, а то мороженое растает.

– Как у тебя все просто, – вздохнул Гений и без энтузиазма погрузил ложечку в вазочку с мороженым.

– А жизнь вообще предпочитает простоту, а не сложность. Если хочешь найти правильное решение из нескольких вариантов, выбирай самое простое – не ошибешься.

– Моя проблема совсем не простая, – тяжело вздохнул Гений, – я хочу бросить институт.

– Бросить не проблема, а что дальше?

– Буду поступать куда-нибудь.

– Куда?

– Пока не знаю. – Гений сосредоточенно поедал остатки мороженого, как будто надеялся на дне вазочки найти ответ в каком направлении ему стоит определяться. – Что ты мне посоветуешь? – поднял сын глаза на отца.

– Ничего. Учиться дальше.

– Ты сам себе противоречишь.

– Объясни, – не понял Балтин.

– Ты говорил, что надо идти всегда самым легким путем, так как именно в этом случае пройдешь самое большое расстояние. Вот я его и выбираю – хочу бросить институт. Это гораздо легче, чем через силу учиться дальше.

– Это смотря что понимать под легким путем. – Балтин в упор посмотрел на сына. – Ведь твоя задача в чем? Получить высшее образование. Я правильно понимаю? Ты ведь сейчас еще не можешь сказать, кем хотел бы быть в этой жизни.

– Да.

– Ну, так вот мой, дорогой сын, проще, как раз не бросить, а продолжать учиться дальше. В противном случае тебе придется на следующий год искать другой институт, готовиться в него, поступать снова. А ведь еще не гарантия, что поступишь. И тогда снова все по новой. А вдруг тебе и там не понравится. Опять придется бросать и искать новый. Где ж тут простота. Что ты скажешь на это, сын, – он хотел знать его ответ немедленно.

Гений, насупившись, молчал.

– Кажется, ты прав, – угрюмо буркнул Гений.

– Да не смотри ты волком на меня, – улыбнулся Балтин, – медицинское образование не такое уж и плохое. Тебя никто быть врачом не принудит, если не захочешь.

– И что я буду делать с дипломом медика?

– С дипломом медика можно много чего делать, поверь мне. Можно уйти на административную работу или в бизнес, как сейчас модно.

– Причем тут бизнес и медицина? – Гений удивленно посмотрел на родителя.

– А ты, что думаешь в медицинской сфере нет бизнеса? Еще как есть. Ты можешь заняться куплей продажей медоборудования или лекарств. Или вообще, плюнешь на бизнес и займешься наукой. Будешь преподавать в институте, станешь профессором. Я тебя убедил?

– Вроде да, – Гений придвинул к себе тарелку с десертом и с удовольствием принялся поглощать его.

Балтин вздохнул с облегчением. Теперь можно было заняться креветками. И все же полной уверенности в том, что он поступил правильно, у него не было.

4

– Ты молодец, – Маргарита улыбнулась Балтину. – Гений больше не бунтует и обещает продолжить учиться дальше. Ты легко находишь с сыном общий язык, легче, чем я.

– Тебя это беспокоит?

– Нет. – Маргарита безразлично отвела взгляд в окно.

– Вижу, что беспокоит.

– От тебя ничего не укроется, – Маргарита недовольно повела плечами. – Ну, разве что чуть, чуть.

– Странно. С чего бы это? Радоваться надо, что есть я, который легко улаживает проблемы с нашим сыном.

– Ты не понимаешь, – взгляд Маргариты стал очень серьезным, – для любой матери очень важен контакт с ее ребенком.

– Который еще начался в утробе? – усмехнулся Балтин.

– Зря смеешься. – Глаза Маргариты потемнели, а губы сжались в тонкую нить. – Любая мать за своего ребенка горло перегрызет кому угодно.

– Даже отцу ребенка? – Балтин с интересом ожидал ответа.

– Даже отцу ребенка, – на полном серьезе ответила Маргарита.

– Ничего себе, – Балтин присвистнул – Надо будет с тобой поосторожней. Хорошо, что этот разговор состоялся. Буду теперь знать, что можно ожидать от матерей.

– Ну, если ты до сих пор этого не знал, мир бы нашел способ разъяснить тебе это.

– Хотел бы я знать, как бы он это сделал? Не подскажешь?

Балтину не удалось услышать ответ Маргариты. Требовательный и настойчивый звонок в квартиру прервал их диалог.

Балтин открыл дверь и впустил гостью. Вошла дама явно пенсионного возраста, которая отчаянно хотела выглядеть моложе. Ее глаза были густо подведены тушью, а рот алел ярко красным цветом. Волосы женщины были стянуты в высокий конский хвост на затылке, который подошел бы больше к лицу девочке школьнице или студентке. На даме были узкие джинсы в обтяжку с заниженной талией, перехваченные широким ремнем с огромной пряжкой со стразами.

Слава богу, что она не додумалась одеть к такому наряду короткую маечку, подумал Балтин.

– Чем обязан? – Балтин доброжелательно улыбнулся.

Дама поднесла к глазам платочек и аккуратно промокнула набежавшую слезу пальчиками с ярко наманикюренным ногтями.

– Меня зовут Римма Викторовна, – представилась дама, – у меня несчастье, можно сказать горе.

– Вы проходите, пожалуйста, садитесь, вот сюда. – Балтин провел даму к креслу перед журнальным столиком, сам утроился напротив. – Мы вас внимательно слушаем.

– Мое дело очень деликатное, – дама замялась и бросила обеспокоенный взгляд на Маргариту.

– Это моя коллега, – поспешил успокоить свою посетительницу Балтин, – Она часто помогает мне вести пациентов.

– Извините, вы должны меня понять, у меня такое горе, – дама снова поднесла платочек к глазам, – мой мальчик, мой сын погибает.

– Что с ним? – спросил Балтин. – Если его проблема чисто медицинского характера, то я вряд ли смогу быть вам полезен.

– Нет, – качнула головой Римма Викторовна, – мой мальчик здоров, но его забрали от меня и, если вы не вмешаетесь, то я навсегда лишусь сына. Может быть, даже никогда его не увижу.

– Объясните поподробней, кто забрал, куда и зачем? – попросил Балтин.

– Невестка, жена его, – слезы Риммы Викторовны мгновенно высохли, а глаза полыхнули такой злобой, что Балтину стало не по себе. – Змея подколодная. Она увезла моего сыночка на край света. В Тмутаракань, в Сибирь.

– Не вижу тут никакой катастрофы, когда-то же они вернутся. Да и в Сибири люди живут, многие неплохо.

– Вы не понимаете, – трагическим голосом воскликнула Римма Викторовна, – она увезла его насовсем, в какое-то поселение.

– Расскажите все по порядку, – попросил Балтин.

В следующие полчаса говорила только Римма Викторовна. Она подробно и живописно, не жалея красочных эпитетов и драматических жестов, описала, как ее горячо любимый сыночек Руслан Бекетов из преуспевающего бизнесмена в одночасье, по воле случая, вернее безалаберности своей жены, превратился в безработного и нищего. Вместо того, чтобы бороться и как-то выбираться из этой тяжелейшей ситуации, Руслан опустил поводья и поехал на край света за своей женой, чтобы там окончательно погибнуть.

– Но ничего у нее не выйдет, – подвела итог своему эмоциональному рассказу Римма Викторовна, – она просчиталась и не учла, что у Руслана есть мать! А мать за своего сыночка, кому угодно горло перегрызет. – Глаза Риммы Викторовны снова недобро блеснули.

Балтин при этих словах своей посетительницы выразительно посмотрел на Маргариту. Маргарита слегка улыбалась ему кончиками губ. Балтин хорошо знал значение этой улыбки. Она транслировала ему: я же говорила тебе, если ты до сих пор не знал, что можно ожидать от матерей, то мир найдет способ разъяснить тебе это. И он нашел. Причем, все произошло в полном соответствии с твоей теорией.

– Ты, была права, как всегда, – проговорил Балтин, обращаясь к Маргарите.

– Что, что вы сказали, я не совсем понимаю, – Римма Викторовна растерянно посмотрела на Балтина.

Теперь пришла очередь ему извиняться.

– Извините, Римма Викторовна, это мы о своем. – Балтин встал с кресла. – Ваша проблема кажется мне вполне разрешимой. Я берусь за это дело.

– Римма Викторовна вскочила с кресла, как молоденькая, и стала горячо благодарить Балтина. А теперь расскажите поподробней о вашем сыне, его жене и ваших с ними отношениях. Только очень прошу, говорите правду, это в ваших интересах, – попросил он.

5

После того, как Римма Викторовна ушла, Балтин и Маргарита какое-то время молчали. Затем Балтин встал, прошелся по комнате.

– А знаешь, эта история, пожалуй, может быть даже очень интересной, – вдруг проговорил он. – Как ты полагаешь?

Маргарита, почувствовав подвох в словах бывшего мужа, настороженно взглянула на него.

– По-моему, случай ничуть не интересней, чем многие другие. Люди попали в тяжелую ситуацию, и тщетно ищут выход из нее. Если отвлечься от частностей, разве не этим мы все только и занимаемся.

– От частностей, как раз отвлекаться не надо, в них-то вся соль, ключ к решению в любой ситуации. Мне казалось, что для тебя это давно аксиома.

– Предположим, ты прав, – не слишком охотно согласилась Маргарита. – Но что из этого вытекает?

– Большая река вытекает из маленького источника. Но если человек не знает, что из него получится дальше, он так и будет думать, что он так и останется ручейком на всем его протяжении. И будет вести себя соответственно. Меня не отпускает ощущение, что мы тут столкнулись с большим и сложным явлением.

– Предположим. И что за этим кроется?

– Помнишь один из главных постулатов моей теории: всегда существует выбор вариантов. Но сделать этот выбор – одна из самых сложных задач, с которой сталкивается человек. И этим пользуются разного рода проповедники, которые нередко раз и навсегда под предлогом помощи и исцеления от духовных недугов закрывают выход к этим возможностям. Вредней людей просто не существует, они паразитируют на сложностях человеческого бытия. – Балтин о чем-то ненадолго задумался. – Такое ощущение, что нас ждет серьезный противник.

– Нас? – удивилась Маргарита.

– Разве тебе не интересно сразиться с таким человеком, разобраться в такой непростой ситуации?

– Постой, постой, я что-то не совсем понимаю, как ты себе это представляешь. Этот твой достойный противник находится в нескольких тысячах километрах отсюда. И как ты собираешься с ним сражаться? Писать письма, слать телеграммы?

– Даже странно, что ты задаешь вопрос, на который ответ столь очевиден. Надо ехать туда, к ним. Другого пути нет.

– В таком случае, счастливого пути. – Маргарита встала. – Извини, у меня еще столько дел.

– Дел всегда много, поэтому их и не стоит даже начинать делать. За исключением одного – готовиться к отъезду.

Слова Балтина догнали ее у двери. Вместо того, чтобы открыть ее и выйти из квартиры, она остановилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Всего лишь твою диссертацию.

– Помнится, ты говорил, что не испытываешь восторг по поводу моей темы.

– Тема замечательная, вот только материал ты для нее черпаешь из плохих источников. А ведь можно сделать настоящую бомбу, которая взорвет весь научный мир. Разве это не та цель, ради которой стоит приложить максимум усилий.

– А почему ты уверен, что это будет именно бомба, а не маленькая граната, взрыв которой никто и не заметит.

– Некто создает свою общину, подчиняет себе людей. Тем самым создает мощный поток, в котором будут поглощены судьбы многих людей. Разрушить его – вот задача для настоящего исследователя. Этот опыт будет полезен для всего мира, так как сегодня он все больше опутывается такими нитями. Стремительно сужается пространство свободы, хотя все о ней только и говорят.

– И ты собираешься противостоять этому сужению, – насмешливо произнесла Маргарита.

– Для меня это, прежде всего, научная задача. Просто она совпадает в некоторых своих аспектах с главной задачей человечества. И если мы окажемся в этом таежном поселении, то приобретем опыт, который есть пока у немногих. К тому же у этого вопроса существует еще одна немаловажная грань.

– И что за грань? – мгновенно насторожилась Маргарита.

Балтин подошел к ней почти вплотную и взял за руку.

– Мне там будет трудно без тебя.

– С этого бы и начинал. А то диссертация, диссертация.

– Иногда я совершаю непростительные ошибки.

Маргарита глубоко вздохнула.

– А, в общем, про диссертацию ты действительно прав. Я пойду. – Она отворила дверь и вышла из квартиры.

– Ну, мы же с тобой так ничего не решили, – крикнул вдогонку Балтин.

На секунду Маргарита обернулась.

– Ну, это ты ничего не решил. – Дверцы лифта захлопнулись, и он повез ее вниз.

Маргарита ехала домой с тяжелым сердцем, в какой уж раз ей предстоял трудный разговор с мужем. За последние пару лет их было немало, и можно было бы уже и привыкнуть. Но на этот раз она предвидела, что он будет особенно сложным и тягостным. Иногда она даже думала, раз у них систематически возникают подобные ситуации, не стоит ли им в таком случае разойтись. Но это значит, что снова придется начинать все сначала, а она уже привыкла к стабильности. При всех недостатках Игоря у него есть одно очень привлекательное качество – он невероятно надежен. К нему более чем к кому-либо подходит выражение: как за каменной стеной. Правда, подчас за такой стеной бывает не очень и сладко, хочется разбить ее, ну, в крайнем случае, проделать небольшое отверстие и вылезти на свободу. И как раз сейчас ей придется прорубать в этой толстой кладке дырку.

6

Трегубов был дома. Он сидел за компьютером и что-то писал. Несколько мгновений Маргарита смотрела на него. Он почувствовал ее взгляд и поднял голову.

– Как хорошо, что ты пришла. А я проголодался. – Маргарита знала эту особенность мужа – даже если он будет умирать от голода, все равно не станет ничего готовить. Вот еще одна проблема, как его оставить, если он не желает себя обслуживать. Одна надежда на Гения, по крайней мере, она предусмотрительно научила сына делать самые простые блюда.

– Да, мы сейчас поужинаем. Только сначала поговорим.

Трегубов пристально посмотрел на жену.

– Хочешь испортить мне аппетит?

– Что-то вроде этого.

– А может, сначала поедим, а уж потом ты мне его испортишь, – предложил Трегубов.

Наверное, так действительно было бы лучше, подумала Маргарита, но ей слишком хотелось покончить с этим неприятным делом как можно скорей.

– Отсрочка от трапезы будет недолгой. А знаешь, пойдем в кухню, я буду готовить и говорить одновременно. Не правда ли хорошее решение.

Маргарита разделывала курицу и посматривала на мужа. Он же терпеливо ждал, когда она начнет обещанный разговор.

– Я хочу тебе сказать, Игорь, что мне придется уехать на некоторое время, через несколько дней. – Маргарита посмотрела на мужа, желая узнать его реакцию.

– Что-то подобное я и предполагал, – пробормотал он. – И далече?

– На этот раз далече, в Сибирь.

Трегубов молчал, думая о чем-то своем.

– Могу предположить, что ты едешь не одна. И даже могу предположить, с кем. Снова на горизонте появился наш друг Балтин.

– Да, это он, – подтвердила Маргарита. Как раз в этот момент она завершила разделку курицы и бросила ее куски на сковороду. То, что муж воспринял ее слова спокойно, не очень радовало Маргариту, она не исключала, что это затишье перед бурей. Ей ли не знать, что нелюбовь нынешнего мужа к ее прошлому мужу выходила за все разумные пределы.

– И надолго вы собираетесь в вояж?

– Это невозможно сказать заранее. Придется взять на работе полноценный отпуск. Но поверь, это стоит того. – Маргарита подробно стала пересказывать историю, поведанную Риммой Викторовной.

– То, что ты хочешь делать, это полное безумие, – тихо, но очень отчетливо произнес Трегубов.

– Что тут безумного? Просто работа на пленере. – Маргарита стала чистить картошку.

– Это может быть очень опасным делом.

– Не думаю. Наша работа вообще связана с некоторым риском. На меня уже несколько раз нападали пациенты. Но, как видишь, жива и даже блистаю красотой.

– Мне непонятен твой юмор.

– Что ж тут непонятного, это очень интересный случай. И я не могу его упустить.

– Так и слышу его интонации, – желчно произнес муж.

– Причем тут его интонации. Или ты считаешь меня ребенком, не способным принимать самостоятельные решения? Я все тщательно обдумала. Это шанс для моей диссертации. Ты видишь, как тяжело она складывается. Потому что нет настоящего материала. А тут он сам в руки плывет. Как ученая, я не могу пройти мимо такой возможности. И ты, будучи моим коллегой, должен меня понимать, как никто другой. – Маргарита поставила вариться картошку. – Пятнадцать минут – и мы будем есть, – объявила она радостную весть.

– Мне, честно говоря, уже и не хочется.

– Зачем же я тогда старалась, – делая вид, что огорчилась, проговорила Маргарита.

– Возьмешь еду в дорогу, – произнес муж и вышел из кухни.

Маргарита в задумчивости села на табурет. Вот и поговорили. Разрешение она не получила, но и запрета не последовало. Придется уезжать в ситуации полной неопределенности в их отношениях. Но это все же лучше, чем, если бы они откровенно поссорились. Или хуже? Она так и не пришла к окончательному мнению. Ну и ладно, пусть будет так, как будет.

Внезапно она вскочила и бросилась к плите. Ну вот, курица подгорела. А муж терпеть не может ничего подгорелого. Для него это хуже яда. Одно радует, что он не стал есть. Да и у нее что-то пропал аппетит. Одна надежда, что все это скушает Гений. У него с аппетитом слава богу пока все в порядке.

7

Было уже довольно поздно, когда Маргарита позвонила в дверь квартиры Балтина. Увидев ее, он не стал скрывать удивления.

– Вот не думал, не гадал, что придешь сегодня.

– Почему?

– Все же последний день в семье.

– Считай, что последний день в семье у меня был вчера.

– Ну, тогда проходи, гостем будешь, – засмеялся Балтин.

Они прошли в комнату. Маргарита внимательно огляделась вокруг.

– Ты уже собрался? – спросила она.

– Да, – кивнул Балтин, на лежащую на полу сумку.

– А могу я проверить, что ты туда напихал. По прежним годам я помню, что ты берешь много лишнего и мало необходимого.

– Пожалуйста, – пожал он плечами. – Хотя ты права, в этом я уж точно не изменился.

Следующие полчаса были заняты тем, что Маргарита сначала внимательно изучила содержимое сумки, затем половину вещей решительно отодвинула в сторону. Подойдя к шкафу, стала рыться в нем, затем тщательно сложила стопку из отобранной одежды.

– Не возражаешь, если ты возьмешь эти вещи и оставишь те, что я извлекала из сумки? – проговорила Маргарита.

– Что бы я без тебя делал. – Балтин даже не стал смотреть, что конкретно отобрала бывшая супруга.

– Давно бы пропал. Не могу представить, как ты обходишься без жены. Ты из тех мужчин, которые не в состоянии существовать самостоятельно. Может, тебе заодно и ужин приготовить.

– Спасибо, я уже поел. Ты сегодня что-то подозрительно заботлива.

Маргарита, словно подтверждая только что высказанный тезис, кивнула головой.

– Я волнуюсь. Такой поездки в моей жизни еще не было.

Балтин подошел к ней и взял за руку.

– У меня предчувствие, что все будет нормально. Но все будет очень непросто. С таким вызовом мы еще не сталкивались. У меня очень странное ощущение: я еще не знаю этого человека, ни разу его не видел, но уже его чувствую.

– И что ты чувствуешь? – не без тревоги поинтересовалась Маргарита.

– Это умная и опасная личность. Ради своих целей он готов если не на все, то на многое. Согласно моей теории – это типичный диктатор, он пытается всех людей заставить плыть в одном потоке. И делает все от себя зависящее, чтобы они из него никогда не вышли. Нам предстоит нелегкая борьба.

– Вот это-то меня и тревожит. Как он нас воспримет? А если сразу почувствует в нас врагов. Тогда наша задача на порядок осложнится. Если вообще станет возможной.

– Именно я об этом и думаю весь сегодняшний день. К сожалению, мы почти не знаем о нем ничего. А неплохо бы знать о нем все. Ну, почти все. Я перелапатил едва ли не весь Интернет – и ничего. Просто поразительно. Раза два наткнулся на его фамилию, нашел его сайт, но это почти не дало никакой информации. И это плохо. И где ее взять, не представляю.

Маргарита задумалась.

– Недавно я лечила одного довольного крупного чина из федеральной службы безопасности. До этого несколько врачей не смогли ему помочь, а мне удалось. В благодарность он предложил мне обращаться к нему, когда возникнут проблемы. Я так понимаю, что сейчас они возникли.

– Было бы здорово, если бы он что-нибудь нам поведал ценное.

– Я свяжусь с ним, – пообещала Маргарита.

– И в самом деле, чтобы я без тебя делал? И это даже очень кстати. – Балтин посмотрел на Маргариту. – Нам придется разыгрывать перед ним и перед остальными мужа и жену. Иначе как объяснить, почему мы приехали вместе.

Маргарита думала не больше нескольких секунд.

– Ты прав, в этом есть свой резон. Следовательно, я вынуждена согласиться. Что еще?

– Нам нужна легенда, почему мы туда приехали.

– Согласна. И что за легенда?

– Чем ближе она к реальности, тем нам легче будет ею следовать. Ты изложишь ему нашу теорию, только скажешь, что я не сумел реализовать ее на практике, потерпел полное фиаско. В итоге запил, даже стал принимать наркотики. – Балтин достал из кармана небольшой пакетик. – Для достоверности я тут кое-что прикупил. Можно даже попробовать, хорош ли товар?

– Ты с ума сошел? – воскликнула Маргарита.

– Ну как хочешь, – спрятал пакетик Балтин в карман. Главное, убедительно все разыграть. Уж извини, но придется тебе притвориться очень любящей женой. Иначе возникнут подозрения.

– С этой ролью я как-нибудь справлюсь. Вспомню, далекое прошлое. Все будут мне сочувствовать, что у меня такой неудачник муж.

– Тогда я спокоен.

– Рада за тебя. А вот я… – Маргарита не договорила. – Пожалуй, пойду. Вроде бы все что могла, на сегодня сделала.

– И даже больше, – заверил Балтин. – Это здорово, что ты у меня есть.

– Не подлизывайся. Я все и давно про тебя знаю. Не опоздай на самолет.

Маргарита двинулась к выходу.

8

Маргарита и Балтин медленно шли по поселку, оглядываясь по сторонам. То, что они наблюдали, не слишком впечатляло: старые, неухоженные дома смотрели на мир сквозь мутные стекла. Правда, было довольно чисто. И все же…

– Да, не слишком приятное зрелище, – оценила увиденное Маргарита. – Такое ощущение, что тут долго было все заброшено, а потом заселились люди, попытались все восстановить, но из этого мало что вышло.

– Даже если это и так, что из этого, – пожал плечами Балтин. – Насколько мне помнится, мы ехали не на модный курорт. И наша задача не отдыхать, а работать. Так что надо радоваться любым условиям.

– Я и радуюсь, – отозвалась Маргарита. – Просто у меня своя манера радоваться.

– Знать бы, куда нам идти? – вслух подумал Балтин. – Кого бы спросить?

– Вот ее и спроси, – показала Маргарита на идущую им навстречу молодую женщину.

Но спрашивать ни о чем им не понадобилось. Молодая женщина обратилась к ним сама.

– Добрый день! Вы, наверное, Вадим и Маргарита. А я Ольга. Отец попросил Вас встретить и проводить к нему.

Пока они шли к Отцу, Балтин внимательно разглядывал Ольгу. Она произвела на него благоприятное впечатление, от нее веяло доброжелательностью. К тому же она была явно в хорошем настроении. А значит, пребывала в теплом южном потоке. Следовательно, не все тут ужасно, раз кто-то находится в нем.

– Вы давно здесь? – поинтересовался Балтин.

– Несколько месяцев, – ответила Ольга.

У Балтина были к ней еще целый ворох вопросов. Но задать он их не успел. Ольга остановилась возле одного из домов.

– Тут живет Отец. – В ее голосе послышалось почтение. – Подождите секунду, я скажу о вас. – Ольга исчезла в доме и вернулась через минуту. – Проходите. Мы еще с вами увидимся. – Она улыбнулась и ушла.

Маргарита и Балтин посмотрели друг на друга. Затем Балтин кивнул головой, и они вошли в дом.

В скромно обставленной комнате за столом сидел мужчина. Его лицо поразило Балтина своим жестким выражением. Он смотрел на них так, словно видел перед собой врагов, с которыми предстоит непримиримая битва. Впрочем, буквально через пару мгновений оно изменилось, стало спокойней и мягче.

– Я вас приветствую у нас, – произнес он. – Вы приняли очень важное для себя решение. Надеюсь, вы не пожалеете, что оказались здесь. Однако вас ждут непростые времена. Вы понимаете, что приехали не на отдых?

– Для отдыха мы бы выбрали другое место – честно произнесла. Маргарита – К тому же мне и моему мужа сейчас совсем не до отдыха.

Отец одарил женщину долгим, изучающим взглядом.

– Я понимаю. – Его голос вдруг зазвучал проникновенно. – Из переписки с Вадимом Аркадьевичем я понял, что в вашей семье возникли серьезные проблемы.

– Поэтому мы и здесь, – произнес Балтин. – Я понимаю, что должен быть с вами абсолютно откровенным. Иначе наше тут пребывание окажется напрасным.

– Вы правы, именно этого я требую от всех, кто находится здесь. Это мое основополагающее условие. Так что же с вами произошло?

– Я потерпел крах, то, что я создавал на протяжении многих лет, оказалось несостоятельным. Это стало для меня огромным ударом. Но самое печальное то, что я не нахожу внутри себя сил оправиться от него. Это лишь с виду у меня вроде бы все в порядке, но знали бы вы, что творится у меня внутри…

– Я знаю, я очень хорошо знаю. Если бы не знал, я бы не стал тем, кем являюсь сейчас. Помогать страждущим, тем, кто заблудился в густом лесу жизни, и есть мое призвание.

– Одна надежда на вас, Отец, – проникновенно произнесла Маргарита. – Мы так измучились. Какие способы только не перепробовали, чтобы выйти из этого ужасного состояния. Наркотики… – Она замолчала, ее глаза увлажнились. – Жить в таком кошмаре невыносимо. Никому не пожелаю.

Маргарита уже не в первый раз поймала на себе пристальный взгляд Отца.

– Страдания нам даются не напрасно, – проговорил он, – их цель – наше перерождение. Они указывают, что тот путь, которым мы шли, был ошибочным.

– Может, вы и правы, – хмуро проговорил Балтин. – Но что следует из этого?

– Многие люди, видя ошибочность своего пути, пытаются как-то изменить свою жизнь, нащупать новую дорогу. И почти ни у кого это не получается. Через некоторое время выясняется, что новое направление приводит к прежней ситуации. У человека возникает чувство, что он в порочном кругу, из которого нет выхода.

– А он есть? – спросила Маргарита.

Отец повернулся к женщине.

– Выход всегда есть. Проблема в другом, как найти его?

– И как?

– Многим кажется, что для этого есть множество возможностей. И это одно из самых распространенных людских заблуждений. На самом деле, есть лишь одна возможность. – Отец многозначительно замолчал. Молчали и вновь прибывшие.

– Что же это за возможность? – поинтересовалась Маргарита, понимая, что именно такого вопроса он и ждет.

– Каждый новый путь можно начать при условии, что вы только заново родившись. Невозможно начать другую жизнь, как этого хотят многие, сохранив все то, что было в предыдущей жизни. Полное забвение ее – вот залог того, что не повторится то, что уже было однажды. Причем, второе рождение должно быть более чистым, чем первое.

– Что вы имеете в виду? – спросил Балтин.

– Первое ваше рождение – это рождение бессознательное, от вас абсолютно не зависящее. Вы появляетесь на свет, неся огромный груз прошлых жизней. И первая ваша жизнь – это по сути дела проживание чужих судеб, разгребание запутанного клубка чужих кармических нитей. И потому зачастую от вас мало зависит. Отсюда так много жизненных неудач, так много разочарований. И неудивительно, раз мы проживаем чужие жизни, точнее мучаемся от их последствий. Даже если вам сопутствует успех, то очень часто он оставляет горький осадок. Скажите, вас не посещало чувство, что даже тогда, когда к вам приходила удача, что она то ли не ваша, то ли не совсем заслуженная. И радость от нее была не столь уж и велика.

– Да вы правы, именно так со мной и было. Но я не понимал, откуда происходит это чувство. И всегда удивлялся ему. Но теперь у меня начинает кое-что проясняться.

На лице Отца промелькнула и тут же погасла улыбка.

– Очень ценно, что вас посещали подобные ощущения. Это увеличивает ваш шанс на второе рождение. Те, кто этого не понимают, зачастую оказываются не способны на него. А именно оно и есть главное в жизни. Рождение, в котором у вас нет груза прошлого, это рождение вашей подлинности, вашего истинного я. Рождение во взрослом человеке ребенка, способного вступить на свой истинный путь. Вы готовы к этому?

Балтин и Маргарита переглянулись.

– Да мы готовы, – ответила за них двоих Маргарита. – Мы рады это услышать. Мы ждали этих слов, хотя и не знали, как они прозвучат. Когда у моего мужа возникли неразрешимые проблемы, мы стали искать выход, читали разные теории. Но, ни одна не заставила нас вздрогнуть, забиться сердцу сильней. И вот сегодня это случилось! Я права, Вадим?

– Да, Маргарита. У меня появилась надежда впервые за последнее время. Само провидение нас сюда привело. Мне бы очень хотелось обсудить с вами, Отец, подробней ваше виденье ситуации.

– А для чего вы тут, мы все обязательно обсудим и ни раз. Я помогу вам пережить рождение. Я убежден, что человек обязан родиться второй раз, но уже по собственной инициативе. – Отец замолчал, внимательно окинув взглядом каждого из них. – Мне кажется, я вас немного утомил. Сейчас вас проводят в ваш дом. А вскоре мы снова встретимся.