Цитаты из книги «KGBT+ (КГБТ+)», страница 21

Said the straight man To the late man: «Where have you been?» I’ve been here and I’ve been there, And I’ve been in between. King Crimson

российский авторитаризм отличается от западной демократии тем, что в России люди точно знают, кто имеет их сзади, а на Западе населению не сообщают даже этого, показывая какихто роняющих микрофон негров и играющих в гольф блондинов. Но есть одно обстоятельство, которого классик не упомянул. В России и близких ей по вектору евразийских смыслократиях каждая серьезная смена караула сопровождается конфискацией сбережений.

– Многие принимают меня за идиота, которому подобная констатация льстит, – вздохнул барон. – Знаете, давным-давно в детстве мне попался фантастический рассказ о человеке, всю жизнь поднимавшемся по социальной лестнице внутри какого-то огромного пирамидального здания – и попавшем наконец на высший этаж пирамиды. Как в фигуральном смысле, так и в прямом. Знаете, что там оказалось? – Что? – Пустая комната с моторами для лифтов.

смогли и после серьезной ссоры решили, что дадут мне первое мужское имя, которое услышат в новостях. А там, естественно, начали рассказывать о баночном террористе Салавате Страшном. Это был один из нулевых лейтенантов баночного вождя Средних тартаренов шейха Ахмада. Так я стал Салаватом, хоть по происхождению и взглядам мои родители ничуть не тартарены. Салават – древнее и славное имя. Наши предки давали его повстанцам

Книги о пути к успеху обычно пишут люди, чей главный жизненный успех – нормально продать книгу о пути к успеху

Нравы меняются. В древности гладить кошку рукой считалось совершенно нормальным, были такие времена. Теперь, конечно, это признано секс-насилием над животным – кошка не может четко артикулировать свой консент два раза подряд

Said the straight man To the late man: «Where have you been?» I’ve been here and I’ve been there, And I’ve been in between. King Crimson

Вот тогда этот Сталин и всплыл. Один из сердоболов вспомнил его слова о том, что миролюбивые нации всегда оказываются готовы к /В-слово/ хуже, чем нации агрессивные. Поэтому, развил он мысль, когда наша миролюбивая нация напала на агрессивный КурганСарай, все с первого дня пошло через жопу.

В увиденном, Бахия, только увиденное. В услышанном – только услышанное. В ощущаемом – только ощущаемое. В осознаваемом – только осознаваемое. Так и тренируйся, и если достигнешь подобного, тебя в этом уже не будет. Когда тебя не будет в этом, тебя не будет нигде – ни здесь, ни там, ни где-либо посередине. Это, вот именно это, и есть конец страдания…

– In the mad cow, o Bahiya, only the mad cow…